В этом выпуске мы рассказываем об инфраструктуре современного интернета - о кабелях на морском дне и спутниках на орбите, меди и оптоволокне, провайдерах и кораблях.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели. В эфире 562-й выпуск подкаста «Хобби Докс». С вами его постоянные ведущие Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Итак, из местами мрачного, а местами не очень будущего человечества мы перемещаемся к теме более приближенной к реальности и к Земле. О чем же мы, Домнин, поговорим сегодня?

Мы поговорим о том, почему современный интернет имеет именно такую инфраструктуру и устроен таким образом, почему хуситы периодически грозят перерезать важные кабели, проходящие по морскому дну мимо них. Почему еще эти линии связи периодически повреждаются, и о том, что нам несет будущее в виде спутникового интернета.

Ух, будет круто, я смотрю. Помнишь, у тебя был какой-то знакомый, который в давние времена подключал интернет через спутниковую тарелку?

Был такой, да.

Да, но, как мы видим сейчас, никаких тарелок нет. Хотя тогда это действительно выглядело очень свежим решением, поскольку другим решением было подключение через Dial-Up, которое, во-первых, занимало телефонную линию. Во-вторых, линии телефонной связи у нас в стране были длинные. На тот момент пока еще все не перешло в цифру, что, кстати, в свою очередь тоже было во многом вызвано распространением интернета и одновременно ему же и способствовало.

Да. Приятель мой, для тех, кто слишком молод, чтобы помнить такие детали, действительно… Это было в универе, это были 2003, 2004, 2005 годы. Он занимался как раз тем, что ставил эти тарелки. Тарелки эти работали очень забавно. Они со спутника получали данные, то есть на закачку со спутника работали, на прием данных они работали. А передача данных должна была осуществляться через мобильный интернет, по сути, через Edge, который тогда был. Edge, 2G, 3G появилось, мне кажется, уже позже. И расчет был такой, что вы что-нибудь скачиваете: фильмы какие-нибудь, видеоигры или еще чего. И понятно, что вам нужно гораздо больше на закачку иметь пропускной способности, а для того, чтобы посылать какие-то команды, что конкретно закачивать, достаточно мобильной связи. То есть это работало в связке с мобильной связью. Было очень забавно.

Да, эти костыли такие получались, конечно.

Для начала давайте вспомним, с чего вообще весь этот интернет начинался. В 60-е годы прогресс вычислительной техники за океаном дошел до того, что поиск всяких решений для таймшеринга, то есть разделения использования компьютерных ресурсов по мере надобности, привел к некоторым продвижениям в области связей между компьютерами.

В частности, был такой Пол Бэрон. Понятно, что он Бэрон, конечно, еврей по происхождению. Так вот, он был одним из тех, кто дошел до идеи разделения данных на пакеты для того, чтобы их направлять через средства связи между компьютерами. Он был такой не один, британцы тоже занимались в Национальной физической лаборатории этим же самым, и даже практически они быстрее, чем американцы, до этого дошли. В Америке сперва Бэрону сказали, что это все не взлетит, невозможно и так далее. Ему как раз британцы помогли как пример.

Поскольку Министерство обороны США опасалось того, что прогресс в науке и в том числе космических технологиях 60-х годов находится на стороне Советского Союза, им хотелось сделать более эффективной работу всяческих своих НИИ и конструкторских бюро. Для чего они попытались на базе так называемого агентства по продвинутым исследовательским проектам, Advanced Research Projects Agency, тогда оно называлось… Сейчас оно, для того чтобы было понятно, чье, называется DARPA, то есть добавили Defense, что это Минобороны. На его базе решили создать небольшую сеть между рядом институтов на западном побережье США, включая, например, Институт Калифорнии в Лос-Анджелесе. И таким образом было положено начало ARPANET, такому прообразу будущего интернета.

Правда, тогда, конечно, это было очень далеко еще до того, что мы знаем. Но на базе вот этой сети начались работы по созданию протоколов, которые позволяли бы упорядочить и облегчить обмен. А также стало понятно, что, если в будущем можно будет создать общенациональную или даже на целый континент сеть, соединяющую несколько уже сформированных между разными сетей, понадобится какой-то универсальный протокол для общения с ними. Потому что они все использовали протоколы кто во что горазд.

Это в итоге вылилось в 80-е годы в то, что ARPANET начала отходить на задний план, потому что появилась другая сеть, так называемая NSFnet, за которую отвечал Национальный научный фонд в США, который был призван соединить все наличные в этот момент суперкомпьютеры в единую сеть. Понятно, что тогдашние суперкомпьютеры по нынешним меркам представляли собой нечто очень странное, но эта работа позволила в конкурентной борьбе выдвинуть на первые полосы протокол TCP/IP, который постепенно повытеснил все остальные существовавшие, по большей части, и стал основой для будущего интернета, как мы его знаем.

Развитие техники и вычислительных мощностей подстегивали прогресс и в развитии, собственно, сетей, как и инфраструктуры, как мы ее знаем. Потому что первоначально связь полагалась на металлические кабели, коаксиальные. Проблема с этими кабелями была в том, что скорость передачи начала отставать от требований времени. И тут нам на помощь пришло оптоволокно.

Надо вам сказать, что вообще принцип действия оптоволокна, то есть гибкого стеклянного или в современных условиях пластикового волокна, которое передает свет с одного своего конца на другой, был известен еще в XIX веке. И даже кое-какое практическое применение находил. В частности, в конце XIX — начале XX века некоторые врачи использовали изогнутые стеклянные трубки для того, чтобы освещать, например, ротовую полость. Стоматологи — чтобы подсвечивать себе, не совать фонарь целиком в рот, а просто небольшую трубочку. Или при полостных операциях тоже, чтобы не разрезать от горла до брюха, аккуратно подсвечивать.

Постепенно дошло и до передачи информации через изначально изображение, через пучки оптических волокон. А потом, с развитием цифровизации, уже дошло и до передачи цифровых данных.

Почему, скажи, Ауралиен, именно оптическое волокно имеет такую высокую скорость передачи данных?

Потому что оно передает данные с самой высокой доступной скоростью — со скоростью света.

Да, а еще один полезный момент связан с тем, что затухание сигнала, то есть его ослабление и искажение по мере того, как он проходит расстояние, гораздо меньше, чем в медном кабеле. То есть это позволяет гораздо реже использовать ретрансляторы.

Давайте немножко отвлечемся от интернета и поговорим про кабели. Человечество стало использовать кабели в XIX веке для того, чтобы поменять телеграфную связь. Это были просто медные провода, которые натягивали на столбах. Но хотелось также общаться и через океан, через Атлантику. Благо общение между Старым и Новым Светом, коммерция, политика — все это требовало быстрой связи, не дожидаться, пока там корабль доплывет, довезет письма какие-нибудь.

Поэтому к середине XIX века появилась мысль проложить трансатлантический телеграфный кабель. Вообще мысли всякие возникали и до этого. Например, сам изобретатель телеграфа, как мы знаем, Морзе, предлагал такую идею. Кроме того, были проложены более скромные кабели, например через Ла-Манш между Англией и Францией. Но все-таки Ла-Манш — это Ла-Манш, а Атлантический океан — это Атлантический океан. И изначальный план вообще не мог точно сформулировать, возможно ли это технически, исходя из состояния дна. И в итоге были проведены океанографические работы по изучению дна, чтобы понять, где там чего, чтобы в какие-нибудь подводные пропасти кабель не провалился.

И долго ли, коротко ли, но в 1854 году специально созданная для этого компания Atlantic Telegraph Company Сайруса Уэста Филда проложила от Ирландии до Ньюфаундленда первый телеграфный кабель по дну.

А что они из Ирландии его тащили? Я так понял, что ближе было?

Не только в том, что ближе, там дно ровнее было.

Интересно.

Да. К сожалению, эта телеграфная линия показала себя не очень по той причине, что затухание сигнала было таким, что пользоваться этим телеграфом было тяжело. Они попытались это исправить, повысив напряжение. Через три недели он возьми и расплавься. Вот так бывает, если повышать напряжение.

Потому что это был такой первый блин, тут ничего не попишешь. К сожалению, получилось вот так.

Но, несмотря на этот первый блин, уже довольно скоро, в 1866 году, опять же по тому же маршруту, от Ирландии до Ньюфаундленда, была создана более надежная линия с учетом предыдущих проблем, с более продвинутым кабелем. Причем, что интересно, в качестве судна-кабельщика использовалось знаменитое передовое во многом судно Great Eastern.

Да. Цельный железный парусно-паровой корабль, очень технически продвинутый. На тот момент, я имею в виду на момент его производства, самый крупный и способный пересекать Атлантику без заправки. К сожалению, корабль потом оказался очень дорогим в эксплуатации, его постоянно преследовали какие-то абсолютно мистические неудачи. То чего-то взорвалось, то жаловались, что какой-то стук раздается. И из этого даже вышла целая легенда с призраками. Там в процессе его создания куда-то пропал один из клепальщиков.

Классика жанра. Замуровали его.

Замуровали демоны, да. И в итоге, когда уже корабль порезали на металлолом, якобы был обнаружен там скелет.

Да, скелет. С молотком в руке.

С молотком и сумкой с заклепками.

Класс.

Да. Надо было не стучать, а крест животворящий наложить. Тогда, может, вышло.

Да, история, конечно, мрачная, но с задачей прокладки кабеля корабль справился на ура. Достаточно сказать, что он почти сто лет действовал и хорошо себя показывал. Тот кабель, который был первым, тоже починили в итоге. Нашли, где он оборвался, и склеили. Так что появилась совершенно новая реальность.

Если раньше, чтобы что-то узнать, что происходит в Америке, надо было ждать месяцами, пока придет корабль и привезет вести, а теперь стало можно просто отстучать телеграмму, и все. И будешь сразу знать, чего там где, какие цены на что. Это сразу дало очень серьезный толчок для развития коммерции, торговых и политических связей.

И когда появился телефон, телефонный аппарат, сразу возникла мысль, почему бы нам не задействовать его таким же трансатлантическим образом, проложив кабель, и общаться. Но оказалось, что с телефонным кабелем все гораздо сложнее. И на момент появления и распространения телефонов еще техника не дошла до такого уровня, чтобы это осилить.

Это не значит, что не было никакой телефонной связи между Старым и Новым Светом. Была. По радио. Но, к сожалению, как вы понимаете, радио — это такое дело, особенно в те годы. И связь эта была ненадежной, ничего не было слыхать толком, зависело от погоды, от всяких состояний передатчиков, антенн, грозы какой-нибудь неподалеку. Ненадежно. Так что тема с кабелем все равно оставалась.

И в итоге в 50-е техника дошла, и была создана первая трансатлантическая телефонная кабельная система, так называемая TAT-1. Как она и пишется — просто Transatlantic сокращенно, под номером 1. К тому времени уже, видите, было практически рукой подать до собственного интернета.

Кабель этот пришлось сделать весьма сложным. Множество слоев, и это потом сильно помогло в технологии оптоволоконных интернетных кабелей. Кроме того, были заложены основы современной индустрии кабелеукладочных судов. Многие технологии, опробованные тогда, всякие решения местами даже до сих пор действуют.

И по этой линии в итоге общались между собой руководители Советского Союза и США.

Ух ты!

Причем ты будешь смеяться: несмотря на то, что кабель был телефонным, и обычно говорят, что это прямая линия телефонной связи, на самом деле руководители пользовались не телефоном, а так называемым телетайпом.

То есть который печатает.

Да, то есть из которого выезжает бумажка, и на ней отпечатано то, что отправлено. То есть такой древний email. Как думаешь, почему?

Наверное, так проще.

Так надежнее. Было решено, что и Москва, и Вашингтон будут общаться в основном по поводу того, кто кого разбомбит термоядерными ракетами сейчас. И чтобы кто-нибудь чего-нибудь не так не расслышал вдруг, лучше, чтобы это все было в тексте. Учитывая, что все-таки люди разноязыкие, не владеющие языками друг друга, чтобы не получилось досадной ошибки и все не поубивались.

Да уж.

Было решено, что на бумаге оно будет как-то понятнее все-таки. И хотя бы можно опираться твердо на текст, если что-то будет неясно.

Надо сказать, что, когда первый раз тестировали эту самую ARPANET, знаешь, что они послали из Калифорнийского университета в соседний?

Что?

Login. К сожалению, из-за ненадежности связи дошло только lo. Это просто к вопросу о том, насколько все это работало трудно.

Да. Так вот, от коаксиальных кабелей первоначально отталкивался и такой используемый даже сейчас стандарт, как Ethernet. То есть изначально он использовал не оптоволокно, а именно толстый коаксиал.

Да, коаксиальный кабель — это где две металлических жилы, разделенные диэлектриком.

Только потом уже его перевели на оптоволокно как гораздо более быстрое и надежное.

Возвращаемся к оптоволокну. Как я уже сказал, оптоволокно позволяет как быстрее передавать, так и увеличить пропускную способность за счет того, что свет, согласно корпускулярно-волновой теории, имеет свойства электромагнитной волны. А волна имеет длину. Соответственно, можно очень легко повысить пропускную способность, если использовать разные длины волны для разных сигналов. И можно будет передавать сразу много всего через кабель.

То, что он меньше склонен к затуханию, тоже плюс. Потому что, чтобы с этим затуханием бороться, нужно использовать ретрансляторы. То есть, грубо говоря, это устройство, которое получает с одного конца сигнал, уже начавший затухать, и его дублирует дальше, просто посылает его заново.

Была, разумеется, проведена сложная инженерная работа с расчетами. Потому что, вы сами понимаете, слишком часто эти ретрансляторы расставлять — денег стоит, и они электропитание потребляют. Поэтому, если мы посмотрим на оптоволоконный кабель подводный в разрезе, то мы увидим, что там еще медная жила есть. Это специально, чтобы запитывать ретрансляторы.

Интересно устроено.

Они же не будут сами на святом духе работать. Питание к ним по оптоволокну не передашь, поэтому приходится. И, с другой стороны, расставить их слишком редко тоже не вариант, потому что дойдет затухающий сигнал, ретранслятор его поймет неверно, отправит дальше в неверном виде, следующий ретранслятор еще хуже поймет, и так дойдет черт знает что.

Соответственно, сейчас оптоволокно — это наше все. Если мы посмотрим на замечательный сайт submarinecablemap.com, то мы увидим, что вся планета практически опутана этими кабелями по всем побережьям и через все океаны.

Да, даже есть «Полярный экспресс», я вот смотрю.

Есть. «Полярный экспресс» — это действительно такой кабель, который идет от Кольского полуострова во Владивосток с заходами по всему нашему Крайнему Северу. Вот этот замечательный кабель позволяет нашим приполярным областям быть на связи. Длиной он 12,5 тысяч километров.

Нехило.

Да. Знаешь, кому принадлежит?

Правительству Российской Федерации?

Правительству, да. Принадлежит правительству, потому что это стратегически важный канал.

Но вообще надо вам сказать, что эти линии связи могут принадлежать много кому. Например, Google.

Да.

Во-первых, они могут принадлежать разнообразным научно-исследовательским институтам крупным. Но это так уж повелось изначально. А могут принадлежать крупным телекоммуникационным компаниям. Типа, как говорится, America Online, как она была одним из пионеров. Или, допустим, нашему «Ростелекому». Он тоже владеет целым рядом.

Почему, кстати, Google и прочие Big Tech, с Facebook, например… У них Google с Facebook в коллаборации тоже…

Запрещенной террористической организации.

Да. Почему так? Потому что у них же куча контента, и они должны его как-то доставлять.

Видимо, самый надежный способ — доставить через свои сети.

Я бы сказал, что они таким образом работают на перспективу. Сами они рассказывают сказки про то, что это все доброты душевной делается, чтобы предоставить всем, кому можно, наиболее быстрый интернет. Но, скорее всего, цель у них совершенно другая. Из-за того, что их заработки зависят от того, сколько народу в интернете сидит.

И Amazon, кстати, тоже является весьма активным игроком на рынке этих кабелей, потому что для Amazon выгодно, чтобы как можно больше народу сидело в интернете. Тогда больше народу зайдет к ним, купит там у них какие-нибудь побрякушки, книжки и тому подобное через Amazon. То же самое и с Google, и с Facebook, и так далее и тому подобное.

Для прокладки этих кабелей накоплен значительный опыт. Если мы посмотрим, то видим, что они идут такими как бы пучками. И некоторые области они как будто нарочно обходят, потому что это области неудобные для кабелей. Во-первых, если мы посмотрим на Тихий океан, то мы обнаружим, что там хочешь не хочешь, а многие кабели проходят через так называемое Огненное кольцо, то есть через область сейсмической и вулканической опасности. Тут просто ничего не поделать. Тихий океан — такое место. Никак его иначе не пересечь кабелем.

Но в остальном стараются всяких сейсмоопасных и вулканических зон избегать как огня. Это одна из частых причин отказа кабеля. Еще одна проблема. Вы можете увидеть по этой карте, что множество линий кабеля идут вдоль берега, но при этом довольно далеко от берега, если приблизить карту и увидеть, подходя к нему только там, где надо подключаться к кому-нибудь. Почему?

Чтобы рыболовные суда не повредили якорями?

В целом да, ты прав. То есть для прокладки кабелей важную роль играет рыболовство в данной области, причем главным образом траулерное. Потому что рыболовство, допустим, при помощи кошелькового невода для кабелей не особо опасно. А вот траление опасно. Почему? Невод-то на поверхности, он чтобы пелагических рыб окружать и вытаскивать крупные косяки. А тральщик ползет прямо по дну.

И все собирает.

Да, и выгребает придонную рыбину всякую, камбал и тому подобное.

Класс.

Соответственно, есть большие риски, что он зацепится за кабель и вместе с камбалой его тоже вытащит. Ну и да, ты правильно сказал, что всякие якоря бросаемые — это дело такое.

Помните, в подкасте про русско-японскую войну, я не помню, дошли руки или не дошли, но там был такой эпизод, когда флот шел из Балтийского моря к японцам, останавливался у берегов Марокко, в Касабланке, по-моему, и, поднимая якорь, зацепился за кабель телеграфный.

Ну и ничтоже сумняшеся его оборвал. И оставил там без связи всех.

Класс. Молодцы.

Молодцы. Вот это, к сожалению, бывает и с оптоволоконными кабелями в том числе. Из-за этого многие, не то что многие, а, наверное, все провайдеры первого уровня стараются делать избыточные сети, чтобы если не с той стороны, так с этой заходить. Сейчас о них еще пару слов скажем.

Я должен сказать также, что бывают анекдотические причины для поломки кабелей. Я, например, нашел видео, где акула пытается перегрызть кабель.

Класс!

Не то чтобы она прямо его сильно грызла, просто у акул же ни рук, ничего. Глаза не видят, носа у них нет. Они все, что непонятно им встречается, пробуют на зуб. Этим, кстати, объясняются и нападения на людей, которые обычно заканчиваются только откушенной ногой или рукой. Попробовали, оказалось невкусно.

Да, и поплыли дальше. Но человеку-то от этого не легче. Он же без ноги не плывется.

Да, без ноги очень легко там можно и утонуть, истечь кровью. Она и кабель тоже, соответственно, может покусать. Такие случаи не редкость, как передают.

А к этим самым провайдерам. Как устроено вообще предоставление услуг интернета? Все мы знаем, что есть какой-то провайдер, у которого ты получал раньше логин-пароль и при помощи Dial-Up подзванивался. Он с тебя за время пребывания в сети вычитал деньги. Потом, когда технологии развились, стали в основном работать по трафику. То есть зависело от того, что ты там делал в интернете, а не сколько времени там сидел. То есть, скажем, если ты там качал какие-нибудь большие файлы, то с тебя денег больше, а если ты сидел на форумах, то почти ничего — трафик почти пренебрежим.

Но провайдеры бывают всякие. Как правило, их делят на три уровня. Надо вам сказать, что вообще многие из этих делений и всяких понятий, принятых в сфере интернета, в достаточной степени абстрактны и неконкретны из-за того, что интернет не является государственной структурой. И поэтому многие нормы и регуляции, которые в нем приняты, они больше на обычай похожи, чем на закон.

Соответственно, считается, что наверху иерархии врат и дара интернета находятся первоуровневые. Считается, что для того, чтобы быть провайдером первого уровня, нужно иметь сеть, которая может бесплатно и без особых конкретных договоренностей доступиться к любой другой сети на планете. И теоретически к любому компьютеру, если он такое желание проявляет. То есть провайдер первого уровня — это настолько крупная сеть, что она с другими такими же крупными заключает джентльменское соглашение насчет пиринга.

Помните, у нас в нулевые годы в российском интернете были пиринговые войны между провайдерами?

Что-то такое было, да.

Да, то есть они выкатывали друг другу всякие условия, пользуясь своим положением, чтобы выдавить с рынка и не давать доступа туда, где у них было, чтобы сохранить свою монополию, и так далее, и тому подобное. Так вот, считается, что провайдеры первого уровня свободны от таких предрассудков и заключают между собой договоренности о бесплатном пиринге. То есть все, что наше, — ваше и наоборот. Можем пользоваться любыми сетями и не платить никому за транзит.

В принципе, существуют сети, которые удовлетворяют этим требованиям, но сами по себе провайдерами интернета не являются. Они просто очень большие и старые, как правило, на базе всяких научных проектов, типа того, что осталось от этих ранних работ. И по этой же причине, кстати, какой-то исчерпывающий перечень провайдеров первого уровня предоставить, наверное, сейчас невозможно, просто потому что многие из них не горят желанием делиться всякой внутренней информацией.

Ниже них стоят провайдеры второго уровня и сети второго уровня, то есть такие, которые, несмотря на то, что достаточно крупные, без помощи провайдеров первого уровня не могут обеспечить покрытие по всей планете. То есть, по сути, интернет в нашем понимании обеспечить. Это, как правило, крупные региональные телекоммуникационные компании, которые имеют сети в масштабах страны или какого-то региона.

А ниже них уже стоят разнообразные сети и мелкие провайдеры третьего уровня. Как правило, какие-нибудь маленькие компании чисто городского уровня. Сейчас у нас они в крупных городах повымерли, но кое-где еще держатся. Суть в том, что они приобретают за деньги доступ к сетям у вышестоящих уровней.

В 90-е годы даже была дилемма: если есть выбор между провайдером первого уровня и второго, к кому лучше идти?

Да. И к кому же?

А там это все зависело от каждого конкретного случая. Потому что теоретически у провайдера первого уровня доступ был быстрее и надежнее. И дороже, разумеется. Просто потому, что ему проще это отдать на аутсорс. Но, с другой стороны, там, как правило, из-за того, что приоритет выдавался всевозможным провайдерам второго уровня, а не пользователям, напрямую берущим, это могло работать вовсе не так здорово, как хотелось бы. Так что это когда-то была прямо дилемма. Сейчас это все уже для нас очень смешно звучит, но когда-то это было прям вопросом.

Пару слов про то, как укладывают кабели. Для этого существуют специальные кабельщики — корабли. Если первоначально в кабельщики приспосабливали чуть ли не любой корабль, тот же Great Eastern, или, например, был случай, когда использовали два списанных военных корабля, один американский, другой британский, чтобы между ними прокладывать кабели, то практика показала, что для этого нужно судно специальной конструкции.

С одной стороны, оно должно себя хорошо чувствовать в открытом море. По понятной причине. С другой стороны, оно должно достаточно уверенно ходить близко к берегу. Просто потому, что кабель-то когда-нибудь близко к берегу тоже будет на него выходить.

У него должно быть специальное оборудование, главным из которого является такой здоровенный барабан для кабеля, который устанавливается обычно в центре корабля и медленно раскручивается. Как правило, скорость укладки трансатлантического кабеля — это 10 километров в час.

Ух ты!

Да. Укладывается он с большими предосторожностями, чтобы ни в коем случае ничего там не порвалось. Чтобы этот самый кабель, когда опускается в воду, не изогнулся слишком сильно и, соответственно, не повредил оптоволокно. Для этого, например, применяются такие погружаемые опоры, которые, пока он не погрузится достаточно глубоко, его придерживают, а только потом он уже относительно свободно опускается на дно.

Применяются разнообразные буйки, чтобы, опять же, не давать ему слишком быстро падать на дно и изгибаться с перспективой его повредить. Есть специальные штормовые буйки, большие. Знаешь, для чего?

Для чего?

Если вдруг кабельщик видит, что надвигается шторм, он временно прекращает укладку, прицепляет к концу кабеля специальный большой буй и оставляет его, а сам уходит в спокойные воды. И потом, когда шторм пройдет, он возвращается и тогда уже, выловив его и соединив, продолжает прокладку.

Интересно.

Если он попробует во время сильного волнения продолжать прокладывать, то просто этот кабель оборвет, и он упадет на дно. И потом еще доставать будет не здорово. Я уж не говорю о том, что кабельщики из-за своей конструкции вообще не скажешь чтобы очень хорошо шторма переносили, поэтому они предпочитают уйти и его оставить до лучших времен.

Допустим, у берега прокладывается кабель, который должен выходить на сушу. Там свои хитрости. В среднем, чем ближе к берегу кабель, тем он сильнее бронирован. Просто потому, что у берега все подряд плавают, бросают якоря и так далее.

Больше вероятность, что повредят.

Да, поэтому они сильно бронируют. Кроме того, у берега его, конечно, стараются заглубить. Для чего применяют специальные погружаемые аппараты. Вообще всяких погружаемых аппаратов у кабельщиков полно. Некоторые просто чтобы посмотреть, все ли хорошо лежит. Некоторые для того, чтобы сращивать оборвавшийся кабель. Некоторые еще для чего-нибудь.

Есть даже такой специальный погружаемый траншеекопатель. Это дрон подводный, который садится сверху на кабель и при помощи специального плуга его в грунт заглубляет.

Ух ты!

Да, за собой сразу закапывает его. Короче, это высокотехнологичные суда, не просто так. Но, тем не менее, даже несмотря на все аппараты, они носят на себе команды водолазов. Потому что иногда бывает, что без этого никак.

Интересно.

Сложные поломки, да, приходится при помощи водолазов ликвидировать. С этим никак нельзя справиться. Людей периодически приходится погружать. Эта работа тяжелая, опасная, потому что это глубокие холодные воды, там темно. Акулы, опять же, могут укусить, и вообще небезопасно. Платят большие деньги, водолазы там очень высокого класса.

Но мы же не только пользуемся кабелем сейчас, чтобы получать свой интернет. У нас есть и беспроводные варианты. И, собственно, почему мы цепляемся за эти давно уже устаревшие провода? Беспроводной интернет же есть.

Действительно, чего это мы?

Смотрите, что у нас сейчас реально есть из массового использования беспроводного интернета. Вот ты, например, сейчас каким беспроводным интернетом пользуешься в эту секунду?

Конкретно в эту секунду я Wi‑Fi пользуюсь, который у меня подключен к проводному интернету, у меня оптоволокно.

И у меня тоже оптоволокно, соответственно, роутер, он же маршрутизатор, поддерживает небольшую сеть у меня дома из моего компьютера, моей консольки и двух телефонов — моего и сына.

Так вот, Wi‑Fi этот замечательный, который сейчас можно использовать во всяких заведениях у нас бесплатно… В Европе, когда я был в последний раз, там Wi‑Fi, конечно, был удручающий. Чтобы к нему подключиться, нужно было через какие-то кольца прыгать. Сам он был еле живой. Но других вариантов, увы, не было.

Я так понимаю, что в некоторых местах от тебя требуют авторизоваться каким-то тем или иным образом, чтобы установить твою личность. То есть по паспорту фактически пускают тебя.

Там причем еще был какой-то удивительно устарелый вид эпохи Web 1.0 у всех этих авторизаций. Я надеюсь, сейчас стало получше. Это совсем срамота.

Справедливости ради, в России тоже надо авторизовываться, если ты к Wi‑Fi подключаешься в разных местах.

Например, да. Или в аэропорту тоже есть такое. Так что в любой момент времени, будучи подключенным к публичному Wi‑Fi, надо, чтобы понимали, кто это авторизовался там чуть ли не с паспортом. Это повсеместно так.

Да, потому что работают Wi‑Fi по принципу радиоволн, разумеется. И мысли про использование радиоволн для того, чтобы передавать соединения, были еще с 80-х годов. И, например, в том былинном журнале «Страна игр» 1997 года тоже упоминалось, что есть очень дорогостоящая возможность создать локальную сеть, например, на базе радиоволны. Там не приводилось никаких конкретных устройств, которые можно было бы прям купить. Я так подозреваю, что у нас в России ничего этого достать было невозможно. В любом случае не приводилось.

Но преимущества этой сети, конечно, озвучивались заманчивые: независимость, никаких родственников, прибегающих и требующих немедленно освободить телефон. Соответственно, да, это был животрепещущий вопрос для многих.

И в итоге к 90-м годам эти работы привели к созданию ряда стандартов, из которых потом этот Wi‑Fi, собственно, и выкристаллизовался в 1999 году. До него появился стандарт WLAN, или просто wireless LAN, который и по сей час можно видеть периодически. Это как бы как Wi‑Fi, но только не проходивший сертификацию, по сути, и потому ничему не гарантируемый. И с той поры, с конца 90-х, Wi‑Fi шествует сначала по всяким офисам и тому подобным пространствам, а потом уже и по публичным местам — всякие точки доступа интернета в тех же аэропортах или там всяких кабаках.

Я, например, помню, когда в Крыму работал в 2015 году, там мобильный интернет не работал в принципе. И спасался я только тем, что ходил по кабакам, сидел там, пил пиво и подключался через их Wi‑Fi. Потом, конечно, завели и мобильную связь, но первоначально Wi‑Fi меня, конечно, сильно выручал.

С мобильной связью у нас все сейчас тоже хорошо. Все эти 3G, 4G, 5G и уже даже 6G появилось, правда я не видел никогда его вживую.

Еще 5G не внедрили везде.

Сейчас просто требования к скорости отстают от ее собственного роста, поэтому не внедрили. Соответственно, работает он по тому же принципу, что и сотовые сети, то есть как бы карта делится на соты, такие ячейки, в центре которых стоят башенки. Вот у нас можно выйти на улицу, дойти до перекрестка — у нас в Москве чуть ли не на каждом перекрестке стоит по этой самой башенке.

Это 5G надо принимать, да?

Насчет 5 там или 4 я уж не знаю, но какой-то есть.

Да, но если башенки стоят на каждом столбе, то это, скорее всего, 5G, потому что оно так и работает. У него большая пропускная способность, но у него не очень большой радиус покрытия. Поэтому предполагается, что у тебя на каждом столбе должен висеть передатчик этого 5G, чтобы все было быстро и загружалось за доли секунды. Гигабайтные какие-нибудь фильмы, или что-то там потребляешь.

Да. У меня из-за этого, когда я выхожу на перекресток, начинают… У меня наушники беспроводные не очень хорошие, они у меня начинают сбоить.

Дорогие друзья, приходите, подписывайтесь, чтобы мы могли позволить Домнину дорогие наушники, которые будут работать. Кстати, этот выпуск у нас для подписчиков будет, если что, вроде как, если я не обсчитался. Кто подписан — повышайте pledge, повышайте уровень подписки. Домнин, видите, ходит как незнамо кто.

Это бывает. Только на перекрестке. Если слушать в другом месте, там как раз хорошо.

А я считаю, что надо помочь Домнину, друзья. Имейте в виду.

Да. 5G. Соответственно, у нас прекрасно можно без всяких Wi‑Fi. Я, например, в метро Wi‑Fi не пользуюсь никогда. Мне кажется, что разумнее не проходить через эти авторизации, потратить немного денег, просто ничего особенного не качать из метро. В московском метро хорошо ловит мобильная связь.

Есть хорошие причины не пользоваться публичным Wi‑Fi, если у вас есть такая возможность. Потому что все, что проходит через публичный Wi‑Fi, остается в публичном Wi‑Fi.

Да, остается в публичном Wi‑Fi. Если вдруг у вас там не шифруется ваш трафик по HTTPS — сейчас вообще все должны, приложения, и браузеры, и сайты, все должно уже шифроваться, — но, тем не менее, все, что у вас там проходит через этот публичный Wi‑Fi, действительно остается внутри публичного Wi‑Fi, и никогда не знаешь, кто там этими данными сможет воспользоваться.

Да. Так что с точки зрения безопасности, конечно, рекомендуется пользоваться мобильным интернетом, если у вас есть такая возможность.

Да, я поэтому так и делаю.

И, наконец, Илон наш Маск.

Да. Со своим этим Starlink. Он запускал спутников… К тому же астрономы жалуются, говорят, ни хрена не видно теперь из-за этих. Ваш Starlink засвечивает все, говорят, звезды.

Ты сейчас, мне нравится, что напомнил. Помнишь, в 90-е был этот меметичный логотип компании VID с головой терракотового какого-то воина, или какой-то статуи, короче. И в 90-е я раз видел какую-то пародию, где вместо этой рожи появлялся какой-то мужик и говорил: «Вид, вид, ничего не видно по вашему VID».

Так вот, а почему, собственно, мы все опутаны этими кабелями-то, если Starlink летает везде и посылает сигналы из космоса? Можно дойти до интернета без всякого.

Дорого, наверное, Starlink-то пользоваться.

И дорого, и медленно, и ненадежно, и вообще. Самый дешевый способ — это именно оптоволоконная связь. Дешево, сердито, быстро, надежно. Никаких спутников не надо запускать. Согласитесь, чтобы проложить кабель, достаточно быть просто богатой группой инвесторов. Многие, например, из кабелей принадлежат не какой-то конкретной сущности, а ряду каких-то вложившихся в это инвесторов, где могут быть какие-нибудь национальные телеоператоры, какие-нибудь богатые компании, Google присоединившийся, допустим.

Вот, например, линия, которая идет от Сингапура и до Южной Франции, с заходом в Персидский залив, Красное море и Тунис с Алжиром, — SEA-ME-WE 4 называется. 2005 года, 20 тысяч километров длиной. У нее, из-за того что она в таком количестве стран, владельцев целая куча. Algérie Télécom, Bangladesh Submarine Cable Company Limited — вот это, видите, она даже не оператор никакой, а именно компания специальная для того, чтобы этот кабель проложить в Бангладеш, Bharti Airtel — это индийский, по-моему, коммуникационный оператор, Etisalat UAE — это оаэшные операторы, National Telecom — я не знаю, откуда это, Orange какой-то…

Orange — это французы, по-моему.

Orange, да. Пакистан Telecommunications Company Limited — понятно, кто такие. Saudi Telecom — опять же понятно. Singtel…

Singtel — это сингапурский телефонный оператор.

Sparkle какой-то, не знаю, кто это. Sri Lanka Telecom — понятно. Tata Communications — это, наверное, Индия, я так думаю.

Может быть, да.

Telecom Egypt — понятно тоже кто. Telekom Malaysia, Tunisie Telecom и какой-то Verizon, видимо.

Verizon.

Verizon. Это американский, наверное, Verizon.

Ну, может быть.

Вы видите, что тут много пайщиков. Они все отвечают, видимо, за кусок, который подходит к собственной их стране, и, видимо, несут коллективную ответственность за какие-нибудь куски международных вод, допустим. В таких случаях надо всегда четко распределять ответственность, чтобы, если будет обрыв на подходе, допустим, к Персидскому заливу, было понятно, кому это чинить. Как только хуситы оборвут, чтобы было ясно, кто будет вместо хуситов это чинить.

Хуситов станется, да. Хуситы там уже что-то обрывали, я так припоминаю. У них много проходит рядом кабелей. Вон тут прям целая вязанка этих кабелей. Пятнадцать, наверное.

Еще меня порадовало то, что отдельный кабель идет к острову Святой Елены. Там, понятно, не он один, а еще Тристан-да-Кунья, и окрестные земли, но узлом считается именно остров Святой Елены.

Да, так что без интернета Наполеон бы сегодня не остался.

Еще через Каспийское море вроде как должна проходить какая-то линия, но что-то я на этой карте не вижу. Видимо, еще не проходит, или, может, уже отключили. Раньше была вроде как между Азербайджаном и Туркменией что-то. То ли, может, еще не построили, у меня неверные данные.

Через Черное море тоже проходят — из Болгарии в Грузию, а из Грузии через Сочи в Новороссийск.

Да. Есть еще маленькая веточка, даже две, между Таманью и Крымом. Energy Bridge Cable какой-то и Kerch Strait Cable.

Мне нравится другой кабель, который, обрати внимание, между Финляндией и Швецией, оказывается, есть. Кабель Bothnia, который проходит на севере.

Таким образом, пока что от проводов мы никуда не уходим ввиду дешевизны, простоты и высокой скорости. Сам Маск, между прочим, когда его спрашивали, для чего ваш Starlink, говорил: я не планирую захватывать всю… А, да, что я говорил, собственно: хорошо Маску запускать спутники, когда у него своя космическая компания есть. Мы делаем ракеты и перекрыли обзор. А простым группам инвесторов лучше кабель проложить.

Сам Маск говорил, что его цель — это вовсе не претендовать на монополию, а покрыть те рынки, до которых не достают такие линии оптоволоконной связи. Соответственно, тут ничего пока что прорывного нет.

Про Маска я в двух словах скажу, что, во-первых, это, конечно, предназначалось для покрытия США. Потому что в США, спойлер-алерт, не везде есть нормальный интернет. Страна большая, и середина у нее пустынная, и нет смысла тянуть. И, если смотреть, как она заселена, у вас будет получаться, что западная часть заселена только по побережью в основном. Потому что там горы, не сильно там много где, там леса всякие, болота, Йеллоустонский парк. Народу много не живет. Люди живут достаточно разрозненно, и получается, что кабели тянуть там не везде вообще в принципе возможно. И много где есть очень плохой интернет.

И вот как раз Starlink, как я понимаю, предназначался для того, чтобы покрывать потребность в первую очередь вот этих граждан, которые при бабле, достаточном, чтобы оплачивать этот Starlink, и при этом живут где-то, где он вообще нужен.

А так, в принципе, Starlink хорош для каких-нибудь стран с труднопроходимой географией: какая-нибудь Бразилия, какие-нибудь джунгли, какие-нибудь Конго, Демократическая Республика, где очень тяжелый рельеф, нет никакой инфраструктуры, и кабель ты не протянешь просто так. Потому что там что-нибудь… кто-нибудь придет, носорог его каким-нибудь рогом зацепит и порвет.

А вот, например, на Кокосовых островах в Индийском океане есть кабель.

Да, Кокосовые острова хорошо живут, я смотрю.

Но, строго говоря, это туристическое место, так что ничего удивительного.

Да. На Мальдивах я тоже вижу тут несколько.

На Мальдивах-то, опять же, туристы ездят.

Да. Так что пока что кабели — это наше все, и далеко мы от них не уйдем. До того, как спутники будут давать повод отказаться от оптоволокна, пройдет, наверное, несколько десятилетий. Так что будем наблюдать за ситуацией. И на этой оптимистической ноте будем заканчивать.