В этом выпуске мы рассказываем о стереотипах Восточной Европы - о габровцах и дресярах, чорбе и борще, ворующей полиции и чушке-бюреке, лодырях и гастарбайтерах.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели. В эфире 393-й выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами его постоянные ведущие Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Итак, в прошлый раз мы поговорили про лидера коммунистической революции Китая. Одного из, самого важного. А сегодня мы продолжим схожей тематикой, в некотором роде. О чем мы, Домнин, поговорим сегодня?

Мы продолжим нашу тему о национальных стереотипах Европы, поговорив про Восточную Европу.

Да, страны Восточного блока. И тут придется сразу учесть несколько аспектов, которые отличаются от западных.

Так.

Связано это с тем, что если про западных европейцев стереотипы, как правило, такие относительно универсальные, то про страны Восточной Европы стереотипы бывают соседские. То есть про ближайших соседей. Причем где-то на 80%, по тому, что я изучал, стереотип восточноевропейца о соседях выглядит так: тупые пьяные уроды. Иногда так: в стране А живут тупые пьяные уроды, в стране Б живут агрессивные пьяные уроды, а в стране С живут вороватые пьяные уроды.

Безусловно, это далеко не везде так. То есть, например, у поляков с чехами и венграми все относительно благоприятно и благопристойно.

Благообразно, да.

Да, то есть у них даже есть кое-какие поговорки про то, что поляки с чехами — всякие друзья и братья. Поляки с венграми — «и за ножик, и за чарку». У них такая есть поговорка. Поляк и венгр, или как там по-польски, «два братанки, и до сабли, и до склянки». То есть и рубиться, и бухать тоже.

Но во многом, да, там стереотипы такие отрицательные скорее. Причем, что интересно, они внутри стран тоже. Они там все делятся на всякие субкультуры, землячества, религиозные группы, по каким-то очень туманным национально-этническим вопросам, делящиеся на всякие субэтносы, которые друг с другом тоже постоянно на ножах, в том смысле, кто чей субэтнос.

А есть еще стереотипы наши, отечественные, связанные, как правило, с советскими временами, когда мы с ними были повязаны: всякие советы экономической взаимопомощи. Из советских стереотипов: что вкусное есть в Болгарии? Ракия, естественно.

Да, а для еды, как правило, чайка русский, скажем, лечо, перцы всякие консервированные. Потому что это все на виду. И соки тоже там.

А из Польши — краковская колбаса.

Сало тоже хорошее.

То есть ветчина тоже неплохая. Какие-то вот такие стереотипы были. А также о том, что в Польше невиданный либерализм, что там можно достать польский «Плейбой». Ого-го!

Да, то есть это такие уже устаревшие стереотипы, которые по-прежнему во многом держатся в головах у людей, по привычке. Плюс стереотипы противоположного полюса — американские. Причем во многом связанные не с тем, что американцы сами куда-то там поехали. Американцы никуда не ездят, у них все дома свое есть хорошее и без того, а, наоборот, от иммигрантов с Восточной Европы в Америку.

Причем иногда это даже не стереотипы американцев самих по себе. Опять же, западный, в первую очередь американский, стереотип про эту самую Восточную Центральную Европу. Тут два таких айсберга. Первый — это так называемая Руритания-Убервальд. Спасибо сэру Терри Пратчетту за очень меткую карикатуру. Все ассоциируется с такой вот старой, времен Средневековья и Нового времени: горы, леса, кривые дороги, какие-то нищие села, мрачные замки наверху, толпы с факелами и вилами охотятся на вампиров и оборотней. Что-то вот такое ассоциируется.

А с другой стороны — такой более современный, который журналист Мараховский назвал «трансрусанией». То есть это такая странная территория, которая ценна тем, что это бывшие русские подшефные земли. Поэтому там все какое-то такое недорусское, но и не западное. То есть там, например, лета быть не может, потому что лето в хороших местах. А зимы нет тоже, потому что зима — это в России, совсем в России. Поэтому там все время какое-то бесконечное 86-е мартобря.

Столица этих странных образований в кино — это практически всегда Прага. Она же выступает за большинство других городов. А если нужно показать деревни, то деревни берем из Румынии, причем какие-то максимально нищие, цыганские. Такие вот, как в художественном фильме «Борат» изображает Казахстан. Это на самом деле румынские цыгане живут таким интересным образом.

Да.

При этом там, с одной стороны, зверообразные небритые мужики в меховых шапках, а с другой стороны — симпатичные девицы, которые все говорят по-английски с очаровательным акцентом. И если главный герой, который американец или хотя бы британец какой-нибудь, с ними хотя бы заговорит, то все, придется ему ее потом увезти к себе, жить-поживать и добра наживать, и она ему будет помогать.

Властей в стране нет. Они ограничиваются какими-то мужиками, которые стерегут какой-то там секретный объект типа атомной электростанции или там атомной ракеты какой-нибудь, оставшейся от русских. Один из них стоит у шлагбаума, другой сидит в будке, а третий, значит, он типа начальник, берет взятку с персонажей — плохих, хороших, неважно — чтобы пропустить их на охраняемую территорию, и они могли украсть ядерную ракету. В конце его стереотипно сбивают грузовиком, когда кто-то ее все-таки утащил, а другие, хорошие там или плохие, за ним гонятся.

Да, вот такой получается стереотипец. В ужасном фильме «Евротур» в Братиславу попадают, в столицу Словакии, там видят ужасы Восточной Европы, обменный курс доллара, которого, конечно, на момент действия фильма уже ничего такого там не было.

Поговорим о конкретных странах. Начнем, пожалуй, с такой самой стереотипно благополучной и мирной — это Чехия. До сих пор ее периодически хочется называть Чехословакией. И вот Словакия — это страна, которой не повезло, потому что ее путают то с Чехией, то со Словенией. Словению, кстати, тоже это бесит. У них даже флаги очень похожие. А Чехия более-менее известна.

Состоит из двух кусков: из Богемии, которая местными называется как раз Чехы, и чешский по-чешски значит и чешский вообще, и богемский. А восточная половина — Моравия, она такая чуть ближе к словакам, и поэтому некоторые там называют себя мораванами. Что интересно, там раньше была и какая-то румынская диаспора, но она в целом уже ассимилировалась, остались только кое-какие местные диалектные словечки и тому подобное.

Еще интересно, что именно Богемии мы обязаны словом «богемный» и «богема». Что такое богема?

Богема — это какие-то такие праздно живущие граждане, которые считают себя высшими слоями интеллектуального общества.

Вообще во Франции «богемский» означает «цыганский».

Да ладно?

Да, цыгане, они у нас будут периодически фигурировать, потому что цыган во многих языках называют не отдельным каким-то словом, а по какой-то стране. Вот, например, в английском сейчас называют романцами, то есть румынцами как бы. Итальянцы тоже, кстати.

Итальянцы, правда, наоборот, они румын цыганами обзывают.

А вот во Франции называли богемцами. И «богем» означало, что там везде пустые бутылки, и все пляшут, поют, никто ничего не работает, все как-то так течет само собой. Поэтому «богем» означает цыганщину. Вот и все.

Есть у них еще одно такое тоже словечко — «кавкарня». От знаменитого Франца Кафки. Это означает некую бессмысленно запутанную и необоримую бюрократищину, как правило. При этом забавно, что сам Франц Кафка чехом себя не считал и был вообще немецкоязычным евреем. Себя называл пражанином и австрийцем. Почему-то он попал к чехам в национальные писатели. Он бы сильно удивился, видимо.

Да. Значит, что едят и пьют чехи, Ауралиен?

Естественно, печено вепрево колено едят.

И пьют пиво. Они действительно любят пить пиво. По питью пива они занимают одно из наибольших мест во всех рейтингах. Тут, правда, надо сказать, что они в основном это за обедами и ужинами употребляют, а не так просто сидят и сосут из бутылки.

Помимо всякого жаркого, типа того же печеного колена, у них есть и ростбиф, и некоторые рыбные блюда тоже есть. Они любят карпа, которого они как-то называют то ли капр, то ли как-то так странно. У них это почему-то новогоднее блюдо. И, конечно, они любят кнедлики. Кнедлики — это нечто вроде такой картофельной или мучной отварной клецки, очень большой, на батончик похожей, которую режут ломтиками, как белый хлеб. И макают во всякие соусы, омáчки, как они называются, и едят. Иногда с пивом, если сладкие кнедлики, со сладким соусом, с кофе.

Любят разные блюда, ассоциирующиеся с немцами, как и вообще у них там многое в стране такое германизированное. Они, например, под воздействием диалектов немецкого звук «у» как-то в «и» переделали. Это, например…

Ну, например, есть Либерец. Это как бы как наши Люберцы, только в Чехии.

Ну и, наверное, не такие опасные.

Да.

Еще интересно, что именно в Чехии был создан танец полька. Никакого отношения к полякам он не имеет. Это какое-то чешское словцо, означающее, по-моему, «половинка».

А еще какую религию исповедуют чехи?

Чехи? Они католики, наверное, какие-нибудь? Или, наверное, они протестанты?

Они, на самом деле, в основном атеисты. Это одна из самых атеистических стран в Европе и мире. Почему-то как-то так вышло, несмотря на то, что там есть и католики, и достаточно заметные какие-то остатки от гуситов. Уже такие, знаете, мирные: никого цепами по башке не бьют, с телег из пушек не стреляют. Но, тем не менее, в основном как-то они все атеисты и вольнодумцы. Есть, кстати, и православные тоже немного.

Язык у них интересен тем, что по сравнению с русским он постоянно звучит как-то контринтуитивно. То есть, скажем, если вы видите надпись «Позор! Полиция ворует!», это вовсе не то, о чем вы подумали вначале. Это «Внимание! Полиция наблюдает». Или если вы видите в ресторане, что вам предлагают «черствые овоце», это не черствые овощи, это свежие фрукты почему-то. Непонятно почему. Как-то так получилось.

Ну и они знамениты своей неполногласностью. Такое ощущение, что гласные они там воровали ночами откуда-то.

У соседей, очевидно.

Ну, видимо, да. Может быть, у наших даже воровали.

Их соседи через Словакию — Венгрия. Это такой очень самобытный народ, потому что один из лучших способов оскорбить венгра — заявить, что Венгрия — это страна славянская. Они это страшно ненавидят, потому что действительно вокруг сплошные славяне, если не считать румын. А они как бы внезапно финно-угры.

И вообще они себя не называют венграми, они называют себя мадьярами. И поэтому, если хотите им польстить, то можно употреблять это слово. Сами они себя называют, по-моему, Мадьярорсаг. Как-то так.

Мадьярорсаг даже.

Мадьярорсаг. Звучит как-то, знаете, будто там мадьяры живут в шатрах из бивней мастодонтов, покрытых шкурами, ездят верхом на вепрях, орут «Лактар Огар!». И это долгое время было чистой правдой, потому что предки венгров прикочевали откуда-то сильно с востока. Сами они считают себя потомками гуннов. У них есть даже национальная одежда под названием «аттила». Это вот этот венгерский кафтан с шитьем на груди, как у гусар, только у гусар он короткий, чтобы на коне ездить, а у них длинный. Они называют это «аттила». Иногда называют Аттилой своих.

Язык у них, тем не менее, финно-угорский, но генетически они представляют собой термоядерную смесь этих самых финно-угров, где-то по дороге, видимо, примкнувших, тюрок, славян, потому что в Паннонии, куда они приехали и которую завоевали, было славянское население, более развитое экономически, чем они. Поэтому они много чего от них почерпнули. И даже какие-то иранские там у них веяния есть. Но язык у них такой, очень малопонятный для окружающих.

Топонимы тоже такие, что язык сломаешь. Из-за того, что у них топонимы, как и вообще у финских языков, просто кучу корней вместе скрепляют, объясняющих, что это за место. И поэтому так вот выходит, что не выговоришь, не хватанув токайского.

Какие у Венгрии кулинарные символы?

Честно сказать, затрудняюсь.

Во-первых, это знаменитый гуляш.

Гуляш — это их?

Да, гуляш — это именно их. То есть этот гуляш расползся и к нашим, и к американцам, причем то, что у нас и у американцев, оно довольно далекое от венгерского. Это обозначает пастушью похлебку. Они считают его своим национальным достоянием. И всякие там рецепты, которые обязательно с паприкой должны быть, — это их достояние. Гуляш — их все.

Да, близкий к гуляшу еще паприкаш есть. Я его тоже умею готовить. Для того чтобы уж была рифма, есть еще чардаш. Мой сын — специалист по чардашу, потому что это танец такой народный. Буквально, по-моему, переводится как пивной танец. Имеется в виду от пивного заведения. То есть его где-то там в пивном угаре в кабаке плясали, как считается.

Еще эта страна делает хорошие вина и конину, как это ни странно. А из овощного — это лечо. Лечо — это именно венгерское блюдо, а не болгарское, как у нас почему-то принято считать. Хотя лечо делают и в Румынии, и в Молдавии, и на Украине, и в России. В общем, разошлось. Так что венгры по праву гордятся всем этим.

Еще они прославлены тем, что достаточно долго под их контролем была Трансильвания. И поэтому Венгрия тоже часто ассоциируется с такой какой-то вампирской страной.

Да. Немногие знают, а вообще-то в современной Румынии живет миллион венгров.

Ну вот, они как раз там и сидят.

Компактно проживают в той части, которая к Венгрии примыкает. И люто-бешено румыны их ненавидят, а Венгрия ненавидит их в ответ.

Как обычно принято у всех.

Это то, о чем я говорил в начале, да. Еще Венгрия славна тем, что, несмотря на всю типа ультраправость по европейским меркам, там легальная порнография, и поэтому это добро там цветет и пахнет всячески.

Да-да. Но у них есть и более солидные культурные достижения. Почему-то именно на венгерской почве очень хорошо произрастали композиторы. Самый знаменитый, безусловно, Ференц Лист. Венгерские оперетты, например «Марица», считаются очень хорошими и знаменитыми.

Севернее живут опять славяне — это поляки. С поляками все сложно, потому что, с одной стороны, у нас в России польские стереотипы страдают, во-первых, от наследия советских времен, когда там было жить свободней. «Самый веселый барак в соцлагере», иногда говорили про них. А иногда — про Венгрию, потому что там, когда во главе был Янош Кадар, кстати, он никакой не Кадар, у него какая-то славянская фамилия, так что он славянин. Кадар — это погоняло просто. У них был гуляш-социализм с элементами рыночной экономики, поэтому они могли кушать гуляш у себя.

Гуляш-социализм.

Сейчас многие венгры ностальгируют и говорят: эх, вот хорошо жили.

Да. У поляков было не так богато, но зато у них была хорошая мебель. Вот у меня рядом стоит польская стенка до сих пор. Прекрасно себя чувствует.

У тебя польская, у моей мамы румынская. Тоже хороша. Ее невозможно поднять по сравнению с мебелью, которую я тут насобирал из Икеи.

Да. Конечно, крутые все эти стенки, но их реально нужно поднимать толпой народу, потому что в одиночку это просто нереально сделать. Они из цельного дерева.

С другой стороны, стереотипы из-за того, что поляки многие нас не очень любят по разным геополитическим причинам. А с американской стороны все это осложняется тем, что в США очень много немецких иммигрантов было. Они несли старые, еще времен чуть ли не Священной Римской империи и Королевства Пруссия, стереотипы о том, что поляки тупые, чудовищно упрямые и не способны уступить ни на грош. То есть все споры на любую тему моментально превращаются в игру с нулевой суммой: или поляк побеждает, или не бывать никому.

И из-за этого в США типичные анекдоты про поляков — они про их тупизну. Типа того, как погибла польская расстрельная команда: она встала в кружок посовещаться. Что делать, если поляк бросил в вас гранату? Поднять, выдернуть чеку и кинуть обратно. Поэтому у американцев такое про них впечатление.

Европейцам, которые западные, мешают польские гастарбайтеры. Из-за этого у поляков, допустим, во Франции и в Германии в меньшей степени такой имидж — польский сантехник.

В Британии то же самое.

Да. Но в Британии как-то к ним попроще из-за того, что почему-то, особенно, видимо, сейчас с Brexit будет, хотя кто его знает, но вот раньше, до Brexit, в польских магазинах в Британии можно было раздобыть специфические товары, которые есть в Европе и в США, но в Британии их мало завозят. Типа, например, чипсов Lay’s. Почему-то. Не знаю. Видимо, в Британии это не должно есть chips, оно ест crisps. Chips — это картошка жареная. Как-то так.

Православный crisp.

Так что в Британии к полякам как-то как к таким более хозяйственным, хотя и жадноватым. А вот соседи по Восточной Европе поляков считают за таких, конечно, гордых и часто по делу гордых, образованных, культурных, вежливых, но при этом обидчивых и очень любящих разглагольствовать про то, как их те обидели, и эти обидели, то у них отняли и это. В общем, кругом одни негодяи.

Нет, их можно, в принципе, понять.

Да, действительно. Кто отнял, тот отнял. Зная их историю, тут я достаточно сочувственно отношусь к тому, что у них там творилось.

Так что да. А вот почему их именно считают культурно вежливыми?

У них есть такая вежливая манера употреблять второе лицо, когда обращаешься к кому-то. То есть не «что вы говорите», а «что пан говорит». То есть третье лицо.

Да-да, в третьем лице. Ты прав.

Они это по-всякому высмеивают. Например, у них был такой сатирик Гаłчиньский.

Стереотипный польский гопник называется «дрес». Мужской вариант — это такой парень в спортивном костюме «Абибас». Живет либо в селе, либо в многоэтажке, постоянно матерится через слово, в кепке, лузгает семки. Насчет семок не знаю. В общем, водит либо Volkswagen Golf Mark III, либо «Бумер». Volkswagen Golf Mark III — это аналог нашей «девятки» Лады, а «бумер» есть «бумер». Это для более богатых.

Женский вариант — это «дресиара», обязательно намазанная автозагаром, с пергидрольными патлами, в леопардовых лосинах. Такая же тупая дура. Но это такой местный гопник. Примерно такие же есть во многих других странах Восточной Европы. Мы их тоже упомянем. То есть это как бы не хорошие поляки, которые будут говорить про панов.

А еще поляки считаются за ворье, особенно в Германии. Типа анекдоты всякие: почему русские угоняют в Германии по две машины? Потому что надо же перегонять их через Польшу — там одну угонят поляки.

Смешно, да. В общем, такой какой-то у них противоречивый образ.

А что поляки едят, кстати?

А что они едят?

Квашеную капусту?

Да, они любят бигос. То есть это тушеная квашеная пополам со свежей капуста, с колбасой, копченым мясом, салом, пряностями. Вообще это как бы блюдо литовское, имеется в виду старолитовское, из вот этой панской кухни, потому что литовская кухня, она такая триединая. Но поскольку поляки его очень любят, то оно как-то так к ним тоже.

И еще у них есть жур. Это такой суп на заквашенной муке, ржаной. Похожий есть у белорусов. А еще они любят есть пироги. Из-за чего постоянно все думают, что это то же, что у нас, что русские пироги, и начинают русских без конца тыкать этими пирогами. Причем то, что они называют пироги, — это по-нашему вареники.

Вообще-то да.

Обычные. Почему-то вот так у них как-то выходит. У них есть борщ, причем такой примерно как у нас, и борщ белый, который похож на жур тоже. Он ближе к рассольнику, такой кисловатый на вкус. Есть суп, который пишется как «росул», и это, в общем-то, значит «бульон». По-моему, это не тот рассол, который мы все пьем по утрам. Это такой бульон из курицы с лапшой обычно. Почему-то вот так.

Есть у них супы на крови — чернина, чернополивка. В «Ведьмаке» упоминалось тоже. Любят они поесть колбасу. Краковская — такая типичная для Польши. Из-за этого, опять же, часто путают польскую с нашей и удивляются, что мы любим докторскую, а не такую, типа краковской.

Еще поляки пьют довольно много водки. И пытались даже как-то доказать, что водку изобрели они, а не русские. И пригласили для этого знаменитого кулинара Похлебкина, к сожалению покойного. Он доказал, что поляки использовали водку даже раньше, чем думают сами поляки, но оказалось, что у русских она все-таки появилась раньше и только оттуда попала к полякам. Панство топтало свои конфедератки, рубило воображаемыми саблями блюда с колбасой, но поделать ничего не могло.

А чем интересен язык поляков? Стереотипный.

Много шипящих и свистящих звуков у них там.

Да, из-за чего есть оскорбительное для них название — пшеки. Все еще хуже осложняется латиницей, потому что если все это писать по-кириллице, был такой прожект перевести их на кириллицу. Вот зря они стали упираться, потому что к их языку эта латиница не подходит. Из-за этого постоянно какие-то буквосочетания rz, sz при том, что все читается совсем не так. Например, если написано sz, то это обычное «ш», а если rz, то это «ж». Для того чтобы посмеяться самим над этим, они придумали вымышленного персонажа, которого зовут Гжегож Бженчишчикевич. И это только звучит так относительно просто, потому что по-латинице оно, по-моему, раза в полтора длиннее пишется. Да, вот такой вот непростой польский народ.

А как по-английски сказать «поляк»? Правильно.

Тут есть тот минус, что поляков часто путают с северным и южным полюсами. Но говорить polack не надо, потому что это означает что-то типа «лях», такое словцо. По-шведски, кстати, так и будет — polack.

Поляк.

Интересно. По-моему, в Латинской Америке пришлось даже для них какое-то отдельное словцо для поляек изобретать, потому что то слово, которое раньше у них было, стало ассоциироваться со значением «шлюха». И поэтому они какое-то polesina или какое-то такое для них придумали, чтобы не так обидно было. Как-то получается совсем нехорошо.

На востоке есть еще одна неславянская страна. Это, разумеется, Румыния. Почему она так называется — Румыния? Потому что она Романия.

Да, потому что в честь римлян называется, и сами они себя как бы к римлянам даже причисляют. Язык у них действительно на основе латыни.

Романский, то бишь.

Да, романский. Единственное, что у него, конечно, довольно много всяких славянизмов из-за того, что окружение и довольно большая часть населения… Там, по-моему, когда они имели максимум территории между войнами, у них только 65% населения были, собственно, румыны. Все остальное — это венгры, славяне там всякие. То есть, например, вот «война» по-румынски будет «разбой».

Разбой?

Да.

Прикольно.

Или, например, как будет «выдра»?

«Видре».

Да, вот как-то так у них получилось. Они некоторое время с этим боролись и выгоняли оттуда славянизмы по-всякому. Когда Чаушеску был, они, правда, не на римлян равнялись, а на даков.

Даки, да, действительно там где-то были, в Дакии.

И какой-то там процент у них есть. Еще они имеют сложные взаимоотношения с господарем Владом Дракулой, который как бы был вроде как и герой, а вроде как и злодей. Плюс происхождение у него… Ну да, он как бы был валах, но при этом говорил он на каком-то там славянском языке, я уже сейчас забыл, каком именно, был православным. Он как бы непонятно: свой, чужой, как-то так.

Кстати, по-моему, в Румынской православной церкви это единственная православная община, где священнику говорят «святой отец».

Да, почему-то так. Не знаю. В других местах такого нет. Видимо, с историческими особенностями связано.

Наверное, как-то так. А что румыны едят?

Для меня вообще загадка, что они едят.

Гуманитарную помощь.

Ладно, ладно, это шутка. На самом деле у них достаточно во многом пересекающаяся с другими балканскими кухнями и с турецкой тоже кухня. То есть, например, типичные супы, характерные для них, называются чорба. Это вот как у арабов шурба, у среднеазиатов шурпа или чорпа. Это суп такой густой, обычно на квасу.

Знаешь, как они называют квас, который для супов?

Борш.

Борш. Где-то мы это уже слышали. Как-то вот так. Еще у них есть такие интересные колбасы — мититеи и корницы. То есть без оболочки колбасы, без фарша такие колбасы, которые жарят на решетке.

Да. Еще они любят всякие овощные блюда. Греческая мусака у них тоже употребляется вполне себе.

Из фруктов…

Короче, бухают.

Ну да. Что ж, не без этого.

Понятно. Как и с поляками, у румынов есть такой стереотип про то, что они гастарбайтеры, ездят везде класть плитку.

У нас в России эти молдаване как-то отметились.

Да, а в Восточной Европе и в Германии — румыны. В Италии румын называют цыганами и очень не любят, когда те начинают претендовать на родство с римлянами. Итальянцы от этого испытывают просто бомбеж сразу.

Да, у нас, надо сказать, здесь у каждого выхода из метро, у выхода из супермаркета сидит по чумазому цыгану или цыганке, и они, угадайте, из какой страны все приехали. Как только Румынию пустили в Европейский союз, началось.

Так что да.

Сразу и понаехали.

Понаехали и клянчат деньги. Да, «Бората» как раз в Румынии не снимали, а вовсе не в Казахстане. Потому что в Казахстане его бы в первый же месяц…

Сашу Барона Коэна за такое убили бы.

Да.

Есть у нас братья-славяне, даже я бы сказал, братушки. Всегда на братушек можно положиться: угробить кучу народу, отвоевывая их у турок, или повоевать два раза против них в мировых войнах. В общем, всем хороши братушки, что бы мы без них делали, даже и не знаю, пропали бы.

Так вот, значит, с Болгарией все тоже сложно. Немножко напоминает Венгрию. Просто Венгрию. Что-то я уже начал как-то на болгарский манер разговаривать.

Вошел в роль.

Да. Значит, болгары, они в некотором роде родня нашим татарам. Булгары. Потому что были булгары, которые разошлись на две половины. Одни на Волге обосновались — Волжская Булгария. Это где сейчас Казань, Татарстан, вот это все. А другие ушли на Дунай во главе с ханом Аспарухом и, завоевав там местных славян, начали ими как-то править и постепенно с ними ассимилировались.

Одним из известных персонажей там был хан Крум Грозный, в честь которого госпожа Роулинг обозвала этого Крама, который ловец. Он был бы Крумов, конечно, но ладно. Болгары вообще используют иногда русское имя Муравей.

Муравей?

Да, русское имя Муравей.

Имя?

Да. Дело просто в том, что был такой генерал Муравьев, который их от турок выручал. А они решили, что Муравьев — это как Иванов или Петров, значит, Муравей. И если бы у них у самих было слово «муравей», то они бы поняли, конечно, что это никакое не имя, а насекомое. Но у них это, по-моему, мравка или как-то так. Они поэтому и не поняли.

Ты, Домнин, такую паузу взял, как Борис Николаевич в его лучшие годы.

Я шестерёнками крутил.

Нет, я хотел нагнести.

Нагнести саспенса. Тебе это удалось.

Понятно. Муравьев.

С языком, опять же, он у них кириллицей пишется, и мы у них как раз ту кириллицу почерпнули, когда христианизировались. А изначально у них были руны болгарские, которыми, да, в тюркском, видимо, каганате еще когда-то пользовались. Поэтому так получилось. Сейчас они стараются не педалировать эту тему про то, что там какие-то тюрки, потому что у них там через границу другие тюрки есть. И даже в самой стране тоже 9% турок.

А также есть помаки.

А это кто?

Это как бы «помощники», то есть типа коллаборанты, которые мусульмане, перекрестившиеся.

Да, вот интересно, что они ни турок, ни этих помаков не поубивали, сказав, что, сынку, помогли тебе твои турки?

Слишком долго у них турки просто были.

Да, видимо так. Но в основном это страна православная, причем весьма религиозная. Я общался и учился с болгарами, и они очень любят про православие рассуждать, про всякие теологические идеи тоже разговаривать.

У нас, опять же, из советского наследия до сих пор где-то бытуют поговорки про то, что курица не птица, Болгария не заграница, потому что в Болгарию было легче всего выехать. А у нас в Советском Союзе как-то считалось, что заграница — это туда, куда не пускают. А в Болгарию на Золотые Пески можно было, в принципе, поехать без особых проблем.

В любой момент.

Да. С болгарским языком все непросто из-за того, что читать то, что написано по-болгарски, русскому, в принципе, понятно. А вот когда болгарин начинает говорить, не очень понятно. Хотя у меня был один одногруппник, Николай, который говорил очень медленно, потому что он был такой очень флегматичный парень. Я с ним шутил, что обычно я болгарам говорю: «Можете ли да говорите побавно», то есть помедленней. А он единственный, кому я могу сказать: «Можеш ли да говориш по-бързо», то есть побыстрее.

Еще интересно то, что там, где у нас всякие греко-латинские слова на «г», допустим, там «гипер», они говорят «хипер». Из-за чего, приехав в гостиницу «Гея», можно обнаружить, что ты живешь в здании с надписью «Хотел Гея». Я в таком даже пожил пару дней как-то раз.

А еще полно тюркизмов. Часть — из-за турок, какие-то древние куски остались, видимо, от булгар. Из-за чего они в период, когда мы их освободили, стали с этим бороться и кое-что даже из русского языка начали заимствовать. А если в литературе у них есть какой-нибудь отрицательный персонаж, то он будет постоянно использовать много тюркизмов. Типа что он плохой, нехороший человек.

С именами, помимо этого Муравья, у них еще есть такие заковыки, непонятные для нас. То, что я знавал одного болгарина по имени Никола и другого по имени Николай, — это абсолютно разные имена у них. Николай не любил, когда его называют Никола по привычке у нас в России. Если вы знаете, что кого-то зовут Петя, то это женщина.

Петя?

Да. А если вам нужно какого-то Петра назвать уменьшительно, то он будет Пешо.

Пешо.

Да, на Петю он вам в рыло даст за подозрения нехорошие.

Да. Опять же, про еду. Много таких общебалканских блюд, много овощей, супы, те же самые чорбы тоже есть, всякие шашлыки, кстати, до хрена шаурмы. Есть такие более или менее эндемичные блюда. Шопский салат.

Это как это?

Шопы — это такой субэтнос, по-моему, у них живет в Западной Болгарии, там на границе. Это салат, похожий на греческий. Там иногда может быть даже фета, но вообще там должен быть, по идее, шопский сыр какой-то особенный.

На брынзу похожий, да.

Вот. Есть разные блюда, заимствованные у турок. Например, гювеч — тушенка из овощей такая: картошка, баклажаны. Такое вот стереотипное тюркское блюдо. Есть у них и такое забавно звучащее, как чушка-бюрек. Это не большой чебурек, это перец такой фаршированный.

Я смотрю, перец у них в почете у всех окрестных стран.

В почете, да. Они его любят. Хотя сейчас, на самом деле, даже Болгария уже сама импортирует перец откуда-то там. Все разорили, раздали.

Еще благодаря турецкому и булгарскому прошлому у них распространен суджук. То есть колбаса как бы из конины. На самом деле у болгар она зачастую не с кониной, а с говядиной, но уж как-то так. По вкусу похоже более-менее.

Что-то колбасы мне захотелось теперь.

Я поэтому наелся специально перед выпуском. Знал, что будет много еды со всеми этими разговорами.

Ну и, разумеется, они едят много простого йогурта, как и многие другие соседи, типа тех же греков.

С некоторыми устаревшими стереотипами периодически сталкиваешься. Например, с тем, что они якобы качают головой, когда хотят сказать «да», и кивают, когда «нет». Молодежь сейчас уже так не делает. Просто потому, что молодежь смотрит мировое кино, всякие сериалы на Netflix и все такое, и общается через Skype в видеочатах, и привыкает, как все остальные делают. Просто потому, что так удобнее. Вот поэтому как-то это уже ушло.

Забыли, забыли все.

По соседству с Болгарией и Грецией есть такая страна, которая недавно, до 19-го года, называлась Бывшая Югославская Республика Македония, по-моему, как-то так. А сейчас называется Северная Македония. Что как бы намекает, что есть еще и Южная в составе Греции. Есть даже восточная в составе Болгарии.

Дело просто в том, что есть Македония в смысле область вообще историческая. Есть Македония, которой командовали Филипп и Александр Филиппович, перед тем как пойти бить всех, кто попался. И есть Северная Македония. Она на самом деле занимает северо-западную часть исторической Македонии. И там небольшой кусочек, опять же северо-западный, от Македонии Александра. Большая часть Македонии реально находится в Греции, плюс кусок в Болгарии.

И получались всякие неудовольствия из-за этого. Потому что в Болгарии говорят: да это же просто какие-то болгары, просто какие-то тупые и мелкие, не такие, как мы, большие и умные. Греки говорят: да это какие-то узурпаторы непонятные, понаехали то ли из Сербии, то ли из Болгарии. Македония наша, вы давайте какое-нибудь другое название придумайте.

А сами македонцы, я имею в виду обитателей, собственно, Северной Македонии, имели разные точки зрения. Одни, самые упоротые, говорили: да мы, Александр Македонский был наш, говорил он на нашем македонском, и вовсе он не диалект болгарского с кучей сербских слов, вы все врете. Сейчас мы как соберем гетайров и пельтастов, да как пойдем на вас войной.

Более вменяемые персонажи говорят, что никаких Александров у нас в предках нет, это просто так получилось. Мы не болгары, потому что мы от них отделились и живем давно уже отдельно. Язык у нас свой, на самом деле, не диалект. У нас нет связей ни с ними, ни с теми. И сербы нам тоже просто родственники. И как и болгары, мы сами по себе.

Упоротых это слабо останавливает. Есть, правда, и те, которые говорят: да нет, да мы болгары. Давайте присоединимся к Болгарии. Еще вот отнимем у тех, и у этих, и у турок тоже чего-нибудь. И будет, наверное, Великая Болгария.

Да. В общем, все это очень интересно, но для того, чтобы облегчить себе дальнейшее существование международных организаций, все-таки пришлось переименоваться в Северную Македонию, чтобы греки умерили свой пыл.

Да, потому что Македонию, ныне Северную Македонию, не брали в НАТО из-за этого. Можете себе так представить? Греки категорически отказались быть в одном Североатлантическом альянсе с Македонией.

Подлыми узурпаторами какими-то. Вы кто такие? Мы вас не знаем.

К слову о греках. Греки — народ, конечно, знаменитый. Но, к сожалению, знаменитый в основном всякими былыми свершениями. Все мы знаем про Леонида, Мильтиада, Фемистокла и Перикла. А дальше как-то вот так что-то греки куда-то вообще пропали и всплыли только когда их в XIX веке турки стали резать, а Байрон поплыл их выручать. Так благодаря Байрону про них и вспомнили все.

Да. Дизраэли, кстати, тоже поплыл, но только он поплыл почему-то наниматься к туркам, чтобы давить албанский мятеж. Не знаю почему.

Лучше платили, видимо.

Факт в том, что пока он доехал, там уже всех без него зарезали и повесили, а ему какую-то премию, что ли, дали. Почетную.

Да, за это. В общем, греки до сих пор очень гордятся своей историей, всячески привечают туристов на всяких руинах, которые они любят им показывать, поддерживают в хорошем состоянии. В отличие, например, от египтян XIX века, которые считали, что все эти пирамиды и гробницы — это какая-то жалкая чертовщина, оставшаяся от подлых язычников, и пусть европейцы там хоть по кирпичам растащат, не жалко.

Да уж.

Греки — нет. Они, несмотря на то что от язычества отошли, но все-таки они это ценят. Также они ценят византийское наследие, на которое тоже любят претендовать болгары и даже турки, из-за чего они с греками периодически не очень как-то.

Какой у греков самый знаменитый танец? Как он называется?

Сиртаки.

Сиртаки, точно. Да, древний танец, который был создан в 1964 году специально для фильма «Грек Зорба». Не сказать, что он просто был выдуман на пустом месте, а до этого греки бедные не знали, как танцевать. У них был такой танец — хасапико, по-моему, или хасапико, как-то так. Они его немножко модифицировали под современный лад, поэтому вот они и пляшут.

Стереотипный грек очень много курит, пьет много кофе. Как вообще на Балканах, просто потому что турецкое влияние.

Турки то же самое, я только хотел сказать, делают.

Везде, да. Едят довольно много рыбы, причем зажаривают в совершенно страшном состоянии.

Ох, слушай, я вроде поужинал, а теперь рыбы мне захотелось. Думаю, ну что ж такое. Безобразие.

Да. Еще всех греков поголовно зовут Николаями. Вот всех просто.

Ты будешь смеяться, таки я знаю одного грека Николая.

Ну вот видите, да? На самом деле, типично такое у англичан и у американцев: Nick the Greek или Greek Nick. Такое для них название. Типа русский Ванька, только вот грек у них почему-то.

А второго, которого я знаю, зовут Димитриус.

Ну вот, да. Видимо, как-то так.

При этом греки такие очень консервативно-патриархально-семейственные, в этом смысле похожие на итальянцев. У них тоже там хлопочущие мамаши, которые все время лезут в жизни своих отпрысков, хотя у тех уже свои есть дети.

А что греки едят?

Греческий салат.

Да, который, разумеется, не называют греческим салатом. Они просто называют его салатом. Или деревенским салатом, если это надо как-то подчеркнуть. Есть у них и другой интересный типа салат, лучше, с их точки зрения, салата — тарамасалата. Это такая паста из копченой икры, трески там или какой-то такой же рыбы типа селедки, сбрызнутая лимонным соком, оливковым маслом, с чесноком, с овощами. Они это еще с османских времен ели, потому что османы им отдавали не халяльную эту икру, а они ее пристраивали к делу.

Еще они очень любят дзадзики, он же цацики. Это такой соус. Берешь простой йогурт, в него крошишь чеснок, огурец, укроп иногда. Можно в него макать чего-нибудь или так его есть тоже. Есть у них и всякие супы. Причем даже осталась спартанская похлебка.

Какая? Спартанская?

Ну, кровяная похлебка. И с фасолью там, с какой-нибудь чечевицей. Считается, что это было тру-блюдо для спартанца. На самом деле это такая просто дешевая еда из субпродуктов, которую в Спарте древние ели старики, чтобы мясо оставить боеспособным.

И, конечно, мусака из запеченных баклажанов, под турецким влиянием полученное блюдо. От греков оно расползлось к разным другим.

А сувлаки мы назвали?

Да-да-да. Очень важно, потому что это очень важные такие шашлычки у них. На деревянных шампурчиках, тоже под турецким влиянием. Шиш-кебаб они тоже делают.

А еще у них есть своя шаурма.

Шаурма даже есть.

В Питере говорят шаверма, в Москве шаурма, в Греции говорят гирос.

Гирос, да. А потому что это как в гироскопе, то есть то, что вращается. Если будешь вращать, у тебя все из шаурмы просыпется. В смысле, вращается на вертеле вертикально мясо, и они его нарубают. От типичной шавермы отличается тем, что она часто бывает свиной. Они-то не мусульмане.

Ну да.

Они часто ее кладут именно в питу, отрезанную с одного куска. Они так и говорят — гиропита, чтобы было понятно.

Все понятно, да, прозрачно.

Понятно и прозрачно. И еще одна несловянская и автохтонная держава Балкан — это страна, которая сама себя называет Шкиперия.

Как это?

Шкиперия. К шкиперам не имеет никакого отношения. Почему она так называется, я так и не уяснил. Это какое-то очень древнее название. Для того чтобы было красивше, они свою страну называют страной горных орлов.

Молодцы.

Да-да. Албанцы — это по большей части мусульмане. Правда, в самой Албании есть довольно заметное количество католиков на севере и православных на юге. Нахватались одни от итальянцев, другие от греков. А вот албанцы, которые живут не в Албании, а в Косове или в Македонии, их там, по-моему, процентов 10–15 было, вот эти все поголовно мусульмане, потому что они хотят таким образом отличаться от остальных, чтобы не быть похожими.

Албанцы дали миру некоторых заметных персон. Самый, по-моему, знаменитый — это был Мухаммед Али.

О-о, албанец.

Не тот, который боксер, другой Мухаммед Али. Это который был хедивом, то есть фактическим правителем Египта.

Египетский паша.

Он был настолько крутой, что даже восставал против султана и чуть-чуть его на ножи не поставил. Если бы за султана не вписались внезапно мы…

А мы-то зачем вписались?

За тем, что нам было выгоднее слабый и зависимый от нас султан, чем какой-то Мухаммед Али. Черт его знает, что он там хочет от жизни. Был такой очень интересный и просвещенный относительно мужик, проводил всякую модернизацию. Почему он, собственно, хорошо и развернулся против турок.

Был еще у них такой Ахмет Зогу, который в межвоенный период царствовал до итальянской оккупации, который себя королем провозгласил на том основании, что якобы его предки какие-то там были какими-то королями. При том, что самостоятельная Албания появилась в 1912 году. Вообще, каких он там нашел королей, абсолютно неизвестно. Но в чем ему нельзя отказать, так это в храбрости. Как-то раз у него было покушение, но он вместо того, чтобы плакать или убегать, выхватил пистолет и открыл по нападающим ураганный огонь, обратив их в позорное бегство.

Боевой мужик.

Да. А потом у них был Энвер Ходжа, который переплюнул всех нормальных людей вокруг. Кто-то был титоист, кто-то был коммунист, колеблющийся с линией партии из Москвы, а этот был маоист. Он всю страну объявил атеистической, все храмы разогнал или превратил в склады для оружия и прочих полезных вещей. Потом понастроил огромное количество бункеров. Каждую неделю гонял людей на учения, чтобы они прятались в эти бункеры. Чтобы выехать из страны и вернуться обратно, нужно было пройти через какой-то там дезинфицирующий душ.

Заразу занесет.

И он даже понаставил в маленькой стране на всех ровных местах, а там горы, страна белых гор, понаставил шипов на ровных местах, чтобы, когда вражеские парашютисты будут высаживаться, они насаживались самостоятельно и можно было их только снимать и скидывать в кучи штабелями.

Гениально.

На это добро можно посмотреть в разных местах. До сих пор кое-что не сломали.

В Европе у албанцев имидж бандитов, наркоторговцев, военных преступников, рабовладельцев и черт знает кого. Причем, что характерно, не любит их вообще никто. Никто. Найти кого-то, кто бы любил албанцев, невозможно. И при этом сам не являлся бы албанцем в Европе. И вот серьезно, я вот с кем ни говорю, все их люто-бешено ненавидят. Сербы ненавидят, греки ненавидят, болгары, все, короче, их ненавидят, этих албанцев. Все ненавидят албанцев, как-то так. Я не знаю, как так выходит.

Ну и осталась нам бывшая Югославия. Да, Югославия в целом у мира, особенно у западного, имеет репутацию какого-то такого мрачного места, где все друг друга убили и закопали и совершили всякие военные преступления немыслимые. Причем в основном это как-то к сербам прилипло. Они почему-то объявлены главными негодяями.

Главные преступники.

Да. Хотя сказать, кто там главные, а кто не главные, было бы довольно…

Все хороши, скажем прямо.

Да. Сербский язык, в отличие от болгарского, хорошо понимается на слух русским. Но вот когда они пишут, они как-то странно это пишут. У них какие-то буквы непонятные. У них «ч» в конце фамилии похоже на «аш» какую-то, не поймешь что.

С черточкой.

Да. Значит, они перевернули наш русский триколор и сделали себе свой, прилепив там в угол орла только белого. Как могли.

Да. Вообще там многие — у албанцев, например, черный двуглавый орел, потому что все, кто там живет, все тащат символику Византии. Нам их невозможно осуждать, потому что мы сами тащили символику Византии, потому что мы довольно далеко.

Так же, как и в других балканских странах, заметно турецкое наследие. Опять же, много курят, много пьют кофе. Кафешки там называются кафанами. Любят жареные колбасы и котлеты. У нас в магазинах, например, недавно появились их чевапчичи. Это вот колбаски такие из фарша.

Сербы, конечно, пожрать очень сильно любят. Я один раз был в балканском ресторане, там сербская какая-то была кухня. Количество мясных закусок разнообразных там у них… Серьезно, мы брали блюда здоровенные, причем два мы взяли блюда таких. Там всего подряд было. Это такое, знаете, мясное ассорти. Вам приносят, я не знаю, шесть или семь разных видов каких-то колбас, по-разному приготовленного мяса. Я вообще поразился. Мой приятель-серб, который сидел напротив меня, все это быстро захавал и потом сидел надо мной ржал. Над моими потугами все это дело хотя бы попробовать. Так что у них там полный порядок с этим делом. Особенно с мясным, надо сказать.

Да. Еще у них есть от итальянцев подчеркнутая прошутто, а сербы говорят «пршут».

Да. Они довольно много вина всякого гонят. У нас тут в Москве можно купить вранац. Типа черный. Это виноград какой-то черный такой есть. Любят они также и крепкие напитки. У них такое фруктовое бренди тоже есть — ракия. Болгары тоже его любят.

У сербов, как правило, это сливовица.

Есть такая, да. Но это многие делают. Там чуть ли не у всех народов есть шутка про скупцов. Вообще у большинства балканских народов есть какой-то такой субэтнос там, или регион, или город какой-то, который отличается очень большой жадностью. Например, в Сербии это пирочанцы. Там есть такие на юге страны, все очень жадные. У болгар есть город Габрово, столица Габровской области, про который всяких анекдотов понасочинено. Типа того, что там: сосед, одолжи топор. Нет. Вот черт, придется свой доставать.

Или у них там, значит, нужно было на какое-то мероприятие по две чарки ракии принести.

Да, или по два ведра ракии. В общем, потом попробовали — чистейшая вода. Все принесли. Все подумали: это я принесу, никто не заметит, если я принесу воды вместо ценного продукта.

Есть и самокритичные у них анекдоты. В Габрово турист богатый, и за ним мог. Ему понадобилось срочное переливание крови. Пошли габровцы с подходящей группой и говорят: давай, значит…

Нет, пусть он сперва заплатит.

Он говорит: ну ты что, издеваешься? Он богатый, переливешь кровь — он тебе заплатит.

Говорит: нет, у него потом кровь будет моя, габровская, он не заплатит.

Разумно, разумно.

Да. Или там габровец какой-то повадился, путешествуя по стране, стрелять у всех сигареты и говорить: давай я тебе дам 10 стотинок, это копейки местные, а ты мне сигарету. Все говорят: ну ладно тебе, какие там стотинки. И тут вдруг один говорит: ну-ка давай 10 стотинок. Он говорит: а вы откуда? Он говорит: из Габрово.

Своих не проведешь.

Не проведешь. Мы уж молчим про то, что у всех котов, живущих в Габрово, отрезаны хвосты. У них даже памятник стоит, где такие огромные ножницы сверху, у котов сидят.

Понятно, для чего.

Для того, чтобы, когда дверь закрываешь за котом, поменьше тепла из хаты выходило. Много про них там разных баек веселых.

Да. Значит, и возвращаясь к сербам. Несмотря на то, что они тоже все там большие православные христиане, у них много всякой интересной символики, но простые сербы очень любят тоже ходить в спортивных костюмах «Абибас».

Да. И, как правило, они довольно здоровые лбы.

Это да. Правда, считается, что самые здоровые — это не сербы, это черногорцы. Значит, несмотря на то, что Черногория, она и в оригинале Црна Гора, там гора какая-то не которая гора, а которая лес. А гора по-черногорски, по-моему, планина.

Да.

В общем, сказать, чем именно черногорцы отличаются от сербов, трудно. Сербы обычно говорят, что они дикие, горные и агрессивные. При том, что, например, Борислав Милошевич, он себя ассоциировал как раз с черногорцем, потому что папа у них был Милошевич-черногорец, только мама сербка. А вот младший, Слободан, он как раз был тру-серб.

Так вот, помимо своей дикости и воинственности, черногорцы, как правило, отличаются своей ленью и аллергией на какую-либо позитивную работу. И даже на то, чтобы встать и куда-то там пойти, — это уже целое дело для них. Поэтому все считают, что черногорцы очень ленивые, ничего не хотят делать, хотят только есть, пить и спать, и больше ничего.

Да. И, разумеется, есть их заклятые двоюродные братья — боснийцы и хорваты.

Да. Значит, боснийцы с точки зрения сербов считаются тупыми, но при этом такими более брутальными, из-за чего некоторые сербы даже гордятся тем, что они боснийского происхождения. Что типа они более крутые.

Тру.

Да. А герцеговинцы считаются тоже местными жадинами почему-то. То есть про них анекдоты рассказывают, типа вот как про шотландцев. Типа того, что если ваша газета не перестанет публиковать анекдоты про жадность шотландцев, я перестану одалживать ее у соседа. Примерно такие про герцеговинцев рассказываются. А также они считаются большими понторезами, которые любят рассекать во всяких там золотых цепях и с тюнингованными точилами.

Как-то да, про них так. У меня сложилось ощущение, что они там все такие. Ну, герцеговинцы, ну и сербы в том числе.

Хорваты, правда, хвалятся тем, что зато они всех приучили носить галстук, который до сих пор во многих языках называется как-то так: cravat или вот.

Cravat.

Краватка, как у украинцев. Правда, в современном английском cravat — это скорее шейный платок, а не галстук.

Да-да-да. Но сам факт. Считается, что именно хорватам многие прачечные Европы чуть не были обязаны полным разорением, потому что все стали стирать воротнички гораздо реже из-за того, что галстук повязать — и будет не видно, что он несвежий.

Значит, у хорватов считается тоже, что самые экономные там и скупые — это северные хорваты. А вот которые в Истрии живут, те, наоборот, настолько богатые, что очень расточительные и напоминают итальянцев.

Ох какие.

Да. Поэтому истрийцы всех остальных хорватов считают за нищее быдло, а остальные хорваты говорят, что истрийцы — это зазнавшиеся богатые. То же самое примерно говорят, правда, про жителей столицы Загреба, что они все богатые, всех называют понаехавшими. Для обитателей столичного Загреба есть даже такое словцо — «пургеры».

Бюргеры.

Это как «бюргеры», типа что похожи на австрийцев. На местный лад — пургеры. Поэтому как-то вот не сложились у них отношения.

Ну и последнее — это Словения, у которой репутация таких недоавстрийцев, недоитальянцев, которые не совсем тру.

Как бы и славяне.

Скорее даже недоавстрийцев, потому что они там упарываются очень сильно.

Штрудели.

Штрудели, немецкий язык, всякие там… Любляну называют Лайбахом некоторые особо упоротые. Есть такая группа, кстати, музыкальная.

Да, они кавер на Jesus Christ хорошие делают. И вот единственный славянин, которого я знаю, прекрасно говорит по-немецки, потому что он где-то в Баварии там то ли учился, то ли работал. В общем, жил в Германии. Так что да.

Словацкий, да.

Да, корень у них тот же. Кроме того, и те и другие отделились от какой-то более крупной единой славянской страны. Одни от Чехословакии, другие от Югославии. И те и другие используют евро.

Кстати, да.

В отличие, например, от Чехии или от Сербии.

У чехов кроны, да.

Да-да, до сих пор. Такая у них непростая судьба, но они не заморачиваются и похваляются тем, что у них зато есть замечательная компания Gorenje.

Gorenje, да.

Которая производит хорошую бытовую технику, те же самые плиты.

Это да.

Да. Как мы уже сказали, не прочь себя называть Мини-Австрией. Австрия — хорошая страна, очень уважаемая. Почему бы не быть Мини-Австрией.

Вот такие вот непростые взаимоотношения у восточноевропейцев. Можно найти кучу карикатур, где они друг друга то бьют и режут, то друг с другом в ссоре. То название не поделили, то флаги у них какие-то тоже слишком похожие. Мы надеемся, что все-таки когда-нибудь они все помирятся и обратят внимание, что у них в основном кухня примерно одна и та же, там два-три типа, разные смеси славянской либо с турецкой, либо с немецкой, либо с итальянской. Культуры похожие, скажем прямо.

Уже и языки похожи.

Похожи, да. Так что незачем им ссориться и друг про друга глупые анекдоты сочинять. Пусть живут в мире.

И на этой позитивной ноте будем заканчивать.