В этом выпуске мы рассказываем об истории Австрии - об Остмарке и Остеррайхе, венском шницеле и Венском конгрессе, испанском и австрийском наследствах, венграх и турках.

Выпуск доступен для наших подписчиков на Спонсоре и Патреоне.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели! В эфире 490-й выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами его постоянные ведущие: Домнин.

И Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Итак, из Африки мы переносимся чуть ближе к большинству наших слушателей. И о чем же мы, Домнин, поговорим сегодня?

Сегодня мы поговорим о стране, по которой мы с тобой в юности немало поездили. Я даже давно сбился со счета, сколько раз я там был. Это Австрия.

Австрия — страна вроде бы обычная, притом что, казалось бы, это еще одна такая Германия. Когда я впервые туда отправлялся, я вообще впервые слышал, что Австрия есть на свете. Что это такое вообще? Мне было лет 7, наверное, или 8, поэтому я Австралию знал, а Австрию — нет.

До сих пор в мире многие путают.

Да. До сих пор в мире многие путают, поэтому в Зальцбургском аэропорту повешен специальный указатель, что кенгуру здесь нет. Надоели, видимо, уже вопросы: а где у вас тут кенгуру?

Да, прилетающие. Я абсолютно уверен, что австрийцам, когда они с кем-то там общаются в интернете, или в командировках, или туристами где-нибудь, им приходится объяснять, что они не режут крокодилов ножами, у них нет какаду. Никаких.

Ты знаешь, кстати, что в Австрии есть пироги с глазами?

Прям с глазами?

В Линце, да. Их едят, они глядят.

Ух ты, какие.

Так называются линцские глаза. Linzer Augen.

Интересно.

Может быть, это не совсем пироги, это такие печенюшки с глазками. Обычно глазки там такие, знаешь, как на шаре для боулинга, то есть три треугольничка, круглых глаза. Но иногда бывает, что делают полноценную рожицу.

Но в целом, если спросить про венскую и вообще австрийскую кухню, то там будут какие блюда? Например, мой любимый венский шницель, который является, по сути, развитием миланской котлеты, вообще говоря. Есть еще вариант курицы по-венски — то же самое, только это именно курица в хрустящей панировке. Это тоже блюдо, по сути, заимствование и переосмысление. Похоже, что тоже из Северной Италии, из Южной Франции.

Или, например, такая известная закуска, как липтауэр. Липтовский сыр. Это брынза, толченая с паприкой, перцем и зеленым луком.

Интересно.

Намазка на хлеб, по сути. Это на самом деле блюдо словацкого происхождения, потому что в Словакии Липтов — область такая. Это не город, это именно область. Город там называется Микулаш в Липтове.

Понятно.

Или, например, такое блюдо, как гуляш и паприкаш. Это чьи блюда? Это венгры будут претендовать на такое. Там много чего. Я не хочу сказать, что у них нет вообще ничего своего придуманного.

У них есть торт Захер зато.

На самом деле тортов у них полно там.

Да, торт Захер действительно. Между прочим, с венграми та же самая фигня. В Будапеште прекрасный венский шницель, и торт Захер тоже, и все, что хочешь.

Все это объясняется непростым прошлым Австрии, соответственно, австрийского народа, австрийской культуры. Как так вышло — это длинная история. Само слово «Австрия» появляется относительно поздно, насколько я помню, где-то в X веке. То есть на этих территориях сначала была римская провинция Реция и кусок римской же провинции Паннония. И там был один из римских дунайских лимесов. Лимес — это значит укрепленная граница, рубеж.

Я правильно помню, что у них, собственно, по Дунаю граница и проходила с германцами?

Да, так и есть. По Дунаю, по Рейну. Не только с германцами, но и с ними в том числе. По Дунаю, по Рейну, потому что это естественные границы. Напомним, что большая часть Австрии находится к югу от Дуная. То есть подавляющее большинство австрийских территорий находится там.

Я помню, я впервые видел в детстве Дунай с матерью. Моя мать разочарованно протянула: «И это голубой Дунай?»

Я не знаю, может, где-то Дунай и голубой, но вот в Австрии, где я его видел, он совсем не голубой.

Да, но он там проходит, мне кажется, по семи разным странам, если не по девяти, я уже сбился со счета.

Да, в Австрии и верховье. Так что там может отличаться цвет в разных местах.

Да, но он был сильно грязный, я так скажу. Никакой он не голубой.

Да.

После падения Западной Римской империи там образовалось такое смешанное германо-славянское население, плюс еще пришли авары, они же обры, как у нас их в старину называли. Они претендовали в том числе на контроль над этой территорией. Поэтому, когда сформировалось герцогство Баварское, то есть бавары жили — это одно из племенных герцогств, вот эти все топонимы крупные в германских землях — это во многом остатки от племенных герцогств, которые когда-то там были и были покорены империей Карла Великого.

И Баварское герцогство в темные века с Аварским каганатом хлесталось. Когда каганату пришел конец по разным причинам, на них просто все напустились и всех перебили. Бавария праздновала победу, но тут в 788 году приходит Карл Великий, дает им по башке, проезжает дальше, добивая Аварский каганат, и объявляет, что тут будет Восточная марка. Марка — это не та, которую потребляют наркоманы, марка означает пограничье такое. То есть особая область с особым режимом управления, как правило, со значительной автономией, но которая в обмен на эту автономию обязана сама смотреть за границей, а не каждый раз отправлять в столицу требования срочных подкреплений. Уважаемый маркграф, крутитесь сами. Родина ждет от вас героизма.

Да.

И называлась она изначально вот прямо так: Остмарк.

Остмарк.

Угу. Кто сведущ в Warhammer Fantasy, у тех сразу триггер: что-то Остермарк в Империи Сигмара.

И эта марка, как оказалось, была затеяна там не зря, поскольку к IX веку в регион Паннонии приезжают мадьяры, в Европе известные как венгры. Они моментально помчались на Восточную марку и ее всю оккупировали. Чтобы помочь Баварии в их освобождении, пришлось Восточную марку передавать под ее контроль. Венгров в итоге в середине X века забороли, и Восточную марку воссоздали. И несколько лет после этого в летописях фиксируется название на старонемецком, которое в итоге перешло в современное название страны: Остаррихи. Сейчас Австрия называется чуть похоже: Эстеррайх.

Это буквально Восточный рейх, восточное владение. Это традиционно германское слово: рик, райх.

Да, это все одно и то же. Realm.

Да, кстати, realm, того же.

Я никак не могу понять, почему он считается именно realm, когда по правилам он же рилм. Но ладно, это выходит за рамки нынешнего подкаста.

Поскольку мы сами сидим далеко на востоке, трудно понять, почему Австрия — это восточная территория. Восточная чего? Она в Европе находится скорее на юге Центральной Европы или просто в Центральной Европе. Что там такого на востоке?

Исторически с Остмарка это все идет. Потому что когда-то давно к востоку были славянские земли, и вот венгры еще приехали. Как раз тогда у немцев был популярен Drang nach Osten впервые. Тогда они все на запад, например, перли, когда-то германцы. А как на западе все завоевали, полезли обратно на восток. Из-за этой непростой истории все куда-то ходят, туда-обратно, проходной двор. То одни завоевали, то другие.

А также из-за неоднородности чисто этнического населения в Австрии классическая сословно-феодальная структура сложилась медленнее, чем, скажем, во Франции, — только в XI веке. В этом она, в общем, родственна, скажем, Англии. Там тоже все медленно шло из-за островной специфики. Только когда Гийом-ублюдок приехал, всех завоевал, вот тогда и получился нормальный феодализм.

Думаю, раз ты про Гийома-ублюдка, я посмотрел тем временем этимологию слова realm. Оно все-таки не коннотирует с риком. Оно из старофранцузского reaume, которое из латинского regimen. То есть government, правление.

От того же слова, от которого rex, король.

Да, да, да. Поэтому государство, королевство.

Понятно. Теперь понятно, почему так читается.

Так вот. Всех, кто был еще не крещен в католический обряд, как раз в начале второго тысячелетия покрестили. Были созданы аббатства и епископства. Там было распространено такое сословие, специфическое для многих земель Священной Римской империи, особенно на юге, как министериалы. Буквально «служивые» — это означает такие вроде рыцарей мелкие, которые при этом не могут от своего хозяина никуда уйти. То есть это нечто вроде рыцарей крепостных.

Что интересно, для них это часто было проблемой в том смысле, что было очень тяжело найти невесту сыновьям, потому что обычные дочери рыцарей не хотели идти за министериалов, поскольку они получат понижение в статусе и станут как будто крепостные. И их дети тоже будут такие же. Так что министериалы только к концу Средневековья более или менее освободились от этого, и только там всякие остатки были.

Земли, причем, достаточно богатые. Там горы, в горах железные руды. А также там было одно из немногих мест в средневековой Европе, где шла добыча каменной соли.

О да.

Каменная соль в средневековой соледобыче имела достаточно небольшое значение по объему. В основном все это делалось либо выпариванием морской соли — она не очень хорошая, горчит, — или, как у нас, например, вывариванием соли: солеварни делали, из соляных озерец, соляных колодцев с соленой водой вычерпывали. А тут каменная соль была. Это было очень круто, потому что соль стоила дорого, особенно хорошая такая вот. Так что земли были изначально достаточно богатые.

К тому же к XII веку относится создание официального герцогства Австрии. Его, этот статус Австрии, даровал Фридрих Барбаросса.

Извините, не Барбаросса, конечно.

Нет-нет, Барбаросса.

Да, все правильно. Я почему-то засомневался. Подумал, может, это был Фридрих II, потому что Фридрих II еще не скоро будет, только в XIII веке. XII–XIII.

Таким образом, государство укрепляется как более или менее независимая единица. На некоторое время в XIII веке их контролировала Чехия.

Что интересно, потом они отомстят.

Понятно, почему Чехия. Потому что Чехия в средневековой Европе была гораздо важнее, чем в современной. Там серебро добывалось, до трети серебра вообще во всей Европе добывалось в Чехии. Поэтому там, естественным образом, были достаточно влиятельные граждане, и они всех вокруг себя норовили подмять.

Да, между прочим, почему Австрия была достаточно богатой — всегда подчеркивается, что она была на втором месте после Чехии. Чехия тогда была довольно крутая.

Этот чешский контроль Австрию ослабил, что вызвало определенное дробление ее территорий, как ее самой, так и подконтрольных. Например, ей должна была подчиняться Штирия, как ранее называвшаяся Карантанская марка, относившаяся к Каринтии, герцогству X века.

Да, все это современные регионы Австрии, кстати.

Да, да, да. И Тироль тоже достаточно обособился. Из-за этого Тироль, в том числе из-за этого, не только, конечно, — Тироль такая достаточно специфическая для Австрии земля. Мы там были. У них своя культура, плюс еще с итальянским влиянием.

Да. Не будем забывать, что в Австрии северная часть Тироля, а южную часть Тироля итальянцы считают своей исконной территорией.

Интересно, что последней графиней Тироля была известная герцогиня Маульташ. Известная как безобразная герцогиня. На самом деле о том, была она безобразная или благообразная, у нас нет ни малейших оснований судить. Скорее всего, это все легенды. У нее просто был конфликт чуть ли не со всеми, с кем можно. Она была выдана замуж за какого-то мальчишку лет десяти. И он поехал на охоту, а вернулся к закрытым дверям. Она его просто не пустила.

Класс.

Да. Решив, что без него обойдется. Она была заметно старше. Ей, видимо, казалось, что неинтересен. Только по всяким охотам ездит, а она уже девица была видная.

Короче, факт тот, что в итоге Тироль все равно вернулся к Габсбургам. Значит, про Габсбургов. Габсбурги — мы про них как-нибудь отдельно расскажем, потому что они не только в Австрии были. Габсбурги где только не правили: в Испании правили, в Венгрии, сейчас объясним почему, правили. Например, на севере Италии много где правили, в Парме той же самой.

И самые знаменитые, наверное, Габсбурги получились именно австрийские. Просто они были самые могущественные и долгоживущие. Испанские Габсбурги, конечно, тоже отжигали, но они повымерли все к началу XVIII века. И пришлось без них дальше обходиться силами Бурбонов.

Так вот, чехов из Австрии как раз Габсбурги и выселили. Потому что Рудольф I Габсбург, который стал германским королем… Вообще, германский король тогда означало нечто такое, знаете… Это было просто, по сути, такой ступенькой к титулу императора Священной Римской империи. Если император Священной Римской империи, он должен быть еще и король германский. Но самостоятельного королевства в Германии не было. Это было чисто титулярное королевство, по сути.

Были эпизоды, когда, к примеру, стремящийся в императоры успел короноваться германским королем, а императором уже все, не попал: помер, был убит или еще что-нибудь. И получается, что он германский король, и многие из этого думают, что было королевство Германии. Нет, это титулярный чисто такой король был.

Этот самый Рудольф Габсбург в священные римские императоры все-таки пролез и по ходу дела вышиб чехов, отнял у них Австрию. Это было в XIII веке. Ее унаследовали его потомки. И все, с той поры вплоть до XX века в Австрии сидели Габсбурги.

И сто лет спустя Австрия из герцогства стала эрцгерцогством. Раньше мы это называли либо архигерцог, либо архикнязь. Я сначала даже написал «арцкнязь». Такая старинная, видимо, церковнославянская манера.

Почему так получилось? Вообще, ты про каких-нибудь других эрцгерцогов слыхал, кроме австрийских?

Нет, ни разу.

И я не слыхал. Дело все в чем? Император Священной Римской империи Карл IV, которого, например, очень любят в Чехии. Карлов замок, Карлштейн, помнишь? Вот это его. Так вот, Карл IV в 1355 году решил навести наконец порядок в избрании императора. Потому что теоретически до этого избирать императора имела право вся аристократия германская и окологерманская, имперская, короче. Понятно, что это малореально. У поляков, по-моему, было примерно так же. И видишь, чем они кончили.

То есть это для тех, кто не понял. Когда у вас там собралось чертову тучу народу, вы между собой никак не договоритесь, кто должен быть императором.

Ну да, приедет какой-нибудь пан Писек из Гожельца и тоже что-то будет избирать. Что он там может избрать? Понятно, что вы так никогда ничего не изберете. И регулярно приходилось избираться путем пускания в расход всех, кто голосует не туда.

Так что к Высокому Средневековью начало складываться не то чтобы правило, а скорее такая обстановка, что право избрания императора начало возлагаться на, во-первых, духовных князей: архиепископа Кёльна, архиепископа Майнца и архиепископа Трира. А также четырех крупнейших светских феодалов. Это был пфальцграф, собственно, правитель Пфальца. Он по-английски называется Palatinate. То есть это изначально там был как бы дворец императора, за которым был назначен смотреть дворцовый граф — пфальцграф. Пфальц — это palace, дворец. И он там как-то так угнездился, что сам во дворцах стал заседать. Герцог Баварский, герцог Саксонский и герцог Швабский. Короче, самые могущественные феодалы в этом регионе.

Карл IV решил, что это, в общем, нормальная работа, это надо как-то узаконить. Так что он объявил, что теперь эти права избрания принадлежат не кому-то, а вот установленным князьям-выборщикам, они же курфюрсты, чтобы больше никакой путаницы не было. По этому случаю был издан документ под названием «Золотая булла» 1356 года.

Буллы, как вы можете заметить, издавал вовсе не только папа римский. Булла — это просто грамота с печатью. Булл было много всяких. Булла — это, собственно, печать как бы и есть. В музее можно посмотреть до сих пор в Австрии: там этот документ, и к нему привешена на отдельной четвертушке золотая печать.

Ну так вот, и что из этого выходило? Во-первых, в Золотой булле перечислялись семь этих курфюрстов. Теперь в их состав, помимо трех духовных лиц — они были все теми же самыми, — входили все тот же рейнский пфальцграф, все тот же саксонский герцог, а также Бранденбургский маркграф и король чешский.

Баварского, значит, выкинули, я смотрю.

Да, Баварского выкинули. На тот момент, по крайней мере. И обратите внимание, что австрийского герцога там тоже никакого нет.

Да, кто это такие вообще? Мы их не знаем.

Да. Что показалось австрийскому герцогу Рудольфу IV — он недолго проправил, всего семь лет, — после того как Карл IV помер, ему показалось, что это как-то странно и даже, в общем-то, обидно. Он решил провести фокус. Раз тут все пишут какие-то буллы, то он предъявил всем такой, не то чтобы документ, скорее комплект документов, включающий в себя документы за авторством еще римских императоров, позднее священных римских, который назвал Privilegium Maius, то есть «большая привилегия».

И там как раз упоминается, что австрийский правитель — это не просто какой-то герцог, это архигерцог, эрцгерцог. Соответственно, Австрия должна быть на особицу от других священно-римских земель. Более важной должна быть.

Более важной. И даже императору Священной Римской империи она из этих писем выходила не то чтобы не подчинялась, а скорее имела очень широкую автономию. То есть все, что обязан был делать австрийский эрцгерцог по отношению к империи, — это в случае, если нападут венгры, выставлять против них ополчение. Все остальное — это исключительно вопрос: а что нам за это будет?

То есть эрцгерцог не подлежал суду императора. Эрцгерцог фактически блокировал передачу императором каких-либо ленов на территории Австрии кому-либо, кроме самого эрцгерцога, разумеется. То есть не то чтобы им это запрещалось, просто он должен был сам приехать в Австрию и передавать этот лен кому-то. Понятно, что император никуда не поедет, он не может ездить и каждый сарай кому-то там лично передавать.

Причем тексты там были от очень серьезных лиц. Например, там Юлий Цезарь высказывался по поводу Австрии.

Ух ты.

Да, например. Как ты думаешь, откуда взялся этот документ?

Из богатой фантазии?

Да, разумеется. Просто Рудольф IV сам насочинял, наплел там какого-то Юлия Цезаря. Что это за бред? Ничего подобного там не было в реальности. Но получалось, что теперь они стали официально именоваться эрцгерцогами. Не то чтобы эти претензии кто-то признал официально. Просто из-за того, что они это упорно использовали, а заставить их перестать было нельзя, получалось, что как-то по привычке прошло уже много лет. И получилось, что в середине XV века титул как бы упоминался наравне с вполне законными, и вот так оно как-то и повелось.

Да.

Ну так вот, Австрия стала эрцгерцогством в качестве реакции как раз на создание этих курфюршеств. Дело все в чем? Для чего идти на такую сложную тему? Курфюршества по Золотой булле не могли дробиться. Вы обращали внимание, да и мы вам рассказывали про Священную Римскую империю, упоминали, что там все какие-то Баден-Бадены, Баден-Дурлахи. Это все потому, что когда-то был просто Баден, а потом из-за того, что было несколько сыновей, он разделился на Баден, который Баден, и Баден, который Дурлах. А с курфюршествами, типа, например, того же Бранденбурга, этого не происходило. Именно потому, что это было запрещено.

Курфюршество наследовалось по праву майората. Это означает, что князья-выборщики неизбежно станут гегемонами, и гегемония их будет защищена и подкреплена. Пока все расползаются на какие-то трехсарайные монархии, курфюрсты фактически сохраняют свою целостность.

Этот прием, короче говоря, австрийцам в итоге не понадобился просто потому, что в XV веке Габсбургам наконец удалось самим стать императорами Священной Римской империи. С 1453 года. И в итоге они с этого поста и не слезали. Там был один очень маленький перерыв в ходе войны в середине XVIII века, но его можно не считать. А так Габсбурги там были вплоть до конца самой Священной Римской империи, а потом, если считать еще Австрию и Австро-Венгрию, то вплоть до конца Первой мировой. Габсбурги там сидели безвылазно.

Что это означало? Это означало, что Габсбурги, используя свое положение, начали подгребать к Австрии все хорошее, стремиться объединить свои владения за пределами австрийских границ и подгрести их к себе, но ликвидировав независимые земли, которые их разделяют. Вернули все ту же Каринтию, вернули Тироль еще до того, как они стали императорами, а после этого начали, так сказать, распространять свою власть и дальше.

Несмотря на то, что эти операции были в XV веке не то чтобы прерваны, а поставлены под угрозу из-за усиления Османской империи, почти сразу после того, как Габсбурги становятся императорами Священной Римской империи, османы начинают атаковать их территории, которые примыкали к Балканам. Кроме того, из-за османской агрессии против Венгерского королевства им удалось треть Венгрии поставить под свой контроль, так называемая Османская Венгрия. И вот с этой территории атаковать собственно австрийские территории и вообще общеимперские. Так началась очень длительная эпоха австро-турецких войн, или австро-османских, если хотите.

Да, вплоть до того, что у них там была битва при Вене, если мне не изменяет память.

Не одна битва в Вене. Сейчас расскажу.

Итак, к началу XVI века, то есть буквально полвека спустя после воцарения австрийских Габсбургов на имперском престоле, относится первая осада Вены в 1529 году. Турки собрались в Болгарии и решили, что для того, чтобы уверенно удерживать Венгрию, им необходимо нанести австрийским Габсбургам разгромное поражение. Там кого только не было: янычары, сипахи, всякие вассальные молдаване и сербы. Во главе армии стоял Ибрагим-паша, очень известный визирь. Он был этнический грек, вообще говоря. Кроме того, с турками выступали и некоторые венгерские феодалы, которые считали, что под шумок там можно будет кое-что пограбить, расширить венгерские территории и так далее.

Обороной Вены руководили два надежных товарища. Во-первых, маршал Вильгельм фон Роггендорф. А во-вторых, его зам Николас Зальмский. Несмотря на то, что Николас был уже 70-летним дедушкой, он был весьма солидным ветераном. Он был ландскнехт, по сути. То, что он там был граф, — это все такое наносное. Он привел с собой компанию ландскнехтов со всякими там алебардами, двуручниками и мушкетами и занялся непосредственным руководством обороны. Например, он возвел рядом со старыми венскими стенами, не предназначенными для борьбы с артиллерией, бастионы. Разумеется, не из камня, а из земли, но уж из чего успели. Поскольку вокруг стен там лепились чьи-то дома, он просто все их снес к чертовой матери, чтобы не мешали.

Турки, хотя имели сто с лишним тысяч человек, по дороге многих из них растеряли. Потому что, как назло, начались какие-то наводнения, потопы, реки выходили из берегов, пушки вязли в грязи, так что их было не вытащить. Погибали лошади, сами солдаты болели животом. Поэтому небоевые потери уже ослабили османскую армию.

Да. Это ты так, Домнин, безлично рассказываешь. Естественно, это христиане намолили такие кары.

Значит, визирь Ибрагим, когда дошел до Вены, отправил туда трех послов-христиан в богатых одеяниях, чтобы они сдали город. Николас Зальмский отправил ему трех богато одетых мусульман. Без всякого сообщения. Просто как бы с посланием: пошел ты нахер.

Началась осада, обстрелы, рытье тоннелей и всяких траншей. Австрийцы благодаря бастионам не понесли большого урона от пушек, сами постоянно устраивали вылазки, подкопы, подрывали мины контрминами, чуть самого Ибрагим-пашу не изловили. В завершение всего пошли проливные дожди. Мокнущие под ними османы совсем приуныли. Все их траншеи затопило к чертовой матери. Использовать их было уже нельзя, а новые тоже бесполезно, потому что там тут же соберется вода.

Так что после того, как они для порядка устроили еще один штурм, Ибрагим-паша велел казнить всех пленных, чтобы их не таскать с собой, и уходить домой. Так что война завершилась не то чтобы прямо победой австрийских Габсбургов. Им там пришлось кое-какие территориальные уступки сделать для турок и пообещать им платить ежегодную дань. Но, тем не менее, Вену они отстояли. Николас Зальмский, правда, не дожил. Помер геройски. Я не помню, то ли его ранили, и он не выздоровел, то ли он заболел. Ему 70 лет было, чего от него ожидать-то?

Да уж.

Он свое дело выполнил и помер, так сказать, с честью. Кстати, а вот император Священной Римской империи, он же эрцгерцог Австрии, чести не поимел. Дело в том, что ему пришлось подписывать документ, который он подписал… С османской стороны под мирным договором стоял не султан, а этот самый визирь Ибрагим. То есть как бы унизили его, что он подписывает договоры не с султаном, а с его холопом и конюхом.

Да, вот именно.

Кроме шуток, визирь действительно был холоп, в прямом смысле раб.

Какое тяжкое оскорбление нанесли.

Ну, что делать, жить захочешь — будешь и не такое подписывать.

Да. XVI век Австрию еще больше ослабил, потому что на территории Священной Римской империи начался пожар Реформации. В Австрии его с трудом удалось подавить. Труд, как вы помните, закончился тем, что в империи в начале XVII века вспыхнула Тридцатилетняя война, которая Австрию ослабила экономически из-за того, что вообще вся территория империи была здорово разорена, на военные расходы ушли огромные деньги, так что Австрии тоже пришлось туговато.

Однако в конце XVII века австрийцам удалось нанести туркам ряд чувствительных поражений и фактически обратить вспять их агрессию. Очередная осада Вены, на этот раз последняя для османов, произошла в 1683 году. Таким образом турки хотели наконец достичь перелома в войне, но добились не совсем того.

На город был послан, опять же, визирь Кара Мустафа. Потому что султан Мехмед IV не любил заниматься всякими походами: там еще убить могут. Поэтому он в поход как бы вышел, но при этом очень быстро сказал, что ему все надоело, и он уезжает домой охотиться. И занялся своей охотой. В походе, кстати, участвовали в том числе и крымские татары. Решили что-нибудь пограбить.

В Вене был выставлен ультиматум, что они могут сдаться, принять ислам. Или, если кто не хочет принимать ислам, пусть собирает манатки, идет, и никто ему мешать не будет. Но венцы отказались, так что началась осада. Гарнизон в Вене был такой, достаточно слабый — не более 15 тысяч человек. Император Леопольд решил, что в Вене ему делать решительно нечего, и свалил от греха подальше. Так что Вена была оставлена на коменданта Эрнста фон Штаремберга, маршала.

В пользу Вены на сей раз говорило то, что вместо архаичных стен они обзавелись классными бастионными укреплениями. Все по последней моде. Поэтому турецкая артиллерия, как ни старалась, сама по себе ничего поделать с укреплениями не могла. Они по этой причине решили сочетать обстрел самого города, чтобы вызывать там разрушения, пожары и падение боевого духа, а также вести минирование стен, то есть копать ходы, подкладывать под них взрывчатку и вызывать обрушение.

В Вене вообще приходилось туго, потому что у турок получилось сделать несколько проломов за счет подкопов в крепостных стенах, и они начали удерживать даже отдельные окраинные улицы. В городе всем снабжение урезали до очень скудных пайков, от чего люди просто падали на ходу. Фельдмаршалу Штарембергу даже пришлось отдать приказ всех, кого обнаружат спящими на посту, на месте казнить.

Такие суровые меры. Ни шагу назад.

И совсем бы им пришлось плохо, если бы не прибыла кавалерия, в самом прямом смысле. Кавалерия прибыла, знаешь чья?

Чья?

Короля Польши Яна Собеского.

Ух ты.

Приехал с крылатыми гусарами и, неожиданно ударив в тыл, опрокинул османское войско, обратив его в позорное бегство. Почему османы проспали атаку? Дело в том, что визирь этот, Кара Мустафа, решил, что заниматься охранением будет крымский хан. Потому что он же с кавалерией, тоже мобильный, вот пусть и делает. Крымский хан с ним был в ссоре и считал обращение с собой оскорбительным и унизительным. Поэтому он решил: ну нахрен их. С поляками еще с этими биться — с поляками биться можно дома, когда грабишь поляков, тут нет никакой выгоды.

Поэтому Яну Собескому удалось снискать славу спасителя Европы. Правда, умер он все равно разочарованным человеком, потому что он считал, что это даст ему политические всякие преференции. На самом деле никакой особенной выгоды, кроме моральной, он из этого извлечь не мог. Зато домой он написал, что захватил богатую добычу. Фельдмаршал Штаремберг его обнимал, целовал и называл спасителем.

Еще что интересно: венцам удалось достать одну интересную часть лута — какие-то странные бобы, которые отказывались жрать даже скотины.

Странные бобы, да.

И тут один разведчик, который хорошо знал турок, сказал: вы их обжарьте, потолките и сварите, попробуйте выпить. И получилось что?

Кофе.

Кофе, да. И с той поры в Вене от этого кофе ни пройти ни проехать. Они кофе пьют чуть ли не больше, чем пиво. И вот так вот из Вены всякие кофейни начали расходиться.

Да, да. Даже Ленин сидел там в кофейне, говорят.

Это не значит, что в Европе совсем-совсем не знали кофе. В Италию кофе вполне попадало и до этого. Просто чтобы именно в остальную, не средиземноморскую Европу оно попало, это было, наверное, впервые в массовом порядке.

Вот так вот.

Но он в итоге обиделся и пошел к другому кому-то. Он просто сам по себе француз, а в итоге служил австрийцам. Именно потому, что французы его обидели и не пустили служить себе. Затаил, так сказать, обиду.

Да, затаил злобу.

Короче, в итоге был подписан знаменитый Карловицкий мир, по которому Австрии отходили и Венгрия, и Трансильвания, и, что важно, Словения и Хорватия на Балканах. Вот с этого начинается пролезание австрийской монархии Габсбургов на территорию южнославянских стран на Балканах. И прокладывает дорогу венгерским адмиралам.

Что довольно странно звучит.

Нет, у Венгрии не то чтобы совсем нет никаких кораблей, у них есть Дунайская флотилия. Но я уверен, что адмирала для нее назначать как-то странно. Получится, что какой-то адмирал с разбитого корыта.

Ну так вот. Еще вскоре после этих событий в Вену приехал один другой интересный правитель с востока — Петр I. Он там был в ходе Великого посольства. Как у нас считалось, что это при цесарском дворе он был. Потому что мы Священную Римскую империю называли Цесарией. Потому что мы не очень хотели признавать, что они какие-то римские. Мы сами римские. И уж тем более священные. Какие они могут быть священные, если они грязные схизматики? Поэтому мы их называли так, обтекаемо, цесарской державой. И самого императора Леопольда звали как бы цесарем. Века идут, а ничего не меняется, я тебе хочу сказать.

До этого про нас у них особо ничего не знали. Было одно посольство, которое отправлялось к нам в том числе, с одним хорватом во главе. Франов Гундулич был такой, он у нас побывал. Но это был такой разовый эпизод. У нас его почти никто и не помнит даже толком.

А как раз с этого визита Петра у австрийцев появились мысли о том, что насчет России можно поиметь какие-нибудь выгоды. Так что мы с ними вместе в XVIII веке три раза пилили Польшу.

Да.

И, в общем, успешно запилили, так что никакой Польши не осталось. Мы, разумеется, были не только с австрийцами, там еще действовали пруссаки. Из-за того, что у всех трех держав на гербе орлы, поляки называют это союзом трех черных орлов. У них просто белый орел на гербе-то. И типа три черных орла заклевали белого.

Результатом этих разделов для Священной Римской империи и конкретно Австрии, потому что это присоединялось не вообще к империи, а именно к габсбургской монархии австрийской, стало то, что эрцгерцог Австрии стал еще и королем Галиции и Лодомерии. Знаешь, что такое Лодомерия?

Что такое Лодомерия?

Короче, там город Владимир-Волынский, это Западная Украина. Им, по идее, надо было бы называться Владимирия, но это для них очень сложно произносится. Поэтому они говорят Лодомерия. Вот поэтому так и получалось.

Но вообще в XVIII веке австрийцам не только приятные плюшки от дележа Польши попадали, были и разные неприятности. Одна из неприятностей — это война за испанское наследство, которая происходила в первые десятилетия XVIII века. Потому что их друзья, товарищи и братья, испанские Габсбурги, к сожалению, слишком увлеклись близкородственными браками. Отчего у них образовался специфический габсбургский подбородок. То есть все более выпирающий подбородок, неправильный прикус — это все указывает на серьезные проблемы со здоровьем и сильно отравляет жизнь.

Так вот, они вымерли. Последний король Карлос II Околдованный — на него смотреть было страшно, был весь больной, говорят, дурак от роду был. Он написал завещание. У него детей быть не могло при таких вводных, но было завещание на имя дальнего родственника Филиппа Анжуйского, который был не Габсбург, а Бурбон, внук Людовика XIV. Потому что вот так получалось: либо внук от австрийского императора, либо внук от французского короля садится. Испанский король написал в пользу французского.

Поскольку французский король и так уже успел задрать всех своих соседей бесконечными войнами и экспансией, поэтому против него выступили вообще все.

Вообще, да, все практически. Начиная от англичан, которые, кстати, в ходе войны решили: что это мы порознь — Англия, Шотландия, Ирландия? Срочно, так сказать, собираемся в этого самого Вольтрона, то есть, я имею в виду, в королевство Великобритании. И голландцы, и австрийцы. И ты будешь смеяться, даже скандинавы на них пошли войной.

Да, а этим-то что?

Черт знает, чего они не поделили с французами. Но в любом случае против Франции выступали в том числе и они. Не то чтобы за Францию совсем никто не вписался, просто это были в основном всякие сателлиты. Типа Наваррского королевства, потому что Бурбоны — они Наваррские короли изначально.

Короче говоря, война эта закончилась компромиссом, который изначально и предлагался многими. Можно было и не воевать.

Можно было и не воевать, кончилось тем же самым. То есть испанским королем стал как бы внук французского, но он был обязан ни в коем случае не заключать унию с Францией, то есть он лишался своих прав на французский престол. Собственно, про это все и бились. Потому что одна-то Франция всех тут нагибает, а если она еще и войдет в унию с Испанией, получится, что, как высказался один деятель, Пиренеев больше нет. Ну, гор, типа, между Францией и Испанией. Только на них все и надеялись.

Да. Но с другой стороны, ты посмотри, как бы со стороны Габсбургов получалось, что хотя испанские владения в Италии — вот, собственно, они на севере Италии там много чего получили, — часть испанских Нидерландов, которые стали австрийскими Нидерландами после этого, получили, это хорошо. Но, с другой стороны, им не удалось добиться того, чего они хотели: сохранения положения, когда Франция со всех сторон обложена владениями Габсбургов. А теперь со стороны Испании им, по крайней мере, ничего особенного не грозит.

Да. Это досадно. Кроме того, Австрия сильно потратилась на войну и вообще приобрела не так много, как хотелось бы.

Следующая неприятность XVIII века — это было испанское наследство, а теперь еще и австрийское наследство.

Да что ж такое.

Было еще польское наследство, но давайте про него не будем, у нас уже времени нет. В войне за польское наследство Австрия тоже, честно говоря, особо не приобрела, только потеряла.

Так вот, император Карл VI, воцарившийся как раз в ходе войны за испанское наследство, под конец жизни обнаружил, что сейчас пилить будут уже его наследство. По той простой причине, что у него не нашлось сыновей или хотя бы племянников. И получалось, что тут надо либо допустить пресечение династии, по крайней мере на имперском престоле, либо надо что-то химичить.

Он, собственно, и стал химичить. Сочинил буквально через два года после того, как зашел на престол, так называемую Прагматическую санкцию. Эта санкция объявляла, что если сыновей так и не будет, а их не стало, не появилось, значит, все переходит к дочерям. И их потомству, соответственно. То есть именно дочерям, не к мужьям дочерей, а самим дочерям.

Правильно. Зачем мужья-то тут нужны, конечно.

Да. Еще один интересный момент, который там перечислялся: там земли Габсбургов делились на три типа. Немецкие: Австрия, Штирия, Крайна и Триест. Потом славянские: Чехия, Моравия, то есть Богемия, Моравия, и вот это самое — Галиция и Лодомерия. И венгерские. К ним относились, собственно, Венгрия, то, что сейчас Закарпатская Украина, и Хорватия заодно почему-то, не знаю почему. Видимо, просто так сложилось исторически.

Так что вместо отсутствующих сыновей императрицей Священной Римской империи, а также королевой Венгрии, королевой Чехии, соответственно эрцгерцогиней Австрии, стала Мария Терезия. Но с этим не согласились чуть ли не все, кто мог. На престол претендовали все подряд. Испанский этот самый король, воцарившийся после войны, Бурбон Филипп V, баварский курфюрст Карл Альбрехт, Август III, король Польши и курфюрст саксонский. Короче, заодно в дело припуталась еще и Пруссия. Мы про это рассказывали, когда про Фридриха Великого говорили. Он на престол не претендовал, он просто хотел пограбить и позавоевывать чего-нибудь себе хорошего.

Так что, в общем, война Австрию, хотя и не уничтожила, но значительно ослабила. Что было, конечно, досадно. И к концу XVIII века, когда начались сначала революционные, а потом и наполеоновские войны, Австрия потерпела еще несколько поражений. Что заставило императора Франца II пойти на тоже асимметричные ответы.

Пока мы не пришли в XIX век, упомянем, что Австрия вообще, и Вена в частности, была в XVIII веке образцом двора искусств, двора меценатов, где большое значение придавалось музыке. То есть помните историю про Моцарта и Сальери? Все знают, что гениального Моцарта отравил злой Сальери из зависти, что он его затмевал. Это все бред сивой кобылы. Потому что кто такой был Сальери? Сальери, как нетрудно догадаться по его фамилии, был итальянец, из Венеции родом. Но славу он снискал именно как австрийский композитор, как глава итальянской оперной труппы в Вене, как директор императорских театров в Вене, как учитель всяких там мелких композиторишек: какого-то там Шуберта, какого-то Бетховена, какого-то там Ференца Листа.

Ференц Лист — это вот, как нетрудно догадаться по его имени, он был по национальности не немец, а кто?

Венгр.

Венгр, да. Вот как раз вам последствия габсбургского господства над Венгрией. В том числе и Листа образовали.

Ты будешь смеяться, у Сальери в учениках ходил и некий Франц Ксавер Вольфганг Моцарт.

Сын.

Сын, сын Моцарта. То есть это как-то очень странно выходит. Это первое. Второе. А чему именно должен был завидовать Сальери? Я уже перечислил все его регалии и достижения. Он должен был завидовать тому, что Моцарт должен был организовывать свои концерты по подписке, краудфандингом питаясь? То, что Моцарт писал в дневниках: «Я наконец исполнил мечту, купил себе бильярдный стол»? Вот этому надо было завидовать и ничему.

Моцарт тогда был не то чтобы никому не нужен, но прям мегазвездой он не был. Это после смерти уже его оценили, как это всегда и бывает на самом деле. Так что ерунда это все, и Сальери. Я это упоминаю именно для того, чтобы подчеркнуть, что Австрия во второй половине XVIII века — это был такой центр меценатства, развития европейской художественной культуры. И за это мы, собственно, их и ценим.

Да.

Так вот. К сожалению, в революционных войнах Австрия показала себя, скажем так, не очень хорошо. Я бы даже сказал, скверно. Их постоянно били французы. На помощь им постоянно приходилось отправлять Суворова. И еще более неприятным для императора Франца II стало то, что Наполеон объявил себя тоже императором.

Да что ж такое-то. Все тут лезут в императоры.

Да, императоров развелось как нерезаных собак. Сначала русский, теперь еще и французский. Не знаешь, куда деваться. Со всех сторон обложили императоры.

Так вот, поэтому в 1804 году Франц II решил сделать ход конем и объявил себя императором австрийским под именем Франца I. Обращаю ваше внимание: он от этого не перестал еще быть императором священно-римским. Просто он, с одной стороны, понимал, что Священная Римская империя уже существует давно больше на бумаге, что против него постоянно по стратегическим причинам, в той же самой войне за австрийское наследство и Семилетней, выступает, например, Пруссия, которая теоретически должна быть им друзьями, товарищами и братьями, а вот как оно выходит.

Потом, из-за революционных событий и того, что Бонапарта объявили императором французов — обращаю внимание, именно французов, а не Франции, — и он упирал как бы на национальные государства, которые у них теперь официально есть, австрийский император, как бы как священно-римский, учитывая, что у него там сидит огромное количество не немецкоязычных народов под контролем, чувствовал себя как-то неуютно. Ему нужно было срочно тоже изобразить что-то такое, типа национальное. Типа австрийцы. Мы тут, так сказать, сегодня все австрийцы.

Это все он, как показала практика, сделал очень кстати. Потому что через два года Наполеон вынудил его Священную Римскую империю вообще упразднить и отречься от этого титула. Так что Францем II он быть перестал и стал Францем I именно австрийским.

К счастью для него, в конце наполеоновских войн Наполеона понесло на Москву, что кончилось для него известно чем. Так что австрийцы как бы тоже стали победителями. И по этой причине новый международный порядок, второй после Вестфальской системы, называется в том числе Венским. Потому что он был установлен на Венском конгрессе, куда съехались представители от Российской империи, от Британии, от Пруссии. От Швеции, кстати, тоже был.

Куда уж без наших-то.

Не знаю, что они там делали, если честно.

Ну вот, короче говоря, и Вена поэтому вернула себе честь и утраченный престиж. Однако Австрийская империя все равно находилась в нестабильном положении и являлась государством реакционным. Причем эта реакция постоянно усиливалась. С чем это было связано? С тем, что на территории обширной Австрийской империи проживало немцев знаешь сколько?

Сколько?

Угадай в процентном отношении.

Больше половины?

Нет, меньше.

Меньше половины. Не знаю. Вообще, хорошо, давай. Вторая попытка. 10%?

Нет, больше 10%.

Больше. Ну окей, хорошо, 30%.

Меньше 30%.

25.

Меньше 25. Где-то 20 с чем-то. Но меньше 25.

Ничего себе. Класс.

Значит, к чему это все приводило? Во-первых, XIX век — это как раз эра подъема национального самосознания и национальных государств. Что было во многом вызвано в том числе революцией и революционными войнами во Франции. Немецкое население было еще и сильно неоднородно распихано по территории. Если бы оно еще жило так равномерно повсюду, было бы хорошо. Но, по сути, получалось, что в Австрии, в Чехии, в Словакии уже сильно меньше, частями в крупных городах в Венгрии и в отдельных местах на юге. А все остальное — это толпы не немецкоязычных персонажей.

Чтобы это дело исправить, в Австрийской империи в первой половине XIX века наблюдался период германизации. Всех пытались заставить учиться на немецком, говорить по-немецки, заявления принимать только по-немецки, на службе говорить только по-немецки. Короче, все по-немецки. Это вызвало соответствующую реакцию со стороны всех не немцев, но главным образом среди чехов, поляков и особенно венгров. Которых, как мы знаем, там было очень много.

Да, очень много. И они такие довольно… Они, главное, хорошо организованные, воинственные.

Что вызвало в 1848–1849 годах венгерскую революцию. На самом деле революция была комплексной. В Венгрии революция была как бы в 1848-м, и вообще революции бушевали по всей стране. Тем более что император тогда был слабый, за него фактически всем рулил Меттерних, ультрареакционный персонаж, министр. Он фактически всем распоряжался за Фердинанда I, человека болезненного и бездарного. Хотя среди народа относительно популярного.

Когда была революция, и он отрекся от престола, он это сделал не потому, что его заставили революционеры, по сути. Они говорили, что против него ничего не имеют. Главное, чтобы Меттерниха выгнали.

Да. Вот этого вот, пожалуйста, уберите.

Да. В общем, он сказал, что без Меттерниха он что-то как без рук, так что тоже ушел в итоге добровольно.

Весь этот кризис, как я уже сказал, вызвал массовые волнения. Восстания были и в Вене, в разных городах приходили какие-то там к власти революционные правительства, строились баррикады, так называемая весна народов. Многие немцы в Австрии ориентировались на Пруссию, которую они считали за true-объединителя Германии под эгидой Германского союза. Так что для Австрии все выглядело не очень хорошо.

Венгерскую революцию в итоге им помогли подавить мы. Николай I отправил туда войска и спас фактически Австрийскую империю. Революции в итоге потерпели поражение. О чем, кстати, Николай I очень быстро пожалел. Потому что вскоре началась Крымская война, и Австрия фактически вписалась за англичан и французов.

Вот поганцы.

Поганцы, да. Мы им так, и они вот как нам.

В общем, в итоге все равно революция вынудила власти пойти на реформы и преобразовать Австрийскую империю в теперь уже Австро-Венгрию. То есть в 1867 году Австрия была как бы как Австрия, Венгрия — как Венгрия, состоящая с ней в унии. Получалась такая вот монархия двуединая.

Дело в том, что если до революции был определенный такой федеративный тип устройства государства, его отменили как раз после реакции и подавления революции, по-моему, в 1851 году. И получалось, что, скажем, в Венгрии многие деятели разной степени радикальности считали, что надо с этим что-то делать и вернуть себе свои права и свободы. Это не значило, что они хотели прям отделиться и создать независимую Венгрию.

Как ты думаешь, почему?

Они слишком маленькие, наверное, были для этого.

Да, потому что тут же к ним скажут: так, дорогие друзья, а вы вот тут с Венгрией какую-то Галицию и Лодомерию… А вообще-то Владимир-Волынский — это же исконно русские земли. Галицко-Волынское княжество. А ну-ка отдавайте все. И что они тогда сделают? Ничего они не сделают.

Да. Потом османы тоже скажут: так, вы нас, помнится, били вместе с австрийцами, сейчас мы вас…

Короче, это первое. Второе. Венгрия хотела сохранить контроль над, например, той же Хорватией. А как это сделать, если они отделятся, и хорваты тогда скажут: а, ну мы тогда тоже пошли, потому что мы вообще вам никто. Мы тоже отделяемся от вас, и попробуйте с этим что-то сделать.

Среди венгров были разные мысли разной степени радикальности о том, как именно нам обустроить новую страну и насколько нам нужно широко развить свою автономию и самоуправление. Были там, например, сторонники такого пассивного саботажа. То есть не говорить по-немецки вообще. К тебе там обращаются, а ты говоришь: нет, не говорю, не понимаю. Не сотрудничать с правительством, не платить налогов и так далее. То есть такое ненасильственное сопротивление.

Однако к 60-м годам самые горячие головы более или менее угомонили. Поэтому был достигнут компромисс, подписано соглашение, которое преобразовывало Австрийскую империю в государство дуалистическое и при этом конституционное, с двумя правительствами, двумя парламентами, двумя судами, судебными системами. И Венгрия в ней была как Венгрия, Австрия — как Австрия. То есть общего у них было что? Император Австрии слэш король Венгрии одновременно, у которого власть ограничена конституцией. Во-вторых, это министерство иностранных дел, министерство обороны и министерство финансов. Они все подчинялись непосредственно императору, а не парламентам. Соответственно, Австрия и Венгрия в их правительства как бы не входили. По этой же причине они не могли вмешиваться в компетенцию этих самых правительств сами.

У них был еще так называемый Коронный совет, который включал в себя общие объединения, но он не был постоянным. Председательствовал там император. Он же приглашал туда разных деятелей, не являющихся министрами, я имею в виду общими. То есть, например, мог позвать туда начальника Генштаба австро-венгерского. И австрийский, и венгерский парламенты посылали друг другу депутации, которые должны были там сидеть и представлять друг друга. При этом, например, законы, скажем, австрийского рейхсрата, они не действовали на территории Венгрии, и наоборот. И получалось, что как будто две страны и два правительства, просто у них один глава государства на двоих.

То есть такая вот очень автономная уния получается.

Да уж. Как-то, мне кажется, это очень неэффективно все должно быть.

Я бы сказал так: не то чтобы неэффективно, это слишком очевидно компромиссный вариант, который на какое-то время мог отсрочить взрыв, но не предотвратить его. Потому что в условиях конца XIX века австро-венгерская монархия была, по сути, последним таким феодальным обмылком. Все остальные уже создали себе национальные государства того или иного вида. И даже те страны, которые были по своему происхождению как раз последствиями феодальной чересполосицы, например Бельгия или Швейцария, уже успели выработать себе национальное самосознание. То есть мы не фламандцы и валлоны, а мы бельгийцы. Мы не какие-нибудь франко- или германоязычные, а мы швейцарцы.

А в Австро-Венгерской империи получалось так, что они как бы… Вот здесь Венгрия, главой которой является габсбургский король. Вот тут Австрия, которая какой-то последний кусок Священной Римской империи, непонятно зачем нужна и почему не входящая, например, в Германию. Тут вот какие-то югославы сидят, непонятно при чем они тут вообще. Поляки какие-то. Короче, получалось очень рыхлое и не соответствующее времени образование.

Потом, как я уже сказал, само соглашение компромиссное, значит, оно обязано было не устраивать чуть ли не всех сразу. То есть, например, венгры считали, что это соглашение чисто так, для декорации нам дает какие-то парламенты и все остальное. А почему, например, австро-венгерская армия — это австро-венгерская армия? И почему фактически командуют ей австрийцы? И язык в этой австро-венгерской армии только немецкий.

Да, что за дело.

Потом, например, в смысле государственных расходов 70% возлагалось на Австрию, а 30% на Венгрию. В Венгрии говорили: а почему это у нас целых 30%? Мы не хотим. Мы бедные.

Что так много?

Да, у нас есть свои расходы. Так что уберите это.

Австрийцы, с другой стороны, говорят: действительно, почему это у нас 70%, а у них 30? Что это за хребетники тут какие-то у нас сидят еще, недовольные?

Дотационный регион.

Да, дотационный регион. И вообще сама идея какого-то второго парламента, второго правительства — зачем это надо? Кто вы такие были? Последние финно-угры, а мы вас тут цивилизовать пытаемся, языку человеческому научить, а то вас никто не понимает вообще.

Кстати, венгерский язык не понимал и эрцгерцог Франц Фердинанд, наследник престола. Он неоднократно пытался его выучить, но в итоге бросил это дело и вообще сказал, что венгров он не любит хотя бы из-за языка дурацкого.

Это то, что касается, собственно, австрийцев и венгров. С другой стороны, например, чехи говорили: а что, почему венграм можно свой парламент и правительство, а нам нельзя? Мы чем-то хуже, чем венгры? Или, может быть, мы немцы? Так что у них была целая серия манифестаций. Так называемые старочехи этим занимались. Была такая политическая партия в Австро-Венгрии — старочехи, которые топили как раз за чешские интересы.

Пытались придумать какой-нибудь еще более компромиссный вариант. Например, вместо двуединой монархии сделать триединую. Вот чехам тоже дать, чтобы у них был просто король — австрийский император одновременно. И чтобы у них был свой парламент и все такое прочее. Но тут венгры скажут: так, подождите минутку. Нет, мы не хотим. Мы хотим быть единственными, у кого тут, помимо австрийцев, есть парламент и правительство. А чехи — это наши холопы и конюхи. Дело просто в том, что Богемия относилась к венгерской короне. Зачем они будут отпускать их? Это же невыгодно.

Конечно.

Так что дело как-то встало. И, между прочим, именно то, что эрцгерцог Франц Фердинанд был большим сторонником этой идеи — замутить триединую империю, в которой были бы вот австрийские земли, немецкие, венгерские, которые собственно венгерские, а остальные будут славские земли, чтобы там были славяне, то есть это будут как западные, то есть чехи, словаки и поляки по соседству, так и югославы, хорваты всякие с сербами и словенцами, которые, как нетрудно догадаться, все люто-бешено друг друга тоже не любят.

Ну и в итоге, короче, кончилось все тем, что Франца Фердинанда в том числе и за это убили. Началась Первая мировая, и было понятно, что дряхлый император Франц Иосиф… Про него часто думают, что он был первым и последним императором Австро-Венгрии. Это не совсем так. Он действительно был первым и почти единственным, потому что последние два года — он в 1916 году помер — ему все-таки успел преемствовать и два года посидеть Карл Франц Иосиф, если полностью, император Австро-Венгрии и прочее, прочее, прочее. Но вы поняли, что через два года произошла революция, и его погнали.

Между прочим, именно из-за этого странного австро-венгерского устройства государства некий Адольф Гитлер уклонялся от призыва в австро-венгерскую армию и сменил три квартиры. Дело не в том, что он там был трус или воевать не хотел. Нет. Он просто считал, что эта гнилая дунайская монархия этого дряхлого Франца Иосифа все неправильно делает, только портит немцев. Вместо этого он уехал в Мюнхен и там хотел поступить в армию Германской империи. Но его изловили и отправили обратно в Вену. Но там ему сказали, что он негоден по состоянию здоровья. Он с облегчением выдохнул и уехал обратно в Мюнхен. Там поступил к немцам в армию, был дважды награжден за храбрость на войне и стал ефрейтором.

То есть все-таки его во второй раз взяли?

Он в первый раз просто не успел в германскую армию попасть. Его там повязали и повезли в австрийскую. А в австрийской ему сказали, что он негоден. Он уехал в германскую, где оказался годен.

Понятно, понятно.

Короче, из-за плохого хода войны, полного коллапса снабжения и фактически голода по всей стране начались забастовки, бунты и беспорядки, которые охватили в том числе и военных, потому что военным не хотелось воевать. И требовали мира любой ценой. Ну вот как у нас говорят: дайте мир, пусть похабный. Так и у них тоже было.

И получилось так, что из австро-венгерской армии массово побежали все, кто не немцы. То есть считается, что за период до лета 1918 года дезертиров в австро-венгерской армии было 100 тысяч человек. А с августа 1918 года по октябрь 1918 года, когда война уже кончилась, — 150 тысяч человек. То есть получилось, что там за какие-то неполные два месяца убежало больше народу, чем за предыдущий год. Страна пошла вразнос.

И получилось так, что вот эта идея с двумя разными правительствами и разными парламентами сыграла против. Потому что после того, как все посыпалось, объявили о своей независимости поляки, на Западной Украине уже образовались какие-то эти… А, петлюровцы, да. Петлюровские формирования УНР, Украинская Народная Республика. В Вене отрекся Карл I, и получилась Австрийская Республика без какого-либо короля. И изначально предполагалось, что она в составе Германии. Но французы сказали, что никакой Германии, сидите где сидели.

И получилось, что Австрия, собиравшаяся свалить из этой империи и примкнуть к Германии, осталась неприкаянной. Венгрия ушла, все ушли, осталась одна Австрия. Чехословаки ушли, поляки ушли. Остались вот эти бывшие немецкоязычные земли Габсбургов. И положение в ней было, прямо скажем, не очень хорошим. Происходили всякие мятежи и походы на города с требованием лучшего снабжения.

Под эту дудку к власти, по сути, пришли околофашистские персонажи. Причем там было несколько групп. Одни ориентировались на Италию, фашисты, а другие фашисты — на Германию. Были концептуально разные позиции у них.

Да, у них были вот такие вот несколько разные взгляды.

И в итоге в 1932–1933 годах, то есть примерно так же, как и в Германии, в Австрии по сути установилась фашистская диктатура во главе с канцлером Дольфусом, который до этого был министром сельского хозяйства, известный фашист. Он был именно фашист, который был такой проитальянский фашист, но при этом он считал, что Австрия должна быть независимой. И деятельность германских национал-социалистов вообще объявил незаконной. И те, затаив на него злобу, совершили ряд терактов как против объектов инфраструктуры, так и против людей, поддерживающих режим Дольфуса. И в итоге в 1934 году они фактически захватили Дольфуса в его канцелярии и убили.

Класс.

Они потребовали, чтобы он сдал власть. Он отказался. Они его убили. Услышав про это, итальянцы двинули четыре дивизии на границу. Гитлеру пришлось скомандовать своим назад и пойти другим путем — через пропаганду. Там уже было это нетрудно, потому что обезглавленные местные фашисты без Дольфуса сопротивляться уже особо не могли. Объявить о своих планах аншлюса и фактически аннексировать Австрию, проведя там плебисцит, который подтвердил, что все, Австрии нет, а теперь есть только Великая Германия.

Да. И среди населения это было воспринято скорее как: ну слава тебе господи, теперь хоть все устаканилось. А то было непонятно: что Австрия, какая Австрия, зачем Австрия, кому мы тут нужны, почему мы какие-то там австрийцы? Мы же немцы, по сути.

Но об этом им пришлось уже вскоре сильно пожалеть, потому что в войне Третий рейх потерпел поражение. Австрию с самого начала планировали отделять и восстанавливать ее независимость. Мы ее поэтому оккупировали как отдельную страну. То есть там были отдельные зоны оккупации: наша, американская, британская и французская.

После того как там была проведена такая же денацификация и демилитаризация, как в самой Германии, в австрийских элитах возобладало стремление к нейтралитету. Потому что там считали, что, походу, сейчас Советы и Западные начнут друг друга ядерно бомбить. А мы как раз посередине.

Да, все очень похоже на это. Нам уже надоело воевать непонятно за что, за какие-то чужие интересы. Поэтому австрийцы всем предложили: давайте так, вы все уйдете, мы ни к кому из вас не присоединяемся и устанавливаем такое нейтральное правительство. Ни вашим, ни нашим.

Поскольку это было, в общем, приемлемым решением для всех, мы в 1955 году решили действительно, что все уйдут. И в Австрии с той поры постоянно встречались как на нейтральной территории.

Ну вот так примерно Австрия существовала вплоть до середины 90-х, когда она вступила в Евросоюз. Но там еще довольно долго это вступление было только на бумаге, потому что я помню, что в 90-е годы мы там расплачивались чем?

Шиллингами.

Да, шиллингами. Это только потом, с 1999 года, было введено евро, и на него постепенно перешли. А тогда, да, были шиллинги. Мы страну как раз в конце 90-х посещали.

Да, в 1999-м я помню один раз, а второй раз то ли в 2000-м, то ли в 2001-м.

Да, я помню, что я когда туда впервые попал, это был Зальцкаммергут, где, помнишь, замок был с музеем пыток. Вот я там был до этого.

Folter.

Да. В общем, я помню, что меня поразило больше всего: стоит фонарный столб, на нем где-то пакет, в пакете всякие журналы и газеты.

Да, был такой.

И рядом, значит, привешена коробочка с надписью «5 шиллингов» и прорезью. Значит, кому нужна газета, те подходят, кладут в эту коробочку 5 шиллингов и идут. Я, учитывая, что это был год, наверное, 1995-й, на это смотрел квадратными глазами. Потому что я отчетливо понимал, что если у нас что-то такое поставить в 1995-м, то утащат и газеты, и коробочку, и столб тоже вывернут и унесут в угаре.

Точно, точно. Воровство.

А тут вот такое вот. Понятно, что Зальцкаммергут — это не Вена. Например, такое ни тогда, ни сейчас, наверное, делать не надо. Утащат все-таки. Но, тем не менее, да, это прям очень впечатляло. То, что народ не ворует. Мы прям радовались за него.

Страна известна своими горнолыжными и термальными курортами. Там всяких горячих источников довольно много, бассейнов, ядролечебницы. Соответственно, горный туризм тоже очень развит, что Альпы. Мы изрядно походили по горам с тобой тоже, поднимались на всяких подъемниках и фуникулерах.

Я помню, когда впервые я там был, меня предки потащили на канатную дорогу. Мы сели в эту кабину, нас везут на веревке над пропастью, и они начинают: а вот какая-то там Маша, вот она там села на такую вот сторону, не на такую, а для лыжников, когда скамеечка поднимает. Она очень толстая была и свалилась. А другой раз вот такая вот кабина сорвалась в пропасть. Я сейчас слушаю и думаю: черт возьми, зачем вы ее сюда потащили?

Вот такое вот.

Да, да, было круто.

Да.

Страна, да, интересная. Ты даже подумывал туда еще съездить.

Я посмотрел на цены и так и расхотел.

Я тебе дам сюрприз к концу выпуска, а я туда и съезжу.

Да?

В конце февраля. Я купил билеты, лечу я в Вену. И планирую доложить в одном из послешоу, как это все произошло. Тема, надо сказать, появилась не случайно в нашем списке тем, но случайным образом она набрала нужное количество голосов, чтобы победить остальные. Поэтому, друзья, я наполовину воспользовался служебным положением. Мог, конечно, еще больше воспользоваться, то есть ее самовольно выбрать. Но не сделал этого. За нее действительно проголосовали.

Да, я действительно туда отправлюсь. Поем венского шницеля, съем кусок торта Захер, покатаюсь на колесе обозрения — одном из старейших или старейшем даже в Европе, в Пратере, если оно работает, конечно. И погляжу, как там вообще, что и как.

У меня от Австрии очень теплые воспоминания. Мы действительно с Домниным были два раза вместе. Домнин без меня был гораздо больше, потому что у него отец, я так понимаю, занимался разными интересными вещами. У меня воспоминания очень теплые, очень хорошие. Мне нравится вспоминать, как мы там отдыхали. Там были горы. Вся практически территория Австрии, за исключением Верхней и Нижней Австрии, которые к Дунаю примыкают, там такие более или менее равнинные места. В остальном, конечно, там горы, леса. Все это классно выглядит. Особенно там интересно сидеть на заднем сиденье автомобиля и смотреть в окно, что там происходит, когда тебя куда-нибудь везут. Поэтому я к Австрии отношусь с большим теплом и с удовольствием ее в конце февраля посещу еще раз.

Надо сказать, что в конце февраля, Домнин, там оказалось очень даже недорого. У меня есть приятель, который в «Редиссоне» работает. Он мне сумел даже организовать небольшую скидку.

Удобно.

Так что я остановлюсь в одном из австрийских, точнее венских, «Редиссонов». Потом все обязательно вам, друзья, расскажу. Так что да.

Ну и на этом мы завершаем сегодняшний выпуск и переходим в послешоу.