В этом выпуске мы рассказываем про крестьянскую жизнь на Руси - про лапти и зипуны, сани и бани, печки и полати, хлеб и квас.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели! В эфире 456-й выпуск подкаста Hobby Talks — «Хобби Токс». С вами его постоянные ведущие Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Итак, от темы русской кухни мы переходим к теме смежной и, в общем-то, географически похожей. О чем мы, Домнин, поговорим сегодня?

Мы поговорим про жизнь и быт простого русского крестьянина из условно средневековых времен. Почему я говорю «условно»? Потому что, с одной стороны, в домонгольский период были определенные особенности, которые потом стали отмирать. И в примерно таком виде, который сложился к XVI–XVII веку, крестьяне дожили до революции. И даже потом тоже.

То есть, например, знаешь, когда перестали носить на постоянной основе лапти?

Когда?

В районе 1935 года.

1935? Ничего себе.

Да, потому что ничего не было.

Вот так номер.

Да, и поэтому жизнь крестьянина даже в Новое время и в начале Новейшего очень слабо отличалась от жизни в Средние века. Так получилось.

Крестьян в Средние века у нас было 95% населения. В городах жило 3–4–5% где-то. Все остальное — это крестьянство. Крестьянство было, конечно, разное, и в зависимости от региона у них были тоже свои особенности. Например, дома по-разному строили, питались несколько по-разному, скотину несколько разную вели, но в основном все было по примерно одному порядку.

Таким образом, представив, что ты крестьянин из Тверской земли… Тверской губернии.

Еще не губернии.

Да, губернии — это уже XVIII век. У нас пока Тверская земля.

Так.

Ты живешь в типичной деревне. Деревни располагались, как правило, в промежутке между лесом и рекой. Некоторые — совсем у реки, у Тверцы, допустим, у той же. Некоторые, конечно, от реки далеко, но тоже рядом с лесом. У вас там область лесистая. Тогда была еще более лесистой.

Живешь ты в деревне, которая, если речь идет о домонгольских временах, состоит из 3–5 дворов и населена таким образом 30–50 человеками в среднем. В эпоху позднего Средневековья деревни у вас больше стали, там дворов 10, много — 15, соответственно, там уже за сотню человек может проживать. Это именно дворы. Когда нам говорят, что дом — тогда крестьяне так не мыслили.

Вообще многие особенности крестьянского мышления нам сейчас непонятны. Простейший пример. Сейчас слово «жирный», как правило, является негативным. Жирным быть плохо, потому что это вредно для здоровья и неэстетично. Если у кого-то, допустим, жирная кожа или жирные волосы, значит, ему надо чем-то мазаться, обтираться, мыться, чтобы это победить. Жирная пища вредна для здоровья. Холестерин вас одолеет, и болезни сердечно-сосудистой системы.

А в ту пору, наоборот, слово «жирный» означало что-то очень хорошее. Жирно жить значило хорошо жить, богато. Также было слово «жировать», которое сейчас почти вымерло. Когда мы были маленькие, оно еще употреблялось достаточно широко.

Я тебе более того скажу: у меня сосед по даче, такой дядя Петя, до сих пор, вместо «от хорошей жизни», говорит «от жиру». То есть тоже вот с жиром вяжется.

Да-да-да. Причем, например, когда мы сейчас говорим про пищевые жиры, в Средневековье крестьяне так не мыслили. Потому что у него были жиры — это животные, а, допустим, масла всякие, конопляное например, — это были олии. Прямо слово такое было.

Да, на греческие манеры положено было называть.

Ну или масла просто. И это слово «масляный» тоже раньше было чем-то хорошим. Масляная неделя, Масленица — тоже когда надо жрать, пить и веселиться. Были и другие. Я чуть позже объясню, когда будем про распорядок дня говорить.

Поэтому они считали не домами, а именно дворами. В чем разница-то? В том, что дом — это ни о чем с точки зрения средневекового крестьянина. К дому обязательно должны прилагаться хозяйственные постройки. Баня могла быть. Иногда бывало так, что бани в деревне не было, потому что баню старались строить поближе к берегу реки, пруда какого-нибудь или хотя бы болота. Потому что для мытья в бане нужна вода, чтобы не бегать километр с ведрами на коромысле.

Так старались ставить у воды, а вода могла быть отдалена. Поэтому бывало, например, так, что зимой, попарившись в бане, люди идут далеко к себе домой, и пока они идут, у них успевают на мокрых бородах сосульки намерзнуть. Но если жить у реки, то старались ее ставить на сваях таких, чтобы можно было еще и в воду прыгать, попарившись.

Дом у тебя из бревен. Поскольку в Тверской земле с сосновыми лесами все в полном порядке, это очень хорошо. У тебя, соответственно, сосновый дом. Это хорошо. Это и легко обрабатывается, и плохо гниет, потому что она смолистая.

А у нас тут, на Московщине, бывало так, что приходилось из березы делать избы. Это плохо. В березовом доме жить вредно.

Почему?

Потому что деготь. Дышать дегтярными испарениями плохо. От этого голова болит и вообще.

Зато береза не гниет.

Ты зато сгниешь потом.

Изба у тебя почти наверняка черная, то есть курная. Это значит, что дымохода у нее нет. То есть дымоход как бы есть, но дымоходом именуется просто окошечко под крышей двускатной, скорее всего, хотя могла быть и четырехскатная, в которое выходит дым из печи.

Несмотря на то, что уже, допустим, в XV веке появились белые печи с нормальной трубой и, соответственно, белые избы, но эта новинка достаточно долго доходила. Тем более что считалось, что черная печь полезна в смысле того, что позволяет обогреть, используя меньшее количество топлива. А с топливом бывали проблемы.

В Тверской земле это все было хорошо, так же как и на Московщине. А вот южнее уже приходилось из-за сведения лесов в поздние времена топить соломой, кизяком, чем только не приходилось. От этого гораздо больше сажи еще нарастало.

Потолка в твоей избе нет. Поэтому дым весь уходит в это самое оконце.

То есть сразу крыша видна?

Да, сразу вот так. Под крышей ты там можешь чего-то развешивать, сушить. Еще один плюс курной избы — то, что у тебя в доме нет всяких тараканов и прочих ненужных насекомых. Их дым выкуривает.

Окон у тебя в доме, скорее всего, нет. Максимум, что есть, — это так называемые волоковые, заволочные, волокуши, как вариант окна, которые очень маленькие. Представляют собой… Они как бы с одно бревно размером по высоте. Маленькое окошко, которое задвигается в пазах такой деревянной заслонкой. Собственно, поэтому и волоковое.

Пол у тебя может быть земляной, политый водой, утоптанный, утрамбованный. Но, если ты живешь неплохо, то, в принципе, ты можешь иметь пол и дощатый тоже. И покрыт он половиками, ковриками такими обычными.

Чтобы не дуло.

Да, чтобы не дуло. Еще, чтобы не дуло, у тебя изба стоит, как правило, на четырех камнях под углами. И чтобы под это не задувало зимой, у тебя навалена заваленка. То есть такой короб пристроенный в полметра шириной, который насыпается землей для утепления. На этой заваленке можно сидеть, чем всякие старики обычно занимались.

С комнатами в доме у тебя тоже не густо. Как правило, у тебя есть отапливаемая часть и неотапливаемые сени, которые одновременно прихожая и кладовая. Но, поскольку место там не бесконечное, у тебя, скорее всего, рядом с домом есть еще клеть. Она может быть прямо к избе пристроена. В этом случае через сени туда проход обычно. Она может быть на небольшом отдалении.

Как правило, все сбить в одну конструкцию старались северяне, потому что там холодно, чтобы зимой не выходить на двор без нужды. Там все старались сделать единым комплексом. Поморские избы получались очень большие. А бывало так, что из-за того, что лес там навалом, даже двухэтажные делали, здоровенные такие избы.

Да, вот в них уже как раз можно было всякие комнаты завести: спальни, светлицы. Это типа гостиной, что ли. И в ней обязательно должны быть окна. А, собственно, поэтому и светлица есть. Потому что в остальном в доме у тебя всегда темень.

А как, Домнин, там делать-то что, если там темень?

Во-первых, ты там почти ничего не делаешь. Ты там в основном спишь. Больше, если не зима, ты где-то на работе. Ты летом работаешь по 14 часов в сутки. Тебе там сидеть совершенно некогда.

Понятно. То есть окна и не нужны.

Да. Но чтобы тебе можно было что-то в темное время суток тоже делать, и вообще, у тебя есть осветительные приборы. Судя по тому, что найдено на раскопках, осветительных приборов у нас было три вида.

Первый — это масляные лампы. То есть выглядит как, например, такой ковшик с носиком, куда пеньковый фитиль кладется. На манер керосиновой лампы современной, по сути, без стекла. Могла быть в виде такого кувшинчика масляная лампа. Могла быть, в принципе, просто такая плошка, в которую кладется фитиль.

Или ты мог использовать свечи. Причем вот что интересно: в отличие от Европы, где свечи использовали побольше сальные, у нас из-за того, что много лесов и много народу занимается пчеловодством в том или ином виде, может быть, просто ищет диких пчел, может быть, устраивает борти, то есть нечто вроде примитивного улья из колоды с такой соломенной крышей, домик такой, куда пчелы поселяются, а потом, когда они меду наделают, снимаем соломенную крышу, забираем часть меду, покрываем обратно. Мед — это еще и воск. Поэтому у нас с воском всегда был полный порядок.

Все эти купцы, которые из варяг в греки ездили, они возили в том числе воск, который только в путь скупали византийцы. Догадываешься для чего?

Для чего?

Они же христиане. Свечи делали?

Конечно, им нужны свечки для храмов.

А что, католики без свечей были?

Нет, католики тоже со свечами, просто мы к ним не возили. У них весь воск обычно шел именно на церковные и на всякие богатые дома, дворян, а все остальные… В трактире «В бригорцующей пони» там было вместо люстры колесо и сальные свечи.

У нас сальные свечи пошли в обиход уже в постмонгольский период, видимо, на почве общего обнищания. Но восковые использовались. Причем наши делали свечи не так, как европейцы. У нас делали как? Берем из воска такую… подогреваем ее, чтобы она стала мягкой. Мы делаем такую длинную узкую полоску. Берем фитиль. Вокруг этого фитиля наматываем ее винтом на всю длину. И вот эту уже получившуюся винтового вида свечку макаем в воск, чтобы промежутки заполнить воском. То есть у нас их не отливали, а именно вот так наматывали. По этой причине всякие свечи с претензией под старину, типа венчальных, стараются до сих пор отливать вот такими, со спиралькой снаружи. Это имитация как раз старинной технологии.

Типа тру-старина.

Да-да-да. И для этого у тебя есть, конечно, подсвечники. Подсвечников найдено полно. Были подсвечники деревянные, были подсвечники керамические, были подсвечники металлические. Но это у богатых. У тебя, скорее всего, деревянный или глиняный подсвечник. Подсвечник — это очень важно, потому что перетопленный воск потом можно собрать и попробовать еще к чему-нибудь приспособить.

И, наконец, у тебя, скорее всего, есть светец. Светец — это такая металлическая держалка, в которую ты вставляешь лучину. Проще говоря, наколотые такие длинные щепочки, если кто не понимает, что такое лучина. Ты ее туда вставляешь, под светец ставится какое-нибудь корытце или лохань, короче, какая-то такая широкая посудина с водой, чтобы пожару не наделать. Когда половики загорятся или, допустим, если ты соломы на пол насыпал, это же все загорится. И вот в темное время суток, в том числе и зимой, зимой все равно делать нечего, дома все сидят, вы при свете этой лучины что-нибудь там делаете. Например, лапти плетете.

Да.

Крыша у тебя, скорее всего, покрыта либо соломой, либо, вероятно, поскольку ты в Тверской земле, у тебя, скорее всего, крыша дощатая, из колотой доски. То есть, пока не было лесопилок, делали как? Брали бревно и вбивали с торца клинья так, чтобы оно раскололось вдоль. Если уметь это правильно делать, то как раз очень получится хорошо.

Вообще, у нас пиление не то чтобы сильно не применялось, но старались для всяких капитальных нужд дерево рубить топором. Просто потому, что, когда ты его рубишь, ты топором как бы забиваешь ему поры, и оно меньше будет гнить. А вот когда ты пилишь, ты, наоборот, их раскрываешь.

Логично.

Ты мог досками покрыть, ну или, если на доску тебе денег не хватило, драньем. То есть дранкой, тонкими такими дощечками. Как это на севере почти везде делалось. Солома и камыш — это уже южные места всякие.

Что у тебя в доме из всякого убранства? У тебя, разумеется, есть печь. Без печи дома быть не может. Зиму не переживешь. На печи сверху можно лежать. Как правило, лежат там дети и старики на теплой печке, чтобы их слабые силы не подрывать холодом. Место там, разумеется, не бесконечное. Печь-то не может занимать всю хату. Поэтому ты к ней, скорее всего, пристроил полати. То есть это такой дощатый навес, который как бы расширяет пространство сверху печи на остальную часть дома.

Вот там, скорее всего, спишь ты со своей бабой. Или, как вариант, ты там можешь что-нибудь раскладывать и сушить: зерно, допустим, или овчины свежеснятые.

Да.

В таком случае, если на полатях тебе места нет, ты можешь спать на лавке. Лавки во многом — это конструктивная часть самой избы, то есть они приделаны изнутри к стене. Хотя постепенно появляются и к концу Средневековья портативные лавки, то есть лавки в нашем понимании сейчас. Они могут быть покрыты ковриком, типа половиков таких же, то есть просто шерстяным или льняным. Могут быть ничем не покрытые. И ты на них можешь спать. Причем спишь ты без всякого постельного белья, скорее всего. То есть ты просто ложишься, под голову — кулак, и покрываешься своим кафтаном или что там у тебя, зипуном.

То есть даже не раздеваешься?

Нет, ты раздеваешься до рубахи. Спишь в рубахе. Я сейчас объясню, как ты одет.

У тебя, разумеется, есть стол. Стол тоже изначально был конструктивной частью стены, но постепенно столы стали тоже переносные. Он мог стоять по центру. У него рядом стоят, скорее всего, тоже небольшие лавки. Были и табуретки у нас, кстати, тоже. Как они там назывались, я что-то не нашел, но они были. Археологи нашли.

Вот стульев со спинками у тебя нет. Это только при Петре начало появляться.

Да, надо сказать, что как человек, который полтора года прожил с табуретками, без стульев со спинками, в собственной квартире, очень это неудобное дело.

Да. Вот эти все стулья со спинками, они, конечно, у нас прочно вошли в нашу жизнь. Удивительно, как мы все к ним привыкли. И без них довольно тяжело живется. Так что удивительно, что никто не занимался стульями со спинками.

Не до того было.

Шкафов у тебя тоже нет, как и комодов. У тебя есть сундуки. Сундук с плоской крышкой, на нем, кстати, тоже можно спать, если он достаточно большой, часто выполнял роль лавки. В нем ты хранишь всякую утварь и добро. И особо тяжелые сундуки даже могли быть поставлены на полозья, чтобы их перемещать можно было.

Из прочей утвари хозяйственной у тебя есть горшки керамические, в которых ты, например, кашу варишь. У тебя обязательно есть ступа и пест, потому что там ты толчешь зерно в крупу, там ты толчешь горох выращенный, чтобы гороховую кашу есть, из колотого гороха. Лен, например, который ты собрал, выращенный, ты его там тоже толчешь, чтобы его обмять. Его можно было использовать для тканья.

У тебя обязательно есть деревянные ведра и коромысла. Ты с ними ходишь за водой. Ведер вообще у тебя много: и больших, и маленьких. Все они из дерева. При возможности окованные железным обручем, но можно и без него. Есть у тебя всякие кадки, бочки, ковши и ушаты. Например, такая бочка у тебя, скорее всего, стоит в сенях постоянно, и в ней постоянно бродит квас. Ты его оттуда отчерпываешь, выпиваешь, то воды доливаешь, докидываешь еще хлеба. И таким образом он у тебя там постоянно бродит.

На стенках у тебя есть такие деревянные крючки, на которые ты вешаешь одежду. А также всякую там сбрую можно повесить, хомут для лошади, для твоей.

Вот примерно такой у тебя дом есть.

Во что ты одет? Это зависит от периода, потому что в домонгольский период у нас был такой более похожий на скандинавский и вообще европейский костюм. То есть типичный для всего циркумбалтийского региона: у прибалтов, у шведов, у всяких датчан, у поморских славян тоже тогда. Но база всегда одна: у тебя есть рубаха и порты.

Рубаха — это у тебя самое нижнее одеяние. Рубаху ты почти не снимаешь, кроме как когда моешься, купаешься. Спишь ты, скорее всего, тоже в рубахе. Рубаха выглядит… Это длинная рубаха. Она надевается через голову, с рукавами такая. Доходит до середины бедра или даже до колен. Мужские рубахи в целом короче, женские длиннее.

Эта рубаха у тебя должна быть обязательно подпоясана. Пояс может быть веревочкой, может быть кожаным поясом. Если ты хотел щегольнуть, то у тебя мог быть какой-нибудь пояс, украшенный всякими бляхами. Ты его завязываешь обязательно на два узла, потому что одним узлом только покойников подпоясывают.

У нас до сих пор есть выражение «распоясаться», то есть вести себя неприлично. Потому что ходить без пояса неприлично. Такое отребье всякое ходит.

Пояс тебе нужен еще и в утилитарных целях, просто потому, что у тебя нет карманов. То есть можно в рубаху что-нибудь напихать. Ты за пояс затыкаешь топор. Ты к поясу на веревочке привешиваешь, например, кошель кожаный. Не обязательно для денег: в кошелях что только не носили. Всякие мелкие вещи, чтобы их не в зубах держать, вот их туда клали. Кошель для денег назывался калита. У нас тут был Иван Калита князем на Москве. Доказывали, что это он потому, что все время ходил с полной калитой и всем раздавал деньги. Но я что-то подозреваю, что речь идет о другом: о том, что он был первым из князей, по-моему, кто перенаправил сбор дани для Золотой Орды на Москву. Так что его калита изрядно пополнилась в процессе.

На ногах у тебя порты, то есть такие свободные штаны. Это, если добавить какую-нибудь шапку, чтобы уж не срамиться, колпак, может быть, у тебя на голове, — вот это, в принципе, минимальный набор, с которым ты летом, вероятно, ходишь на работу в поле.

На ноги ты ничего не надеваешь, ты можешь быть босым, кстати. Это нормально. Если на дворе все-таки не май месяц, то ты на ноги можешь надеть поршни. Они же постолы. Это такие как бы тапки из… Помнишь, когда мы были маленькие, надо было на всякую физкультуру в детский сад носить чешки?

Да-да-да.

Вот это оно. То есть такой из кожи надевающийся на ногу тапок, который на пятке имеет тесемочки тоже кожаные, которыми ты его подвязываешь к ноге. На босу ногу эти поршни ты не надеваешь. Ты сначала обматываешь ногу онучами. То есть это портянка большая просто, доходящая практически до колена. Ты надел эти самые поршни и кожаной тесемочкой обматываешь ногу и завязываешь ее под коленом. Вот в таком виде ты ходишь.

Как вариант, ты мог носить, разумеется, лапти. То есть это что? Это тапок, плетеный, как правило, из лыка, хотя лапоть мог быть сплетен много из чего. Например, из веревочки конопляной. Такой вариант назывался чуни. Из кожаных полосок тоже в том числе. Но в целом это именно липовое лыко, которое ходили в определенный период летом драть, то есть с липы сдирать. Из бересты, кстати, тоже, в принципе, можно сделать лапти, но лучше всего именно из липы. Потому что там самое подходящее тонкое лыко получается.

Ты за год этих самых лаптей снашиваешь, пар 50 точно.

Да, долго они, к сожалению, не живут. Поэтому ты зимой, когда тебе все равно делать нечего, сидишь и наплетаешь себе лаптей на год вперед. И себе, и бабе, и детям тоже.

Что-то как-то расход большой.

Расход большой, но, понимаешь, у тебя вариантов других нет. Вся остальная обувь стоит денег. У тебя денег таких нет. А лыко ничего не стоит, оно бесплатно растет на деревьях. Соответственно, плести лапти ты можешь и сам.

В более поздний период, уже в Новое время, в некоторых губерниях лапти плести перестали. Но это не потому, что их носить не стали, а потому, что началась специализация. Это были губернии, в которых крестьяне занимались какими-нибудь промыслами. У них были деньги, чтобы пойти на базар и купить там эти лапти, которые привозились из соседней губернии, где как раз их плели.

Понятно.

Для плетения лаптей тебе нужна такая колодка по твоему размеру. И кочедык. Кочедык — это такой металлический крючочек, которым ты… Ну вот как вяжут крючком — примерно так ты и кочедыком этим орудуешь. Это важно и нужно.

Если ты мог себе это позволить, ты, в принципе, мог раздобыть себе и сапоги. Сапоги, что интересно, поначалу, в домонгольский период, были без каблуков, мягкие. Поэтому, чтобы они не слезали с ноги, их тоже вот так вот крест-накрест перематывали ремешками, как и онучи, в теме. Уже в позднее Средневековье под татарским влиянием появляются каблуки, и сапоги приобретают более жесткую структуру и острый нос. Но это если у тебя денег для этого достаточно.

Опять же, в позднее Средневековье к нам приходит такой полезный вид обуви, как валенки. И зимой ты эти самые валенки тоже носишь. Причем поверх валенка ты можешь тоже надевать на него вместо галоши лапоть или поршень, чтобы они не отмокали. Или ты можешь этот валенок подшить кожаной подметкой, чтобы он от снега не портился.

Да.

В более серьезном варианте ты поверх своей рубахи накидываешь еще и какую-то разновидность кафтана. В разные времена они выглядели немножко по-разному. То есть в постмонгольский период была так называемая свитка, которая потом осталась у украинцев и белорусов, и вообще на Руси. Но в постмонгольский период ты уже мог носить кафтан. Это, по сути, от свитки ничем не отличается, просто слово татарское пришло. Не совсем татарское, просто через татар пришло. Персидское словцо.

Или зипун. Это такой как бы нижний кафтан, как правило, более короткий, чем верхний. Это как раз слово, пришедшее с запада, потому что это, в общем, то же самое, что и жупан, от венгров, видимо.

Учтем.

Баба твоя ходит, в принципе, тоже… У нее рубаха просто длинная, но она надевает еще такую как бы юбку, понёву так называемую. То есть просто у нее сверху рубаха, а снизу до пояса — понёва. Плюс она сверху может накинуть какое-нибудь курткообразное или кафтанообразное тоже одеяние. Но, в принципе, ходить в рубахе и понёве для крестьянки нормально.

Понёва — это атрибут как бы уже более-менее взрослой женщины, поэтому был даже обряд «вскакивания в понёву». То есть, если понёву девочка надела, значит, она уже невеста. Ну, то есть она старше 12 лет.

Да, тогда женились рано. Мальчиков старались годам к 15 оженить. Девочек — в 12. Ну и жили недолго.

Да, жили недолго. Так сказать, live fast, die young. Такой был девиз. Поэтому вот так вот женились. Причем те, кто умудрялся жить долго и поэтому зачастую переживал свою супругу, они могли жениться и второй, и третий раз. На эту тему даже специальные церковные указания есть, что жениться в третий раз — это уже как-то нехорошо, потому что это для плотских всяких целей уже женишься. А кто в четвертый раз женился, про того написано, что это есть свинское житие. Церковь браки после третьего старалась не признавать.

Поэтому, например, царевич Дмитрий был как бы не Рюрикович, а какой-то Дмитрий Угличский. Потому что он бог знает какой по счету у жены Марии Нагой этой уже. Поэтому он как бы был не совсем того.

На голове ты носишь, можно сказать, валяный колпак или шапку из овчины. Мехом внутрь или мехом наружу. К постмонгольским временам появляются малахаи, которые постепенно трансформируются в треух, а потом и в ушанку обычную. То есть меховая шапка, которая закрывает уши и шею сзади. Мы ее немножко модифицировали. Из этого малахая и получался треух такой.

Да.

Зимой ты носишь тулуп. Ну или шубу, как более легкий вариант. У тебя и тулуп, и шуба, скорее всего, из овчины. Как максимум, ты мог набить зайцев за лето и сделать себе заячью шубу, но на это у тебя, скорее всего, не хватит времени. И из зайца у тебя будут рукавицы да шапка. А тулуп — овчинный. И в таком виде ты, собственно, будешь рассекать.

Это все мало менялось вплоть до революции. Только после революции крестьяне стали деваться во что-то другое.

У тебя на дворе должна быть скотина. В Тверской земле скотина у тебя, скорее всего, — это корова.

Ну да.

Могут быть, в принципе… Ну и, разумеется, лошади у тебя. Лошадь эта должна быть, а может, даже и несколько, если ты хорошо живешь, чтобы тебе было на чем пахать. Можешь, в принципе, завести овец и свиней. Ну и, разумеется, курей тоже.

Проблема тут в чем? В том, что, если вы сейчас себе представляете современных коров со свиньями, то я вас вынужден огорчить до невозможности. Типичная корова в Тверской земле была ростом в холке в метр.

Ух ты.

Да, то есть по нашему понятию скорее на теленка похожа.

Да.

Свинья вообще была тебе по колено. Крошечная такая, да, мелкая.

Чему же мы обязаны размером современных зверей?

Селекции, выведению, мичуринской агробиологии, так сказать.

А единственные, кто был более или менее похож на то, что мы понимаем под скотиной, — это лошади. Лошадь в среднем там 130–140 сантиметров в холке. Просто потому, что, если бы они были меньше, там пахать было бы не на чем, и все. Поэтому, видимо, уже тогда заботились выведением.

Интересно, что вплоть до XI века фиксируется периодическое употребление коней в пищу. В основном в слоях найдены кости лошадиные, которые содержат совершенно явные следы от ножа, которым счищали мясо. И только уже с укоренением христианства, которое объявляет потребление коней каким-то там кощунством, богохульством, после этого коней жрать перестают. На них только пашут. А до этого ели, и ничего не случалось.

Эту самую скотину держишь. Летом у тебя они в основном на свободном выпасе, особенно свиньи. А зимой ты их себе в дом берешь. И ты обязательно делаешь им горячий корм. Потому что считалось, что для скотины пойло из горячих отрубей зимой — самое то. В принципе, с этим сложно спорить.

У тебя, скорее всего, есть и псы в доме, и коты тоже. Но это не считается за скотину, а считается за прибившихся каких-то существ, которых ты используешь, например, чтобы отгонять волков пришедших или лису, которая к тебе в курятник повадилась ходить. Вот они у тебя для этого.

Да, что ты кушаешь? В основном ты ешь пищу вегетарианскую. По двум причинам. Во-первых, потому что другой не так уж и много. Вторая причина — то, что у тебя большая часть года постная. Это либо разные посты, самый большой — Великий, но есть и много других, а также среды и пятницы, в которые ты тоже не ешь скоромного. Причем реально не ешь, иначе на тебя твои же соседи начнут смотреть как на какого-то еретичка и бусурманина.

Да уж. Скажут, что сатаною хлеб-соль уводят, в церковь божию не ходят, католицкий держат крест и постами мясо едят.

То есть ты ешь хлеб кислый, ржаной, с закваской, который из-за его пресности нужно обязательно подавать отдельно с солью и солить его. Поэтому хлеб-соль — это как бы еда в твоем понимании. Другая еда, причем более торжественная, — это каша. Скажем, само слово «каша» одно время вообще означало некий прием пищи. То, что князь такой-то поехал к такому-то на кашу, не значит, что он поехал, чтобы гречки пожрать с молоком. Значит, что он поехал к нему на званый обед.

И, разумеется, ты делаешь из муки кисели: ржаной кисель, позднее овсяный кисель и гороховый тоже кисель. Они могут быть разной густоты. Могут быть такие, что их надо хлебать как жидкую кашу или похлебку, а могут быть затвердевшие, похожие на такой пирожок, что ли, студенистый немного. И ты этот кисель потребляешь на регулярной основе.

В позднее Средневековье ты по разным праздникам и хорошим дням можешь употреблять также из пшеницы всякую еду. Например, блины и оладьи. Или, скажем, баранки тоже, на печи, а потом их на веревке на печи сушить сверху. Сушки всякие.

Ты ешь пироги. Пироги, например, с курятиной. Пироги с кашей. Пироги с рыбой. Пироги с творогом, который твоя баба производит из молока с ваших коров. Ягодные тоже, с яблоками, если есть где. С грибами, кстати, тоже полно пирогов на твою долю приходится. Мы вот с тобой изрядно попитались грибами у тебя там, в Твери, и тогда тоже было то же самое.

Мясо, когда оно есть, а есть оно у тебя далеко не всегда, потому что скотину ты режешь осенью, дожиревшую. Зимует с тобой только такая скотина, которая либо молочная, либо еще не дошла до подходящей кондиции, недоросла, либо племенная, например, у тебя.

Ты, соответственно, в основном ешь говядину. Телятину ты не ешь. Считается, что это нехорошо.

Почему?

Фиг знает. Почему-то. Видимо, потому, что люди, которые режут еще молодых телят, не дожидаясь, пока они вырастут, воспринимаются как какие-то чудаки.

Зажравшиеся, да. Сибариты.

Да. Ты в основном эту говядину варишь в щах или с кашами. Вот так и кушаешь. Свинину ты в основном превращаешь в ветчину и потом питаешься зимой. Говядину ты, кстати, тоже солишь, и зимой потом ешь солонину.

То есть, по сути, консервы делаешь.

Да, у тебя никаких других вариантов нет. Ну и, если ты живешь у реки, то ты можешь ходить и ловить там всяких карасей или кто там у тебя живет, и питаться ими тоже. Рыбы ты вообще ешь сравнительно много.

Еще у тебя есть огород, на котором ты сажаешь репу. Это обязательно. Редьку. Это тоже обязательно. И почти наверняка ты сажаешь капусту. Капуста была не совсем такая, как сейчас. Она выглядела как куча листьев, то есть не кочан, а именно просто листья такие кустом. И, соответственно, из этого добра делаешь, во-первых, кислую капусту, квасишь ее на зиму, а во-вторых, ты во щи это все пускаешь.

Понятно.

А вот свеклы ты не ешь.

Почему?

Не растет у вас в Твери свекла. И у нас на Москве не растет свекла. Вот в Брянске растет, а у нас нет.

А что, холодно, что ли?

Холодно, не вывели еще такую свеклу, чтобы у нас тоже росла.

Интересно.

Еще у тебя на огороде полно луку и чесноку, которые ты активно используешь. Просто ешь, а также, например, ты их можешь солить, добавлять в каши и похлебки. Кое-какие пряные травы ты тоже либо собираешь по полям, либо сам выращиваешь. Например, петрушку и укроп. Это у нас уже тогда было популярным.

Молока ты в основном не пьешь. Ты его превращаешь в творог и таким образом его употребляешь. Ты только детям своим или старикам даешь молоко. Причем не пить, как мы сейчас привыкли, а хлебать его из миски ложкой.

Еще ты иногда добавляешь молоко в разную еду. Например, ты можешь залить тот же кисель молоком, или кашу гречневую молоком, или сварить на молоке кашу. Еще ты молоко квасишь в простоквашу, и вот простоквашу ты тоже ешь, и тоже ложкой, кстати. Например, на ужин ты можешь как раз пожрать простоквашу. Это самое типичное.

С бухлом у тебя все печально. То есть водки тебе не полагается. Ее только в XV веке в Москву великому князю привезли. До тебя она еще не дошла. Ты делаешь зато слабенькое пивцо. Ну и квас тоже можешь сделать крепче при желании. На всякие праздники ты коллективно с соседями делаешь более крепкое пиво, и вот тогда ты его можешь, собственно, употребить и набухаться.

То есть алкоголизмом-то вообще можно страдать?

Нет, тебе некогда страдать алкоголизмом, прямо тебе скажу. Потому что у тебя очень много дел.

Как я уже сказал, помимо животноводства и огородничества, ты обязательно пашешь землю. У тебя какая-то земля есть. То есть не у тебя — она как бы у вашей деревни, и она как бы принадлежит не столько деревне, сколько вашим господам. А господа у вас могут быть разные. Это может быть либо, собственно, государь всея Руси. Это значит, что у вас черная деревня. Это может быть какой-нибудь окрестный монастырь или какой-нибудь боярин. Тогда вы белая деревня. И должны, соответственно, работать на этого своего хозяина какое-то количество дней в месяц. Это называется барщина. А также какие-то поставлять им ресурсы.

Оброк.

Это оброк, да. Ресурсы могут быть самые разные, в зависимости от того, что у вас там есть и в чем нуждаются хозяева. То есть зерно, мешок гороху, бревен ты должен заготовить хороших сколько-то, рыбы наловить и насушить. Особенно это монастырям, потому что они там рыбу жрут. Им мясо-то нельзя, а рыбу можно.

Им вообще мясо нельзя?

Нет, ты чего? Монахам никакого мяса нельзя вообще.

Печально.

Поэтому всякие монастырские щи — это, как правило, с добавлением сушеной рыбы.

Да.

Либо, например, кур ты должен им носить сколько-то, яиц поставлять, барашка какого-нибудь, если ты их разводишь. Короче, что ты им должен.

Если ты крестьянин государственный, то ты все равно должен, только ты должен платить, так сказать, со своего двора, должен платить налоги. Плюс тебя теоретически могут обязать еще какие-нибудь работы нести. Например, проезжает мимо твоей деревни какой-нибудь князь по своим делам, ему надо заночевать — вот он у тебя будет ночевать. Не пустить его нельзя. И вообще, честно говоря, не пустить, кто бы там ни проходил, все равно нельзя, потому что такой обычай.

У тебя периодически будут тусоваться какие-то левые персонажи, и ты будешь даже рад, потому что они тебе приносят всякие новости, что-нибудь могут рассказать. Не так скучно тебе вообще будет.

Твой двор, скорее всего, где-то 8 гектаров по современным меркам имеет земли. Могло быть больше, могло быть меньше, но на конец Средневековья примерно столько. Эти 8 гектаров пашни тебе нужно вспахать, взборонить, засеять. И все это тебе надо сделать за весьма короткий сельскохозяйственный сезон.

Добавляй к этому также то, что ты, помимо яровых, то есть того, что весной садится, еще будешь озимые сажать, то, что садится осенью. У тебя, если ты живешь еще в высоком Средневековье, скорее всего, земля делится на две части. Одна под паром, то есть там ничего не делается, туда скотину пускаешь, она там ела травку и навозом удобряла. А на другой ты работаешь. Если уже позднее Средневековье, ты, скорее всего, уже перешел к трехполью. То есть у тебя одна часть земли, треть, под паром — там ничего не делается, коровы пасутся. Другая часть у тебя под яровыми, то есть на лето то, что садится. А другая — под озимыми, то, что осенью сажаешь.

Сажаешь ты там что? Рожь, ячмень, полбу, просо, из которого пшенная каша. А также технические культуры. Это, главным образом, лен и конопля. Конопля не для того, чтобы накуриться и забыть о своих тяготах. Конопля для чего?

Веревки, наверное, какие-нибудь.

Да, пенька. Это раз. И второе — ты из нее делаешь масло.

Ага, точно.

У тебя единственное, по сути, масло, какое у тебя есть, — это конопляное. Что понятно: оливок у тебя не растет. Сливочного масла еще не делают. То есть сливочное масло — это уже XVIII век, когда у тебя в хозяйстве приходит такая мутовка, которая выглядит как… Идешь в лес, берешь там палку, у которой в основании несколько обломанных сучков, немножко ее зачистил — и вот у тебя получается такая штука, которой ты будешь взбивать молоко в масло.

Но пока не настал XVIII век, до использования сливочного масла у тебя еще не дошла цивилизация, поэтому у тебя есть только конопляное.

То есть фактически молоко у тебя исключительно превращалось в творог или, возможно, в сыр?

В творог, в сыр, в сметану и в простоквашу. Все. Ну, сливки тоже, потому что без сливок нельзя, если ты сметану делаешь, все равно. Но в основном у тебя да: ты ешь сметану, сметану кладешь в овощи, потому что это очень важно с точки зрения твоей вкусовой культуры. В овощах должна быть сметана и кислота.

Так вот, ты это все пашешь. И, поскольку ты живешь в Тверской земле, ты пашешь это сохой. Запрягаешь своего коня и таким образом, собственно, и пашешь. Если бы ты жил где-нибудь в районе того же Брянска, ты бы, скорее всего, пахал плугом, оралом, как там говорили, и запрягал бы волов, потому что коням уже не справиться с таким. Потому что там чернозем. В Твери никакого чернозема нет, поэтому там сохой можно обойтись.

Ты должен в сельскохозяйственный период летом пахать как проклятый. 14–15 часов. Потом, как я уже говорил, крестьяне мыслили во многом совершенно не так, как мы сейчас. Вот мы сейчас как? Работаешь ты, допустим, в банке. Значит, ты в 10 утра должен там сидеть. Зима, лето — это абсолютно все равно. Ты там в 10 пришел, в 6 ушел. Все. У тебя так круглый год. У тебя будильник стоит на 8 утра, чтобы ты встал, поел и побежал. У тебя обеденный перерыв, потом ты с работы пришел и поужинал.

В ту пору все было не так. Во-первых, сама вся идея каких-то часов была для них достаточно странной. Часы как предмет появились только в XIX веке в крестьянских домах. И то, разумеется, не во всех. По этой причине они ориентировались на такую структуру, как церковь христианская. Что в Европе, что у нас она делила сутки на семь периодов. То есть для крестьянина день и ночь не были такими уж непрерывными.

Скажем, сейчас мы легли часов в 11 спать и до 8 проспали. Тогда было не так. Тогда за ночь крестьяне просыпались хотя бы один раз. Ориентировались они на пение петухов. Это не только у нас так было, это вообще везде. В два часа ночи вторые петухи поют. Просыпались и делали какую-нибудь работу. Например, подоить коров, поставить тесто, потом ложились обратно спать. В 4 утра поют третьи петухи. И вот с 4–5 утра все начинают просыпаться, кроме детей. Дети обычно часов до 6 спят.

Все просыпаются, кроме детей: старики, ты и баба, и садятся завтракать. На завтрак у вас, как правило, каша, хлеб, возможно, простокваша, творогу немного, и отправлялись на работу. Как правило, в поле брали с собой обед. Это мог быть горшок с той же самой кашей, например, с мясом. Как вариант, ты мог уйти, а потом тебе к полудню твой сын какой-нибудь принесет горшок с кашей в поле обедать. Многие сказки начинаются с того, что там послали отнести обед отцу в поле. Потом случается какое-нибудь.

Да, чертовщина происходит.

Или, как вариант, если ничего другого нет, баба твоя тоже может прийти. Ты сделал перерыв, поел и поспал. После того, как ты пообедал. Это важно. Прямо в поле.

Да, прямо в поле. Шапку на глаза надвинул — и спишь. Не отходя, так сказать, от производства.

Не отходя, да.

Так ты работаешь часов до пяти, когда у тебя опять перерыв. Вернее, не на обед, а на полдник, потому что типа полдня прошло. И к часам к восьми, если все нормально, возвращаешься домой. А мог и задержаться. То есть когда темнеет.

Ты возвращаешься домой и ужинать садишься. У тебя там опять же щи, какие-нибудь каши с мясом, если повезло, у тебя какая-нибудь репа пареная, что-нибудь такое. После чего вы зажигаете лучину или масляную лампу эту свою и что-нибудь еще делаете.

Например, ты чинишь в очередной раз порвавшуюся упряжь на своем коне. Или там натачиваешь, допустим, косу, если ты занят не пахотой, а косьбой, сено заготавливаешь на лугу. Или твоя жена латает твои портки прохудившиеся. Или, может быть, она ткет. Или ты, может быть, чинишь свою телегу. Колесо, допустим, поломалось. Без телеги тебе никак. Потому что ты сено накосил — как ты его домой-то повезешь? Хлеб, опять же, возить тоже. Поэтому без телеги тебе никак. И зимой у тебя сани, дровни или розвальни, волокуши — все разные модификации.

Что интересно, езда на санях считается у вас более престижной, чем на телеге. Поэтому, например, если сын жениться собрался летом, то очень может быть, что ты ему для свадебного поезда даже и летом запряжешь сани. Едут, собственно, венчаться молодожены, а за ними поезжане едут, то есть всякие родственники и друзья, гости, короче. Потому что это престижнее.

А как на санях ехать-то?

Да нормально ехать. И летом тоже. Летом прекрасно можно ехать, ничего не случится, я тебя уверяю. Доедут. Там у них широкие полозья-то. Это же не современные детские санки, на которых летом не поездишь. Деревянные.

Пока ты этим всем занимаешься, баба твоя тоже вся в работах. И вообще в работах практически все. Детей ты тоже к чему-нибудь припрягаешь. Например, пойти смотреть за цыплятами, чтобы их коршун не унес. Или, допустим, пасти овец ты их можешь послать. Лет где-то с семи дети уже совершенно точно работники. А с 12 уже практически совершеннолетние. К 15 уже точно совершеннолетние.

Старую бабку и старого деда вы тоже задействуете как-то. Как правило, к 50 годам старики считали, что все, работался, уже здоровья никакого нет. И поэтому они переходят к легким всяким работам. То есть, скажем, старик обычно не то чтобы ничего не делает: он сидит на дворе и смотрит за порядком, а также латает там все, что отваливается и разваливается. А там все время что-то отваливается. А старуха, соответственно, топит печь, коров доит, кормит, запаривает отруби, купает детей.

Детей, кстати, мыли постоянно. По три раза в неделю старались детей помыть. Связано с тем, что у детей есть манера пачкаться со сверхъестественной скоростью. Они же маленькие еще.

Если старик совсем старый и ни на что не способный, или в маразм уже впал, то их просто оставляли дома с куском хлеба и кружкой воды. Больше ничего, собственно.

И так вот ты все лето вкалываешь. Все лето ты вкалываешь часов по 14 в сутки. И только когда уже наступает осень, когда ты все, что мог, пожал и убрал, ты начинал какие-нибудь более легкие работы: молотить зерно, чинить и подновлять двор. Это типичная осенняя работа. Резать скот на мясо. Возможно, ты ехал куда-нибудь на базар или на ярмарку что-нибудь там продавать, покупать. Например, продать излишки или продать что-то там, допустим, дома намастерил. Лапти, например, лишние какие-нибудь. Или ветчины соленой мог повезти и продать. Или какую-нибудь утварь домашнюю ты тоже мог сделать на продажу и возить для тех, кто по каким-то причинам не изготавливает ее сам.

У тебя хозяйство в основном натуральное, но уже были люди, которые часть покупали. Ложки деревянные, тарелки, кстати, тоже деревянные, между прочим. Ты их вырезал сам из такой болванки. Миски всякие, стаканы, чашки, кружки — все это тоже из дерева, все, как правило, делалось тобой. Ты в основном все производишь сам. Ты обращаешься за квалифицированной помощью только по всяким случаям, когда без этого никак нельзя.

То есть тебе, допустим, нужен топор. Ты не кузнец, ты не можешь его из ниоткуда взять. Поэтому ты идешь к местному кузнецу. Или у тебя, допустим, печь треснула. Печь переделать — это тебе тоже высококвалифицированная работа. Ты нанимаешь печников, которые, как правило, ходят промеж деревень и смотрят, нет ли где нужды в их услугах.

А по всякой там плотницко-столярной и даже гончарной части это все ты сам делал. Так же, как одежда у тебя вся была тоже домотканая. Как правило, сапоги и обувь — это работа мужская, это ты сам мог делать. А вот ткать тебе всякие кафтаны и шить тебе шапки — это твоя баба должна. Или твоя мать, как вариант. Или какая-нибудь незамужняя сестра, засидевшаяся в девках.

Считалось, что за три месяца зимы крестьянка от 30 до 60 метров холстины умудрялась наткать.

Ух ты!

Да. Из этого всего делали и все эти порты, и рубахи, про которые я тебе говорил. Как правило, рубаха — это месяц. И вот это все зимой как раз и делалось, потому что все равно нечем заняться.

У вас в неделе пять дней чисто рабочих. Суббота, в которую вы как бы… Она не то чтобы выходной, а скорее наоборот. Вы должны переделать все дела, чтобы в воскресенье ничего не делать. Потому что запрещено. В воскресенье все должны ходить в церковь и отдыхать. Делать ничего нельзя. Те, кто работал по праздникам и воскресеньям, могли попасть под церковный суд, получить какую-нибудь епитимью себе, наказание церковное. Например, обязанность неделю ходить каждый раз к службе, полночи молиться и бить поклоны перед иконами. Тебе спать надо, а ты поклоны бьешь.

Поэтому в субботу все старались переделать. Все намывалось так, чтобы в воскресенье ничего не надо было делать уже. Наваривалась каша, щи на следующий день. И обязательно шли в баню. В воскресенье мыться опять же нельзя. Поэтому в субботу ты обязательно идешь в баню мыться. И в этой самой бане ты паришься, обливаешься квасом.

Квасом обливаешься?

Да, в том числе.

Зачем обливаться квасом?

Чтобы, так сказать, дух в себе был здоровый. И потом прыгаешь там в реку какую-нибудь. В баню ты ходишь круглый год. Это обязательно, и зимой тоже. Чтобы не завшиветь.

В бане же твои незамужние дочери ходят гадать на женихов. Почему-то считалось, что это какое-то магическое место такое.

Короче, жизнь у вас такая, не сахарная, скажем так. Зимой у вас то жарко, то холодно, потому что вы с вечера натапливаете, и спать жарко, а под утро опять дубак начинается. Внутри у вас то свиньи, то куры, все это воняет. Чтобы вы совсем дерьмом не пропахли навечно, вы жжете там можжевеловые ветки или на горячий какой-нибудь камень из печки льете квас, чтобы увлажнить воздух и слегка его ароматизировать.

Я смотрю, там квас куда угодно можно применять.

Я же тебе говорю, у тебя целая бочка этого кваса. Она специально для этого и стоит там, чтобы ты этот квас использовал. На квасу ты не только всякие окрошки и тюри делаешь и не просто пьешь его стаканами, как я сейчас сижу квас пью, а ты еще, например, на нем можешь варить щи. И делаешь это вполне себе. Квасом обливаться в бане, на камни его плескать, чтобы дух пошел.

Все вы спите там вповалку в одном помещении. Старики — на печке, дети — на полатях. В зыбке, то есть на такой гибкой палке-оглобле, висит люлька. В люльке — малолетний ребенок твой, или там твоего сына, допустим, женившегося, младенец. И вся эта компания пытается как-то ужиться вдесятером в одной комнате практически.

Младенец пищит, ему дают хлебную соску. Берешь черный хлеб, жуешь мякиш, сплевываешь его в тряпочку, заворачиваешь, даешь младенцу сосать. Вместо пустышки. Это называется хлебная соска. Чтобы он ночами не орал.

Регулярно вы, разумеется, то простужаетесь, то еще что-то с вами случается, то какое-нибудь моровое поветрие, то от того, что воды из колодца напился и заработал себе кровавый понос. У вас постоянно кто-то мрет. Поэтому вы ко всему этому относитесь философски.

К примеру, когда родятся младенцы, вы их за людей поначалу даже не считаете. За людей младенцы начинают считаться после того, как окрестили. То есть день рождения тогда вы не справляете ничей, вы справляете именины. То есть крестят не наобум, а где-то в святцах. В святцах написано, что на этот день отмечаются дни святого Мокия, Сосия и какого-нибудь там еще Нектария. Ну вот, выбирай. Значит, будет твой внук или кто там у тебя родился Мокий или Нектарий.

Да, ну Нектарий вряд ли. Нектарий — это такое имя, которое старались давать тем, кто в монахи пошел. Такие пафосные имена. Вам, скорее всего, поп скаже: будет Мокий. То есть по-нашему будут его звать Макей.

Да, вот фамилия Макеев — самая распространенная, так сказать, у нас в средней полосе. Не в смысле самая-самая, я имею в виду, что очень распространенная. Я, минимум, троих Макеевых знаю лично, в том числе по работе. И, соответственно, когда будет опять день этого святого Мокия, тогда именины у твоего внука Макея будут. А день рождения никто даже не запоминал толком. Записывалось только, что крестили такого-то числа, такого-то, в лето Господне такое-то.

Почему до крестин к младенцам никакого внимания особого не проявляли? Потому что еще непонятно, не врежет ли он дуба через несколько часов. Очень мог.

Да, бывает с такими.

А если он хотя бы несколько дней прожил и крестины тоже пережил, скорее всего, дальше жить будет.

И таким образом вся ваша деревня, собственно, и существует вплоть примерно до революции. Мало что у вас меняется. И потом начинается уже другая эпоха. А средневековое крестьянство заканчивается.

Однако многие рудименты и остатки из той поры до сих пор есть. В основном, конечно, в деревнях, но кое-что и в городах. Я, например, уже упоминал, что фамилия Примаков является популярной в России. У нас премьер-министр был такой Примаков. Это потому, что примак — мужик, который пришел жить в избу к жене. Потому что свою ему построить не на что, а брать жену в избу своих родителей — там уже и так все на головах сидят, места нет физически. Поэтому он переходил и становился примом или примаком. Вот от этой распространенной практики до сих пор фамилия.

Сам по себе институт примачества тоже никуда не делся. Многие люди тоже переселяются сейчас после свадьбы к женам. Мой отец, например. Типичный пример.

Или, скажем, некоторые кулинарные традиции тоже остались. Мы до сих пор едим щи, окрошку и квас. Хотя это все уже такой экономической основы не имеет, как тогда, когда без этого было нельзя. Но мы все равно по традиции продолжаем это все употреблять.

У меня даже, например, чугунок традиционный, я кашу варю в нем.

О, в чугунке?

Да, в чугунке. Прекрасно и в духовке, и на плите. Когда я делаю кислые щи, я капусту квашеную кладу в чугунок с куском сливочного масла и ставлю потомиться на полчаса в духовку. От этого она становится мягче, ее можно засыпать в самом конце приготовления, чтобы она не разлезалась в сопли. Этого я не люблю. Этот прием тоже довольно старый, потому что так готовили щи в печах.

Да. Так что прошлое, хотя и ушло, но все равно оставило неизгладимую печать. За это ему большое спасибо. И на этом сегодня заканчиваем.