В этом выпуске мы рассказываем о Йемене - севере и юге, суннитах и шиитах, свержении короля и революции против Салеха, интервенции Саудии и захвате Сокотры, обстрелах кораблей и ударах США.

Выпуск доступен для наших подписчиков на Спонсоре и Патреоне.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели! В эфире 538-й выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами его постоянные бессменные ведущие Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин! Итак, из мрачного мира далекого будущего мы перемещаемся в чуть менее мрачное настоящее. И куда же мы, Домнин, в какую часть географическую переместимся?

Переместимся мы в район Аденского залива, где, как сообщает издание Telegraph, эсминцы Великобритании не вели огонь по наземным объектам хуситов в Йемене. Они оказались не оснащены для такой операции. Сейчас единственное оружие на эсминцах, которое может вести огонь по другим кораблям или по суше, — артиллерийские орудия в носовой части. По словам контр-адмирала Криса Перри, такая ситуация подсвечивает проблему неспособности британских ВМС идти наравне с российскими и китайскими военно-морскими силами.

Надо дома тогда и сидеть, а не владычицей морей величаться.

Как же так получилось, что британские ВМС у берегов Йемена иллюстрируют тот мем с двумя собачками, из которых здоровенная собачка — это оборванные и голодные повстанцы-хуситы, а сутулая собачка, у которой, оказывается, только одно орудие стреляет, носовое, — это Британия?

Тут нам надо вообще поговорить о том, что такое Йемен, как он таким образом сложился и почему. Откуда пошел.

Значит, Йемен еще до исламской эпохи был довольно заметным в регионе местом. Например, на его территории распространялось Савское царство, откуда к царю Соломону ездила царица Савская.

Это вот там было?

Да, да, да. Она была взаимосвязана крепко с Эфиопией. И, собственно, эфиопская правящая династия возводила свой род как раз к потомству царицы Савской от царя Соломона. И эта близость и взаимосвязь сохраняются и по сей час. Надо же вспомнить, что, когда назревал сомалийско-эфиопский конфликт, мы пытались их помирить, предложив им создать тройную конфедерацию, а чтобы их уравновешивать, добавить туда Йемен — Южный, который тоже был коммунистический.

Так вот, когда мы говорим сейчас про Северный Йемен, Южный Йемен — это все в известной степени новодел, потому что вообще Северным Йеменом исторически называлось то, что сейчас территория Саудовской Аравии, вообще-то к северу от йеменской границы. Если мы посмотрим на карту, увидим, что Южный Йемен — это скорее Восточный Йемен, но это потому, что так сдвинулись границы. И тем не менее это различие сохраняется.

Южный Йемен всегда был более открытый, завязанный на мировые всякие связи и проблемы, потому что он на важном торговом пути морском сидел тогда, еще более важном после открытия Суэцкого канала. Северный был более ориентирован в себя, вовнутрь, и демонстрировал значительную культурную самобытность. То есть, в частности, Северный Йемен тысячу лет практически был под шиитским контролем, более или менее.

Тут надо вообще объяснить, что за шиизм и суннизм. Кратко скажем, что большинство мусульман на планете относится к суннитам, к шиитам — от 10 до 20 процентов. Трудно сказать точнее. Разделение произошло уже на заре из-за конфликта вокруг прав Али ибн Абу Талиба на то, чтобы быть халифом.

Соответственно, шииты исходили из того, что возглавлять правоверных должен потомок Али ибн Абу Талиба, потомок Мухаммада тоже, потому что он был ему, во-первых, двоюродный брат, а во-вторых, женат на его дочери. Соответственно, вокруг вот этих алидов, они же фатимиды, потому что дочку пророка Фатимой звали, собиралась одна партия. Собственно, шиа — это и есть «партия» в переводе с арабского.

И так вышло, что преобладает шиизм на территории Ирана, Азербайджана, Северного Йемена, в Ираке, в некоторых частях саудовского побережья Персидского залива и в Бахрейне. Ну и еще там в паре мест очагово. Массово — это именно Иран и окрестности.

Особенностью шиизма в Северном Йемене было то, что они относятся к так называемым зейдитам, а заидия — по имени правнука Али, которого звали Зейдом. Отличаются они от мейнстрима тем, что полагают, что в принципе предводителем правоверных может быть любой достойный человек, не обязательно из кровных потомков, и не обязательно по прямой линии от Али. Так-то да, предполагается, что это должны быть именно из его династии, но они не ожидают прихода Махди, то есть не считают, что должен явиться сокрытый имам мистический. Они в этом смысле более практичны.

Короче говоря, тысячу лет там руководила династия, которая относилась к хашимитам, то есть потомкам пророка. Вот как в Иордании правит ныне король Абдалла II — вот он их родственник.

Соответственно, Северный Йемен пребывал в относительной изоляции, пока в XIX веке… Они на тот момент формально считались территорией, подконтрольной османскому султану, но реально они уже давно отделились. Соответственно, Южный Йемен был захвачен британцами, потому что там, в районе Адена, гнездились пираты и набегали на торговый путь. Благо Суэцкий канал тут как раз открывался, и в целом британские корабли в Британскую Индию и обратно ходят.

Соответственно, в Адене все тут же сказали: «И хо-хо, 12 динар за голову черного Ахмада», — и начали их грабить. Британцам это не понравилось. Ост-Индская компания приплыла и даже без помощи кракена с Дейви Джонсом распотрошила там всех. Установила протекторат Аден. И там воцарился британский вице-король. Была такая в царской России у учителей географии присказка, что вот Азия: рисуем большую букву А, внутри маленькую — это Аравия, внутри еще более маленькую — это Аден, и совсем маленькая А — там англичанин.

На севере тем временем опять установился контроль османов, потому что там из-за бардака, разрушения ирригационных систем и страшного голода ходоки пошли в Стамбул и сказали: «Государь-батюшка, не дай погибнуть». Государь-батюшка прислал войска, всех там разогнал и установил османский контроль, который, правда, ввиду краха Османской империи в начале XX века кончился.

И, соответственно, в Северном Йемене было объявлено о создании королевства Йемен во главе с зейдитским имамом Яхьей. И как раз тогда Северный Йемен, который исторический, утек к саудитам, потому что там как раз король ас-Сауд начал всех нагибать и в итоге притязания йеменцев отверг вооруженным путем.

Британцы, сидевшие в Южном Йемене, на это все посматривали с подозрением, потому что где Северный Йемен, там и Южный. Это все пагубное влияние йеменцев. И подбивали всякие клинья, так что при Яхье Йемен ориентировался сразу и на Муссолини, и на Сталина.

Чтобы кто-нибудь, кто не любит Британию.

На всякий случай, да.

В общем, в стране была такая… Мы же специалистов как раз послали туда, раз уж они теперь с нами дружат. Страна была очень странная, абсолютно средневековая. То есть сам король пребывал в таком глубоко феодальном настроении. Когда Яхья помер… Не помер, его убили заговорщики. Вместо него сел принц Ахмад, который продолжил ту же самую линию. Такой, знаете, в шароварах и тапочках сидит, в чалме.

В 1951-м, например, запретил радио.

Какое?

Потому что по радио про него ничего хорошего не говорили.

Всякие гадости рассказывали, да.

А еще хуже стало со следующего, 1952 года, потому что в Египте произошла революция, короля Фарука выгнали военные. Он в сердцах сказал, что такими темпами на свете скоро останется четыре короля: бубновый, червонный, пиковый и трефовый. В шахматы он, видимо, не играл, поэтому забыл еще белого.

Не посчитал этих двух.

И националистические организации стали возникать вообще по всему региону. Идеология панарабизма, арабского социализма, насеризма и бог знает чего еще не сильно в противоречии находилась с этими средневековыми порядками.

В итоге в Йемене тоже в 60-е произошла революция. Несмотря на то, что новый молодой король Мухаммад аль-Бадр был весь за прогресс и со своим папой вообще сильно ссорился. И предполагал, что арабский национализм — это наше все. С Насером он дружил, в принципе. Но египтяне, видимо, полагали, что он слишком слаб и на него делать ставку бесполезно. Лучше поставить на его политических противников из числа военных.

В частности, во главе их оказался подполковник Абдулла Салляль, которого сам же король аль-Бадр и назначил главой своей гвардии. Очень напрасно это сделал, как вы поняли.

В общем, несмотря на то, что король успел пронюхать, что против него что-то затевается, его это не спасло, потому что во главе заговора встал сам подполковник Салляль под обещание того, что его назначат главным потом. И король приказал Саллялю привезти к его дворцу танки, чтобы защититься от переворотчиков. Но танки пришли вовсе не защищать его.

Совсем наоборот.

Они подтащили все, что у них удалось наскрести: 13 танков разных, 6 единиц легкой бронетехники, и еще у них было 2 самоходные артиллерийские установки. Только там одна, по-моему, у нее с орудием была какая-то проблема, не стреляла, а у второй двигатель не работал. Они тогда ту, которая стреляет, прицепили к той, которая едет, и покатились так.

Класс.

Вышибли танком ворота и предложили сдаться. И король велел принести пулемет и, как Тони Монтана: «Say hello to my little friend!» — и по ним лично с пулемета. Переворотчики обиделись и выстрелили из танка по второму этажу. Дворец загорелся, король убежал через заднюю калитку огородами и спасся.

Военные, правда, объявили сначала, что он погиб под развалинами. Потом, когда стало ясно, что он жив, стали всем рассказывать, что он бежал, переодевшись в паранджу. Как у нас Керенского. Все говорили, что он бежал в женском платье, а эти короля стали ругать, что он в парандже убежал.

Таким образом, в Северном Йемене с 1962 года воцарился новый режим, так называемая Йеменская Арабская Республика. Это сразу спровоцировало виток напряженности между баасистами вообще и Насером в частности и заливными монархами, которые поняли, что король Фарук не шутил насчет печальной участи королей в новом мире.

Заливным королям очень не хотелось тоже убегать огородами из своего дворца, поэтому они стали всячески вредительствовать. И таким образом с 1962 по 1970 год в Северном Йемене полыхала гражданская война между поборниками спасшегося этого самого короля и всякими племенами из числа таких более дремучих и не принимавших арабский национализм, считавших, что короля-батюшку-то свергают не пойми зачем.

И только к 1970-му их удалось замирить, тем более что бывший король утратил симпатии саудитов, которые опасались, что он начнет мутить воду среди местных саудовских шиитов, что, как вы понимаете, в ваххабитской монархии абсолютно не нужно. Так что он уехал жить в Лондон и сидел там тихо и не рыпался.

В 1972 году, через два года после окончания войны, к власти на волне приходит президент Абдалла Салих. Запомните это имя.

Тем временем в Южном Йемене, который был британский, в 1967 году на фоне всего творящегося на севере разгорается революция. Местные националисты, социалисты и вообще все недовольные британским владычеством устраивают мятежи и нападения. Из-за того, что как раз тогда был Суэцкий кризис… Очередной, я имею в виду, не тот, который когда бомбить обещали, другой, поменьше, но тоже. Судоходство встало. Из-за этого британцам стало тяжело доставлять туда войска и припасы, так что британцы смазали лыжи к 1969 году. И была создана Йеменская Народно-Демократическая Республика, она же просто Южный Йемен.

Все партии, кроме социалистической, либо разогнали, либо включили в состав. И воцарился однопартийный коммунистический режим во главе с Абдель Фаттахом Исмаилом, который ориентировался на СССР, Китай и вообще. Но достаточно сказать, что конституцию Южного Йемена знаешь, с какой срисовали?

С какой?

С гэдээровской. Внезапно.

Как бы намекает.

И несмотря на то, что сложилась как будто обычная ситуация, типа как в Корее или во Вьетнаме, конфликта на самом деле особого не случилось. То есть кое-какие поползновения были в 70-е два раза — в 1972-м и в 1979-м, потому что обе стороны говорили: да-да, надо объединяться, обязательно надо объединяться, мы все за объединение. Только вот надо было еще понять, кто будет главным после того, как объединятся, поэтому объединение долгое время было только на словах.

Тем не менее в открытый конфликт они практически не скатывались и в итоге мирно действительно объединились. В Южном Йемене в 1986-м между этим самым Абдель Фаттахом Исмаилом и его коллегой по политбюро Али Насером… Он был такой более умеренный, а Исмаил — более радикальный. Его в Советском Союзе убеждали немножко поумерить пыл. Он к нам на лечение ездил.

То есть ему лечение, а заодно поучение, как надо делать все.

Они в 1986-м немножко пострелялись. В итоге победил Али Насер, но это уже ничего не значило, потому что в СССР наступило новое политическое мышление. И в итоге стало понятно, что надо объединяться на каких-нибудь более или менее приемлемых условиях. Так что в 1990-м был создан единый Йемен.

Было решено следующим образом: президент Севера Абдалла Салих будет президентом, президент Юга Али Салем аль-Бейд, к тому времени уже ставший, будет вице-президентом, а Всеобщий народный конгресс, это северная партия, после победы на выборах будет в парламенте новосозданном доминировать.

Однако к середине 90-х стало понятно, что объединение получается какое-то кривое. Юг в лице самого вице-президента аль-Бейда и социалистической партии как таковой был недоволен тем, что их юг как-то весь задавлен в новой стране, экономические преференции все на север. Вообще юг был более развит экономически, в смысле торговли и всякого. Получалось, что хватит кормить Северный Йемен.

Так что в 1994 году аль-Бейд объявил, что им это все не уперлось. Мы восстанавливаем независимый Южный Йемен, а вы там варитесь как хотите и дотации будете получать откуда вам угодно. Северяне двинули танки, а также выпустили из кутузки Тарика аль-Фадли. Знаешь, кто такой Тарик аль-Фадли и почему он сидел в кутузке?

Кто он?

Моджахед, воевал в Афганистане против Советского Союза, и поэтому его за все хорошее дома присадили.

Прикольно.

А тут северяне во главе с Салихом перепугались, и его выпустили. Заодно со всеми его душманами. И совместными силами северян и душманов юг задавили, соцпартию разогнали. И установился такой хрупкий баланс между Салихом как президентом, военными во главе с генералом аль-Ахмаром и племенными шейхами, которые получали дотации всякие из казны, причем во многом даже не из йеменской казны, а из саудовской.

Потому что саудитам не нравилось объединение именно в одно лицо, поскольку это делало заявку на гегемонию в Баб-эль-Мандебе совершенно ненужную для саудитов. И таким образом Саудия пыталась приобрести рычаг влияния на племена, сказав: а если не будут брать, отключим субсидии.

В 1999 году Салих побеждает на первых прямых выборах президента. До этого там все было как-то по принципу: будет главным, а там посмотрим. Воодушевившись, через два года Салих затеял референдум по внесению поправок в конституцию, который расширяет его срок правления. Это ему удалось. Там он что на выборах получил 96 процентов, что на референдуме тоже. Правда, были кое-какие протесты, но получили по башке и попрятались обратно. Вроде как все притихло.

Но в 2004 году движение «Ансар Аллах», то есть «опора Божья», или «поддерживающие Господа» — можно по-разному вообще трактовать, — состоящее из тех самых шиитов-зейдитов, обитавших на севере… Они даже на севере, в принципе, это не все. В Йемене шииты — это меньшинство. Вот примерно как в Ираке сунниты — меньшинство, но они всем командовали при Саддаме, а в Йемене наоборот. Там шииты — меньшинство, но они командовали, по крайней мере, севером.

Во главе их движения и этой самой «Ансар Аллах» стояло семейство аль-Хуси. Патриархом был Бадр ад-Дин аль-Хуси, а собственно руководителями — его сыновья, в частности Хусейн Бадр ад-Дин аль-Хуси. Из-за этого их часто называют еще хуситами.

Чего они, собственно, возмутились? Дело в том, что население зейдитского региона, это главным образом провинция и одноименный город Саада, в условиях доминирования суннитов себя ощущало брошенным, нищим и второсортным. А кроме того, им не нравилось то, что из-за саудовского влияния в страну проникает радикальный суннизм/ваххабизм, который этих и вообще всяких шиитов считает за еретиков, которым надо карачун, секир-башка. И хуситы говорили, что вы доиграетесь до того, что нас начнут резать, а никому никакого дела не будет.

Заодно они обвинили правительство Салиха в воровстве, продаже родины саудитам и американцам за деньги. Салих в ответ объявил, что аль-Хуси, во-первых, хотят свергнуть конституционный строй, а во-вторых, продали родину иранцам. Хуситы на это возразили, что, во-первых, никакую родину они никому не продали, во-вторых, конституционный строй их более чем устраивает. Они как раз настаивают на том, что в Йемене должна обязательно быть республика, причем просто обычная республика, не такая, как в Иране, а обыкновенная. Они понимают, что их меньшинство, и всем на голову, как это предполагала бы иранская модель, сесть не выйдет.

Что их поддерживает Иран — ну так это их личное дело, кто их поддерживает. Они единоверцы, вот и поддерживают.

Тут надо сделать небольшое отступление. Иранцы в целом делают ставку на поддержание всяких шиитских партий, милиций и организаций на Ближнем Востоке, создавая из них такую сеть, которая создает якоря для иранского влияния в регионе. А Иран претендует на гегемонию, по понятным причинам. Страна большая, богатая нефтью, густонаселенная, с древними традициями, с серьезным промышленным потенциалом, кстати, с развитой медициной. Почему бы, собственно, не гегемонить?

Проблема в том, что в иранской гегемонии есть пунктик, во-первых, про шиизм, а во-вторых, про исламский республиканизм их специфический, который как нож острый заливным монархиям, которые, во-первых, являются все суннитами, а во-вторых, монархиями. Им ислам против республиканского строя таким образом абсолютно не нужен.

Понятно, что им это совершенно не нужно. С другой стороны, у Ирана, как и у тех же заливных монархий, есть проблема с так называемыми светскими исламистами, из которых самым, наверное, заметным примером является организация «Ихван аль-Муслимун», то есть «Братья-мусульмане». Самое известное отделение — египетское. Потому что они, с одной стороны, исламисты и сунниты, а с другой стороны — республиканцы. Им эти монархии тоже не нужны.

Таким образом получается, что Иран через своих единоверцев создает очаги влияния в Ливане через местную шиитскую партию/ополчение, известное как «Партия Бога», или «Хизбалла». «Хизб» — это партия. И в Сирии, потому что в Сирии, несмотря на то, что там, в принципе, суннитское большинство, правит там традиционно алавитское меньшинство, к которому относятся и семейства Асадов. Они формально перешли в суннизм, это все знают, что это так сделано, как жест.

Также в Ираке, где шиитское большинство после свержения и казни Саддама Хусейна, суннитский режим рухнул. И вот в Северном Йемене, где зейдизм. Сами понимаете, что это создает почву для кучи конфликтов, пересекающих друг с другом. И чем хорошим это все кончится, региона не могло.

Семейство аль-Хуси правительство Салиха пыталось арестовать. В ответ на эту неудавшуюся попытку, типа Far Cry 5, хуситы поднимают открытое восстание. Соответственно, с 2004 по 2008 годы в стране полыхает полумасштабная гражданская война. Каковая война прерывалась многочисленными попытками переговоров и даже каких-то там соглашений о прекращении огня, но каждый раз эти прекращения огня заканчивались срывом.

Почему срывом? Потому что каждый раз что-нибудь происходило: то кто-то кого-то обстрелял, то что-то еще там произошло, и все друг друга обвиняют. А если не произошло ничего такого прям открытого в военном смысле, то значит произойдет какой-нибудь теракт, в котором все друг друга обвиняют. Типичный пример: 2 мая 2008 года очередное перемирие кончилось тем, что на выходе из одной из мечетей в Сааде, где главная тыловая база хуситов, произошел взрыв. 15 человек убито, еще 50 человек ранены. Соответственно, правительство Салиха обвинило в этом хуситов, что они сами себя взрывают. Хуситы сказали: да сейчас, нам-то это зачем? Это вы тут взрываете из ненависти к нам.

Все опять же обвинили в этом еще и «Аль-Каиду», потому что «Аль-Каида», обрадовавшись бардаку, как раз к 2008 году произвела консолидацию местных сил, привлекла в том числе свое саудовское отделение. К ним радостно примкнул Тарик аль-Фадли тоже. Кстати, когда был конфликт между Северным и Южным Йеменом в 1994 году, знаешь, кто предлагал Северному Йемену поддержку и помощь?

Кто?

Усама бен Ладен.

Ух ты.

Предлагавший отправить моджахедов ради правого дела. Но ему сказали, что обойдутся без него, и, видимо, правильно сделали.

Короче говоря, война шла таким образом до 2009 года, когда Саудия начала открытую интервенцию. Она и до этого была припутана, неоднократно обвиняла хуситов в нарушении границы. Вы вообще учитываете местную специфику? Потому что на Аравийском полуострове там сплошная пустыня же.

Кстати, ты знаешь, что Саудия является одним из крупных импортеров песка?

Они и песок импортируют, для того чтобы строить, наверное, что-нибудь.

Да, потому что местный песок не годится.

Для того, чтобы раствор замешивать.

А кроме того, они из Египта тащат песок специально, чтобы пляжи насыпать. Потому что в Египте песочек желтенький, а у них песочек беленький. Они хотят, чтобы у них были пляжи желтенькие.

Про песок я в курсе был. Я только забываю, откуда они его покупают.

Откуда только нет. Так что все шутки про то, что если коммунистам отдать пустыню, они будут импортировать песок, — это не шутки. Песок будут импортировать все. В любом случае.

Капиталисты, да. Это же только дураку кажется, что песок есть песок.

Потому что, скажем, если мы с тобой поедем куда-нибудь на Багамские острова, там песку тоже будет до задницы. Но это какой песок-то? Это коралловый песок. Волны точат коралл. Очень много островов в Карибском море — это коралловые острова либо полностью, либо частично.

И в этой самой пустыне граница — это такое дело. Вы понимаете, что невозможно всю пустыню утыкать блокпостами. Логистически нереально. И тем же саудитам, оманцам им пришлось очень долго объяснять племенам бедуинов, которые там кочуют, что вот тут какая-то Саудовская Аравия теперь, а тут какой-то Оман. Бедуины этого ничего не понимали абсолютно и продолжали кочевать, как привыкли.

Не глядя на это все. А тут какие-то новые самозваные пришли.

Нововведения какие-то.

Так вот, соответственно, к 2009 году саудиты продолжали обвинять хуситов в том, что они нарушают границу, баламутят местных шиитов и вообще. Хуситы, кстати, в свою очередь обвиняли Саудию в том, что они предоставляют территорию для войск правительства Салиха, чтобы их оттуда обстреливать, и они не могли ударить в ответ. И было понятно, что рано или поздно начнется открытая интервенция.

Началом считается 2009 год, когда очередные переговоры ни к чему не привели и правительство Салиха объявило о начале операции «Выжженная земля» и двинулось на север. К ним присоединились саудиты. Во-первых, на основании того, что хуситы вмешиваются во внутренние дела королевства. А во-вторых, потому что в Красном море была задержана какая-то посудина, которая везла вроде как противотанковые управляемые ракеты из Ирана. Саудиты тут же заявили, что это подлое вмешательство иранцев не в свое дело. Иранцы объявили: какие ракеты, какой-то корабль захватили по своим делам, никаких ракет не знаем, вы все врете.

Так что 4 ноября 2009-го хуситы, обозлившись, атаковали саудитскую границу и захватили несколько деревень в качестве акции возмездия за вмешательство, как они считают, во внутренние дела Йемена. Саудиты ответили бомбежками, ракетными ударами и артиллерийскими обстрелами, что на некоторое время поставило хуситов в невыгодное положение и позволило к 2010 году правительству Салиха начать очередную операцию против них, так называемую операцию «Удар в голову». Я смотрю, в армии Салиха никто особо не заморачивается с названиями для операций.

Им удалось нанести достаточно чувствительный удар по хуситам, так что буквально через две недели хуситы запросили перемирие. И на некоторое время саудиты и правительство Салиха праздновали победу, считая, что практически добились своего. Понятно, что это перемирие долго не продержалось, и в конце января, по-моему, 31 числа 2010-го война возобновилась новыми бомбардировками, а также с привлечением некоторых племен севера, которые, поскольку исповедовали суннитские течения, были против хуситов. Так что правительству Салиха удалось их натравить на повстанцев, и к концу 2010-го оказалось, что дела повстанцев-хуситов плохи.

Они, кстати, пытались привлечь в качестве посредника одного уважаемого богослова из Ирака, шиитского. Али ас-Систани. Он довольно известный, скорее всего, вы слышали о нем. Он глава шиитов-двунадесятников в Ираке. Двунадесятники — это мейнстримовые шииты. То есть хуситы — это не двунадесятники, они зейдиты. Есть еще исмаилиты. Это третье крупнейшее течение в шиизме. Ладно, про исмаилитов и ассасинов мы как-нибудь в другой раз с вами поговорим.

Я хотел сказать вот что. Когда они привлекли главу шиитов Ирака ас-Систани к переговорному процессу, вместо переговоров начался международный скандал. Потому что в центральной мечети Эр-Рияда, в Саудовской Аравии, тамошний настоятель прочел проповедь, заявив, что ас-Систани не может быть посредником в мирных переговорах, потому что он нечестивец. Начался скандал из-за того, что главу шиитского духовенства Ирака позорными словами всякими называют. И никакого мира не получилось.

Что было дальше, неизвестно. Тут настал 2011 год, когда во многих странах арабского Востока началась так называемая арабская весна. Нам эта самая весна наиболее известна своими результатами, во-первых, в Египте, где она свергла режим генерала Хосни Мубарака. И после протестов на площади Тахрир на некоторое время вознесла на политический олимп «Братьев-мусульман» и этого чувака Мухаммеда эль-Барадеи, который раньше в МАГАТЭ командовал. Помню, как западные газеты захлебывались от восторга, что режим подлого военного тирана наконец свергнут. И их не смущали никакие неудобные подробности. Например, тех журналистов, которые поехали на площадь Тахрир отмечать народное ликование, их там избили и изнасиловали всех. Что-то демократические протестующие как-то себя показали не очень. И то, что до этого вообще-то режим генерала Мубарака был годами очень демократическим, и американцы его всячески поддерживали.

По понятным причинам. Потому что если бы после гибели Садата от рук «Братьев-мусульман» Хосни Мубарак не стал генерал-адмиралом Аладдином, то происходили бы честные выборы. А на честных выборах в арабской стране, как правило, побеждает брат-мусульманин. А дальше что будет со стратегическим регионом Суэцкого канала — это очень интересный вопрос.

Причина там была многоэтажная, почему американцы вообще впилились в этот процесс поджига Ближнего Востока. С Египтом главную роль играло то, что генерал Мубарак был уже очень пожилой и было понятно, что он уже скоро помрет, рано или поздно, он же не бессмертный. Он сейчас, например, давно уже покойник. А его сын Джамаль, Гамаль по-египетски, не пользовался авторитетом среди кого бы то ни было. Поэтому было решено немножко форсировать события и посмотреть, не будет ли лучше.

В итоге пришел фельдмаршал Сиси, стал сам генерал-адмиралом Аладдином, а эль-Барадеи и его подельников посадил в тюрьму, а Мубарака, наоборот, выпустил обратно.

В Ливии чем это кончилось, известно — тем, что страна просто рухнула и не существует. В Тунисе пал режим Бен Али, вместо него установился какой-то такой непонятный республиканский режим. Стало ли от этого сильно лучше, в Тунисе вряд ли способны объяснить.

Я тебе прямо скажу: не стало. У меня тут геофрендша ходит на шведский, и у нее, знаешь ли, есть из Туниса девочка. Она очень не хотела бы жить в Швеции. Но вот по-другому у нее никак. Как-то вот так получилось.

Кто бы мог подумать, действительно.

В Сирии это привело к началу многолетней кровопролитной гражданской войны. И Сирии бы никакой, наверное, не было, если бы не прилетели вежливые люди, ваххабитов не перебили. Сейчас основной вопрос в том, чтобы выселить американцев с базы Ат-Танф. Но шиитские милиции на фоне развернувшегося сейчас кризиса в Красном море последние недели бодро обстреливают и Ат-Танф, и вообще прочие американские базы в окрестностях. Так что американцы даже уже что-то засобирались сокращать присутствие. Давно бы так. Но об этом чуть погодя.

Свои бунты, кстати, были и в монархиях Персидского залива. В Бахрейне, например, восстали местные шииты, которые там не гастарбайтеры, а граждане. И их правящий в этой монархической стране режим танками раскатал всех.

А так можно было, да?

Да. И ничего, что-то про Бахрейн никто не начал вопить, что там правит тиран, убивающий собственный народ. Там, видимо, то ли народ какой-то не тот, то ли тиран тот, то ли убивают как-то по-особенному, трудно сказать.

Демократические процессы.

В Саудии тоже, и тоже шииты. И там, понимаешь, основная проблема еще и в том, что шииты в основном живут в регионе вот у самого залива. И как бы там, как назло, и самая нефть. Собственно, если они отделятся, то Саудию можно будет закрывать вообще. Там тоже всех расстреляли. Головаря шиитов взяли и отрубили ему голову. И ничего, опять же, никого не интересует.

А в Йемене как раз для правительства Салиха все обернулось плохо. В январе 2011 года в Сане начались массовые манифестации, которые были изначально, как всегда в таких случаях, направлены против планов Салиха в очередной раз баллотироваться во власть либо, как вариант, передать власть своему сыну, чтобы он стал генерал-адмиралом.

Наследственный генералитет.

А что ты хочешь? Нынешний президент Асад, его, между прочим, только вот в эту войну начали называть ар-Раис Асад. Потому что до этого ар-Раисом Асадом был его покойный папа Хафез в головах у людей. Это только когда он не струсил и стал бороться с выходными повстанцами, его стали звать ар-Раисом. То есть the President, если по-английски выражаться. До этого the President — это был папа. Так устроено просто.

Должен был вообще, кстати, править-то не он. Он, к сожалению, не хотел быть доктором-офтальмологом по профессии. Просто его старший брат разбился на машине, и пришлось ему все бросить, ехать, получать военное образование и делаться генерал-адмиралом Аладдином. Так, к сожалению, все работает в этом регионе.

Так вот, в Йемене главной зачинщицей революции была Таваккуль Абдуссалам Халид Карман.

Карман?

Карман. Это просто обычная фамилия. Это не фамилия, это место такое, из которого происходит семья. Карман.

Да, карманская, короче.

Короче говоря, это нобелевская лауреатка, активистка за права человека, журналистка, предводительница какой-то шоблы «Женщины-журналисты без цепей». Была как раз в 2011 году сопричислена к Нобелевской премии мира. А вы знаете, что Нобелевская премия мира в последние десятилетия — это не премия, это такое клеймо, которое указывает, что это странный очень человек. Там Горбачев какой-нибудь или Барак Обама.

Проживает…

На дне океана.

Нет. К счастью, ей удалось убежать. И она сейчас сидит где-то то ли в Лондоне, то ли еще где-то. Короче, почему-то революция и ее результаты ей не очень понравились. Но она, кстати, никаких выводов не делает и говорит, что во всем виноваты хуситы. Что во всем виновата ее дурная голова, это почему-то в эту самую голову не приходит.

Короче говоря, Салих в итоге был вынужден оставить власть. Хуситы восприняли это, понятно, как подарок судьбы, и объявили, что всецело поддерживают революцию. А чего нет-то, собственно, для них? Этим только и воспользовались. И, воспользовавшись бардаком и наступившим разбродом, когда непонятно, что делать, развернули наступление и стали сами набегать на правительственные силы.

Так что, когда в 2011 году режим Салиха кончился и в следующем году пришло к власти правительство нового президента Хади, очень слабое, у хуситов дальше пошла карта. Дело в том, что, как и всегда после всяких революций и подобного толка, в стране стало нечего жрать. Бывает такое. В данном случае новое правительство в 2012 году решило, что денег нет, но вы держитесь, и отменило субсидии на горючее.

Ух ты.

Да, потому что в самом Йемене с переработкой не очень. Кое-какая нефть есть, но, понимаете, ребят, в чем проблема? Нефть есть — это примерно то же самое, что нефти нет. То есть это как бы значит все и ничего. На нефти не поездишь.

Дело не только в этом. Например, нефть — какая нефть? Нефть, которая, например, в каком-нибудь Ираке, — это хорошо в том смысле, что это нефть легкая. Это значит, что ее добыть проще. Она жидкая. И ее перерабатывать проще. Ее можно в дизель, наверное, просто так залить и поехать, если прям сильно надо. Понятно, что лучше так не делать, я говорю вообще теоретически.

А вот, например, в каком-нибудь Тунисе нефть так называемая битуминозная, она очень густая, ей хорошо дороги мостить. Или в качестве мазута ее, видимо. В том смысле, что, во-первых, ее трудно достать. Попробуй-ка выкачай вот эту гущу. И потом ее еще заманаешься перерабатывать. И из нее, чтобы выделить легкие фракции, надо иметь технологии. Например, почему Венесуэлу душит блокада, хотя страна по нефти богатейшая? Потому что в блокаду в том числе включаются химикаты, которые надо залить в скважину, чтобы разжижить изнутри эту густую нефть и можно было ее выкачать. А нет химикатов — вот и нефть. Очень жаль. Качайте оттуда, где все жидкое и легкое.

В Йемене там тоже с этой нефтью не айс. Не очень. Там хорошей мало, и качать дорого. НПЗ — это отдельная тема. Их же надо строить. Это надо уметь как. Опять же, технологии, химикаты, они импортные потребляют.

Если посмотреть на карту, кто что экспортирует на Ближнем Востоке, вы увидите, что самая большая, в общем-то, статья экспорта — это в основном нефть. В некоторых местах золото, всякие какие-нибудь камни драгоценные.

Бриллианты.

Бриллианты, да. Например, в Ливане, как ни странно, золото — самый большой экспорт.

В Ливане, это самое, как ее звать-то, Миа Халифа.

Я имею в виду не то, что порно-звезд Ливан экспортирует, я имею в виду, что она из семьи ювелиров.

Да, да, да.

И единственная страна, которая экспортирует не сырую нефть, а нефтепродукты, — это Объединенные Арабские Эмираты. То есть они внезапно…

Самая богатая и продвинутая.

Да, они, собственно, добавленную стоимость вот эту и извлекают от того, что они эту нефть перерабатывают и продают уже в виде топлива, бензина и всякого такого.

Ну и не только эти соображения. Иран импортирует достаточно заметное количество газа.

Импортирует?

Да. Например, из Туркмении. Почему? Просто потому, что до Туркмении близко, а до собственного газа от туркменской границы далеко. И проще от Туркмении провести, чем от себя тянуть.

Интересно.

Это не видеоигра, в которой нефть, если вы добыли, она наверху экрана в циферке формируется, и вы можете… А куда ее тратить? Это не Warcraft II.

Иран — там все понятно, там сплошные горы, пойди построишь трубопровод с юга на север. Мы им тоже, например, продавали нефть, просто потому что от нашей советской границы было ближе до нефтеперерабатывающего завода на севере, чем от их же месторождений на юго-западе.

Короче, все сложно. У Сомали тоже, в принципе, нефть есть. А кто-нибудь про нее когда-нибудь слышал?

Короче, из-за того, что цены на бензин до этого субсидировались наполовину, теперь после революции денег почему-то не стало, и субсидии отменили. Цены на бензин тут же взлетели вдвое, следом взлетело вдвое и все остальное, потому что практически все по Йемену возят на бензине, там никакого другого транспорта как бы особо и нет. В том числе, кстати, общественного. Так что хочешь куда-то ехать — бензин.

Это вызывает в стране взрыв недовольства против этого правительства, чем пользуются одновременно хуситы, переходя в очередное рассеянное наступление со всех сторон, и местные аль-каидовцы тоже, которые резко усиливают свою активность на востоке страны, объявив о том, что там создается теократическое государство.

Ух ты.

Да. Хуситы их люто ненавидят, потому что они радикальные сунниты и карачун им, секир-башка, вы поняли.

В 2015 году на фоне разрастающегося кризиса, отсутствия бензина, массовых протестов и восстаний тут-то там Сана захвачена хуситами, правительство бежит в Аден, откуда просит Саудию и другие заливные страны, и не только заливные, но и Судан тоже, об интервенции.

Не могли бы вы немного вторгнуться, пожалуйста.

И немножко помочь нам с внутренними смутьянами.

Вскоре после этого хуситы вышибают их из Адена тоже, но тут как раз подруливают международные силы. Сухопутные войска в основном предоставили Объединенные Арабские Эмираты. Тут, правда, надо понимать, какие армии у саудовских и эмиратских монархий. Это армии, в которых служат пакистанцы, негры всякие, кто угодно, только не собственно граждане страны, потому что граждан страны мало, а негров много, вот пусть негры работают.

Все это, с одной стороны, хорошо и здорово, с другой стороны, все, я думаю, хорошо помнят, как в 1990 году американцам пришлось разводить отдельную операцию Desert Shield, потому что когда Ирак саддамовский оккупировал Кувейт и, в общем-то, мог, скорее всего, попер бы дальше на Саудию, потому что задача-то была как раз не то что Кувейт, а вообще сделаться гегемоном. Так вот, профессиональная саудовская армия почему-то потерпела поражение от любительской иракской армии.

Да, чего это они?

Потому что иракская армия до этого 10 лет стрелялась с иранской армией, а саудовская только маршировала и деньги получала. Поэтому понятно, что ветераны и любители новичков-профессионалов побьют только так.

В одну калитку им накатали.

Если бы американцы не прибежали, то, скорее всего, ничем хорошим для Саудии бы это не закончилось.

И, соответственно, все эти силы вышибали хуситов из Адена и водворили правительство Аль-Хади обратно. А также установили для Йемена блокаду, что привело к развитию гуманитарной катастрофы, в ходе чего в 2015–2016 годах полмиллиона детей недоедали. То есть плохо питались, одной кашей пустой, и больше ничего. Полтора миллиона служащих севера осталось без зарплаты, и чего им жрать, абсолютно никому не было известно. Правительство Хади в Адене ничего вразумительного на эту тему сказать почему-то не смогло.

Таким образом, в 2014 году ситуация в стране переходит в не то что какой-то мятеж, а в натуральный крах йеменской государственности и гражданскую войну, в которой страна поделилась на какие-то куски, которые можно более или менее определить следующим образом.

Северо-запад со столицей Саной находится под контролем хуситов. Партия «Ансар Аллах», которая считает себя официальным йеменским правительством, которое, правда, еще никто не признал. Свое правительство называют Верховный политический совет. Там не только хуситы, но и они тоже главные, потому что у них основные силы вооруженные. Вот обратите внимание: то, что люди сильно мотивированы, побивает всех. И Саудию, и армию, и кого хочешь. А теперь уже грозят судоходству вражескому, США и Великобритании грозят уже.

Великобритания только может сказать, что у нас только одна пушка стреляет. Как можно было докатиться до такого? Они самолеты посылают. У них свои методы ведения.

Про самолеты тоже. Значит, самолеты на тот момент посылала главным образом Саудия, благо они накупили на нефтяные доходы много, и этот самый северо-запад бомбили. Южная часть страны под контролем, соответственно, как бы правительства, которое, правда, очень быстро показало, что его власть распространяется в основном на сам Аден, и то не наверняка.

На западе страны, там, где как раз узкий перешеек на выходе из Красного моря…

Баб-эль-Мандебский пролив, собственно.

Да, да, да. Там фактически царит какая-то махновщина, никто никому не подчиняется. А на востоке страны — очаговое присутствие ваххабитов, всяких исламистов из всяких исламских государств и тому подобного.

Короче говоря, в 2017 году хуситов оттеснили, и Сану в общем поставили под контроль этой самой международной коалиции. И все бы было ничего, но тут за каким-то хреном вылез бывший президент Абдалла Салих и попытался выступить в Сане с проникновенной речью против хуситов. И все это привело к тому, что его речь вызвала массовое возмущение. Хуситы подняли в Сане восстание, захватили контроль над ней. Салих пытался бежать в сторону своей родной деревни. Его машину взорвали. Когда он пытался пешком бежать, его застрелил снайпер.

Класс.

Таким образом, Салих за каким-то дьяволом мало того, что сам голову потерял, так еще и хуситов воодушевил на продолжение войны. Что в голове у дедушки было, абсолютно неясно.

Наверное, кто-нибудь отправил туда.

Я тебе скажу, кто его отправил. Отправили саудиты. Потому что основной предмет речи, помимо того что хуситы — беда, было то, что надо обязательно подписать договор с Саудией о мире, дружбе, взаимопомощи и фактическом марионеточном состоянии.

Понятно, да.

Так что саудиты его, собственно, и отправили. И они не рассчитывали, что это закончится вот этим.

Короче говоря, в 2017 году в коалиции произошла крупная потеря. Если кто помнит, в 2017 году эмират Катар вдруг задрался со всеми соседями, с теми же ОАЭ, Саудией.

Да, задиристый какой, посмотрите на них.

Катар — это отдельная тема. Потому что, во-первых, там исповедуют, опять же, очень интересный извод ислама, так называемый ибадизм. Помните, у этих самых, у фрименов, в «Синих глазах» назывались «глаза Ибада»?

Да-да-да, было такое.

Ибад — это рабы, значит. В религиозном смысле, то есть рабы Божьи. Короче, фримены эти самые в Катаре на нефтяных доходах, а также на кризисе в Ливии в лице жирного катарского эмира тогдашнего решили, что они тоже будут гегемонами, не хуже других.

Покемонами.

Гегемонами, только очень маленькими. И, например, танки из Катара поучаствовали в крахе Ливии, катарские же деньги спонсировали боевиков ан-Нусры в Сирии. Из-за этого катарского эмира многие не очень любят. И в частности, его не очень любят другие воннаби-гегемоны, включая Саудию и ОАЭ. И кончилось все это тем, что они немножко пострелялись, и в итоге катарский контингент исключили из пионеров и отправили обратно домой из Йемена, сказав, что нам такие не нужны.

Помощники.

В итоге эмира, кстати, спихнула его собственная супруга, шейха Моза. Не сама она, в смысле, посадила своего сына, но на самом деле всем рулит в значительной степени как раз Моза.

Вот это замес.

Она баба такая, молодец, красавица, еще с железным таким стержнем. По сравнению с ее никчемным муженьком вообще небо и земля. Она и моложе его гораздо.

И диабета у него нет, в отличие от него.

Так вот, короче говоря, Катар выгнали. ОАЭ решили, что заниматься тасканием каштанов из огня для саудитов — это не самая умная затея. Гораздо лучше сыграть в свою игру и попробовать сделать ставку на некоторые территориальные приобретения в Аденском заливе.

Дело в том, что под юрисдикцией Йемена находится остров Сокотра. Вот от Африканского Рога, от самого острия, посмотри вправо на карте — видишь островок? Вот это Сокотра. Когда-то бог знает когда там был какой-то местный эмират или что там. Так-то то, что Сокотра, она йеменская, формально.

На данный момент, да, очень формально. Потому что в 2018 году ОАЭ, решив, что Сокотра — это стратегический остров, находится на входе в залив…

Баб-эль-Мандебский.

Да, ОАЭ-то он как бы не помешает, лишним точно не будет.

Конечно.

И они его благополучно захватили. Высадили воздушный десант, захватили аэропорт, который там на Сокотре является основным каналом быстрой связи. Солдатам, формально подчинявшимся правительству в Адене, сказали «кыш» и просто выгнали их, и все. И объявили, что Сокотра — это вообще никакой не Йемен на самом-то деле. Это древняя культура, которая была долгие годы под пятой гнусного йеменского угнетения. И у них даже свой язык сокотрийский есть.

Ух ты.

Да. Это такой семитский язык, который значительно отличается от арабского, но по-арабски они, конечно, тоже много говорят. И в общем, они освободили от угнетения. Надо освободить и улучшить социально-экономическую ситуацию, и чего-то там еще. И даже объявили, что якобы берут в аренду на 99 лет. Смотрите, какая Британская империя нашлась новая, острова в аренду берут на 99 лет.

Это, конечно, забавно.

Вообще из-за того, что начался такой хай, все заорали: что творится, внаглую грабят Йемен. И в итоге в следующем полугодии контроль как бы вернулся к йеменскому правительству юга. Но поскольку само йеменское правительство юга находится под значительным влиянием ОАЭ, это все хрен редьки не слаще. Конечно, не настолько нагло, как тогда, когда они подняли свои флаги на Сокотре, но все равно.

В 2018 году на юге страны против правительства Хади начинается свой мятеж, отдельный.

Класс.

Потому что местные, видимо, из бывших сторонников отдельного Южного Йемена объявили о создании так называемого Южного переходного совета и о нелегитимности порочного и коррумпированного правительства Хади. То есть изначально они собирались его свергнуть и, видимо, сесть вместо него. Но к ним припутались джихадисты Тарика аль-Фадли, который вообще играл какую-то очень сложную комбинацию.

Потому что, смотрите, он, с одной стороны, сотрудничал с «Аль-Каидой» против хуситов как грязных еретиков, и заодно с Саудовской Аравией против хуситов как грязных еретиков. При том что Саудовская Аравия с точки зрения «Аль-Каиды» — это тоже грязные еретики, но они менее, видимо, грязные еретики.

Да, менее еретики.

Одновременно Тарик аль-Фадли объявил о создании эмирата имени себя. Начался цирк, одним словом.

При этом считается, что только в 2015–2018 годах 85 тысяч детей в Йемене померли от голоду.

Вот это да.

Кроме того, с 2016 по 2021 год развернулась эпидемия холеры на 2,5 миллиона случаев. К счастью, смертельных мало, всего 4 тысячи, но то, что в современной стране какая-то холера в принципе возможна в таких масштабах, — это не есть хорошо.

К 2019 году, пользуясь тем, что на юге творится полнейший бардак, хуситы, осмелев, продолжают атаки, на сей раз массово применяя беспилотники, которые получают от добрых иранских друзей. Их целями впервые становятся саудовские нефтеперерабатывающие заводы, что вынуждает в 2019 году Саудию уполовинить производство нефти. Не саудовские войска, а те же самые суданцы, оаэшники начинают страну покидать, поняв, что что-то славной победы не выходит, а денег просадили уже хрен знает сколько.

В 2020 году по плану правительства в Адене и их саудовских товарищей должно было состояться триумфальное взятие Саны. Вместо этого почему-то хуситы только приобрели новые территории, а мятежный Южный переходный совет замирился с правительством и создал с ним какое-то новое совместное.

В 2021–2022 годах хуситы, воспользовавшись тем, что мы отвлекли внимание американцев на себя, осмелели и начали атаковать нефтяные объекты не только в Саудии, но и в ОАЭ. И поубивали в ОАЭ, по-моему, то ли пятерых человек, то ли шестерых. Какое-то такое число. Саудиты в ответ продолжают бомбовые удары, но это почему-то ничему не помогает.

В 2023-м, в прошлом году, в Адене состоялось совещание среди наиболее авторитетных персонажей, на котором на полном серьезе было объявлено о воссоздании Южного Йемена. То есть к чертовой матери хуситов, пусть живут в Северном Йемене, мы сами по себе будем. Предполагается, что Южный Йемен будет федерацией. Но когда это будет, какой федерацией — это все до сих пор непонятно. Потому что на конец прошлого года ситуация оставалась примерно такой, как я вам объяснил. В даже якобы подконтрольных этому южному правительству областях далеко не все так хорошо и здорово. Так что какой реально кусок займет это новое южнойеменское образование и почему оно думает, что хуситы не пойдут дальше на него войной, — вопрос отдельный.

Тем временем в Газе начинается известный всем конфликт. ХАМАС набегает на Израиль, Израиль нещадно бомбит Газу. Вот тут мои свойственники, которые уехали из России в Израиль от войны, сразу поняли, что надо было уезжать в какое-нибудь другое место, в Тайвань.

Куда думать ехать-то вообще? Вот смотри, казалось бы: Россия напала, уедем. Куда не нападают? Уедем в Израиль. Вообще странная мысль — ехать в Израиль, в котором постоянно то война, то теракт, то еще что-то, именно от войны как-то странно.

От скуки ехать.

Это ладно еще. Некоторые уехали в Дубай. Теперь, оказывается, еще и Дубай того-этого. Эмираты тоже на кого-то там напали, у кого-то отжали целый остров. Так куда вообще податься-то честному человеку?

Не знаю. Можно, наверное, поехать в Бруней. Он, наверное, ни на кого не посягает.

Да? Ну вот.

Имейте в виду, господа и дамы. Бруней.

Бруней, да. Пока что еще не замарал себя. Можно попробовать какие-нибудь, я не знаю, на Таити. Вот, кстати, Таити точно ни на кого не нападает, там всем не до этого.

Возвращаемся к теме. Из-за того, что конфликт в Газе вышел за пределы того, к чему все привыкли, то есть он перерос по масштабам даже известные события Второй интифады… Объясняю. Когда вот мы с тобой были маленькие, и помнишь, там постоянно по ящику начиналось: «Израиль нанес ракетно-бомбовый удар», седовласый и живой еще Ясир Арафат чего-то там возмущенно трясет сухим кулаком, и дальше все примерно в том же духе. Одни взорвали, другие разбомбили, Ясир Арафат опять потрясает лапами и так далее.

Были, конечно, обострения посерьезнее. Вы помните операцию «Литой свинец», когда бились с «Хизбаллой» на территории Ливана, и кончилось все тем, что обе стороны рисовали карикатуры о том, как они победили другую.

Победили все друг друга.

В Израиле рисовали карикатуры, как подлая «Хизбалла» сидит на руинах и плачет, а в Ливане рисовали карикатуры, как подлый ЦАХАЛ убегает и плачет.

Все плачут, да.

Все плачут, да. Все победили. На тот момент я уже учился на факультете международных отношений как раз на отделении стран Ближнего и Среднего Востока и приучился к карикатурам ближневосточных стран относиться философски.

Короче говоря, хуситы объявляют, что раз такая пьянка и, по ходу, южане сдулись, саудиты что-то бомбят-бомбят и ничего сделать не могут, надо расширять ассортимент приемов. И объявили, что будут просто атаковать корабли стран, которые, с их точки зрения, связаны с Израилем.

Привело это на данный момент к ряду последствий. Во-первых, корабли, которые ходят через Красное море, Аденский залив и пролив Баб-эль-Мандеб, начали на свои трекеры, в международной системе отслеживания, вешать надписи типа: «Корабль русский, команда русская», «Корабль китайский, команда русская».

Все китайцы, экипаж — все китайцы, да.

Потому что хуситы объявили, что русские и китайцы плавать могут как хотят, индусы тоже могут, а вот американцы не могут. Их будем бомбить и топить.

Вторым последствием является то, что трафик через, собственно, Баб-эль-Мандебский пролив и через Красное море снизился на 93 процента или на 97, я не помню точно цифры.

Ввиду того, что страховые суммы выросли.

Да. Никто теперь там не хочет плавать, потому что цены не сложишь платить за страховку.

Потопит, не потопит — это вопрос такой. А вот то, что тебя обдерут страховщики как липку, — это другое дело. Вообще, понимаете, с морским страхованием это вопрос такой открытый. Помните, сомалийские пираты все лютовали-лютовали и никак их не могли победить? Потому что масштабы лютования пиратов были на самом деле довольно маленькими с точки зрения страховщиков и страховых компаний, я имею в виду, и они поэтому не очень сильно драли деньги. Для судовладельцев было проще плюнуть на этих пиратов и заплатить немножко денег сверх страховщикам, и все.

Кстати, вы заметили, что с 2010 года никаких захватов сомалийскими пиратами российских кораблей не было? Знаете почему? Туда приплыл российский корабль и шарахнул.

Он не шарахнул, он просто высадил морпехов на захваченный русский корабль. Всех, кто был с оружием и не догадался его бросить, поубивал. А дальше пираты ждали, что все будет как обычно. То есть их просто отпустят, и они будут дальше пиратить. Потому что альтернатива — везти их в Йемен и сдавать там. В Йемене им отрубят всякие части тела по местным законам. И страны западные не могли такого допустить. Поэтому пиратов отпускали, дав им еды, воды и прочего. А у нас было решено отпустить, но ни еды, ни воды, ничего не давать. И больше этих пиратов никто не видал. Они где-то там сгинули.

Сгинули, бедолаги.

И чудо — пиратство сразу как-то стало игнорировать российские корабли. Вот что бывает.

Я страшусь подумать, что будет, если повесить там на рейх.

Показательно.

Тогда, наверное, пираты будут охранять суда. Не дай бог, чтобы ничего не случилось.

Домнин, погоди, еще последствия. Это важно. Теперь все суда, которые, например, из Китая везут какие-нибудь хорошие ценные товары в Европу, раньше шли через Баб-эль-Мандебский пролив и через Суэцкий канал, теперь оплывают Африку. А это добавляет от 8 до 14 дней путешествия, в зависимости от того, как там что получается.

Ну, собственно, ради чего и рыли канал.

Да-да-да. Так что тут, во-первых, это все дороже стало, дольше, и, в общем-то, одни убытки от этих товарищей, которые там пытаются пулять.

Соответственно, хуситы применяют при атаках на суда беспилотники, противокорабельные ракеты, но главным образом именно беспилотники. Потому что сейчас мы находимся в такой интересной, как бы с точки зрения военного дела, точке, когда средства поражения есть, которые сильно дешевле, чем то, что они поражают, и чем средства борьбы с ними.

Беспилотники стоят дешево, то есть в размере десятков тысяч долларов. Учитывая, что это все производство восточное… Вообще Восток за последние десятилетия, а мы еще раньше, как часть Востока в принципе тоже, делаем ставку на то, чтобы делать оружие простое, дешевое и массовое. Потому что что хорошего в том, что ракета там какая-то будет чудо-непробиваемая, если она стоит дороже, чем объект, который она поражает? Так можно разориться быстрее.

То есть это все хорошо работает, если вам не надо ни с кем реально воевать, а надо просто впаривать своим клиентским странам свое оружие за огромные деньги. Тогда это как раз плюс. А когда вам, собственно, воевать приходится, вот тогда вступает вопрос.

Таким образом получается, что хуситы могут себе позволить хоть десятилетиями бомбить корабли и вообще всех, кто попался, с помощью беспилотников и прочих дешевых средств. А что-то с ними сделать… Ну, против них министр обороны США Ллойд Остин объявил операцию «Страж процветания» в составе коалиции во главе с США.

Кроме США там есть британцы, у которых, как выяснилось, только одна пушка стреляет, канадцы, сильно сомневаюсь, что они чем-то лучше, французы, итальянцы, норвежцы, испанцы, Бахрейн.

Там австралийцы вроде были еще.

Да, австралийцы. Но надо понимать, что большая часть всех этих замечательных граждан делится разведданными и просто моральную поддержку оказывает.

Ну и с вами.

Наваляйте, да.

Все это стоит больших денег, потому что корабли эти должны есть, пить, ремонтироваться, отдыхать, потребляют топливо, боеприпасы, опять же дорогие. Ломаются в процессе.

Все ломается, да, надо чинить, надо отводить. Короче говоря. Вообще, да, для понимания просто напомним, не все у нас в курсе: если вы посылаете куда-то авианосец с авианесущей группой, которая там 6 или 7 эсминцев вокруг него плавают, его охраняют…

Авианосная ударная группа.

Да, да, да. Вообще, после того как этот авианосец в поход сходил, в двухмесячный, его потом еще надо чинить несколько месяцев. Потому что выяснится, что там все отвалилось, как обычно.

Что-то где-то отвалилось, что-то где-то забилось, еще что-то. И приходится чинить это все долго, дорого. А ну как воевать придется с кем посерьезнее, чем хуситы?

При этом хуситы никаких признаков устрашения перед этим «Стражем процветания» не демонстрируют абсолютно. То есть последние атаки произошли буквально на днях и, по-моему, даже сегодня. В конце января была очередная атака на какое-то нефтеналивное судно.

Соответственно, на данный момент США не придумали ничего умнее, как нанести удары по Сирии и Ираку, объявив, что это все…

Сегодняшние новости. Да, да, да, сегодня ночью было.

Объявив, что они нанесут удар в качестве операции возмездия. Возмездие пока же кончилось тем, что сегодня по Ат-Танфу опять долбанули ракетами и беспилотниками неустановленные лица какие-то.

Дело тут вот в чем. Я буквально пару недель назад читал в ряде изданий как раз западных, Newsweek, между прочим, был, Bloomberg тоже. Общая мысль этих публикаций звучала так: абсолютно никакого способа что-то сделать с хуситами на самом деле реально нет. Потому что американцы и их союзники в последние десятилетия в основном мыслят категориями, во-первых, санкций, а во-вторых, нанесения ударов.

Понятно, что санкциями хуситов бесполезно морить, их уже блокадой морили, ничего не дало. На подножном корме как-то существуют. А во-вторых, нанесение удара выродилось, как и вообще многие подобные идеи, которые изначально представляли собой нечто действенное, в магическую практику. То есть предполагается, что если полететь и ударить ракетами по каким-то там домам, где сидят какие-то там, а может и не сидят, какие-то там лидеры какого-то ополчения, убьет их или не убьет, завтра новых посадят, какая разница. И это как бы что-то должно изменить, при том что это не меняет абсолютно ничего.

Все эти операции возмездия стоят огромных денег. И жизней, которые, если выражаться экономически, стоят дорого. Потому что на одних страховках за всех этих американских и прочих солдат заплатишь бог знает сколько. А хуситы ничего не стоят, потому что они мотивированные религиозно-политически, и у них страховок не просят.

Тут важно понимать, что все эти люди мыслят вообще в других категориях. И они не мыслят в категориях того, что есть какие-то там принципы демократии, еще чего-то. У них принцип очень простой: мы здесь живем, и мы здесь хотим, чтобы мы здесь были властью. И чтобы все было здесь по-нашему. Или, по крайней мере, чтобы нас учитывали, а не вот так вот. А кроме того, мы вообще-то часть уммы, дорогие друзья. То есть часть исламского сообщества. То есть вот мы все братья.

«Братья-мусульмане», откуда они взялись-то, собственно? Они взялись не просто так. Они взялись из-за того, что большая часть этих людей действительно считает друг друга в прямом смысле собратьями. Мы собратья по вере. Наши уважаемые родственники-братья вдруг внезапно в Газе начали мереть как не в себя. Там уже сколько? 23 тысячи покойников образовалось. Большая часть разрушилась. Мы будем помогать как можем. А если кого-то из нас там убьют, ну иншаллах.

Иншаллах, так сказать, на все воля Аллаха. Очень жаль.

Ты мне про братьев знаешь, что напомнил? Когда еще до войны Киркорову концерт в Пятигорске отменили, местные мусульмане возмутились, сказали, что он попирал ногами крест на каком-то там выступлении и оскорбил их христианских братьев. А христиане, как всегда, за мусульман заступаются в случае чего.

В общем, все эти вопросы религиозно мотивированные, и они всегда переламывают денежно мотивированные в таких вот масштабах, по крайней мере, не очень больших, не на всю планету.

Конечно.

И никаких решений для кризиса нет. Что могут сделать те же американцы для того, чтобы прекратить обстрелы своих баз в Ат-Танфе? Ничего. Вывести базу они могут. Очень просто.

Да, собственно, этим и кончится, я уверен. Потому что новую войну они не потянут. Они могут наносить эти ничего не значащие удары, просто чтобы сохранять лицо и тянуть время. Но в реальности кончится как в Кабуле было, когда все улетели, сбрасывая цепляющихся за шасси.

Это ужасающее зрелище.

А потом сказали, что была проведена огромная работа по выводу, и мы молодцы, все правильно сделали. Будет то же самое. Скажут: была проведена огромная работа по выводу базы Ат-Танф, и мы молодцы. А что там в этом Йемене — это никого не интересует.

Для завершения я скажу следующее. Скорее всего, будет восстановлено действовавшее в ходе холодной войны статус-кво, когда Северный и Южный Йемен будут государствами сами по себе, более или менее. У них будут такие противоречивые, как и в прошлом, отношения. То есть, с одной стороны, они такие типа: мы йеменцы, и вы йеменцы, что нам делить-то? Но с другой стороны, там периодически будет находиться, что делить.

Например, раньше в состав Северного Йемена входили кое-какие нефтеносные регионы, которые в Маарибе, по-моему. Кое-какая нефть там есть. Сейчас они как бы вклинивающийся в северную территорию кусок, подконтрольный южным. Вот это тоже может послужить частью конфликта. Но прям серьезной войны и противостояния между ними, скорее всего, не будет. Они постепенно устаканятся и успокоятся. И между собой будут жить в относительном мире.

Что будет относительно судоходства в Красном море — это вопрос отдельный. Я не могу вам сказать, чем там кончится, но Йемен, скорее всего, будет существовать в двуедином составе, на мой взгляд, наиболее вероятно.

Второй, менее вероятный, с моей точки зрения, исход — это то, что северяне продолжат наступать, и Южный Йемен прекратит свое существование как таковой. Возможно, с превращением его части в такое подобие Сомали с бегающими ваххабитами и всякими местными самостийниками. Это менее, на мой взгляд, благоприятный сценарий. Хотя даже при первом варианте Южный Йемен все равно будет довольно нестабильным. И ни террористы-исламисты со своим этим эмиратом, ни самостийники окончательно не исчезнут.

Кроме того, непонятно, чего будет добиваться дальше ОАЭ. Может быть, действительно передачи им Сокотры в аренду, только на этот раз за деньги, а не вот так вот, внаглую. Так что будем смотреть. Как видите, арабский Восток, как всегда, прекрасен и удивителен.

Да. В общем, любопытно, конечно. И надо понимать, что мы не ожидаем каких-то серьезных изменений по части обстрелов кораблей, пока не закончилось все в Газе. Ничего, я так понимаю, радикального сделать с этими гражданами никто не сможет. Потому что нечем просто с ними бороться. Наземную операцию никто сейчас не потянет.

Да, конечно. Я тоже тут смотрю разных граждан, которые этот вопрос освещают, вроде как эксперты. Я так понимаю, что есть консенсус, что максимум, на что можно рассчитывать в этой ситуации, — это на войну США с прокси Ирана. То есть в разных местах, где Иран поддерживает своих, скажем так, клиентов, могут возникать различного рода разборки. Кто там в чью базу дрон пулял и всякое такое. Одни будут стрелять по каким-то там непонятным домам, где сидят бородачи веселые с иранскими именами, а другие будут присылать какие-нибудь дроны и убивать американских солдат направо и налево, как вот было несколько дней назад.

Так что да, любопытно, конечно. Понятно, хуситы никуда, судя по всему, не денутся в ближайшее время.