В этом выпуске мы рассказываем о колонизации Солнечной системы - о Марсе и Венере, космодромах подскока и добыче воды, Европе и Титане, аэростатах и подледных базах.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели! В эфире 509-й выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами его постоянные ведущие: Домнин.

И Ауралиен.

Спасибо, Домнин. От тем научных и энергетических мы переходим к темам не менее научным, в некотором роде, но чуть более футуристическим. О чем мы, Домнин, поговорим сегодня?

Я бы даже сказал, космическим. Сегодня мы поговорим о перспективах колонизации Солнечной системы.

Да. То есть о чем-то более-менее близком к нашему технологическому уровню и вообще уровню познания Вселенной. Потому что как колонизировать Альфу Центавра, есть ли там вообще что колонизировать, мы сами толком не знаем. А Солнечная система изучена, более-менее, кое-как.

Начнем мы, пожалуй, как раз с нее, родимой, то есть с объяснения, из чего она состоит, потому что планеты, я думаю, помнят более-менее все. И то кто-то может до сих пор сказать, что Плутон — это планета. А вот спутники уже многие путают.

Звезда по имени Солнце — это желтый карлик, который где-то 4,5 миллиарда лет уже живет на свете и еще столько же проживет в своем нынешнем качестве. Потому что дальше она превратится в красный гигант, и Землю она того, поглотит. Так что я очень надеюсь, что мы за 4-то миллиарда лет придумаем уже чего-нибудь.

Да. Чтобы этого избежать.

Так вот, первой планетой от Солнца является Меркурий. Вообще, надо вам сказать, что все эти божественные имена планетам раздали еще римляне. Они полагали их за буквальное воплощение богов. То есть это не просто так.

Так вот, Меркурий, как и его божественный прототип, маленький и практически весь, не весь, по большей части состоит из металлического ядра. Потому что, во-первых, он слишком близко к Солнцу, и все, что могло испариться, благополучно оттуда выпарилось из-за жары. А во-вторых, по нему что-то попало. Что попало — непонятно, но, судя по всему, половины мантии после этого как не бывало. Что-то в него прилетело такое.

То есть теоретически он богат ценными металлами. Но все осложняется тем, что, как я уже сказал, он очень близко к Солнцу. И там всякие легкоплавкие и не очень легкоплавкие металлы плещутся, по-видимому, озерами.

Раньше считалось, что Меркурий к Солнцу всегда повернут одной стороной.

То есть в приливном захвате находится.

Да, tidal lock, да. То есть технически он все-таки оборачивается разными сторонами. И первоначальные идеи о том, что с одной стороны всегда день, с другой — ночь, а вот где-то посередине между ними нормальная температура… Я читал, например, когда был маленький, рассказ «Меркурий 61-го», что ли, года. Там как раз они на этой самой стороне, которая между днем и ночью…

Ксеромедиатор называется, да.

Вот. И там обнаружили прям целые долины с жизнью всякой. И даже встретили разумную жизнь в виде каких-то мозгоподобных растений, что ли, телепатически мыслящих. Это тот рассказ, помните, я его упоминал, когда мы про «Стар Трек» говорили, в котором автор внес в число космонавтов китайца по фамилии Линг, который все время говорит идиотскими восточными мудростями про то, что глупец смеется над опасностью, но, делая так, он смеется в последний раз.

Так вот, это, к сожалению, или, к счастью, не так. То есть удобные места для колонизации, может быть, и есть, но, наверное, где-то на полюсах, где есть большие кратеры. И вот там, может быть, и можно угнездиться. Можно или нет, мы пока толком не знаем.

Вторая планета — это Венера. Венера во многом похожа на Землю и в начале существования была еще более похожа. Но из-за того, что она ближе к Солнцу и не имела уже тогда магнитного поля, ввиду того что остановилось вращение ядра, вся вода, какая там была, выпарилась и создала парниковый эффект. Такой, что температура достигала 1000 градусов по Цельсию, как сейчас считается.

Это очень много, да.

Постепенно, из-за того что магнитного поля-то нет, солнечный ветер весь этот водяной пар и унес, к чертовой матери. Воды сейчас на Венере нет. Зато есть много углекислого газа, который продолжает поддерживать парниковый эффект. Правда, уже не так здорово — где-то на 500 градусов Цельсия, но это, в общем, тоже не сильно лучше для нас.

Несмотря на то, что гравитация на планете примерно как у нас, это хорошо, но вот давление на поверхности в 90 раз больше, чем у нас. И, кроме того, по-видимому, идут дожди из серной кислоты.

Да, ничего хорошего.

Потому что эта самая кислота летает в атмосфере облаками целыми. Когда мы туда запускали наши советские станции «Венера» ранних серий, ранние из них, по-моему, до 18 километров над уровнем поверхности долетели, дальше их раздавило. Седьмую и восьмую мы запускали, и такие добрались до поверхности, смогли даже на нее посмотреть. Но только очень недолго: через час их тоже раздавило, не выдержали.

Когда-то давно я, опять же, читал такие фантастические рассказы, по-моему, с первой половины 20 века еще. Считалось, что атмосфера там примерно как у нас, то есть с водяными облаками, и там какие-то джунгли со всякими, с тем, что смог придумать фантаст: с гигантскими насекомыми, с рептилоидами, динозаврами и еще там чем-то. Увы, ничего там подобного нет. Только пруды из серной кислоты. Больше ничего.

Землю, я думаю, мы уже и так все хорошо знаем. Луна. Давайте про Луну поговорим. Она сегодня за нас.

Луна — это первый спутник, если считать от Солнца. Ни у Меркурия, ни у Венеры никаких спутников нет. По той самой причине, что они слишком близко к Солнцу. Насколько я понимаю, все, что могло бы образовать спутник, просто утягивало к Солнцу. Поэтому ничего не вышло.

Луна у нас очень большая. Особенно если сравнивать с самой планетой. Что из себя представляет, я думаю, все могут видеть ежедневно по ночам. Атмосферы нет. Пустынно. Пыль, кратеры, горы, щели всякие.

Когда-то считалось давным-давно, что там есть моря. Но, как известно, это не моря. Это просто такие участки, покрытые пылью, которые создают специфическое отражение, из-за чего кажется, что это море. Но мы их по привычке до сих пор называем: море Спокойствия, например, море Нектара, океан Бурь, болото Сна. Все это там есть.

Да. Луна, кстати, в приливном захвате находится. Я проверил: Меркурий не находится в приливном захвате. Он просто вращается медленнее в два раза, чем вокруг своей оси. Плюс у него очень вытянутая орбита. Поэтому изначально считалось, что…

То есть он все-таки разными сторонами обращается.

Разными, да. Это устаревшее представление. Никакую там постоянную базу на терминаторе поставить нельзя. А вот Луна, да, закрыта, но нам это на самом деле не сильно помогает. Из-за того, что она самая близкая, самая доступная и самая изученная, это, наверное, первый кандидат на какую-либо колонизацию, но об этом чуть погодя. Давайте остальные планеты разберем кратко.

Марс. Марс по условиям значительно приятнее, чем Венера и даже чем Луна. Атмосфера есть, правда, очень жидкая, но есть. Теоретически можно заняться терраформингом, если что-то сделать с магнитным полем, чтобы атмосфера не улетала постоянно. Есть две луны: Деймос и Фобос. Колонизационного интереса на данный момент, я так понимаю, не представляют.

Сам Марс когда-то давно имел и воду, и атмосферу более или менее. Но после того, как ядро застыло и перестало крутиться, пропало магнитное поле. Когда пропало магнитное поле, случилось то же самое, что и с Венерой. То есть солнечный ветер распатронил атмосферу еще хуже, чем на Венере. Поскольку Венера имеет все-таки гравитацию как у нас, и поэтому кое-какая атмосфера, хоть и из углекислого газа и облаков серной кислоты, осталась, то с Марса снесло почти все. Углекислый газ, который не поддается солнечному ветру, и то, что осталось благодаря слабой гравитации, и составляет атмосферу.

Часть воды, правда, в отличие от Венеры, Венера-то горячая, а Марс холодный. Поэтому часть воды осталась, разумеется, в виде льда. Лед там, правда, есть не только такой, как у нас, а еще и сухой, из углекислого газа. Но это тоже плюс.

Раньше считалось, что Марс представляет собой нечто вроде Земли, только более засушливую, всю покрытую каналами. И там марсиане, значит, на этих каналах сидят и орошают по экваториальной области водой из полярных шапок. Поэтому было понаписано огромное количество книжек. Там и «Аэлита» Толстого, и Берроуз со своим этим циклом про, как его там…

Джона Картера.

Джона Картера, да. Но, к сожалению, ничего этого нет. Каналы — это не каналы, это русла когда-то, уже бог знает когда, пересохших рек. Правда, строго говоря, кое-какие реки все-таки есть. С гор периодически стекают ручьи такие, не совсем реки, именно ручьи, из сильно соленой воды. Они раз в году появляются, а потом сразу исчезают. Они слишком маленькие, чтобы образовать какую-то реку или озеро, поэтому получается вот так.

Еще из интересного: относительно недавно обнаружено периодическое выделение метана и его же периодическое исчезновение. О чем это нам говорит? Если появление метана можно объяснить разными путями, совершенно не обязательно предполагающими наличие какой-то жизни, то его исчезновение с такой скоростью, которая заметно превышает естественный распад в марсианских условиях, уже наводит на мысли о неких бактериях, которые, возможно, его поедают. Возможно, это окажется еще ошибочным, но надежды есть.

Потом идет пояс астероидов. Пояс астероидов обычно представляют, как его изображают на картинках в детских энциклопедиях: такой пояс и куча камней. Туда залетаешь и начинаешь такой: вжух-вжух, тут астероиды, там астероиды. В космической фантастике тоже раньше любили. Или там, как во втором эпизоде, помните, Оби-Ван где с Джанго Феттом стрелялся в поясе астероидов.

На самом деле ничего подобного там, разумеется, нет. То есть это с точки зрения размеров планеты хотя бы пояс выглядит как пояс. А если мы туда полетим на космическом корабле, то, скорее всего, мы никаких астероидов просто не заметим даже с вами. Например, все зонды, которые отправлялись за пределы внутреннего круга Солнечной системы, нарочно направляли по такой траектории, чтобы они хоть какие-нибудь астероиды по пути посмотрели. То есть никакого вжух-вжух там не будет. Не кино.

Астероиды представляют собой значительный интерес с точки зрения колонизации, поскольку в основном состоят из металлов, также имеют большие запасы льда. Почему это все важно и полезно, я потом объясню.

Дальше начинаются планеты-гиганты. Их же называют газовыми гигантами. На самом деле газовыми, строго говоря, являются только Юпитер и Сатурн. Уран и Нептун — это скорее гиганты ледяные, но ладно уж. У них, как бы сказать, такие плотные атмосферы, да. И они прям на сотни километров простираются. Юпитер с Сатурном, насколько я понимаю, так из них и состоят.

Значит, Юпитер назван неспроста в честь главного римского бога, потому что он самый большой. В 300 раз тяжелее Земли. Имеет магнитное поле за счет того, что он очень большой и тяжелый. Для нас это с вами означает что? Поскольку это газовый гигант и его колонизировать в прямом смысле бесполезно, для нас означает другое. То, что магнитное поле создает пояса радиации. Вот у нас есть пояс Ван Аллена, образуемый магнитным полем Земли. И там застревают активные частицы, несомые солнечным ветром и не только. И из-за того, что у нас-то планета маленькая, и пояса тоже тоненькие, у нас все космонавты через них пролетают, почти ничего не почувствовав. А вот с Юпитером так не получится. Его пояса радиации фонят так, что колонизацию затрудняют. Не столько его, сколько спутников.

То есть даже до спутников достает.

Да, не до всех, но достает. Спутников у него полно. Нас с вами в качестве целей колонизации интересуют Ио, Европа, Ганимед и Каллисто.

То есть четыре крупнейших.

Да. Там есть разные. Маленькая Амальтея, но она маленькая и ничего из себя не представляет.

Значит, Ио. Мы там, что происходит, сумели посмотреть, когда запускали, по-моему, «Галилео», зонд. Он туда скинул какой-то спускаемый аппарат. Пока его не раздавило, он посмотрел, если я сейчас уже не путаю. Так вот, фотки Ио я совершенно точно видел. Там такой красно-желтый мир интересный. Похож на пиццу пепперони.

Ага.

Да. Это самая вулканически активная планета, давайте считать все за планеты, включая карликовые, во всей нашей системе. Считается, что это из-за того, что на него воздействует гравитация Юпитера, а также соседних лун, которые его корежат. По этой причине из него, как из пончика с начинкой, лезет магма отовсюду. Помимо магмы, есть еще и потоки расплавленной серы. То есть как будто было мало ассоциаций с адским пеклом, вот еще это. Там, куда ни лава, ни сера не дотекают, минус 140 градусов.

Ух ты!

Да. И чудовищная радиация. Вот как раз из-за юпитерского пояса.

Да, это скверно.

Гораздо приятнее выглядит Европа. Европа — это планета, покрытая жидким океаном. Вот из чего этот океан состоит — вопрос совершенно другой. Океан этот относительно теплый. Как, по космическим меркам, я имею в виду. То есть не минус 140 градусов. Он покрыт сверху толстыми льдами. По всей видимости, льды содержат соли и железо. По крайней мере, их цвет составляет предположить такое. То есть теоретически то, из чего состоят льды, наверное, из того же состоит и океан. Поэтому сейчас понять, из чего эти льды, очень важно.

Есть даже смелые гипотезы о том, что теоретически под толщей вот этой самой жидкости, из чего бы она ни состояла, может быть жизнь. Скорее всего, что-то бактериальное, а может быть, даже что-то более сложное. Вот кто играл в «Баратравму», конечно, не прям вот такое, как там показано на Европе, но, помнишь, мы про Марианскую впадину и вообще глубины рассказывали, упоминали экосистему черных курильщиков? Ну вот нечто подобное. Теоретически. А может быть, и нет. Там могут быть какие-нибудь, я не знаю, соли урана из-за каких-нибудь залежей там на дне, и никакой жизни быть не может.

Возможно, периодически льды проламываются, и из них начинает хлестать жидкость. А может быть, и нет. А радиация есть. Но, по всей видимости, если погрузиться под лед, она будет неощутима. Атмосферы никакой. То есть Европа только под водой.

Подо льдом, да. Что там? Вода там?

Вряд ли вода, скорее всего, что-то другое. Что там — хороший вопрос.

Ганимед и Каллисто большие тоже, примерно с Меркурий размером, друг с другом похожи. Каменное металлическое ядро покрыто толстым слоем льда. Поверх льда находится слой талинов. Это органические вещества. Состоят из углерода, водорода, азота. Это соединения, я имею в виду. Углеродно-водородно-азотные. Что это для нас означает? Хороший вопрос.

Есть версия, что талины — это как бы предшественник вот этого самого первородного бульона, из которого жизнь завелась. Правда, на Ганимеде и Каллисто вряд ли что-то такое заведется, ввиду того что атмосферы нет ни там, ни там. Зато с точки зрения радиации там все хорошо. Юпитер практически не достает. Ганимед, кроме того, имеет собственную магнитосферу, потому что у него жидкое железное ядро.

Да.

Потом идет Сатурн. Сатурн, опять же, это газовый гигант, интересен вот этими своими кольцами. Кольца, насколько я понимаю, особого интереса не представляют, потому что состоят из маленьких кусков льда.

Да, они, по сути, довольно тонкие сами по себе, в масштабах самой планеты. И там не скажешь, что сильно что-то много интересного происходит. То есть если к ним подлететь, как мы уже это делали, когда Voyager, по-моему, отправляли, или Viking, я уже забыл, кто там близко пролетал… Там вот подлетаешь, там видно, что кольцо Сатурна похоже на то, что в кино обычно изображается как пояс астероидов. Действительно куча мелких камней.

Так вот, у Сатурна есть ряд спутников, из которых, по-видимому, серьезный интерес для колонизации представляет только Титан. Титан имеет свою атмосферу во всех смыслах слова. Я имею в виду атмосферу в нашем понимании. То есть не такую, как, например, у Ио, а нормальную, плотную атмосферу. Даже плотнее, чем у нас, немного. Состоит эта атмосфера для внешнего наблюдателя из таких ржавоватых облаков, частью метан, частью все те же самые талины. Под облаками лед, причем водяной. Этот лед образует ландшафт. По ландшафту текут реки, правда не из воды, потому что, я уже сказал, вода замерзла. Текут метан и этан.

Что это для нас означает? Горючка.

Горючка, да. И даже, я бы сказал, лучше, чем горючка. Горючка-то — это полдела. Факт в том, что это вообще углеводороды. И из углеводородов можно не только горючку делать, а вообще все. Наверное, когда мы доберемся до Титана, нам уже углеводороды, чтобы топить всякие котлы, будут примерно так же интересны, как трава. То есть, конечно, можно, но промышленного смысла не имеет. Скорее всего, мы уже к тому времени будем синтезировать из углеводородов всякое себе.

Я, например, когда был маленький, читал советский альманах «Эврика». И там в том числе была статья про то, как мы скоро будем из нефти и газа, и вообще из углеводородов, производить молоко, сыр, творог. Но вы поняли, почему в Советском Союзе хотели производить именно молоко, сыр и творог. Потому что углеводородов много, а молока, сыра и творога мало.

Да. Такая была специфика.

Понятно, что они не полетели бы на Титан, чтобы производить сыр и творог. Но мы, как все-таки, будем делать что-нибудь другое. Атмосфера эта, помимо метановых облаков, состоит в основном из азота. Что тоже, кстати, плюс. Он полезный. Температура — что-то около полутора сотен градусов ниже нуля. Это в теплые дни. Может быть немного хуже. Теоретически в этом способно жить что-то типа бактерий.

Благодаря всем этим замечательным свойствам Титан пока что единственный из внешних планетоидов нашей системы, на который удалось нормально посадить зонд. Это было в 2005 году, когда «Гюйгенс» запускали. Собственно, откуда мы все эти подробности и можем объяснить. Потому что «Гюйгенс» сумел нормально сесть. Его там не раздавило, не спалило, как на других, и не прожарило радиацией. В общем, замечательное место, Титан.

Остальные луны Сатурна, по-видимому, особенного интереса не представляют. Есть, например, Энцелад. Похож на Европу. Тоже покрыт льдом, и там какая-то жидкость, по-видимому, вода. Сколько воды там, это и непонятно. Видно только то, что бьет гейзерами. А вот что там под этими гейзерами — вопрос. Может быть, там подледные озера. А может, там целый океан. Или несколько океанов. Трудно сказать.

Есть еще Мимас. Не мимас, а именно Мимас. Единственное, что в нем есть интересное, то, что он выглядит как Звезда Смерти. То есть такой шар, у которого характерный кратер на боку.

Ударный, да. Такое впечатление, что сейчас она выстрелит по Альдераану. Надо лететь скорее, запускать протонные торпеды.

Есть еще такие относительно мелкие. Все ледяные, имеют каменное ядро, не имеют атмосферы: Диона, Рея, Тефия. Есть еще более-менее интересные внешние — Япет и Феба. Дело в том, что Феба летает не в ту сторону, что остальные спутники. И она периодически пролетает через облако пыли. Пыль, по-видимому, сама эта самая Феба и образовала. Так вот, периодически через пыль пролетает Япет. Из-за этого Япет, он как раз тоже приливно замкнутый, всегда летит одной стороной вперед. Вот эта сторона у него черная, потому что он чумазый из-за этой пыли.

Да. Больше, по-видимому, никакого интереса, кроме вот такого курьеза, то есть туристов возить посмотреть на Звезду Смерти, на чумазый Япет, наверное, не представляют.

Уран. Тоже с кольцами, только он лежит как бы на боку. У него ось сильно наклонена, практически горизонтально лежит. И поэтому кольца обычно незаметны. Есть луна Миранда. Представляет собой такой чисто ледяной, по-видимому, шар, который когда-то был жидким, но, замерзнув, расширился и сильно растрескался. Поэтому она испещрена глубокими такими, даже не трещинами, а каньонами. Километры. 5 километров. 10 километров. Мы даже точно не знаем, насколько глубокие. То есть можно представить, что там будут какие-нибудь, не знаю, космические пираты сидеть в этих трещинах. И их будет трудно достать. Больше ничего, к сожалению, сказать нельзя.

Все остальные луны у Урана, в принципе, одинаковые. Тоже ледяные, не очень большие: Титания, Оберон, Ариэль, Умбриэль. Вот это все.

Нептун. Последний из планет. По диаметру меньше, чем Уран, а по массе больше, чем Уран. Поэтому не удивляйтесь, если найдете противоречащие записи, что чего больше. Они просто в разных категориях.

Да.

Спутники у Нептуна неинтересные. Кроме Тритона. Дело просто в том, что Тритон — это не нептуновский спутник, а прилетевший чужой. Он попался в гравитационное поле Нептуна, а сам он к нему отношения не имеет никакого. Это хорошо заметно уже по тому, что он вращается не в ту сторону вокруг Нептуна, в какую сам Нептун. Теоретически он похож на Европу, но из-за минус 235 градусов на поверхности у него подо льдом азот, собственно, который образует лед. Периодически бьют гейзеры, за счет этого у Тритона есть очень жиденькая атмосфера, в основном из того же азота. И он находится в приливном захвате.

Да, да. То есть всегда одной стороной повернут к Нептуну.

Да. Значит, вопрос с Плутоном. Плутон — это не планета по нынешним представлениям. Потому что раньше просто считалось, что Плутон больше, чем он есть, примерно как Марс, то есть немного меньше, чем Земля. Но оказалось, что это была ошибка. И, по-видимому, это оказалось из-за того, что Плутон представляет собой двойную планету. У него есть Харон, который вращается с ним друг вокруг друга. То есть не как Луна и Земля, именно они друг против друга вращаются. Они настолько здоровые, что у них центр масс находится вне их поверхности. То есть они вращаются вокруг точки, которая находится вне Харона и вне Плутона.

Короче, было решено, что Плутон слишком маленький, потому что в поясе Койпера есть, в принципе, таких же планет полно. Если считать Плутон за планету, а не планетоид, то непонятно, почему их не считать. Почему, например, не считать Эриду? Эрида почти такая же, как и он. Почему нет, собственно? Почему тот же Харон не считать? Он не сильно меньше, чем Плутон. Есть еще там неподалеку планетоид Орк. Это не тот орк, который лок-тар-огар, это, по-видимому, Орк, который из греко-римской мифологии, один из богов подземного мира.

Ну вот, собственно, таким образом и выглядит наша система. Что мы из этого можем почерпнуть с точки зрения колонизации? Самая ближайшая — это Луна. И уже очень давно выдвигаются всевозможные гипотезы, теории и предложения, рисуются картинки. Мы вот в детстве с тобой всякие энциклопедии читали. Там было полно всяких нарисованных лунных баз, где такие иглоподобные белые купола, заглубленные в поверхность, поля из солнечных батарей. Ездят вездеходы такие, на жуков похожие. Бегают космонавты в скафандрах. Идут на посадку всякие там челноки. И работает гравитационная катапульта, запускающая контейнеры на околоземную орбиту, где их потом подберут и доставят.

Это все, в принципе, технически осуществимо. И пусть не в таком виде, в каком это описано у Хайнлайна и других, но что-то такое можно сделать. И даже периодически все хорохорятся и заявляют, что вот к 2030-му теперь уже…

40-му, 50-му.

40-му, да. Нужно подчеркнуть: когда тот, кто говорит, уже уйдет на какую-нибудь другую работу, тогда-то чего-то там такое-то агентство забацает.

Значит, что мы можем от этой колонизации получить? Потому что, понимаете, колонизация ради колонизации — это не вариант. Если мы вспомним с вами, как выглядела колонизация в земном виде, то мы увидим, зачем европейцы те же самые полезли везде колонизировать. Во-первых, за тем, чтобы раздобыть драгметаллы, которых в Европе тогда было мало. Из-за того, что деньги тогда были, собственно, драгметаллы и были деньгами, это сильно ограничивало экономику. Было понятно, что кто первый доберется до весомого источника денег, тот, наконец, сумеет этим правильно воспользоваться. То, что испанцы не сумели, это их проблема, но в целом Европе это пошло на пользу.

Во-вторых, чтобы завести нечто вроде дачи, на которой сажать картошку. Понятно, что не картошку в прямом смысле, а, например, кофе, сахар, какао, то есть то, что нельзя посадить в Англии, но при этом хотелось бы иметь и не платить разорительные деньги жадным арабам и венецианцам, которые все это возят безумно.

Свое родное завести.

В-третьих, чтобы было куда отправить лишнее население. Например, каторжников, бродяг, мятежников всяких там, капитанов Бладов. Чтобы можно сбыть кого-нибудь в Австралию или на Барбадос, пусть они там сахар выращивают. Чтобы иметь базы для своего флота, которые, соответственно, позволят контролировать морские торговые пути, которые везут грузы не только из колоний, а из разных других дальних мест.

Вот примерно за этим и устраивали колонии на Земле. Что из этого мы можем применить к межпланетным колониям? Понятно, что вопрос отправки ненужных людей куда-то мы можем сразу снимать как абсолютно нереалистичный и нерелевантный в нынешних условиях. У нас на Земле скоро, наоборот, будет нехватка людей, по крайней мере молодых, работоспособных, которые будут содержать все больший процент стариков. Так что космос тут, наверное, проигрывает конкуренцию домам престарелых.

А в качестве баз, давайте с конца опять же пойдем, раз уж мы начали, для флота. Вот это гораздо более интересно. Почему это более интересно? Не в том смысле, в каком это было полезно для морских, конечно, путешествий. Дело в том, что если мы на той же Луне установим какую-нибудь, нечто вроде аэродрома подскока…

Да, такого, космодрома в данном случае.

Который позволит нам, например, заправлять, или вообще шире, снаряжать, или даже строить там крупные космические корабли, то это теоретически должно быть выгодно. По очень простой причине. На Луне низкая гравитация и нет плотных слоев атмосферы. Это значит, что, например, взлет и посадка значительно облегчаются. И не требуют такого количества топлива, теплоизоляции и тому подобного.

В теории мы могли бы с Земли на небольших кораблях отправлять на Луну людей, всякие припасы, девайсы. А уже на Луне создавать, например, крупные космические корабли, чтобы они могли полететь там дальше, допустим, к Марсу условно. Или там на Тритон с Титаном. На Европу какую-нибудь. Потому что этим крупным кораблям будет проще взлететь.

На Луну, опять же, будет проще сесть, потом там все загрузить на небольшие челноки, отправить на Землю. На челноки, приспособленные, соответственно, к вхождению в земную атмосферу и взлету с нее.

Что еще полезно с точки зрения сооружения кораблей именно там? Есть ряд технологий производственных, в частности металлургических, которые на Земле практически не работают, или работают, но очень плохо. А вот на Луне бы получалось гораздо лучше. В первую очередь сейчас рассматривается так называемый пенометалл. То есть, проще говоря, представьте себе кусок металла, который весь как поролон. То есть он весь пронизан порами, образованными газом. Как сыр примерно, только как поролон. Что это нам дает? Где-то 15–20% от всего объема будет составлять металл. Это сильно экономит нам как расход металла, так и вопрос массы, что, как вы понимаете, для космоса критично. Но при этом он прочен за счет закона квадрата-куба. В кои-то веки закон квадрата-куба работает в нашу пользу.

Я просто его успел возненавидеть из-за того, что он не дает построить огромных боевых человекоподобных роботов. А тут вот, видите, как полезен оказался. Так вот, эта технология на Луне с ее низкой гравитацией работать будет гораздо лучше, чем на Земле. Будет эффективнее и дешевле и так далее. Короче, сплошные плюсы. Вот из такого, например, в значительной степени будут состоять крупные космические корабли.

Далее. На Луне, теоретически, можно добывать такой полезный элемент, как гелий-3. Гелий-3 — это стабильный изотоп гелия, состоящий из двух протонов и одного нейтрона. Гораздо более распространенный гелий-4 состоит из двух протонов и двух нейтронов. Так вот, что он для нас дает? На Луне его полно. За счет того, что он накапливался неведомое количество времени. За счет солнечного ветра, насколько я понимаю. И он может использоваться в качестве топлива для ядерного синтеза. Правда, мы пока толком не овладели ядерным синтезом. Так что это все теоретический вопрос.

Он же может применяться в криогенике в качестве такого, знаете, антифриза особого, который способен понизить температуру до, допустим, 1,5 Кельвина. Это очень низкая температура, было бы очень круто. Но главным образом, конечно, его воспринимают как перспективное топливо для реактора ядерного синтеза, который мог бы, соответственно, сильно расширить наши горизонты вообще в изучении космоса и колонизации.

Таким образом, Луна становится своего рода заправочной станцией для этих целей. Что еще? На Луне хранится определенное количество льда, я имею в виду водяного, нормального льда. Эта вода тоже может использоваться в качестве сырья для топлива. Потому что вода — это что? Это водород и кислород. То есть, собственно, горючее и окислитель. Поэтому теоретически можно добывать топливо и таким способом.

Все это вообще развивает концепцию использования ресурсов на месте, которая сейчас считается, наверное, самой перспективной для космоса. То есть не строить там все на Земле и потом это тащить, а для начала все это вывести в космос, там собрать. То, что нельзя добыть на месте, а все остальное добыть из местных источников. Это теоретически должно быть выгоднее, дешевле и так далее.

Например, производство солнечных панелей из материалов, которые добываются из лунного реголита: кремний, алюминий. Вот. И все, в общем-то. Нет, кое-что нужно, конечно, но главным образом именно это. Все остальное можно посчитать за пренебрежимо малое. Так что Луна, наверное, это первый же наш кандидат для колонизации.

Есть мысли о том, что как-то колонизировать и вообще использовать можно и Меркурий. Теоретически, например, он может быть пригоден для того, чтобы при помощи ускорителя массы, установленного на поверхности Меркурия, запускать космические корабли с солнечным парусом. Мы их, разогнав, запускаем, запитав ускоритель массы за счет солнечных батарей. Благо, Солнце вот оно. И раскрывается при выходе на орбиту Меркурия солнечный парус, что придаст ускорение кораблю в 6,5 раз больше, чем если запускать с Земли. Понятно почему. Солнце вот оно, поэтому и парус хорошо работает.

Если бы речь шла про ветер обыкновенный, то это бы не сильно помогло, потому что, когда ты улетишь далеко от его источника, соответственно, ускорение упадет. Мы же в космосе. Там главное — не тормозить активно. Ускорение сохраняется. Вот поэтому теоретически можно использовать его как точку запуска солнечных парусов.

Но, честно говоря, мне это все видится делом, если не невозможным, то, по крайней мере, далекого будущего. Ввиду того, что, как я уже сказал, там полно проблем, начиная от жары и кончая солнечной радиацией. Неизвестно, насколько будет оправдана эта самая идея с солнечными парусами.

Венера. Про Венеру я еще читал, опять же, в тех же советских альманахах «Эврика». Идеи эти из 70-х годов. То есть вскоре после того, как там побывали наши аппараты. Идеи идут о том, что на поверхности Венеры, конечно, делать нам глубоко нечего. Потому что давление, жара и серная кислота с неба — это все не очень способствует совершенно. А вот в атмосфере, если попробовать, почему нет?

Почему вообще так прицепились к Венере? Потому что вот на Марсе, например, гравитация только треть от земной. На Луне, соответственно, пятая часть. Не треть от земной, там немножко побольше, там 38%, но это не так важно. Что это нам дает в смысле здоровья колонистов? Низкая гравитация ничего хорошего не сулит, потому что люди начинают к ней привыкать. А если там, не приведи господи, еще какие-нибудь рождаются дети, то они потом будут иметь сложности с опорно-двигательным аппаратом. Скорее всего, инвалидами останутся. Но даже если не рожать там детей, то все равно вымывание кальция из костей, и остеопороз, и прочие дела — это все совершенно не способствует ничему.

Даже сейчас, когда космонавты ненадолго остаются на орбите, на Международной космической станции, им там приходится периодически делать всякие упражнения, и то это считается вредным. Трудно сказать, насколько это все будет хорошо на Марсе или на Луне. Но на Луну хотя бы можно, если вдруг все окажется совсем скверно, часто проводить ротацию, да. Луна-то, в общем, рукой подать. С Луной можно по радиотелефону разговаривать достаточно комфортно. В смысле именно как по телефону. То есть, да, приходится говорить и ждать ответа, но ждать там секунды, а не два часа, пока долетит сигнал туда и обратно.

На Венере гравитация почти как у нас. Что означает, что этот вопрос мы списываем. Теперь остается вопрос с давлением и температурой. Так вот, если лезть на поверхность, наверное, не нужно. То вот висеть в атмосфере на каких-нибудь аэростатных базах, плавающих там, — вот это, наверное, можно. Потому что на высоте где-то в 50 километров условия будут примерно как на Земле, но все равно.

По давлению имеется в виду, да?

Давление и температура, да. То есть на высоте в 50 километров над поверхностью Венеры будет всего-то 75 градусов.

Не хотелось бы кислотных дождей, конечно, там еще.

Они, видимо, все ниже.

Они, видимо, ниже будут, да. А на 55 уже целых 27 градусов. То есть практически как сейчас вот в Москве. Я сижу, обливаюсь потом, потому что мне приходится закрыть окно. Опять почему-то именно когда нужно писать подкасты, именно тогда всем нужно выгуливать псов, газовать на машинах, наяривать музыку из сабвуфера. Удивительное совпадение.

У меня то же самое ровным счетом. У меня сегодня было 28, и я сижу с закрытым окном. По тем же причинам, да.

Так вот, вы скажете: а если мы болтаемся в атмосфере, какой толк колонизации-то? Это только для научного изучения получается? Нет, почему? Мы все равно сможем добывать тот же самый углерод из атмосферы, серу, чуть ниже спустившись и зачерпнув из облаков кислоту. А еще один полезный момент — то, что в баллонах у нашего плавающего колонизационного города будет воздух, пригодный для дыхания. Это сразу решает вопрос, где его хранить. Дело просто в том, что углекислый газ-то тяжелее, чем кислородно-азотная смесь, к которой мы привыкли дышать. Соответственно, мы его сможем использовать в качестве…

Буая плавательного.

Вот. Например, на Юпитере подобное не получится. Почему? Потому что там что, гелий какой-нибудь?

Водород.

Водород? Хуже.

Хуже. Если бы гелий, еще ладно.

А там водород самый легкий.

Ну да. Если на то пошло, там гелию взяться… Если Юпитер — это почти звезда, да, в звездах водород горит в гелий. Все логично.

Ну вот. Да. Там поплавать не на чем. Решает не столько сама по себе легкость газа, который вы используете в баллоне, а его относительная легкость в сравнении с атмосферным. Но на Юпитере это нам все не поможет.

То есть теоретически Венеру мы могли бы таким вот образом в дрейфующих станциях колонизировать. Прямо целые города там можно завести. И еще один плюс: если вдруг получится какая-нибудь трещина или утечка в баллоне, который несет станцию, то она, вместо того чтобы взорваться ввиду перепада давления, просто будет утекать. Так же, как если бы воздушный шарик, какую-нибудь надувную лодку, допустим, у нас прохудилась в воде. То есть будет время заткнуть все. И когда мы полезем ее чинить, предположим, что мы с тобой там, нам понадобится самый что ни на есть простецкий костюмчик типа акваланга. Даже легче. Потому что, смотри, давление нам не нужно выдерживать. То есть никакого смысла наряжаться в жесткий скафандр нету. Если в окрестностях не видать серной кислоты по прогнозу, то мы можем просто респиратор на физиономию нацепить и полезть. И все. Заклеивать изолентой.

Да, и заклеивать изолентой, и ничего не будет. Главное, конечно, чтобы не провалиться ниже уровня, когда это все работает. Тогда мы провалимся, а потом нас раздавят. Ну и плюс с кислотой что-то придумать. Потому что, насколько я понимаю, на этом уровне она хотя и реже, но все равно встречается. А так, да, вполне себе жизнеспособный вариант. Правда, такой по выгодам не сильно, конечно, удачный, потому что все-таки на баллонах особо большой город не разместишь, это не поверхность.

Марс следующий. Марс — это, наверное, самый мейнстрим из всего, что мы могли бы колонизировать. Потому что условия на нем, в принципе, приемлемые. То есть, да, конечно, холодновато. Да, гравитация маловата. И пыльновато. Опять же, это не очень хорошо в смысле солнечных батарей. Но, тем не менее, более-менее близко к Земле. По крайней мере, ближе, чем тот же Меркурий или Венера.

Марс также, вероятнее всего, самый очевидный кандидат на терраформинг. Но мы сегодня давайте про терраформинг не будем. Мы про него уже отдельно говорили. А поговорим именно про экономический вопрос.

Значит, то, что с атмосферой все не очень хорошо, означает, что солнечные батареи можно будет использовать активнее, чем, допустим, на Земле. Правда, по мере терраформинга это все будет схлопываться, как знают те, кто играл в Surviving Mars. Но это уж как-нибудь. То есть там постоянное солнце, если не считать пыльных штормов. Вот это вот минус единственный.

Да, там солнечные батареи можно будет ветряками заменить.

Для тех, кто не понял отсылки, будем использовать ветряки.

Что касается выращивания картошки, как в известном художественном произведении, я уж не помню, что там было, без специальной подготовки это, конечно, не удастся. Просто потому, что с точки зрения нашей биосферы почва Марса не то что неплодородна, она напрямую токсична. Но зато на Марсе можно много чего интересного устроить.

Во-первых, такой же космодром подскока, как на Луне, я говорил. За счет низкой гравитации и отсутствия нормальной атмосферы мы могли бы использовать Марс в качестве промежуточной остановки, на которую с Земли или с Луны свозить всякое, а там уже собирать и оттуда лететь. Единственное, что досадно, на Марс окно полета открывается реже, чем, например, на ту же самую Венеру. На Венеру раз в полтора года, а на Марс — в два с лишним года. Это довольно досадно.

Что имеется в виду под окном?

Ближе всего лететь, экономичнее всего. То есть больше всего можно доставить на единицу. То есть дураку-то закон не писан. Можно хоть завтра полететь, если прям очень хочется. Но это будет… Корабли-то будут создаваться с расчетами на окно, чтобы не возить ненужное. Вот. Поэтому так.

Там, вероятно, удастся наладить через какое-то время производство того же самого топлива: водородного, метанового. Как я уже сказал, метан там периодически образуется. Использование, скажем, углекислого газа как в газообразном, так и в виде сухого льда. Использование воды для добычи кислорода как окислителя и водорода как топлива. Что еще? Руды, разумеется, большое количество никеля, железных руд на Марсе. Он красный-то почему? Потому что как раз железо его окрашивает таким образом.

А кроме того, за счет того, что нет атмосферы, на него за прошедшие миллионы лет понападало огромное количество метеоритов, которые в значительной степени сами являются железоникелевыми. Можно, соответственно, добывать ценные минералы. В качестве баз для того, чтобы там сидеть, можно использовать лавовые туннели. Там такие, знаете, остались как бы от потоков лавы, частью обрушившиеся, но частью целые туннели. Там можно под землей сидеть, не надо ничего копать. Все уже есть, сделано за нас.

Значит, если лететь дальше и пробовать спутники внешнего круга, самый популярный тут, как мы уже сказали, — это Европа. Потому что хотя на поверхности высокая радиация, но если спрятаться подо льдом, то этот вопрос можно будет решить. Температуры на поверхности тоже нас не сильно радуют. В основном, как я уже сказал, минус 150 и хуже. Гравитация относительно низкая. То есть тут трудно сказать, насколько это все будет жизнеспособно. Ну и, наконец, вопрос с вот этим самым океаном и наличием в нем жизни.

Сейчас, понимаете, времена не те. Вот опять же, я читал старинную фантастику. Там был рассказ Даррела Триша про планету чисто океаническую, с близкими к земным условиями и богатой морской биосферой. И вот там колонисты высаживаются на таких плотах, плавучих базах, как у нас сейчас, рыбу заготавливают. Они заготавливают не рыбу саму по себе, а заготавливают всякие организмы, например моллюсков в ракушках, у которых много тантала, условно. Они их там вылавливают тралами или еще чем, после чего перерабатывают, перемалывают на тантал и прочие дела.

И тут вдруг начинаются какие-то непонятные происшествия. На плавбазы начинают нападать совершенно очевидно неразумные существа, но при этом достаточно целенаправленно. И на одной из плавбаз начинают подозревать, что что-то не то. Им удается выяснить, что один из видов, похожих на таких тюленей с десятью щупальцами вокруг головы, поэтому их называют дикобрахами, то есть десятирукими, на самом деле разумные, просто не совсем так, как мы привыкли. У них нет языка, из-за чего у них цивилизация на цивилизацию не похожа. И, как выяснилось, на одной из плавбаз руководитель открыл, что в тканях этих самых дикобрахов довольно много ниобия, 300–400 граммов на каждую особь. Он начал их отлавливать и перерабатывать. Соответственно, дикобрахи обозлились и, решив не разбираться, кто тут конкретно их ловит, атаковали все плавбазы.

И, соответственно, экипажу одной из них нужно было срочно обосновать, что это действительно разумная раса и нельзя их перерабатывать ни во что. А как это сделать? Здесь нет языка. Им пришлось разработать для них код, нечто вроде языка глухонемых, только из комбинаций разных положений щупалец. Они построили модель со щупальцами и таким образом научили пойманного дикобраха общаться на очень примитивном коде. Ну вот. После этого остальные дикобрахи приплывают, чтобы тоже учиться языку.

Я это все к чему говорю? К тому, что подобные эпизоды были возможны, если бы люди мыслили категориями 60-х годов. Тогда еще, знаете, линчевали негров, нельзя было садиться на скамейки, вот это все. А сейчас даже сам факт того, что там какая-то биосфера может быть, а мы туда полезем и все там угробим, уже создает серьезные опасения.

Но давайте предположим, что там ничего такого нет. Мы можем с точки зрения экономики добывать там нечто вроде удобрения для гидропоники. Если кто не знал, на гидропонике можно выращивать не только анашу, и более полезные растения. Там можно устроить, в общем, самоподдерживающуюся колонию и добывать что-нибудь из океана, что там может найтись. Нам сейчас трудно сказать, что там может найтись. Но даже если там ничего не найдется, относительно приятные условия на Европе дают нам еще один аэродром, извините, космодром подскока. Причем он будет, наверное, еще более важным, чем тот, что на Луне или на Марсе. Почему? Потому что очень далеко от Земли.

Представим, что мы отправляем экспедицию куда-нибудь там, не знаю, на Титан. И у них что-нибудь случилось. Мало ли что может быть. Поломка какая. Или заболел кто. До Земли им не дотянуть никак. А вот будь база на Европе, туда можно было бы кое-как доехать. Или, может быть, с Европы до них бы долетели и помогли им. Вот в таком смысле, да, почему не устроить колонию на Европе, даже если там особо ничего нет ценного.

Если, так сказать, лететь не на спутники эти, а в пояс астероидов, который отделяет нас от внешних планет, там мы можем много чего найти. Огромное количество железа. Такие интересные материалы, как золото, кобальт, молибден, осмий, палладий, платина, родий, рутений, вольфрам. То есть, в общем-то, все, что нам нужно для космических полетов и космической же электроники. Все это можно добывать прямо там.

Понятно, что на какой-нибудь Церере, наверное, нет смысла создавать планетарную базу. Она, наверное, для этого совершенно не подходит. А гораздо больше смысла будет создать какую-нибудь дрейфующую в поясе астероидов станцию, искусственную, из модулей, и использовать ее в качестве своего рода горнодобывающей базы, в качестве базы для переработки добытой руды.

Совершенно не обязательно, что прямо на астероиды будут высаживаться какие-то мужики с бурами, да, как в художественном фильме «Армагеддон».

Да. У нефтяников хорошая работа.

Да. Конечно, ничего подобного делаться не будет. Скорее всего, посадят просто беспилотный автомат с буром и всем, чем там надо. Он набурит свою, так сказать, норму, после чего от него отстыкуется грузовой отсек и полетит к дрейфующей где-то в поясе базе и там все сгрузит. Потом, может быть, он сам сможет долететь, может быть, его просто довезти надо будет и обратно присобачить, что-то такое. Людей сажать на каждый камень посреди пустоты совершенно не нужно.

Кроме того, помимо металлических астероидов, есть же и ледяные. Причем ледяные в смысле из воды прямо. Это нам зачем? Во-первых, как я уже сказал, из воды можно делать водород, кислород, и то и другое — очень полезные вещи в космосе. А может, мы будем использовать эти ледяные астероиды и сами по себе. Например, собрались мы Марс какой-нибудь реформировать. А на нем воды не хватает. То, что Маск там предлагал бомбить ядерными зарядами шапки, — это он глупость сказал. Просто надо было посчитать, сколько там этих шапок — с гулькин нос в масштабах планеты там получится воды. Нам нужно больше. А мы делаем что? Мы хватаем какой-нибудь ненужный ледяной астероид, тащим его. Или не обязательно тащим, мы можем ему просто придать ускорение, рассчитав, чтобы он прилетел к Марсу и бахнулся как метеорит. И вот вам уже большое количество воды с доставкой. Это еще один вариант по эксплуатации пояса астероидов, который, опять же, тоже потребует там какие-то базы создавать. Постоянные там или не очень.

Ну и, наконец, ряд астероидов там будет содержать углерод, фосфор и ряд других элементов, которые на этой дрейфующей базе тоже будут очень нужны. И зачем? Гидропоника, все то же самое. База будет сама себе выращивать картошку или что там надо. Так что вполне себе пояс астероидов является законной целью для колонизации.

Да, да, да. Колонизация, конечно же.

Титан. Несмотря на то, что, как я уже сказал, у Сатурна несколько достаточно крупных спутников, интерес к колонизации, скорее всего, представляет только Титан. То есть, с одной стороны, там, по-видимому, крупные источники не только гелия-3, но и дейтерия. Дейтерий — это тоже топливо для теоретически возможной термоядерной реакции синтеза, чтобы получать энергию для всех даром.

Вообще, надо вам сказать, почему вся эта фантастика 20 века про космос не сбылась. Вот главная причина какая? Главная причина такая, что эта фантастика предполагала, что на нас с такой же скоростью, как и до этого, будут падать все новые источники энергии. То есть когда эти фантасты были маленькими, печки топили углем, ездили паровозы, правильно?

Да.

А когда фантасты стали седыми дяденьками и начали сочинять книжки, тогда внезапно начали ходить атомные ледоколы, и казалось, что уже вот-вот будут атомные ракеты, атомные автомобили, атомное все. А раз сейчас уже атомное, значит, когда дяденьки наконец крякнут и будут жить их внуки, уже будет термояд, соответственно.

Холодный.

Да. Как-то не случилось пока что. Но предполагать, что все будет двигаться вот так вот, экстраполируя нынешние тенденции, не надо. А то получится у вас, как у тех футурологов, которые сто с лишним лет назад в Лондоне судачили, какие угрозы для Лондона, договорились до того, что Лондон будет погребен конским навозом, потому что количество лошадей растет по экспоненте. То, что количество лошадей очень быстро в Лондоне стало, наоборот, падать и заменяться на ездящие машинки, которые никакого навоза не производят, это как-то не укладывалось.

А с термоядом, как ни спрашиваешь кого, так все постоянно говорят: 30–40 лет примерно потребуется. В любой момент можно спросить, и будет один и тот же ответ. Для понимания.

Да. Увы и ах.

Значит, теперь, более-менее перебрав все, что в обозримом будущем можно было бы колонизировать, скажем еще пару слов.

Значит, слово первое. У нас проводили относительно недавно опыт, в смысле у нас в Москве, в Институте биологических проблем, по-моему, совместно с китайцами и с европейцами, опыт по имитации марсианской колонии. Опыт показал, что больше 18 месяцев высидеть в изоляции совершенно нереально. И начинает хотеться всех поубивать вокруг. Поэтому тут возникает вопрос психологический о том, что у нас будет с людьми, которые туда отправятся. Даже если подбирать самых что ни на есть хладнокровных, спокойных, невозмутимых интровер…

Нет, интровертов не надо. Интроверты там быстро с ума сойдут, сидя в замкнутом пространстве с одними и теми же рожами.

Да. Я их вполне понимаю. Меня тоже, если посадить в замкнутое пространство с одними и теми же рожами, я уже через неделю начинаю…

Лезть на стену.

Да. Хорошо, если на стену, а не в бутылку. Это еще хуже будет. То есть тут такая проблема. Современные скорости полетов, которые предполагают, что надо полгода только лететь, в лучшем случае, до Венеры, например. До Марса несколько дольше. Там еще что-то строить, сидеть, да обратно. Это, в общем, на долгие годы. Как не тронуться мозгами? Хороший вопрос.

Потом, видите, чисто… Хорошо, допустим, все уже построено. Я просто сейчас, так сказать, перефразирую вольно публициста Виктора Мараховского. Он как-то раз теоретизировал на эту тему. То есть он говорил, что путешествия в космос, на марсианские города и заводы, хороши тем, что они марсианские. А вот всем остальным они плохи. То есть это зарытое в грунт нечто, более всего напоминающее колонию голых землекопов. То есть система из небольшого количества норок, спрятавшаяся от убийственного космического излучения, подчиненная жесточайшей дисциплине.

И на практике это будет система из подземных тоннелей общей площадью где-то в гектар, под низкими потолками, экономичной лампочкой. Куда колонист ни повернет, он уже бывал там за последние сутки раз восемь, за неделю — полсотни раз. И всех этих людей он уже видел. И сейчас идти в столовую колонист не хочет. Там сидит Вася, который его бесит. Или Петя, с которым он подрался вчера. Или, может, там Света, с которой он не подрался, а даже наоборот, но как-то даже не знаю. Можно, конечно, выйти погулять. Кстати, если это все не на Марсе, а где-нибудь в поясе астероидов, то и погулять тоже нельзя выйти. И на Венере, честно говоря, погулять…

Ну как, полетать выйти — это может быть даже и лучше в некотором смысле.

Все сидят на таблетках и пытаются не выйти подальше и не снять с головы шлем, чтобы наконец все это прекратилось.

Далее. Мараховский упоминает, что если вдруг перед Землей встает задача интенсивного массового освоения космоса, это значит, что на дворе условия, которые отличаются от наших текущих, во-первых, в корне, а во-вторых, с сильным знаком минус.

Да уж.

Нормальные люди и даже на Барбадос не особо ехать хотели по доброй воле. А тут надо в космос, на Марс лететь. То есть это такой очень унылый и убогий армейский, в плохом смысле, быт, помноженный еще и на риск того, что завтра кто-то забыл там что-то закрыть, или что-то нажать, или не то нажал, или прилетел там какой-нибудь метеорит, или еще что-нибудь случилось, вспышка на Солнце, ракета разбилась — и все. И самое главное, что если на Барбадосе там можно еще как-то там жить, без солнца, то на Марсе, в отличие от художественного фильма, скорее всего, нельзя будет.

То есть тут мы переживаем деконструкцию образа космического колониста, как его видели старые седые фантасты. Они считали, что это будут такие космические авантюристы и первопроходцы. Я вас уверяю, что авантюристы в подобных условиях очень быстро повесятся. Потому что они совершенно к ним не приспособлены. То есть туда отправить можно разве что каких-нибудь исключительно устойчивых, таких унылых даже в некотором смысле людей. Никаким авантюрам в земном понимании не склонных. А вот в космическом плане — да, подходящих.

И, так сказать, для того, чтобы мотивировать этих людей, Мараховский предлагает их мотивировать очень простым способом. То есть смотреть на всех этих людей надо не как на моряков Колумба и Васко да Гамы, а скорее как на легионеров Цезаря. То есть колонистов отправляем там, допустим, на 5–7 лет. И этот контракт в 5–7 лет должен практически сразу означать, что жизнь удалась. То есть, прилетев с этого самого контракта, ты уже получаешь пожизненный гарантированный базовый доход. Кстати, где он? Недавно же все что-то судачили про гарантированный базовый доход, проводили эксперименты, а сейчас что-то он куда-то девался.

Дорого, видимо, слишком.

Да, следом за стволовыми клетками, по-видимому, отправился. Кстати, где и они тоже. Я недавно читал статью, которая доказывала дважды два, что никаких научных оснований вообще верить в то, что эти клетки чего-то делают, нет и не было никогда. Это просто разводка была.

То есть гарантированный базовый доход космонавту. Только лучше, чем был бы, потому что все-таки это тяжелее, чем быть военным. И, разумеется, пропаганда. То есть обязательно, чтобы в кино было про космических колонистов. Они там могли быть какими угодно. Даже, в принципе, было бы неплохо, если бы они там были отрицательными персонажами. Такими, знаете, которые в начале фильма уводят у очкастого соевого куколда девицу с адским хохотом. И чтобы все такие: вот это альфа-гигачады просто, эти космические колонисты. Надо быть как они. Полетели куда-нибудь на Марс. Нет, я решил на Титан полечу в первой же группе. Вот что-то такое. Тогда да. Тогда кто-то поедет.

Но, опять же, видите, это вовсе не такие люди, которых воображали всякие Казанцевы там с Ефремовыми и Хайнлайнами. Нет, Хайнлайн, в принципе, немножко ближе к тому, что надо. Но советские совершенно точно не туда куда-то мыслили. Надо что-то вот такое. Тогда да, кто-то поедет.

Вот. Осталось дело за малым. Чтобы все это колонизирование приносило достаточные выгоды, чтобы можно было дарить колонистам на Кутузовском проспекте квартиры, отправлять их детей в университеты, в «Артек» и давать им три средних московских зарплаты на всю жизнь просто так. Вот тогда да, что-то будет. А как там считали фантасты — это вряд ли.

Короче, бабки нужны, да.

Да, да.

И последний момент, который я хотел бы подчеркнуть. Вопрос в том: хорошо, допустим, на Луну прилетел, допустим, Роскосмос и сел. И начал там что-то добывать. Прилетает следом, допустим, NASA и начинает что-то добывать в соседнем кратере. А вот между кратерами кто из них может добывать? Роскосмос, потому что он первый прилетел? Или NASA, потому что оно первое захотело? Или что? Поняли, да, к чему я? К тому, что сейчас есть куча всяких там конвенций, «Артемиды», о том, что не надо там ничего столбить и говорить: вот это вот наше, сюда не лезьте. Но на практике-то как это все решать? Вот этот вот астероид — он кому?

А я тебе скажу, Домнин, как это решать на практике. Кто туда первый с автоматом космическим прилетел, того и астероид.

Ну да. Только я думаю, что там скорее будет немножко попроще. То есть кто туда первый прилетел, отправители тех с Земли, с автоматами, в случае чего дадут по башке отправителям других.

Ну да, тоже можно так.

Это будет, мне кажется, быстрее, и доходчивее, и дешевле.

Ну а что, стесняться-то, собственно, да, действительно.

Да. Видимо, будет как-то так. То есть, видите, тоже сразу создаются еще дополнительные риски. И эти риски будут тем больше, чем больше выгода будет из этой колонизации извлекаться. Поэтому, как видите, у всего есть свои неприятные стороны. И наоборот, у неприятных вещей, типа плотной атмосферы и сернокислотных дождей, тоже есть свои плюсы.

И на этой дуалистической ноте будем заканчивать.