В этом выпуске мы разговариваем о профессиях будущего - о вымирающих турагентах и процветающих инженерах, об автоматизации и алгоритмизации, о рыбаках и каскадерах, о лекциях и библиотеках.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели! В эфире 440-й выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами его постоянные ведущие Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Итак, сегодня мы переходим от тем художественно-литературных, скажем так, к темам более футуристическим. О чем мы, Домнин, поговорим сегодня?

Мы поговорим о том, как будут выглядеть профессии в ближайшем будущем, то есть с 2030 по 2050 год.

Да, прозрим будущее взором мысленным своим.

Да, да. Мы изучили разнообразную аналитику, включая то, что пишут всякие PricewaterhouseCoopers, отечественные их коллеги тоже, всевозможные организации консалтеров. Все коллеги PricewaterhouseCoopers пишут. У меня к ним, правда, отношения профессиональные не очень, потому что я с ними сталкиваюсь в основном тогда, когда моим клиентам по шинам PricewaterhouseCoopers и прочие большие четверки вываливают за большие деньги какие-то бредовые рекомендации, которые никогда не будут работать. Мне приходится все это разгребать. Но, возможно, в данном разрезе они и правы, потому что многие аргументы мне кажутся здравыми.

Мы уже с вами говорили как-то раз про профессии, которые когда-то были достаточно массовыми, а сейчас они исчезли. Такие, например, как телефонистки. Постепенно все стали звонить через автоматизированные телефонные станции, поэтому телефонистки начали вымирать сначала внутри городов, а потом из межгорода их тоже поснимали.

Например, моя бабушка рассказывала, что когда метро открыли, там изначально сотрудниками стояли бабки и всех, кто входил, проверяли билетики.

Да. И кто видел этих бабок, спрашивается, кроме твоей бабушки?

Она, бро, говорила, что изначально не было вот этих советских автоматов, которые продавали газированную воду с сиропом. А там тоже стояли бабки, которые из шланга промывали стакан, наливали из баллонов тебе воду с сиропом. Потом было сказано, что это все негигиенично. Бабок заменили на автоматы. Тоже, кстати, очень сомнительная гигиеничность с современной точки зрения. Но факт тот, что действительно многие работы, которые когда-то были массовыми, съеживаются. Некоторые вообще исчезают.

Скажем, сейчас стало гораздо меньше дорожных инспекторов, чем когда-то было, потому что везде понавешаны камеры. И теперь, получив письмо счастья на тему штрафа за то, что ты три дня назад что-то там проехал не то, ты с живым человеком общаешься только в том случае, если хочешь это оспорить. Вот тогда да, там будет привлечен специалист, который скажет тебе, почему штраф платить ты все равно будешь.

Да. Я в юности работал кредитным клерком. Было такое, да.

Да. В девятнадцатом году, извините, в девятом, разумеется, году. Нет, это мне тогда было девятнадцать, это был 2008 год. И эта профессия тоже съеживается, к примеру, потому что уже тогда, когда я там сидел, она, честно говоря, была сомнительной ценности.

Вот что я делал. Ко мне приходили какие-то товарищи, и я должен был сразу, поглядев, понять, что это жулики или не жулики. Если жулики, то поставить соответствующую метку и сказать, что им отказано. А если не жулики, то вбивать их данные и отправлять их на оценку алгоритма. После чего алгоритм говорил либо да, либо нет. Если алгоритм затруднялся, то это передавалось каким-то чувакам где-то там. И они думали, причем довольно долго думали, все там сравнивали и прикидывали, есть ли смысл давать такой кредит или нет. После чего, если все прошло, я распечатывал документы, они их подписывали, забирали товар и уходили.

То есть у меня есть вопрос: нахрена вообще я там нужен, кроме как бомжей фильтровать? И сейчас это делается как? Подается заявка в интернете, все заполняешь туда сам: где живешь, чего ты там делаешь, какой-то там паспорт, номер серии, где прописан, кем работаешь, телефон рабочий. После чего тебе тот же самый алгоритм либо сразу говорит да или нет, либо, опять же, идет в спорных случаях к человекам, они там могут подумать или даже перезвонить тебе и уточнить что-нибудь. То есть кредитный клерк уже все, отмирает. Не нужен.

Отмирают многие малоквалифицированные рабочие профессии. Например, фасовщики, сборщики, такие вот. То есть те, кто у конвейера Генри Форда стоял: один вставляет деталь, но не закрепляет ее, другой вставляет винт, но не вкручивает его, третий вкручивает, четвертый там еще чего-то. Это все уходит. Почему? Потому что автоматизация.

Естественно, да. Остаются только специфические сферы, где такой неквалифицированный ручной труд все равно будет востребован. Например, почему рядом с овощебазами у нас в Москве никто жить не хочет? Я подозреваю, что вообще нигде не хочет. Дело не только в том, что от них вечно разит гнилыми помидорами какими-нибудь. А еще и в том, что, чтобы эти овощи стоили приемлемых денег и пользовались спросом, заниматься сортировкой и выкидыванием гнилья и червивого всякого на отбраковку, чтобы делать сок или плодово-выгодное вино, привлекаются неквалифицированные и низкооплачиваемые персонажи, которые имеют очень сомнительный социальный рейтинг, пользуясь китайским словцом для этого. Поэтому они склонны к всякому беспределу, и никто рядом с ними жить не хочет. Но в массе такое уходит.

Есть даже предположение, что, может быть, не очень быстро, но достаточно быстро умрет фастфуд как работодатель. То есть лепить гамбургеры и подавать нам картошку в пакетиках будут, опять же, машины. Над которыми будет надзирать какой-нибудь один менеджер, в случае чего их поправлять и так далее. Это достаточно правдоподобно звучит.

Единственное, что я думаю: это далеко не везде и не сразу будет внедряться. Я думаю, что в Москве это бессмысленно. У нас тут всяких гастарбайтеров, которые все сделают гораздо быстрее. И все это можно и без роботов решить. С другой стороны, внедрение роботов снимает такую проблему, как медицинские книжки и вообще безопасность. Поэтому я думаю, что для фастфуда это как раз хорошо.

Потом, например, официанты. Не любые, разумеется. Официанты в дорогих заведениях, которые получают там серьезные чаевые и прочее, они, конечно, останутся. А вот во всяких заведениях попроще, не уровень фастфуда, но выше, там, скорее всего, тоже все роботизируют, механизируют и так далее. Я, например, уже не раз видел робота-официанта, который выглядел как ездящая тележка.

Еще он с тобой человеческим языком говорил?

Со мной он не говорил, это для какой-то демонстрации было, я просто сидел и смотрел, поэтому…

Понятно.

Да. Операторы колл-центров тоже отмирают. Вы могли обратить внимание, что, когда вы звоните куда-нибудь, чтобы пожаловаться, что вам не пришел пароль от банковского кабинета, или забронировать столик, или записаться к врачу, вас сначала фильтрует робот. То есть, например, я недавно вызывал врача для прихворнувшего сына. Вот ты звонишь, тебе: если вы хотите вызвать врача для несовершеннолетнего, нажмите 1, если для совершеннолетнего — 2. Если хотите вызвать санитаров из сумасшедшего дома, нажимаете клавишу 5 до появления судорог. Вот такое.

Ну или чат-бот может быть заменяющий.

Да, чат-бот. Сейчас пока эти чат-боты не то чтобы плохо развиты, скорее они применяются ленивыми дебилами.

Смотря где, Домнин.

Да, смотря где. Я просто говорю, что такое есть. Когда чат-бот представляет собой сделанную для отписки фигню, которая в ответ на твой вопрос скажет: дайте нам ваш телефон, мы будем вам надоедать спамом потом полгода, пока вы не пригрозите написать на них донос в Роскомнадзор. Вот так это выглядит. Но со временем, конечно, ситуация будет меняться.

Курьеры вообще и почтальоны в частности тоже будут отмирать. Во-первых, в связи с тем, что гораздо меньше писем бывает, в основном всякие электронные. Или, если это посылки, люди обычно сами ходят. Я, например, сегодня получил доставленную новую пару свежих и вкусных галош, как там было у Чуковского. Потому что старые я умудрился в среду порвать, попав ими в щель эскалатора. Будьте аккуратны с эскалаторами.

Хорошо еще галоши туда засосало, а не самого тебя.

Нет, сам-то я вряд ли пролез, а вот галоши как раз, они же тонкие. У нас тут один раз был прецедент в Стокгольме, как одну тетку засосало. В общем, потом такой скандал был.

Надо понимать.

Разнообразная проверка билетов. Вот, например, в аэропорту Шереметьево уже ничего не надо печатать, там просто показываешь штрихкод или QR-код с экрана телефона в глазок, и тебя пропускают. Барышни, которые в Домодедово и Внуково стоят и отрывают билетики, желая удачного полета, — это уже тоже уходящий тренд. Их всех тоже скоро посократят.

В метро у нас, например, если раньше стояли бабки, то теперь я вот хожу в метро по биометрии. То есть мне даже не надо лезть за банковской картой в карман, я просто подхожу, гляжу — и меня пропускает.

Следом за ними отправятся всевозможные антуражные профессии. Например, всякие бесконечные вахтеры, консьержки и тому подобное. Их всех будут заменять на камеры или на какие-нибудь терминалы, в которых можно узнать все, что тебе надо.

Туда же уйдут, например, дежурные по эскалаторам постепенно. За всем будут следить с центрального пульта. Если там где-то кто-то действительно попал, так сказать, в шестерни, то централизованно все будет отмечено и остановлено.

Экскурсоводы и музейные смотрители туда же отправятся. Вот я завтра приду в музей, и там везде предлагаются аудиогиды. Да и вообще, во всех приличных музеях Москвы, кроме самых маленьких и специфических, предлагаются аудиогиды. Люди просто ходят и слушают в наушниках. Причем им даже не надо зачастую брать никакие наушники у служителей. Они просто считывают QR-коды, и в ухо их беспроводных наушников для мобилы уже объясняют, что это, на нужном языке. И можно не ходить толпой за бабкой, не пытаться подпрыгнуть, чтобы что-то разглядеть впереди стоящих, и так далее.

Ты, кстати, знаешь, что изначально всякие хранители музеев не получали за это зарплату? Они были не столько музейными работниками, сколько хранителями всяких этих ценностей, типа, например, драгоценностей британской короны. Они за это не получали зарплаты, но могли за деньги показывать это всем желающим.

Ничего себе.

Да, было как-то вот так с этим. Не знаю уж почему.

Вот, например, еще хороший пример — лифтеры. Сейчас в единичных случаях можно встретить лифтеров, но это чистая декорация. Я имею в виду не тех, кто чинит лифт, эти нужны, а тех, которые управляют лифтом. Это только в самых припонтованных отелях такое есть, и они уже чистая декорация.

Потому что почему они были нужны изначально? Сейчас лифт: ты нажал на кнопку, он сам закроет двери, сам поедет, сам встанет где надо, сам откроет двери и даже скажет, какой этаж. У меня, например, в доме такой говорящий. А в ранних лифтах абсолютно все было вручную. То есть люди зашли, и лифтер должен был вручную, закрыв двери, рычагом таким, знаете, как на кораблях, типа там полный вперед, полный назад, вот такой рубильник… Этот рубильник он должен был, исходя из того, на какой этаж ближайший надо везти, выставить на нужную скорость, притормозить плавно перед нужным этажом, встать тютелька в тютельку, открыть и всех выпустить. Если бы он там не справился, то можно было бы проехать или встать не там, или резко дернуть, и пассажиры там попадали бы, или у них желудок к горлу подкатил. Вот это вот было. Сейчас этого нет. Это типичный пример того, как оно все уходит и исчезает.

Типичный пример автоматизации, да.

Да. В университетах лекторы тоже будут отмирать. Потому что, давайте будем честны, вот, Ауралиен, у тебя какой процент лекций в университете, когда ты учился, представлял какую-то ценность?

Это трудно сказать. Но точно половина лекций представляла ценность.

Вот я, поскольку на гуманитарной специальности был, могу сказать, что ценность представляла где-то процентов 20–25 этих лекций. Потому что в остальном они либо не сообщали ничего такого, чего нет в учебнике, либо вещали на какие-то темы, которых нет ни в учебнике, ни, на самом деле, в учебном плане, и про которые никто не будет ничего спрашивать. Либо эта лекция велась после семинара по этой теме и тоже ничего нового уже не сообщала. Ну или тоже нередкий случай: лектор рассказывал про свою непростую личную жизнь, заговор рептилоидов и прочие совершенно ненужные мне вещи.

Слушай, я думал, у нас стариканы преподают, а оказывается, нет, у тебя стариканы преподавали.

Да, там преподавали все эти сумасшедшие косноязычные психи. На самом деле эти лекции тоже надо бы себе отменить и сильно сократить время на все это дело.

Здесь, знаешь как, я другую точку зрения видел немножко, когда готовился к этому подкасту. Образование, оно в принципе… Мы знакомы с российским слэш советским образованием, потому что российское образование растет непосредственно из советского, с разными вытекающими интересными последствиями. Например, то, что нужно лекции писать. Объясняется это там, где я видел, тем, что сложно было с современными учебниками. Поэтому лекцию приходилось надиктовывать. А в разных других интересных местах, в заграничных странах, назовем их так, там немножко по-другому устроено все было. И лекции вам писать было не так сильно нужно. Вы должны были зато заранее подготовиться к занятию, прочитать, что в учебнике написано, потому что учебник у вас был.

Вот у меня, например, я помню, почему я лекции должен был писать: у нас учебника не было вообще в библиотеке от слова совсем, никакого. А некоторые предметы преподавались, условно говоря, по каким-то материалам, то есть там даже и учебника не было. То есть там было без вариантов.

Значит, сейчас все это будет смещаться в сторону того, что вы читаете заранее учебник, пытаетесь разобраться, чего вы не поняли, вы приходите, собственно, на занятия для того, чтобы послушать то же самое, объясненное вашим преподавателем, задать ему вопросы, разобраться лучше, так сказать, иметь возможность задать какие-то наводящие вопросы для того, чтобы понять, что там происходит. Это первый момент.

Момент второй. Все чаще и чаще вижу я такое мнение, что образование действительно… Количество этих преподавателей, как Домнин сказал, ведущих лекций, будет сокращаться. Оно будет за счет чего сокращаться? За счет того, что будут шире и шире распространяться дистанционные образования, которые рискуют оказаться образованием для бедных, как его называют.

Оно им и окажется.

Да, да, да. То есть, если вы учитесь дистанционно, у нас для вас плохие новости. Вы, скорее всего, не очень богатый человек. Потому что те, кто смогут себе позволить учиться очно, те, соответственно… Это все дороже будет просто стоить.

И с этим образованием проблема немножко другая. Оно действительно позволяет вам слушать лекции каких-то очень крутых специалистов, которым вы… Живете, например, где-нибудь посреди Австралии.

Посреди Австралии, да.

А тут, пожалуйста, можете слушать какого-нибудь профессора, не знаю чего. Либо китайского, либо из Вашингтона, либо из Москвы, либо откуда-то еще. Понятно, что вы не смогли бы такого качества образовательный контент получить, если бы учились очно у себя. И, возможно, за счет этого вот эти все достаточно посредственные преподаватели, вот эти профессора, доценты, которые на местах находятся, но они не, скажем так, не мирового уровня, возможно, для них работы будет меньше. Такую вот я точку зрения наблюдал.

Да. Потом я читал, опять же, точку зрения, что многие лекции надо заменять на познавательный фильм примерно той же длины, где будет объясняться на заднем плане что и чего и показываться, как это должно выглядеть. Вот я не знаю, как наш подкаст в его видеоверсии про Столетнюю войну. Вот что-то такое.

Ну да. То есть ваша лекция не должна превращаться в урок чистописания и скорописи, когда вы сидите и пытаетесь успеть записать все, что вам лектор говорит. Потому что это абсолютно бессмысленно. Вы можете либо писать, либо слушать и пытаться понять, что вам объясняют.

Это, правда, еще сильно зависит от направления. То есть, если гуманитарии в основном слушают каких-то выживших из ума дедов, несущих что-то, то, скажем, для медиков это еще не скоро уйдет. Потому что медицина постоянно развивается, и то, что два года назад считалось прорывной технологией, сейчас уже признано лжеучением. И какой-нибудь профессор будет вам рассказывать, как он там чего лично делал, потому что этому из учебника вы не научитесь. Кроме того, медицине, скорее всего, все равно придется учиться очно практически всем.

Конечно. У вас же там должны быть вскрытия, в анатомичке вы должны там это… Понятно, да. А то будете как доктор Зойдберг.

Вот-вот, да. В общем, будет не очень хорошо. Поэтому да, это коснется не всех.

Отпадают некоторые специальности, связанные с разными развлечениями. Во-первых, турагенты. Потому что сейчас все тоже заказывается по интернету, всякие туры подбираются по интернету на соответствующих сайтах. То, что это потом все дублируется еще и живым турагентом, — оно, на самом деле, рудимент.

Кстати, вот интересный вопрос. Ты про это заговорил, я понял, что я турагентом, услугами турагента, в последний раз пользовался в 2014 году. С тех пор я покатался по разным местам, но при этом турагент мне абсолютно не был нужен. То есть турагент мне лично был необходим первые две заграничные поездки, потому что я ничего не знал, как там, чем, что там как. И я в это охотно верю, что турагенты скоро останутся без работы.

Скорее всего, останутся какие-то фирмы, которые организуют эти самые поездки, но действительно все будет через интернет. Специфически, да. То есть если вам надо пройти пешком по тибетским горам, то, конечно, агент нужен. Если вам нужно в Турцию или на Мальдивы на all inclusive, то мимо Мальдив вас, наверное, не провезут. И вряд ли вы на этих Мальдивах заблудитесь, они маленькие. Так что необходимости в турагентах нет. Раньше, когда нужно было всем все вручную проверять, звонить куда-то постоянно в эти отели, спрашивать, как там чего, сейчас все это делается почти автоматически при помощи соответствующих сервисов и систем. Поэтому надобности в них уже нет.

Еще сокращаются неуклонно рабочие места для разных каскадеров.

Каскадеров? Которые в случае прекрасного в гостях?

Компьютерная графика. Потому что, да, все рисуется, и пожилому Киану Ривзу дублеры уже не нужны. Так что, когда люди будут читать про то, как Джеки Чан, легендарный актер XX века, все делал без дублеров и ломал себе весь организм каждый раз, они будут понимать: зачем, почему, чего это он?

Да. Зато будет меньше таких случаев, как с Брэндоном Ли, которого застрелили случайно, или с этой Галиной, которую Алек Болдуин чего-то случайно застрелил, непонятно как.

Да, этого всего добра будет меньше, все будет в основном рисоваться. Вообще, кстати, это отдельная тема, поэтому не будем углубляться.

Потом отпадают, например, такие, скажем так, уже превратившиеся в живой анахронизм персонажи, как риэлторы. Потому что риэлтор… Вот я, например, пользовался услугами риэлтора, но это было исключительно потому, что мне нужно было съезжать срочно. Я не мог себе позволить куда-то без конца ходить и рисковать всяким жульничеством. Когда система эта немножко придет в чувство, риэлторы в современном виде отомрут. Потому что когда-то давно они были нужны. И они, в принципе, для американцев, которые отдельные дома ищут и подбирают, тоже более-менее нужны. В современной Москве риэлтор занимается тем, что берет деньги со всех, с кого может их взять, за то, чтобы просто, не знаю, помочь заполнить договор аренды, на самом деле. Риэлтор, услугами которой я пользовался недавно, она больше ничего, в общем-то, не делала. А, нет, она еще спросила: русские? И, получив ответ, дала нам адрес, куда подходить.

Домнин, ты, сразу видно, не покупал недвижимость, раз ты такие истории рассказываешь про риэлторов. Я, как недвижимость покупавший, расскажу тебе следующее. Я покупал квартиру. Прихожу. Как выглядит процесс покупки квартиры? Ты приходишь смотреть эту квартиру. Есть определенные даты, когда можно туда прийти и ее посмотреть. Я прихожу. Тут тетка. Она знает все про эту квартиру. Она все может рассказать: когда меняли трубы, в каком году делали это, в каком году меняли окна…

Такие риэлторы останутся. Я говорил про тех, которые у нас тут.

Да, да, да. То есть риэлтор риэлтору рознь. Потом, далее… Слушай далее. С этой теткой ты подписываешь всякие разные бумаги. Здесь специфический процесс покупки, да. Тут квартиры на торги выставляются. И там как бы в результате торгов определяется конечная стоимость квартиры. Тетка записывает твой номер телефона, чтобы ты был в курсе происходящего, как торги ведутся. Потом, когда ты квартиру эту на торгах выиграл, ты приходишь, подписываешь миллион документов. Тетка все знает: где, какие там, что там в этом вашем жилищном кооперативе, какие бумаги нужны, что есть, где какие ключи брать, с кем разговаривать. То есть все вот это. Тебе выдается огромный пакет документов, который, поверь мне, без риэлтора ты половину этого просто тупо не узнаешь никогда. И при этом там, понятное дело, весь этот процесс организован. То есть я на самом деле практически уверен, что в Швеции без риэлтора вообще нельзя ничего ни купить, ни продать. Причем за риэлтора платит тот, кто продает. Потому что он бабки получает, он, соответственно, еще риэлтору отваливает.

Риэлторы, кстати, зарабатывают чудовищные деньги здесь. Потому что за одну проданную квартиру, я слышал по слухам, что-то порядка 100 тысяч крон. То есть 1 крона — 8,5 рублей. Перемножьте числа в уме и получите, сколько там риэлтор за одну проданную квартиру получает денег. Но при этом риэлтор реально знает про эту квартиру все. Все досконально про нее знает. И весь этот документооборот, который необходимо сделать, он берет на себя.

Вот такие останутся. Такие, которые ничего не делают, кроме как бессмысленным посредником вклиниваются, вот они, конечно, уйдут. Понятно, что, опять же, раньше и эти посредники тоже были нужны. Потому что, скажем, в Москве в 90-е, чтобы там что-то сдать, снять, купить, продать, надо было ходить по району и высматривать на столбах клетчатые листочки из тетрадки, на которых написано «сдается», «снимается» и так далее, «продается». И куда-то там ходить. И вот тогда, да, от них толку было значительно больше.

Постепенно отмирают многие функции нотариусов. По той же причине, по которой сейчас стало в Москве гораздо меньше бюрократии. Сейчас все делается через МФЦ, куда ты пришел, тебя там меньше чем за 20 минут приняли, все за тебя сделали, и ты ушел. Тебе потом сбросят СМС, если тебе на месте не могли ничего дать, еще не готовы, то тебе тогда пришлют, ты придешь, все получишь. Нотариус в этих условиях пропадает как звено.

То же самое происходит и за счет электронных подписей, которые сейчас распространяются повсеместно. Как для юридических лиц — я, например, два раза получал для юридического лица, — так уже и для физических. Потому что многие физлица, например, по электронной подписи могут войти на госуслуги, к примеру. В этой связи нотариус начинает занимать такие достаточно экзотические роли. Мне, например, несколько лет назад нужно было отправиться к одному очень пожилому человеку, притащить нотариуса прямо туда, чтобы этот нотариус убедился, что человек еще не выжил из ума, просто очень слаб, вернее, уже. И что он передает мне права на такую-то интеллектуальную собственность, понимая, что он делает. Вот в этом смысле нотариусы остаются, а во многих других уходят.

Следом за ними отправляются архивисты и библиотекари. Потому что все больше уходит в цифру. Это когда-то давно, знаете, такая старушка-библиотекарша, которая там знает, где на какой полке какой экземпляр, какой там страницы не хватает, на какой клякса, в каком там году какие-то там газеты выходили, чтобы Малдер мог прийти и выяснить, что в 60-е жители городка Плезантвилл подвергли анальному зондированию. Сейчас это все уже, опять же, оцифровано, все через всякие онлайн-каталоги, можно посмотреть, даже ходить уже никуда не надо. Заходишь на сайт и просто оттуда читаешь. Я в реальных библиотеках не бывал, наверное, с университета. Как-то хорошо живу до сих пор. А услугами, например, электронных библиотек, в том числе Ленинской, я пользуюсь регулярно. Для подготовки к подкасту в том числе.

Да. В развитых странах загнивающего Запада библиотеки уже давно перестали являться местом, где исключительно хранятся книжки, и становятся таким локальным центром того, как люди куда-то приходят и что-то там делают. Например, типичный пример, который приходит в голову, — это здоровенная библиотека, новая, выстроенная в Хельсинки. Она буквально несколько лет назад открылась. Там помимо книжек, то есть да, там действительно есть целый этаж, посвященный книжкам, туда можно прийти, там огромное количество полок, можно найти какую угодно книжку, взять ее, тут же можно сесть ее почитать. Я так понимаю, что ее можно там каким-то образом тоже на неделю или на две вынести, почитать ее дома. Но это далеко не все.

Помимо всего этого, там еще есть какие-то мастерские, какие-то 3D-принтеры, оборудование для записи каких-то там видео, аудио, подкастов, чего угодно. Вот еще что-то там было, что я уже не могу вспомнить. То есть это получается такое, знаете, место, где люди могут встретиться, получить какие-то знания, может быть, поделиться идеями, организовать какое-то мероприятие, семинар, всякое такое, воркшоп модный. И это уже давно далеко не просто библиотека. Понятие библиотеки как комнаты с пыльными книгами уже давно морфирует в разных местах планеты во что-то качественно другое.

Я уже не говорю про то, что в той же самой финской библиотеке есть просто тупо компы. То есть можно туда прийти, что-то на компе почитать, доступ к интернету получить и всякое такое. То есть библиотеки, да, в том виде, в каком мы их знаем, и, собственно, люди, которые являются библиотекарями, они, конечно, исчезнут. Они при этом трансформируются во что-то качественно новое, другое.

Ну да, почему нет? Да, банковские служащие тоже будут сокращаться, то есть я имею в виду операционистов. Сейчас они сохраняются во многом ради разных пожилых дедушек и бабушек, которые приходят к ним и просят перевести 500 тысяч рублей на счет совершенно надежных людей, которые пообещали им утроить их вложения. Я только сегодня читал: какой-то дед тоже пришел в один из банков и хотел 800 тысяч рублей снять. После того, как его спросили зачем, они его выгнали домой и вызвали полицию. Полиция ему все доступно объяснила, что не надо так делать.

В смысле, деду объяснили, что его дочь никого не сбивала и не хотела денег?

Да. Что его дочь никого не сбивала ни на какой машине, и машины у него нет, и дочери у него нет. В таком разрезе. То есть это не деда закрыли.

Да, не деда закрыли за то, что он пришел деньги снимать. Арестовали, кстати, какую-то гражданку тоже, которая пришла за деньгами. И полицейские, собственно, для чего приезжали? Не просто ему объяснить, а изловить злодеев.

Да. И во многом сейчас в банке, именно в отделении, основная такая повседневная активность ведется где? В предбаннике, где стоят терминалы. Уже сейчас даже не банкоматы, а именно терминалы, на которых можно делать все. Платить за квартиру, если у вас почему-то нельзя делать это онлайн, внести, снять, перевести и так далее. Обменять валюту, опять же, можно там же. Внес рубли, выдал в долларах — и все, и пошел. А операционистов уже напрягают только по каким-то очень частным вопросам.

У меня последнее, что было: это с Нового года ВТБ почему-то поменял реквизиты для зарплатных карт.

Класс.

Да. Я ходил туда, чтобы мне выдали бумагу, по которой я мог бы эти реквизиты увековечить. И то я, на самом деле, мог это сделать через ВТБ Онлайн, просто именно тогда он, видимо, загибался под шквалом других таких же и работал плохо. Так что я решил, что, раз я все равно иду мимо, то надо зайти и взять на бумаге. Так что операционистов и всяких кассиров тоже будет делаться все меньше.

Кассиров в магазинах тоже будет постепенно становиться меньше. Потому что в крупных заведениях типа Ашана или «Перекрестка» уже действуют кассы самообслуживания. Куда ты приходишь, все сам пробиваешь, деньги вставляешь и уходишь оттуда.

На самом деле, опять же повторюсь, из моего опыта шведского. Здесь практически в любых магазинах, куда вы ни придете, в обязательном порядке есть касса самообслуживания. И персонал, который в магазине находится, обычно это может быть один-два человека. Обычно их как минимум двое, чтобы хотя бы, я не знаю, как-то следить за происходящим, что у вас творится в магазине.

Не украли ли еще все, что можно.

Не вынесли ли еще весь магазин, да. Но эти люди обычно находятся где-то именно в торговом зале, выставляют товары, всякое такое. То есть на кассе может вообще никого не быть. То есть вы приходите… Вот у меня здесь есть небольшой магазин под боком. Можно туда прийти, там просто тупо на кассе никого не будет. И это совершенно не проблема, потому что там четыре терминала самообслуживания. И вы пробиваете все товары и выходите спокойно, прикладываете штрихкод на выходе. Или даже в этом магазине вы ничего не прикладываете, потому что там некуда прикладывать. В некоторых магазинах есть, которые покрупнее. А в этом он не очень крупный. Там даже и прикладывать ничего не надо. Вы все пробили, сами вышли. Но опять же надо понимать, что такое работает там, где не воруют. Ну или воруют немного.

Ну да, терпимо.

Терпимо, да. То есть дешевле, что у вас там украли, я не знаю, упаковку М&M’s Kinder Pingui раз в месяц, нежели нанимать специально обычного человека, который будет постоянно на этой кассе находиться.

Меньше также станет рыбаков и дровосеков.

Рыбаков в смысле которые профессиональные рыбаки?

Да, да, которые тралят всякие тунцы, а не в смысле которые сидят в шапочках на льду.

Вот сейчас как раз у нас…

Готовятся к спасению вертолетом?

Сейчас пока еще не готовятся, у нас морозец. Вот готовиться они начнут в марте, потому что в марте у них почему-то происходит какое-то обострение, и они начинают толпами сидеть у нас тут. У нас, к счастью, вертолетом спасать не приходится, у нас зато тонут часто из-за того, что они, когда льдины на каком-нибудь пруду или на Москве-реке откололись, сдуру пытаются, разбежавшись, прыгнуть и проваливаются. Сейчас у нас основная масса тонущих связана с тем, что они либо выбирают неправильное место с тонким льдом, непрозрачным, например, либо это завистливые рыбаки, которые сидят и говорят: что-то у меня не клюет, а у мужика клюет, пойду к нему поближе. Они все табуном приходят к нему, будет куча дыр, и все проваливаются к чертовой матери.

Класс.

Да. Нет, такие-то они, к сожалению, останутся. Я имею в виду рыбаков промышленных, рыбопромышленников, так сказать, которые ловят всякого краба. То есть все это тоже будет автоматизировано.

Да, все механизируется больше и больше, и их будет становиться сильно меньше. Потому что при меньшем числе людей рыбы можно поймать, наверное, больше, чем было. С дровосеками та же самая фигня. Все механизируется, всякие там погрузчики, которые сами хватают, сами пилят, сами грузят. Ты сиди в кабине один, и ты можешь за целую бригаду работать. Это постепенно тоже будет вытеснять народ.

И туда же, кстати, отправляются такие более экзотические специальности, как спортивные рефери. Потому что везде камеры, все там на замедленном можно крутить, и держать по 40 человек, которые будут везде: один тут сидит, другой там глядит, третий за воротами, четвертый еще там где-то, уже не очень нужно. Поэтому их постепенно количество будет сокращаться. Это дело замедляется тем, что спортивная сфера такая достаточно консервативная.

В шахматах, например, все, что поменялось, — это переход на блиц-режим. И, по-моему, все. Больше ничего.

То есть часы поставили, короче.

Чтобы не сидели до бесконечности. И курить запретили. А то Ласкер, слышал, доходил до пошлых вещей. Окуривал своих противников сигарами.

Какая подлость.

Да. Потому что тогда было не запрещено. Он таким образом говорил, что табак ускоряет мою мысль. То, что противнику плохо, это его проблемы. Поэтому Стаутенберг не врал, когда такое говорил.

Но многие из вполне действующих и популярных специальностей останутся не то что с нами, а будут получать даже и больше, чем сейчас, и будут более востребованы.

Во-первых, это самые разнообразные медсестры, медбратья, фельдшеры, санитары, сиделки и многие медицинские специальности, в том числе связанные с геронтологией. Связано это с тем, что население мира стареет и ему нужно еще больше соответствующей помощи. Поэтому эти специальности будут жить хорошо. Я, например, знаком с одной норвежской медсестрой, которая как раз в доме престарелых работает. Получает она весьма недурно, но работа, говорит, собачья. Очень длительные часы, тяжелые пациенты, которые вечно называют ее проституткой и наркоманкой. В общем, работа трудная. А потребность в ней будет все больше и больше.

Всевозможные специалисты по работе со стариками сейчас расширяются. И даже появилась такая дурность, как walker-talker. Это не тот, кто ходит с walkie-talkie и говорит: пшш, первый прошел. Это означает такого товарища, который будет ходить к всяким старушкам и старичкам. И не обслуживать их медицински, то есть не утки носить и прочее. Нет, он будет с ними играть в подкидного дурака или в лото, будет ходить с ними на прогулки, следить за тем, чтобы они не сидели вечно у телевизора, это для стариков вредно, они от этого быстрее съезжают. В общем, помогать им социализироваться. Помогать им вести, так сказать, жизнь, не страдать от одиночества, не впадать в депрессию и деменцию. Конечно, работа тоже непростая, хотя вроде квалификации не требует. Но попробуйте представить, что вам по работе нужно ходить и слушать про то, что вот в таком-то году за 2 цента можно было на автобусе уехать на другой конец штата и там везде были кукурузные поля, а не вот эти ваши города. Потому что тогда Трумэн стоял у руля. Это, конечно, непростое дело.

Да уж.

В промышленности все будет хорошо у промышленных инженеров, инженеров-механиков, инженеров-электриков, а также просто электриков и просто механиков. Потому что промышленное производство, несмотря на все сказки про постиндустриальную экономику, никуда не делось. То есть кое-откуда делось, но эти страны сильно сейчас об этом жалеют. Поэтому инженеров и техников будет не хватать. Им будут платить большие деньги. И, например, по оценке аналитиков промышленные инженеры в этом десятилетии вырастут на 10% по численности. Оцените. Это довольно много.

То же самое и даже в превосходной степени верно для разнообразных айтишников со специфическими специальностями. Например, аналитики информационной безопасности. Считается, что их количество, по крайней мере в смысле рабочих мест, вырастет на треть в это десятилетие против того, что было в предыдущем.

К ним примыкают дата-сайентисты. Я не знаю, честно говоря, как это по-русски. Я никогда не видел ничего, кроме транслитерации.

Так обычно и называют.

Они тоже будут прибывать как минимум в 30%-м исчислении. Даже нет, тоже в 30%. Извините, я их спутал. То есть их будет настолько же и настолько же больше, насколько и специалистов по информационной безопасности. Потому что внедрение бигдаты всевозможной во все поля — это как раз одна из причин, по которой из первой половины нашего рассказа многие останутся без работы. А дата-сайентисты, наоборот, будут себя чувствовать хорошо.

На 20% вырастет количество разработчиков программного обеспечения. Вот как Ауралиен, например. Так что карьере Ауралиена ничего не грозит.

Да. Здесь надо сделать оговорку, что тут у нас есть граждане разной степени религиозной убежденности в том, что machine learning и data science скоро заменят вообще абсолютно всех, в том числе и программистов. У меня есть очень нехорошее подозрение, что этого не произойдет при нашей жизни. Поэтому, если вы программист, я уверен, что вы без работы не останетесь еще долго. Тем более что программистов требуется все больше и больше. И вот, например, в Швеции уже просто не знают, как их нанимать. Тут уже в газетах пишут, присылал мне буквально вчера мой приятель ссылку на статью, где было написано, что в Стокгольме не хватает программистов. Ай-яй-яй. И поверьте, это не только в Стокгольме. Их не хватает везде. С проблемами найма программистов сталкиваются абсолютно везде. И в Москве.

Причем, что интересно, гораздо страшнее эта проблема стоит в Индии. Просто потому, что все индийские айтишники немедленно нанимаются в Стокгольм. А смех смехом. А в Ericsson кто, ты думаешь, работает, если не они? Какой-нибудь Гурминдер.

Да, да, да. В общем, все эти граждане, естественно, если вы проживаете в стране вроде Индии, Пакистана, Китая и при этом являетесь программистом, вы довольно быстро, если вы толковый программист, из этих стран куда-то уезжаете, в другие места, где денег платят больше, а жить приятнее. И не надо дышать всяким вот этим смогом, который там.

Не надо переходить на другую сторону улицы от брахманов.

Да-да-да, вот именно. Каких-нибудь. Так что так. Если кратко, роботы не заменят программистов по, я думаю, очевидным для всех причинам. Автоматизировать можно то, что не требует творческой деятельности. Любая творческая деятельность, к сожалению, автоматизируется очень плохо.

Да. Администраторы баз данных получают не сильно меньше, чем разработчики программного обеспечения, и тоже их будет нужно больше. Хотя и не на треть, а на 10%, но все равно. Просто потому, что баз данных становится все больше, и они делаются все более комплексными. Логика простая. Чем больше бигдата, тем больше баз данных, которые эту бигдату будут хранить. А поскольку бигдата — это новая нефть, пользовательские данные, пользовательское поведение — это новая нефть, то есть ее можно извлекать практически до бесконечности. Тем более сейчас это вообще делается бесконтрольно абсолютно, потому что нигде еще не дошли до того, чтобы как-то кого-то заставлять каким-то образом платить за то, что вы узнали о пользовательском поведении Васи Иванова в интернете, сколько он секунд размышлял над тем, перейти ли ему по ссылке или не переходить, и всякое такое. За это никто, понятно, означенному гражданину не платит.

Естественно, что когда-то это начнется регулироваться, но пока это не регулируется вообще никак, оно будет развиваться вот таким вот образом. И поэтому, если у вас большое население, и оно что-то у вас покупает в интернете, вы скоро озолотитесь. Потому что на этом, собственно, можно сделать big bucks. И более того, следующий шаг — всегда стимулировать это население покупать еще больше. Для чего это все затевается, наблюдение за пользовательским поведением? Не для того, чтобы знать, что пользователь будет делать, а для того, чтобы знать, что ему показать, чтобы он это купил. Вот и все.

Сейчас, конечно, это часто работает со сбоями. После того, как погуглишь какой-нибудь рандомный кусок фразы по своим личным причинам, тебе потом начинают предлагать купить виолончель, которая не то что тебе не нужна, а непонятно, как вообще связана с тем, что ты гуглил, и почему именно виолончель. Но все течет, и постепенно оно будет все точнее и точнее. И да, действительно, на этом можно будет много чего сделать.

Поскольку будет все больше и больше разнообразного сложного оборудования, технических писателей тоже станет больше. Они, конечно, получают деньги, не сравнимые с программными разработчиками, но тоже неплохо. Что делает технический писатель? Он пишет техническую документацию так, чтобы какой-нибудь очередной Гурминдер смог понять, что это и как с этим работать, не убившись самому. То есть разнообразные инструкции, руководства, всякие часто задаваемые вопросы, что делать, если оно дымится и мигает красными лампочками. Вот это все тоже востребовано.

Ну и никуда не деваются HR, то есть кадровики, по-старому. Сейчас под HR понимается гораздо более широкая специальность. Но, к сожалению, в Москве у нас многие HR не то что не более чем кадровики, они даже менее чем кадровики. Потому что я в молодости на них нагляделся, производят они впечатление удручающее. Какие-то непонятные девицы, которые спрашивают: где вы видите себя через пять лет, почему вы хотите работать у нас? Когда я уже начну отвечать: нет, подождите, это вы почему хотите, чтобы я работал у вас?

Так ты будешь смеяться, но такое нередко случается, что за кем-то бегают-бегают, приглашают его на собеседование, а потом ему начинают задавать идиотские вопросы: почему вы хотите работать у нас?

Да, я неоднократно читал всевозможные эпизоды, когда высококлассного специалиста приглашает чуть ли не лично генеральный директор. Сам с ним пособеседовал, сам сводил его к начальнику подразделения, всем все понравилось. Уже он пошел к кадровикам просто с документами, а кадровики начинают его терроризировать вопросами: кто вы по гороскопу, нарисуйте домик и прочее. И это кончалось обычно жалобой этому директору и разносом невмеру ретивых кадровиков.

Да. Эти товарищи сейчас с нами, и их станет еще больше. Это все данные крупного карьерного сервиса Muse. Это как бы HeadHunter, только большой и со своим еще исследовательским отделом.

Да, и он нам не платит.

Нет.

Сделаем дисклеймер: я, по крайней мере, ни разу им не пользовался, потому что он далеко.

Из того, кого сейчас пока в массовом порядке с нами нет, — это будут разнообразные инженеры по доступной среде, например. Потому что предполагается, во-первых, старение населения, которое будет ползать там со своими палками и колясками. Во-вторых, в целом предполагается, что надо вовлекать в активную жизнь инвалидов, чтобы они не сидели там дома у себя на пенсии, а какую-нибудь выполняли полезную работу, покупали товары и вообще приносили, так сказать, экономический эффект.

Это будут разнообразные специалисты по утилизации отходов. Я поэтому уверенно смотрю в будущее. Потому что буквально намедни я как раз был в одном из НИИ, не в том, в котором я работаю, а в дружественном, тоже как раз это дело все обсуждал.

Это будут соответствующие же архитекторы в том числе, которые способны спланировать здания по новомодным экологическим трендам. Я не говорю о том, что от этого будет больше пользы, чем от классических архитекторов, просто к тому, что они тоже появятся.

Генетики самых разных сортов тоже распространятся, потому что генная инженерия, мониторинг эмбрионов, разнообразные работы по генной модификации всякого съедобного. И не только съедобного, а, например, где-нибудь там баранов, которых стригут, чтобы они, допустим, зеленой шерстью начали порастать и не надо было тратиться на краску. Вот это тоже все будет.

Биоэтики тоже. Ввиду того, что, как ни запрещай клонирование, суррогатное материнство и прочие дела, они от этого никуда не деваются. Поэтому специалисты по биоэтике — это специалисты не теоретические, а самые что ни на есть прикладные, которые должны быть способны в случае возникновения проблем отбрехаться от этих проблем и доказать, что такая-то клиника, когда вывела клона Пушкина, сделала все правильно и не нарушила там ничьи права.

Также всевозможные нейро- и кибернетические специалисты, которые будут нам устанавливать всевозможные импланты, которые помогут нам прозреть, услышать, перестать страдать от какой-нибудь деменции. Какой-нибудь компенсаторный, допустим, имплант изобретут. Они будут всем этим заниматься и поэтому тоже будут востребованы.

Появятся, вероятно, и экоаудиторы. Вот есть финансовые аудиторы, которые выдают вам бумагу о том, что вы там не разворовали все мыслимые бюджеты и не наняли на все должности своих родственников и любовниц. А будут экологические, которые будут выдавать соответствующие бумаги о том, что у вас все действительно утилизируется, не вываливается никуда там в овраг, что действительно мощности по, допустим, утилизации у вас соответствуют. Или что вы заключили договор с заводом, мощности которого соответствуют.

Это я. Экоаудитор.

Поздравляем.

Да. Вот, так сказать, и таких, как я, будет становиться больше. Но не скоро, поэтому я, опять же, уверенно смотрю в будущее.

Специалисты по искусственному интеллекту, в том числе по этике искусственного интеллекта. Потому что, когда искусственный интеллект дорастет до вопросов «быть или не быть», надо бы, чтобы рядом был человек, который сможет ему ответить так, чтобы он не устроил восстание машин. Ладно, восстания машин, конечно, не будет, но он может, не знаю, впасть в синий экран бесконечный, из которого его не вывести никаким Ctrl+Alt+Del.

Или вот вопрос более приземленный. У вас искусственный интеллект, который водит автомобиль, и он попадает в ситуацию, когда можно задавить либо бабку, либо пятерых детей. Кого давить в этом случае? Вот, пожалуйста, такой очень утрированный пример. Но он рано или поздно все равно случится. Потому что, когда мы говорим, что курьеры вымирают, у нас тут по Москве я периодически вижу ездящих роботов, которые доставщики.

Несмотря на то, что мы тут заявляем смело, что курьеры вымирают, с 2020 года курьеры, по-моему, в три раза выросли численно в Москве.

Это потому что… Понимаешь, это все равно что говорить: я не знаю, во время Клондайка говорить, что все рассказы, что золотоискатели вымирают, — это брехня. Их число выросло вдесятеро. Но, понимаете, это потому что Клондайк. А у нас — потому что пандемия. Когда к этому приспособится экономика, все будет то же самое, что и с золотоискателями. На Аляске сейчас, несмотря на то, что золото есть, а золотоискателей нет. Потому что налог такой, что бессмысленно с тазом там чего-то промывать. Осмысленно только, если у вас большая компания, вы там будете бурить и всякими шлангами поливать с использованием роботов.

Кстати, по роботам тоже будут отдельные специалисты, которые будут их конструировать и находить им всякие новые применения, в том числе для роботизированных, скажем, квадрокоптеров. Сейчас квадрокоптеры переживают бум, потому что модели, которые были пять лет назад, сейчас уже… То есть ситуация, знаете, какая? Как в конце 90-х была с персональным компьютером. Когда у вас купленный превосходный компьютер через полгода превращался в более-менее, еще через год — в «ну, это уже вчерашний день». Вот та же самая примерно фигня сейчас с квадрокоптерами. Потому что раньше их не было, сейчас их стали делать. И путем тыка и внедрения всякого нового они улучшаются и улучшаются.

Отдельные направления для всяких робототехников и кибернетиков — это агропромышленный комплекс, всякие сельскохозяйственные роботы. Я, например, один раз был на роботоферме. Это не ферма, где разводят роботов, как можно подумать. Это ферма-робот, которая разводит и доит коров. То есть она представляет собой как бы коровник футуристического вида, который коров самостоятельно гоняет там то кормиться, то поиться, то доиться. Может, например, вычленить, что вот эта корова больна, ее надо бы изолировать, и выгнать ее, соответственно. Следит за температурой, чтобы они не мерзли, следит за тем, чтобы, опять же, им было не жарко, мониторит телят. Там народу было, по-моему, три человека. А коров там, наверное, сотни две, не меньше. Это было лет десять назад. Сейчас, соответственно, это будет развиваться и развиваться.

С энергетикой тоже будут разные новые направления, связанные со всем этим зеленым переходом. Я, опять же, не говорю о том, насколько он оправдан сам по себе, но новые специальности благодаря нему появятся. Совершенно точно будут новые специалисты в области энергоэффективности. Они и сейчас есть, просто отрасль сильно разовьется и будет требовать более широкого образования и компетенций. То есть это будет уже совсем не то.

Многое изменится с широким внедрением 3D-печати. У нас, например, по крайней мере, один из слушателей, Дима Вершилов, занимается 3D-печатью регулярно. Я видел, какой у него замечательный агрегат.

А что он печатает?

Фигурки для настольных игр.

Понятно.

И не только. Это только то, что я понял из его объяснений. Я малограмотен в этом смысле. Но 3D-печать будет все шире использоваться в промышленном производстве и в том числе в строительстве. Что потребует совершенно другого уровня компетенции, нежели тот, которого требуют фигурки для Warhammer какие-нибудь. По этой причине появятся, наверное, в вузах и колледжах соответствующие направления.

Будут также киберполицейские, которые должны будут дежурить постоянно в интернетах и отлавливать там всяких даркнетчиков, поставщиков запрещенного контента, всякие там киберпреступления отлавливать. Потому что сейчас этим занимаются обычные полицейские, по сути. И это будет выделено, видимо, в отдельное направление.

Я тебе скажу по секрету: это уже выделено в отдельное направление. Потому что у меня есть как раз такой знакомый, который занимается всеми вот этими гражданами, которые: «Служба безопасности Сбербанка», да, звонит вам.

Да.

И всякое такое. Они уже давно специализируются на такого рода вещах. То есть для этого есть специально выделенные люди, которые занимаются исключительно этим. Понятно, что никакой профессиональной подготовки конкретно для того, чтобы таких граждан ловить, у них нет. Мне, например, с чего началось, откуда я узнал, что мой знакомый занимается такого рода вещами, — он мне начал задавать разные вопросы на предмет того, как это вообще все устроено.

О чем я, собственно, и говорю. А когда введут, так сказать, true-киберполицию, вот она вопросы задавать уже будет совсем не те.

Да, да, да. То есть подготовка профессиональная, скорее всего, у них будет прямо уже, я не знаю, с университета или где их там готовят. А сейчас это просто люди, которые до этого занимались какими-то другими вещами, а теперь вот их посадили заниматься такого рода киберпреступлениями. Интересное направление.

Да. То есть сейчас они как бы переживают примерно тот же этап, какой был у обычной полиции в 20–30-х годах, когда оказалось, что она совершенно не готова бороться со всякими Аль Капоне, и все приходилось делать методом тыка. Вот сейчас у киберполиции примерно так же. Рано или поздно ей выделят соответствующих специалистов, которые будут уже не менее компетентны в информационных технологиях, чем Ауралиен, допустим.

И с образованием, в том числе для детей, тоже появятся разные новые направления. Например, появится, я надеюсь, нормальная профориентация. Потому что то, что есть сейчас, представляет собой какую-то… Вы куда-то приходите, кстати, абсолютно непонятно зачем. Я не могу понять, для чего нужно таскать людей, чтобы они прошли обыкновенный письменный тест. Почему это нельзя делать в школе? Сдаете тесты, там вам говорят, что вы хотите работать с людьми, и поэтому вы можете стать актером или полицейским. Как я могу выбрать, хочу я стать актером или полицейским, на таком основании?

А появятся специализированные педагоги-психологи, которые будут выявлять наклонности на основании гораздо более научных тестов, чем вот это тыканье пальцем с вопросами типа: как вы относитесь к тому, чтобы грузить навоз лопатой? Положительно или отрицательно?

Кстати, там был вариант, что работа с животными, в том числе с навозом, проще. Я не знаю, для чего это и кому это нужно. Это какая-то профанация. А появятся, наверное, и будут внедрены нормальные психологические методики, тесты, которые позволят детей профориентировать быстрее, чем как это сейчас бывает. Люди чуть ли не к 40 годам только выясняют, что римское право ни при чем, а на самом деле они тонкие цветоводы и хотят быть флористами.

Так что будущее будет интересным. Вывод, который мы можем сделать из всего вышесказанного: не работайте риэлтором и архивариусом, работайте промышленным инженером, айтишником, и будет вам счастье.

И на этой позитивной ноте будем заканчивать и перетекать в послешоу.