В этом выпуске мы рассказываем о программе “Аполлон” - о Море Спокойствия и кратере Декарта, прямом перелете и стыковке на лунной орбите, лунном гольфе и гипотетическом вирусе, Гасе Гриссоме и Баззе Олдрине

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели. В эфире 381 выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами его постоянные ведущие: Домнин.

Я Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Итак, от океанских глубин и их таинственных обитателей мы переходим к теме в некотором роде противоположной. О чем мы, Домнин, поговорим сегодня?

Мы поговорим об американской космической программе «Аполлон». Для тех, кто не в курсе, это когда людей отправляли на Луну.

Итак, в 68-м году, как известно, вышел фантастический фильм режиссера Стэнли Кубрика «Космическая одиссея 2001 года». Просмотревший его президент США Ричард Никсон был очень впечатлен мастерством режиссера и пригласил Кубрика в США, чтобы он руководил группой голливудских специалистов по инсценировке высадки американцев на Луну. И в 1969 году результат их трудов был показан человечеству, введенному в заблуждение относительно того, что американцы якобы побывали на Луне.

Это бред сивой кобылы, да, на самом деле. Начнем с того, что Кубрик не снимал ничего в Голливуде никогда. Он все, включая эту «Одиссею», снимал всю жизнь в Британии. Знаешь почему?

Почему?

Он страшно боялся летать на самолете, поэтому не вылезал никуда из дому особо. И все снимал у себя.

Да. Мы на самом деле поговорим про программу «Аполлон», вполне реальную. Хотя, конечно, про лунный заговор мы скажем пару слов в конце.

Начнем мы с 61 года, когда в космос отправился русский Юрий Гагарин. И своим полетом он не только поддержал все человечество в его стремлении к звездам, но и помог в стремлении к метафорическим звездам президенту Кеннеди, который во многом строил свою критику предыдущей администрации Эйзенхауэра как раз на том, что они все потеряли в смысле космоса, и Советский Союз обгоняет США, а он, Кеннеди, утрет русским нос и тоже покажет, что американцы могут в космос.

После избрания Кеннеди начались оживленные консультации специалистов НАСА и смежных предприятий. И стали думать, как вырвать, если не пальму первенства, то хотя бы продемонстрировать, что в Америке тоже есть порох в пороховницах.

То есть какие были вопросы? Было понятно, что советские ракеты-носители обгоняют американские по мощности, и тягаться с ними сейчас — это проигрышная затея. Запуск многоместного космического корабля на орбиту совершенно точно Советский Союз смог бы и смог в итоге произвести быстрее. Создать космическую станцию тоже, скорее всего, у Советского Союза получится раньше — и получилось. А вот более стратегически отдаленная задача Луны, как ни странно, показалась проще.

Почему? Потому что это совершенно новая техническая задача, для которой придется все делать, если не с нуля, то, по крайней мере, с достаточно низкого старта. И потому у американцев будет, если они сейчас на этом сконцентрируются, некоторая фора. Если не фора, то, по крайней мере, возможность обогнать русских и высадиться хоть и немножко, но быстрее.

То есть получалось так, что для того, чтобы осуществить запуск программы к Луне, все находятся более-менее в одинаковых условиях. Если там, на орбите, уже проиграли, то туда еще можно посоревноваться.

Да. Поэтому Кеннеди так и сказал, что мы решили достичь в этом десятилетии Луны не потому, что это легко, а как раз потому, что это трудно. Он был совершенно прав.

Первой под нож пошла схема фон Брауна, которой до этого руководствовались, — по постепенной колонизации околоземной орбиты, а потом уже выходу к Луне и другим планетам. Это все было сочтено пораженчеством, и поэтому американцы стали экспериментировать с программой «Джемини», то есть «Близнецы». Это был первый этап к серьезному освоению орбитальных полетов и какому-никакому, но пилотируемому полету.

Предполагалось, что в «Джемини» будет находиться не один пилот, а два, и они смогут производить различные действия — как научные, так и чисто технические, управленческие, — чтобы отточить необходимые навыки, приобрести опыт, испытать технические решения, что было программой «Близнецы» достигнуто.

У нас в то же время развивалась программа «Восход». То есть многоместный корабль, который представлял собой увеличенный «Восток». Королёв педалировал эту мысль. Испытывалась в том числе тормозная двигательная установка, которая позволяла управлять кораблем на орбите, в перспективе обеспечить его прилунение.

Да. Так что вывести многоместный корабль с экипажем из трех человек… Там, по-моему, командиром был Комаров. С ним были доктор Борис Егоров и научный сотрудник Феоктистов. Они поснимали Землю с орбиты, и это тоже считалось одним из первых шагов к советской лунной программе.

К сожалению, дальше советская лунная программа стала буксовать по ряду причин. Чуть попозже об этом расскажем. А американцы нарабатывали опыт на «Джемини».

И вскоре после того, как нашим удалось, запустив «Союз» и выведя в открытый космос Леонова, повторить этот опыт, причем в пиар-смысле даже успешнее, просто потому, что у нас снимки Леонова на орбите получились очень нечеткие, черно-белые, не такие красивые, а американцы как раз подошли к этому обстоятельно, у них получились красивые снимки космонавта в открытом космосе. Кроме того, у них прошло в целом более гладко это мероприятие.

Поскольку наш Леонов, выйдя в открытый космос, обратил внимание, что его скафандр раздулся в условиях космического пространства, и ему очень трудно залезть обратно в корабль. Поэтому ему пришлось действовать на свой страх и риск, немного стравить давление, чтобы пролезть. Это было опасно.

Да, это было очень опасно, потому что если стравить давление слишком сильно, то кровь закипит, и все, и кончился Леонов на этом. Он потом говорил, что ему даже дали некую таблетку, чтобы, если его куда-то унесет, оторвет, то он бы мог раскусить и помереть быстро, не мучиться. Не знаю, было такое или нет, это он так говорил.

У американцев было еще одно интересное нововведение. Они дали своему выходящему в открытый космос космонавту своего рода реактивный пистолет, чтобы он мог маневрировать с его помощью, пшикая газом и летая таким образом. Удобная получилась вещь.

Так вот, что могли сделать американцы для подготовки, пока еще беспилотной? Им нужно было ответить на вопросы о том, что из себя представляет лунный грунт. А вдруг лунный грунт такой весь мелкий-мелкий, как зыбучий песок, и попытка на него сесть привела бы к тому, что ты уже провалишься к чертовой матери. Это раз.

Да, нехорошо будет в этом случае.

Да. Второй вопрос. Вот эти кратеры, как считается, остались от падения метеоритов, как теперь мы знаем. А вдруг они не от метеоритов, а от местной вулканической активности? А может быть, хотя вулканической активности мы и не наблюдаем, у нее сохранилась сейсмическая активность, и прилунившийся аппарат из-за какого-нибудь толчка внезапно может быть поврежден или вовсе разрушен? Что тогда?

Поэтому американцы решили сперва запустить программу из трех звеньев: Ranger, Surveyor и Lunar Orbiter. Это были беспилотные аппараты, которые должны были прилуниться и изучить грунт на пригодность посадки тяжелого космического аппарата.

Несмотря на серию неудач, первый Ranger из-за отказа ракеты-носителя не вышел даже на орбиту. Второй тоже. Третий улетел куда-то к черту на рога, а не на Луну. Четвертый, хотя и долетел до Луны, но, как оказалось, сломался еще, пока был в земной атмосфере, и ничего не сделал. Пятый сломался после того, как его запустили, и тоже не попал на Луну. Шестой долетел до Луны, но оказалось, что у него фотокамеры не работают почему-то. В общем, одни неприятности, но американцы не сдавались.

И наконец, седьмой «Рейнджер» в 64-м году попал на Луну и передал целых 4000 снимков.

На все деньги, так сказать.

Да, упасть на нее, по-моему, в районе кратера Коперник.

Китайцы вот на неделе запускали что-то и даже стримили.

Да, да, да. Они даже сели туда.

Да, да, да. Они и сели. Очень интересная вещь, кстати. Я смотрел. Всем весьма рекомендую.

Это показало, что, по крайней мере, при Луне никакой проблемы, которую нельзя было бы решить технически, нет.

Следующим этапом для американцев, да и для наших тоже, стал выбор того, как технически провести полет к Луне. Самый простой способ — это прямой полет. То есть запускаем огромную многоступенчатую ракету из пяти ступеней. Две ступени прогорают при выводе на околоземную орбиту. Вышедшие на орбиту три ступени летят к Луне. Они выходят на лунную орбиту, еще одна ступень прогорела, оставшиеся две садятся на Луну. На Луне они выходят, ставят флаг, фоткаются, садятся обратно, взлетают. Еще одна ступень прогорает, а самая верхняя возвращается на околоземную орбиту, где от нее отделяется спускаемый аппарат и отправляется приводняться в море, где их всех подберут. Круто, да?

Да.

Настолько круто, что сделать такую мега-ракету — это задача вообще не того десятилетия была. И если придерживаться такого плана, стало ясно, что в течение 60-х ни на какую Луну американцы не полетят.

Потому что слишком тяжелая должна быть ракета.

Да, ее надо еще разрабатывать, испытывать. Неизвестно, сколько времени пройдет. Хорошо, если в середине 80-х куда-то долетим.

Вариант номер два — попроще. Выводим на околоземную орбиту с помощью нескольких ракет лунный корабль. Собираем мы его из двух, может быть, трех частей, одной из которых обязательно должен являться огромный топливный бак. На этом топливном баке корабль полетит к Луне, выйдет на орбиту, там опустевший бак выкинут, приземлятся, а с топливом, которое в самом корабле, потом взлетят, доберутся до околоземной орбиты, выпустят спускаемый аппарат — и прилетели.

Это имело то преимущество, что вывод на околоземную орбиту и стыковка там были уже известным процессом, и можно было в относительно безопасных и известных условиях все провернуть. Минус был в том, что корабль, который должен был приземляться на Луну, должен был тащить очень много топлива на себе. И возникали сомнения в том, что топлива хватит, чтобы сесть или чтобы взлететь. В общем, очень много неизвестных получалось при таком подходе.

Так что возобладала мысль, что нужно сделать по-другому. Ракета из трех ступеней взлетает. На лунную орбиту попадает корабль, составленный из трех модулей, которые в свою очередь делятся на две части: материнский, который будет на лунной орбите продолжать летать, и посадочный, который сядет, потом, используя нижнюю свою часть в качестве взлетной площадки, взлетит, пристыкуется обратно к материнскому блоку, и улетят на Землю.

Материнский блок было решено составить из двух модулей: командного и служебного. В командном будут космонавты лететь туда и обратно, а в служебном будет оборудование и двигатели. А третий — это лунный модуль, который за счет того, что ему нужно летать только в космосе и на Луне, можно сделать необтекаемым, таким чисто утилитарным. Это очень удобно с точки зрения техники.

Этот план был сочтен наиболее жизнеспособным и эффективным, началась отработка этого самого посадочного модуля для Луны. Был создан своего рода действующий макет, который выглядел, по мнению самих специалистов НАСА, как летающая кровать. То есть он был на таких четырех ножках, у которых колесики, как от детских кроваток, от всяких тумбочек, от офисных всяких стульчиков. Смешно выглядел, но свое дело он делал.

Таким образом началась программа «Аполлон». «Аполлон-1» должен был быть запущен в качестве тренировочного полета на орбиту при помощи ракеты «Сатурн-1». Это перед тем, как запускать мощную «Сатурн-5», на которой, собственно, к Луне лететь.

И в качестве первого экипажа командиром был назначен Гас Гриссом, который был уже опытным летчиком-космонавтом. Он летал на Liberty Bell 7. Некоторые, правда, считали, что Liberty Bell 7 неудачно приводнился из-за того, что он там что-то плохо сделал, его поэтому некоторое время не допускали до полетов, но в качестве командира экипажа для полета «Аполлона-1» решили взять именно опытного Гриссома. К нему в качестве двух других придали Эдварда Уайта и Роджера Чаффи.

Всякие испытания прошли успешно. И когда 27 января 67 года «Аполлон-1» был готов к взлету, произошла трагедия. Приблизительно в половине седьмого начался пожар. Космонавты закричали изнутри: «Горим, вытаскивайте!» — и стали пытаться открыть люк.

К сожалению, из-за того, что конструкция люка была очень сложной, им даже на испытаниях не удавалось уложиться в 90 секунд, в которые его теоретически можно было открыть, а также из-за того, что атмосфера внутри космического корабля состояла почти из чистого кислорода, спасти их не удалось.

К тому моменту, как наружной команде удалось совладать с дверью, они все умерли от отравления продуктами горения, потому что сильно горючие элементы космического корабля выделяли очень ядовитые соединения, и, к сожалению, Гриссом и другие двое погибли.

Это очень сильно подкосило многих. Нил Армстронг потом вспоминал, что ужасно терять людей в космосе, но еще хуже, когда это происходит у себя дома, на Земле.

Началось расследование, потому что при таких происшествиях, как правило, есть два варианта. Если исключить всякие саботажи и прочие фантастические элементы, это либо грубейшая халатность во время производства, либо очень серьезный конструкторский просчет. Как выяснилось, компания, которая занималась созданием космического корабля, предлагала целый ряд разных решений, которые позволили бы сделать его более безопасным. Это была компания, по-моему, North American Aviation. Когда начали расследовать, почему эти решения не были имплементированы, оказалось, что НАСА систематически отвергало их и настаивало на упрощении конструкции. То есть НАСА своими распредложениями первых трех космонавтов программы «Аполлон» угробило.

Были сделаны выводы. Пришлось поменять всю изоляцию на более устойчивую и нетоксичную при горении, внести коррективы в состав атмосферы внутри корабля и разные другие улучшения сделать. Вот такой получился трагический старт программы «Аполлон». Техника безопасности написана кровью, как известно.

Плоховато было и с советской космической программой. Изначальная идея Королёва была в том, чтобы придерживаться версии со стыковкой на околоземной орбите и путешествием к Луне собранного из трех частей корабля. Предполагалось, что будут запущены три ракеты Н-1, которые выведут составные части на орбиту, там они состыкуются и полетят.

Но другое предложение поступило от академика Челомея. Он был военный ракетчик. Он уже к тому времени создал ракету УР-500 «Протон». Челомей выступил с предложением, что это все не нужно. Вместо этого давайте прямой полет устроим. То есть это самая первая версия, когда взлетает сверхмощная ракета, и она же с Луны потом вернет космонавтов на Землю. Он предлагал построить эту самую мощную ракету УР-700 на основании своей конструкции с «Протоном».

А кроме того, поступали возражения от Глушко. Глушко выдвигал свои идеи касательно того, какое горючее взять, какие двигатели сконструировать. В общем, спор между тремя мастодонтами привел к увязанию советской лунной программы в бесконечных совещаниях, конфликтах, спорах и всяком таком.

Следующей проблемой было то, что в 64-м году дорогого Никиту Сергеевича отправили выращивать кукурузу у себя на даче, что тоже не способствовало стабильности финансирования и руководства. А в 66-м году мы понесли другую утрату: от рака умер сам Сергей Королёв. Тогда он и стал известен широкой советской общественности. Город Калининград переименовали в Королёв. Это не тот Калининград, который сейчас Калининград, бывший Кёнигсберг. Это тот Калининград, который сейчас Королёв в Подмосковье, потому что там ОКБ было расположено. Он стал известен как раз когда умер, потому что до этого он был засекречен. Все его знали только как Главного конструктора, потому что у нас был такой порядок.

Еще одной потерей стала гибель Комарова из-за поспешного, как считается, запуска космического корабля «Союз-1». Там не сработала, по-моему, система торможения, парашют не раскрылся. Спускаемый аппарат колом ударился в землю, и Комаров погиб. Поэтому на Луне, когда американцы все-таки долетели, они оставили табличку с именами своих троих из команды Гриссома и Комарова как жертв космической гонки к Луне.

Несмотря на все эти печальные события, программа НАСА продолжала работать, и в 68 году на орбиту полетел «Аполлон-7» — первый американский трехместный корабль, который должен был испытать, как будет работать командно-служебный модуль, и провести на орбите более 10 дней. Связано это было с тем, что на полет к Луне отводилось трое суток. Еще там надо провести день, чтобы зря не мотаться попусту, и обратно еще трое суток. Но вот получалось больше недели. Нужно было испытать, как оно в космосе будет, если столько времени провести.

Полет «Аполлона-7» омрачился ссорами и конфликтами. Экипаж во главе с космонавтом Уолтером Ширрой поссорился вдрызг с центром управления. Обозвали некоторые из опытов, которые им велели проводить, идиотскими. Справедливости ради скажем, что частью этих опытов было постоянное ведение телерепортажей с орбиты.

Да ладно.

Эту идею в итоге им удалось похерить. А вот остальные не удалось, поэтому они их в сердцах обозвали идиотскими. Из центра управления Ширру обозвали параноиком. В общем, кончилось все это тем, что Ширру, Эйселя и Каннингема, по-моему, отстранили от дальнейших полетов в программе «Аполлон», посчитав за скандалистов.

В оправдание Ширры надо сказать, что в космос его отправили сильно простуженным, и 10 дней мотаться с температурой, насморком и кашлем на орбите, выполняя опыты, — это очень сомнительное удовольствие. Причем все это вскрылось, когда уже взлетели. Простужен-то он был еще на Земле, а плохо ему стало уже на орбите.

Да, не повезло.

Да, не повезло, к сожалению.

И в 1969 году, после последней репетиции, запустили «Аполлон-10». Насколько я помню, он должен был долететь до Луны, выпустить…

Да-да, он действительно долетел до Луны. Он выпустил посадочный модуль, беспилотный, чтобы он прилунился, постоял там, а после этого от него отделился возвращаемый аппарат и пристыковался обратно к «Аполлону-10». Получилось удачно, и было решено, что «Аполлон-11» должен стать, наконец, финальным шагом человека на Луну.

16 июля 1969 года «Сатурн-5» стартовал с площадки А пускового комплекса номер 39 Центра космических полетов имени Кеннеди. Кеннеди к тому времени уже давно лежал в земле, и, памятуя, что это он затеял всю космическую гонку к Луне, в его честь переименовали не только Центр космических полетов, но и даже мыс Канаверал, по-моему, до 70-х годов назывался мысом Кеннеди. В 70-х его почему-то обратно переименовали, не знаю почему.

Командовал полетом Нил Армстронг. С ним был пилот лунного модуля Эдвин по кличке Базз Олдрин и пилот командного модуля, который должен был ждать на орбите, Майкл Коллинз. Все они были по характеру людьми очень разными. Коллинз был такой хладнокровный и сдержанный. Олдрин не случайно назывался Базз, потому что он был такой живчик, очень эксцентричный и бодрый товарищ. Он до сих пор живой, хотя ему 90 лет. И он продолжает радовать публику. А Армстронг, бывший военный пилот, я уж не помню, где он там пилотировал. В ФРГ, по-моему, служил, нас все стерег там, чтобы не напали на них. Армстронг был такой волевой, решительный, военный.

Они очень хорошо, несмотря на разность характеров, стыковались между собой и друг другу доверяли, были готовы положиться. А полагаться им было надо, потому что Коллинз, например, должен был на орбите в это время находиться и потом принимать их обратно.

Полтора раза обернувшись вокруг Земли, они отстыковались от ракеты и полетели, состыковавшись с лунным модулем Eagle, то есть «Орел», к Луне. Трое суток они летели и, наконец, включили тормозную двигательную установку, чтобы войти на лунную орбиту и подготовиться к отделению лунного модуля.

С низкой точки, по-моему, в 13 километров над поверхностью Армстронг и Базз Олдрин отделились и полетели вниз. Олдрин должен был следить за расходом топлива, а сам Армстронг — рулить. Когда они добрались до предполагаемой точки посадки в Море Спокойствия, оказалось, что садиться там нельзя.

Почему же?

А огромные камни. Сядешь — разобьешься среди них к чертовой матери. Это было плохо, потому что топливо-то они рассчитывали на эту точку, а пришлось рулить дальше. И Олдрин внимательно смотрел, отсчитывая секунды до того момента, когда придется прервать операцию, возвращаться обратно на орбиту, стыковаться и лететь на Землю. А иначе они так там и погибнут на Луне.

Но все-таки Армстронгу удалось буквально за 20 секунд до точки невозвращения найти ровное место и прилуниться. Несколько секунд они сидели молча и ждали, не провалятся ли они в грунт. Это означало, что нужно аварийно стартовать и взлетать, пока не засосало. Но оказалось, что ничего не проваливается, грунт держит. Так что космонавты немножко поели, надели скафандры и стали готовиться к выходу.

Лунные скафандры — это тоже очень интересная вещь. Я думаю, многие видели в общих чертах, как они выглядят. Это такой комбинезон с массивным шлемом, с непрозрачным зеркальным с внешней стороны козырьком-визором и со здоровым таким рюкзаком за спиной.

На самом деле этот шлем, который снаружи, — это не сам по себе шлем, это внешний шлем. Он надевается именно для того, чтобы предохранять зрение от слепящего солнца. Там же нет атмосферы, чтобы рассеивать солнечные лучи. Козырек этот подвижный. Его можно поднять, его можно опустить. Поднять — это чтобы, когда ты внутри космического корабля сидишь, нормально видеть. А под ним находится гермошлем, который выглядит, вы будете смеяться, точно как шлемы на иллюстрациях к старинной фантастике. То есть как такая лампочка, надетая на голову. Несмотря на то, что все мы привыкли, что это такой фантазийный шлем, на самом деле гермошлем именно такой.

Под этим шлемом на голову надет шлемофон, примерно как у танкистов такой же, чтобы можно было переговариваться спокойно. На скафандре спереди, на груди, мы можем увидеть несколько клапанов. Некоторые их принимают за тумблеры. На самом деле это не тумблеры, это именно клапаны, чтобы подключать кабели. Слева сверху — это клапан для того, чтобы подавать воду из ранца.

Зачем, как ты думаешь, нужна циркулирующая внутри скафандра вода?

Зачем?

Для охлаждения.

Чтобы они там не изжарились и не замерзли, я так понял.

Это чтобы охлаждаться. Они же на солнечной стороне Луны, правильно? Поэтому вот так. Синенький клапан снизу — это для кислорода, но только не для штатного, а для аварийного. А для штатного почему-то красненький клапан, не знаю уж почему они так их расцветили. Аварийный кислород из-за рециркулятора должен был поступать. Его только в крайнем случае — израсходования или утечки кислорода — можно было включать.

Все прошло штатно. В общем, поев и снарядившись, они вылезли: первым Армстронг, вторым Олдрин, на поверхность. Армстронг сказал свою знаменитую фразу про маленький шаг для человека и огромный шаг для человечества. И стали ставить телекамеру, которая должна была все снимать. Они походили, стали пробовать, как на Луне передвигаются, и пришли к выводу, что ходить в привычном смысле тяжело, надо прыжками такими передвигаться.

Из-за низкой гравитации.

Из-за того, что они сели не там, где рассчитывали, они потратили некоторое время на изучение местности, посмотрели на окрестные холмы и попытались сориентироваться, но оказалось, что из-за разницы восприятия, атмосферы-то нет, все не как на Земле выглядит. Прикинуть расстояние непросто. Эта же проблема была у многих других лунных экспедиций последующих. Одна из них, например, пыталась забраться на гору и бросила эту затею, хотя до цели было всего 30 метров. Они не могли адекватно оценить, сколько им еще лезть.

Поставили американский флаг, упомянутую мной уже табличку с именами четырех погибших, включая нашего Комарова, и позвонили на Землю, где с ними разговаривал Ричард Никсон. Разговор был очень краткий и свелся, в общем, к поздравлению и благодарности по очень простой причине. Приходилось каждый раз по минуте ждать, потому что полминуты, пока сигнал дойдет до Земли, пока там ответят, еще полминуты, пока обратно долетит. В общем, неудобно это — разговаривать.

После этого они стали собирать камни. Им нужно было доставить образцы грунта на Землю, чтобы изучить, из чего, собственно, состоит Луна, какой там грунт. Правда ли, что основная часть камней на поверхности — это остатки от всяких метеоритов, а не собственно лунный грунт, и так далее. Собрав камни и положив их рядом с кораблем, чтобы потом не ходить за ними, они залезли поспать обратно в лунный модуль, повесили там гамаки и стали отдыхать.

Отдых омрачался тем, что внутрь модуля они натащили достаточно много лунной пыли, прилипшей к скафандрам. И оказалось, что в атмосфере из кислорода она воняет примерно как земной порох. Почему-то. Непонятно почему. Так что, когда они наконец стартовали и пристыковали лунный модуль обратно к командно-служебному, им пришлось очень аккуратно скафандры снять и запаковать их в герметичные контейнеры, чтобы не допустить загрязнения пылью командного модуля, где им предстояло лететь обратно.

Чтобы дополнительно обезопаситься, Коллинз включил повышенное давление в командном модуле, чтобы воздух дул оттуда и пыль вся осталась внутри лунного модуля. После этого они его задраили и полетели.

Когда они приводнились, это было уже 24 июля, в Тихом океане, их выловили и подняли на борт корабля, где уже сидел Никсон, чтобы пожать им руки. Но после рукопожатия космонавтов всех троих посадили на три недели в карантин.

Чтобы проверить, не привезли…

Потому что, да, чтобы не оказалось, что из них сейчас вылезут ксеноморфы или еще какая-нибудь дрянь случится, какой-нибудь там умный вирус, который превратит их в зомби и всякое такое. То есть вот обратите внимание на то, как в реальности обустроено обращение с космонавтами, высаживающимися на другую планету, и как это выглядит в идиотских фильмах. Здесь кислородная атмосфера — снимаем шлемы. А зачем нам вообще скафандры и шлемы? Давайте ходить по чужой планете с неизвестной биосферой, одетые, как будто мы косплееры повстанцев из «Звездных войн». Что может пойти не так?

Да, все мы с вами смотрели эти фильмы.

Да, и мы не будем называть их названия, но, я думаю, все и так понимают, о чем мы и о каком именно режиссере.

И не только о нем. Вообще этот идиотский штамп популярен и в других фильмах. Потому что если все делать по уму, как это в реальности обстоит, то получится очень скучно, и непонятно, о чем тогда снимать фильм.

Надо вам сказать, что и дальнейшие «Аполлоны» тоже сидели в карантине. Хотя, по-моему, после «Аполлона-15», если я не путаю, от этой практики отказались, когда стало понятно, что никаких вирусов и ксеноморфов на Луне, похоже, нет.

Вот такой получился знаковый полет. И космонавтов встречали на Земле как героев, возили их на кабриолетах с кортежем, где они махали руками, пожимали руки, посылали воздушные поцелуи, давали интервью и так далее.

Из Советского Союза их, кстати, тоже приветствовали. А, забыл сказать: когда «Аполлон-1» сгорел и привел к гибели группы Гриссома, из Советского Союза тоже прислали весьма искренние соболезнования, упомянув, что любой космонавт представляет собой не страну, а человечество в целом. И поэтому в Москве скорбят так же, как в Вашингтоне и вообще по всей планете.

После того как «Аполлон-11» триумфально вернулся, в НАСА оживились и стали готовиться к запуску следующего корабля, который должен был сесть не в Море Спокойствия, а в Океане Бурь. Если вы откроете карту Луны, то вы обнаружите там большое количество морей, кратеров, цирков, и даже есть одно болото, насколько я помню. А может, и не одно. Я, по крайней мере, говорю про ту сторону, которую нам видно. Я плохо знаю темную сторону.

Кратеры почти все названы в честь разных ученых. Есть, например, кратер Демокрита, есть кратер Гука, который оптик был, есть кратер Декарта, есть кратер Циолковский, по-моему, есть кратер Аль-Мамун, есть кратер Колумб и кратер Магеллан, есть кратер, названный в честь Свифта, и даже почему-то Геркулеса. Не знаю, при чем здесь он. Он, по-моему, никакими научными исследованиями не занимался. Разве что в смысле того, сколько голов у Гидры можно сшибить за один взмах дубины. Но почему-то, да, его тоже упомянули.

Есть, кстати, кратер Кирилл тоже.

Кирилл?

Да. Это не в мою честь. Это был какой-то святой Кирилл. Я уж не знаю, что он там делал.

Прикольно.

Чего-то делал. И есть, да, Океан Бурь. Моря и океаны на Луне, разумеется, это никакие не моря, собственно. Это такие большие ровные участки без кратеров. Из-за того, что они с Земли кажутся темными, потому что плохо отражают свет, их в древности считали морями, а потом решили не переименовывать, раз уж так обозвали.

14 ноября 1969 года — вон они какую скорость развили, видишь, за год у них сразу два пуска к Луне — «Аполлон-12» в составе командира Чарльза Конрада, пилота командно-служебного модуля Ричарда Гордона и пилота лунного модуля Алана Бина взлетел и чуть не был тут же уничтожен, потому что в него попала молния. Дело в том, что ноябрь в окрестностях Карибского моря — это время бурь. Я теперь по некоторым причинам большой специалист в смысле климата Карибского моря. Это был не очень удачный момент, но уж когда полетели, тогда полетели. Молния попала, но ничего, корабль выдержал.

Опять получилось так, что в месте назначения местность совсем не годится для посадки, поэтому Конраду пришлось опять рулить самостоятельно и неподалеку оттуда найти ровное место. После того как они вышли на поверхность, они опять собрали образцы грунта, быстренько их сложили рядом, чтобы, если что-то пойдет не так, можно было покидать их внутрь и улетать в аварийном порядке.

Немного отдохнув, они приступили к прогулке в целый километр для того, чтобы собрать другие образцы и попробовать оценить происхождение ландшафта, чтобы было понятно, какие образцы откуда. Оказалось, к сожалению, что это с Земли казалось легко отличить. На самой Луне очень тяжело понять, где что, поэтому брать пришлось бессистемно.

Именно по этой причине космонавты, когда ходят по Луне, оставляют отпечатки. Несмотря на то, что теоретически в безводных условиях лунного грунта этого быть не должно, за счет липкости следы держатся. Кроме того, оказалось, что камера, которую они возили с собой, притащила с Земли бактерии, которые прекрасно перенесли лунные условия и в живом состоянии вернулись на Землю. Такой получился незапланированный эксперимент.

Кстати, камеры, которые им дали еще с «Аполлоном-11», замечательные камеры. Их важной особенностью является то, что они работают как пистолет. То есть ты одной рукой держишь, нажимаешь на кнопочку, и она щелкает. Это очень важно просто потому, что на Луне орудовать в скафандре сразу двумя руками с оборудованием тяжело. Особенно с таким маленьким, как камера. Вот поэтому сделали такую камеру-пистолет. Отличная штука оказалась. Попользовались, так сказать, ей на славу.

Другим интересным тоже одноручным оборудованием был специальный захват для того, чтобы собирать камни и образцы грунта. Выглядит он знаешь как что? Вот прибор, которым яблоки с деревьев срывают. Длинная ручка, и у нее такие грабельки, как садовые, только как щипцы. Ты дергаешь за веревочку или за ручку тянешь, они захватывают, и тянешь, и яблоко срывается. Вот такие же дали космонавтам из программы «Аполлон». Оказалась очень удобная штука.

После того как два запуска прошли так здорово, практически без сучка и задоринки, казалось, что ничто не может омрачить будни программы «Аполлон». Так что в апреле 70-го года к Луне отправился «Аполлон-13» в составе опытного командира Джеймса Лавелла и новичков: пилота лунного модуля Фреда Хейза и пилота командного модуля Джона Суайгерта. Там должен был лететь хоть другой мужик, но он приболел, в общем, Суайгерта выпустили на замену. У них вообще у всех был дублирующий экипаж, разумеется. И в случае с «Аполлоном-13» дублирующему экипажу пришлось сыграть гораздо более важную роль, чем он собирался.

Дело в том, что практически когда они долетели до Луны, прошло уже 56 часов их полета, была передана с Земли команда произвести штатное перемешивание содержимого кислородных и водородных баков.

Как ты думаешь, зачем нужно такое перемешивание?

Водичку чтобы получить?

Нет. Водичку получить им было не нужно. Это им было нужно как окислители топлива. Дело в том, что в условиях невесомости кислород в баках начинает расслаиваться. Это не то чтобы очень плохо само по себе. Дело просто в том, что датчики, которые должны его отслеживать там, начинают дурить и показывать все время разное. Чтобы этого не было и не прохлопать на самом деле какую-нибудь опасную проблему с баками, было велено все перемешивать. Там внутри каждого бака две таких мешалки типа миксера. И когда Лавелл стал перемешивать, он услышал громкий хлопок.

Это всегда плохо.

Нет, вообще изначально Лавелл с укоризной посмотрел на Фреда Хейза. Потому что Хейз уже успел немножко пошутить над своими коллегами. В начале полета он там какой-то клапан открыл, тоже раздался бабах. Его за это отругали, он пообещал, что так не будет. В этот раз его уже собрались серьезнее отругать, но обнаружили, что Хейз сам как-то не выглядит очень веселым.

И тогда Суайгерт передал на Землю свою знаменитую фразу, которая звучала как: «Хьюстон, у нас проблемы!»

Да, да.

Да, это, конечно, звучит забавно, но это реально страшно, если на месте этих людей.

Нет, особенно после того, как Лавелл поглядел в иллюминатор и обнаружил, что из корабля бьет струя газа в космос.

После того как они вместе с центром управления прикинули, что происходит, они поняли, что командно-служебный модуль, точнее сам служебный модуль, по какой-то причине разрушился. Если бы командный модуль разрушился, то уже бы никто ничего не передал. Они предположили попадание какого-то метеороида, а потом оказалось, что это скорее техническая неисправность. Сильно падает кислород, и электроэнергия тоже начинает падать.

Центр управления тут же запретил им производить какую-либо высадку на Луну. В таких условиях было велено возвращаться. Это очень легко сказать: возвращайтесь. Вот только как? Все же спланировано так, чтобы прямо вот по ступеням прошло, а если посередине дела начать вносить нештатные изменения, да еще на неисправном корабле, неизвестно, что из этого получится.

Да уж.

Было решено обогнуть Луну, облететь ее и с другой стороны вылететь и двинуться к Земле относительно штатным порядком. Просто потому, что на командно-служебном модуле не было столько топлива, чтобы вот так развернуться и сразу полететь. Запас энергии и кислорода на модуле был всего на несколько часов. Это означало, что пока не будут облетать Луну, он просто кончится, и можно уже никуда будет не лететь.

Пока все это выяснялось, дублирующий экипаж был поднят по тревоге и побежал срочно садиться в тренажеры и модели, чтобы попробовать воспроизвести происходящее и найти какой-нибудь способ все поправить. Было объявлено, что в дело вступает план «Спасательный плот», и все срочно перебегают в лунный модуль, который будет играть роль спасательного отсека. Туда надо было перетащить всю еду, чтобы чем-то питаться по дороге домой. И кое-как нештатным образом этот дублирующий экипаж начал втыкать непредназначенные для этого шланги в лунный модуль. И оказалось, что все вроде нормально работает, хотя и не совсем так, как должно.

Все запасы кислорода и электроэнергии перенаправили на лунный модуль, заперлись там. Командно-служебный модуль отключили, чтобы он не тратил зря ценные ресурсы. Ну и стали молиться.

Лунный модуль, разумеется, к тому, чтобы в нем летать вокруг Луны, а потом возвращаться домой, был совершенно не предназначен. Начнем с того, что он вмещал только двух человек. Третий-то должен был на орбите сидеть и ждать их. Итого они должны были там пробыть максимум двое суток. А до Земли надо было лететь трое суток, да еще и вокруг Луны облетать несколько часов. Так что там очень быстро стало сыро и довольно холодно.

Кроме того, оказалось, что химические фильтры, рассчитанные на очистку от углекислого газа, который они надышали, вообще-то должны были справляться с количеством газа, произведенным двумя космонавтами. А тут их трое сидит.

Кое-как рассчитав свой маневр, им приходилось это делать, глядя на звезды, ориентируясь по ним. Экипажу удалось вручную скорректировать курс корабля, что было трудно из-за того, что неисправный служебный модуль вызывал постоянные вибрации корабля и сбивал его вращение. Так-то он должен вращаться ровно, с заданным шагом вращения, а так он болтался, как бог на душу положит.

Кое-как, абсолютно виртуозно распорядившись имеющимися крохами топлива для маневрирования, экипажу «Аполлона-13» удалось взять верную траекторию, опять же глядя по звездам, где они находятся, и добраться до Земли 17 апреля того же года.

В центре управления все пребывали в очень нервном положении. Потерять еще троих человек в космосе из-за неполадки им совершенно не хотелось. Сохранилось большое количество фотографий напряженной атмосферы в центре управления. Все сидят, вытаращив глаза в мониторы, молчат, стараются не двигаться, стараясь ничего не испортить неосторожным движением. Хотя, конечно, иллюзии, но человеку это свойственно. Кто-то нервно пытается вслепую чиркать спичками, чтобы закурить. В общем, картина, конечно, страшная.

Когда они сели, наоборот, в центре управления началось ликование. На фотографиях все прыгают, машут руками, показывают друг другу разные победные знаки. Так что в НАСА принялись за работу над «Аполлоном-14», который должен был спасти престиж специалистов аэрокосмического агентства и показать народу что-нибудь бодренькое.

Экипаж тоже хотел показать бодренькое, поэтому они тайком протащили на борт самодельную клюшку и шарик для гольфа. Вообще-то таскать на борт хрен пойми что было не велено, но многие из американских космонавтов это делали. Например, летавший по программе «Джемини» вместе с покойным Гриссомом космонавт Янг, он участвовал в более поздних запусках команды «Аполлон», принес на борт сэндвич с солониной, и они его там стрескали. За что на Земле Янг тут же получил по башке. Чтобы не таскать непредназначенную для орбиты еду в невесомость. Вообще-то это довольно опасно. Какая-нибудь крошка куда-нибудь забьется, и приехали.

Экипаж «Аполлона-14» состоял из уже известного нашим слушателям по выпуску про начало пилотируемой космонавтики Алана Шепарда, который суборбитальный полет произвел и является пионером американской космонавтики. Его долго держали на Земле, потому что у него какая-то болезнь уха была, но он вроде как выздоровел к 70-му году, и в 71-м поэтому он на «Аполлоне-14» полетел. Под его руководством было двое новичков: Руза и Митчелл.

Старт прошел нормально, но вот когда они стали готовиться перестыковываться с лунным модулем, это не получилось. И второй раз не получилось, и даже пятый раз не получилось. Только с шестой попытки.

А, чего-то забарахлило со стыковочным оборудованием.

Только с шестой попытки им кое-как удалось наконец состыковаться. И при снижении на Луну лунный модуль продолжал дурить. Но вроде как нормально сели. Шепард и Митчелл пробыли на Луне больше суток, поиграли в гольф, тоже собирали камни, поставили там научное оборудование и попробовали поиспытывать лунный грунт сейсмическими средствами. То есть, проще говоря, пробурили дыры, заложили в них бомбы, взорвали их и сейсмометрами считали эхо от взрывов, что позволило оценить, что там в глубине. Это были ценные данные.

Они попытались подняться на ближайшую гору, но, к сожалению, там был очень крутой подъем, поэтому они 30 метров до вершины не дошли. Когда они вернулись на Землю, они стали последними, кто был подвергнут карантину. После «Аполлона-14» уже их не сажали, потому что было решено, что никаких там вирусов и ксеноморфов нет.

«Аполлон-14» был интересен не только тем, что они поиграли в гольф, но и тем, что они попытались произвести более-менее глубокое бурение. К сожалению, оказалось, что они сели на очень твердом участке грунта, неудачно получилось, так что бурение пришлось отложить до следующих пусков.

Почувствовав новую уверенность, НАСА решили, что настало время опробовать на Луне какое-нибудь транспортное средство, а не гонять космонавтов на своих двоих все время. Поэтому «Аполлон-15» был улучшен. Там были всякие новые приборы, позволявшие производить более серьезные научные изыскания, но главное — они взяли с собой лунный вездеход, который для них спроектировала компания Boeing.

Вездеход маленький, похож на карт. Шины у него были сделаны из плетеной проволоки, на которую были наклепаны металлические уголки для сцепления. Они опробовали прототипы во всяких американских пустынях. Пришли к выводу о том, что такие колеса наиболее удобные. Он питался от электрических аккумуляторов, одноразовых, разумеется, потому что обратно тащить его не предполагалось. Имел свою антенну, свои камеры и нес на себе несколько мешков, куда предполагалось складывать грунт.

Кроме того, он был очень прост в управлении. Поскольку, как я уже сказал, двумя руками на Луне в скафандре орудовать трудно, рулевого колеса у него не было. Вместо этого вездеходик управлялся с помощью такой Т-образной рукоятки, очень удобной, одной рукой. Вперед, назад, наклоняешь влево-вправо — он и едет себе.

Этот вездеходик космонавты опробовали в земных условиях, но оказалось, что на Луне он ведет себя не совсем так, и пришлось им некоторое время приноравливаться, потому что задние колеса как-то не так работали, как это происходило на Земле. Сам вездеходик крепился с внешней стороны лунного модуля днищем наружу, чтобы его не повредить случайно. И когда они прилунились, они его сняли и поставили на колеса. Удобно, потому что на Луне очень низкая гравитация, и они стали кататься.

Несмотря на то, что штатной скоростью для вездеходика было 10 км в час, им удалось в процессе опытов разогнать его до 18. Как-то они так решили погонять, так сказать, на Луне. Даже жалко, что его пришлось там оставить.

«Аполлон-16» возглавлял тот самый Джон Янг, который с бутербродами. С ним были Томас Маттингли и Чарльз Дьюк. Они интересны тем, что уже участвовали в спасении «Аполлона-13» как тот самый дублирующий экипаж, который придумал, каким образом можно приспособить лунный модуль в качестве спасательного и перенаправить туда ресурсы. Такие вот серьезные были парни.

Перед «Аполлоном-16» ставилась следующая задача. Доселе все высадки осуществлялись, так сказать, в морях. Надо было теперь понять, каким образом устроены лунные горы. Вот каким образом они сформировались. Если кратер образован от падения метеорита, это понятно. До этого была идея, что это могут быть вулканы, но, по всей видимости, в основном это метеориты. А от чего тогда получились горы на Луне? Может быть, это такие края очень больших кратеров? Или, может быть, это вулканического происхождения горы? Короче, непонятно, что с ними.

И поэтому «Аполлон-16» отправился на так называемое плато Декарта. Если вы откроете карту, вы обнаружите, что плато Декарта — это участок к югу от Моря Спокойствия. Рядом с кратером, собственно, Декарта, рядом там еще кратеры Кант, Линдсей, Тейлор, Ибн Рушд там сбоку тоже, и, кстати, Кирилл этот самый к востоку оттуда пристроился.

Что им удалось сделать? Они подобрали самый большой камень из когда-либо подобранных на Луне, весом почти в 12 килограммов. О да. Еще интересно, что им удалось понять, что идея дать космонавтам пакетики с апельсиновым соком, чтобы его периодически попивать, пока ты ходишь, очень неудачная. Эти трубочки постоянно то протекают, то забиваются мякотью, то еще чего-то с ними происходит, короче.

То загрязняют природу на Луне.

В общем, да, казалось, что это не очень. Еще им удалось взять образцы почвы, на которые более миллиарда лет не падал солнечный свет. Они нашли такой здоровый камень, который отбрасывает тень. Поскольку тени на Луне постоянные, они из-под тени там накопали этой пыли и привезли обратно на Землю. Такая вот уникальная…

Спецоперация.

Да, уникальный такой получился план.

И последним стал «Аполлон-17». «Аполлон-17» под руководством Юджина Сернана, которому помогал пилот командного модуля Эванс и, что интересно, геолог по фамилии Шмитт. До этого им просто преподавали некоторые начала геологии самим космонавтам. Теперь они решили послать дипломированного специалиста туда.

Они приземлились в районе кратера Тавр-Литтров и попробовали изучить последствия вулканической активности на Луне. Им удалось обнаружить очень интересную полосу почвы, которая, в отличие от серой лунной поверхности, имела отчетливо оранжевый цвет. Поковыряв ее, космонавты установили — это Шмитт, разумеется, с геологическим образованием установил, — что это, очевидно, местный обсидиан.

Обсидиан?

Вулканическое стекло, да. Оранжевенький, кажется.

Да, на Луне почему-то он оранжевый.

Кроме того, они обнаружили, что в так называемых масконах на Луне более сильная гравитация, то есть ощутимо более сильная. Шмитт сделал из этого предположение, что под этими масконами расположены более плотные слои лунной коры. Поэтому там такая гравитация.

И на этой оптимистической ноте «Аполлон-17» вернулся на Землю, на чем лунная программа была триумфально завершена. На Луне с тех пор человек не бывал. Хотя там, конечно, китайцы теперь прилунились, и смотрят, возможно, в ближайшие десятилетия человеческие ноги опять будут ходить по пыльным дорожкам Луны. Но пока этого не происходит.

Зато пыльные дорожки Луны виртуально месят разнообразные конспирологи, которые доказывают, что никакой лунной программы на самом деле не было, и все это обман, который замыслило правительство США.

Правительство скрывает.

Да. Надо вам понять вот что. Конец 60-х и 70-е, когда эти самые бредни расцвели пышным цветом, — это очень непростой период для внутренней жизни США. То есть примерно сравнимый, наверное, с тем, что у них сейчас творится во внутренней политике.

А «Уотергейт»-то у них не тогда был?

Именно, да. Тут тебе «Уотергейт». Тут тебе неудачная война во Вьетнаме, резня в Сонгми и прочие неприятные вещи, всякие make love not war. Борьба за гражданские права. Раскрытие секретного проекта ЦРУ MKUltra о том, как там промывать мозги и всякое такое творить. Короче, в общем, власти скрывают, режим злоумышляет. Вот такие были настроения тогда. И ничего удивительного, что практически сразу после возвращения экипажа «Аполлона-11» бурным цветом расцвели разнообразные спекуляции.

По-моему, первой книгой, которая рассуждала о невозможности путешествия на Луну, стала книга некоего математика по фамилии Крейни.

Крейни?

Крейни, да, который крайне скептически относился к самой возможности полета на Луну на тогдашнем техническом уровне.

Следующей стала книга некоего Билла Кейсинга. Это такой известный городской сумасшедший в США, который издал в 76-м году книгу «Мы никогда не были на Луне». Значит, что в страхе перед советской лунной программой, на самом деле действительно, «Аполлон-11» взлетал там чуть ли не в постоянном ужасе от того, что еще пять минут — и Советский Союз объявит, что очередной космонавт побывал на Луне, выпил там водки и привез фотографии, и все, что США совершенно уничтожены в космическом смысле, и лучше переоборудовать мыс Канаверал в луна-парк и на этом забыть про какие-либо ракеты.

Такое действительно было из-за того, что советская лунная программа была сильно засекречена, и вообще даже не признавали, что она была когда-либо. У нас была такая позиция, что мы никакие пилотируемые полеты и не планировали, а хотели типа послать туда чисто необитаемые всякие модули, луноходы и тому подобное, чтобы не терять престиж.

Так вот, Кейсинг доказывал, что вот американский флаг на фотографиях развивается. Что это потому, что его треплет ветер, а ветра на Луне, как известно, нет, и что это все доказывает. На самом деле американский флаг там не развивается, он просто испытывает…

Качается он.

Да, он качается из-за того, что им не удалось его поднять на нужную высоту. Он поэтому немножко кривой у них получился. Из-за этого по нему пробегают морщины. Почему эти морщины так долго не затухают? Вот потому. Атмосферы нет.

Нет сопротивления воздуха.

Чтобы они затухли, там, наверное, пришлось бы сидеть дня два или три.

Дожидаться.

И понеслось. В 77-м году вышел фильм «Козерог-1», как бы пародировавший программу «Аполлон». И там американцы фальсифицировали свою экспедицию к Марсу. Фильм этот прославился так, что кадры из него постоянно всплывают в разных жульнических документалках, доказывающих правительственный заговор, как, типа, настоящие кадры с фальсификацией, снятые в Голливуде, власти скрывают и так далее.

Как правило, во всех этих произведениях одни и те же аргументы. Во-первых, всякие следы ретуши на фотографиях тут же объявляются признаками подделки, монтажа и всякого такого. На самом деле ретушь — это норма жизни. Как вам сказать, когда вы фотошопите изображение, то не обязательно, что вы будете делать уже талию, убирать прыщи и тому подобное. Это может значить, что вы просто немножко резкости прибавите, контраст поменяете. То есть это не обязательно, что вы что-то фальсифицируете. Вы просто делаете изображение более красивым и понятным глазу.

Другие доказывают, что, когда на этих самых фотографиях видно подпрыгивающих космонавтов, они недостаточно высоко прыгают. Прыгать они должны чуть ли не на высоту пятого этажа в условиях гравитации, которая ниже в разы. Тут надо учитывать, что это если бы вы в трусах там прыгали, то да, наверное, действительно высоко бы получилось. А в громоздком скафандре, внутри которого атмосфера и жесткая структура, это все не позволяет особо распрыгаться.

Он тяжелый просто.

Конечно. С этого нужно начинать. Сам скафандр весит. В нем вода, как я уже сказал, кислород. Он тяжелый, этот ранец. Многослойный он опять же. Ботинки, кстати, тоже. Там на, собственно, ботинки скафандра еще сверху такие гамаши надеваются, типа бахил, потому что они опасались, что наступишь на какой-нибудь острый камень — и все, приехали.

Что ракета-носитель «Сатурн-5», которую они создали, не могла долететь. Это аргументы такие, типа вот, что египтяне не могли построить пирамиды, потому что сами скептики не могут построить даже забор нормальный у себя на даче. То, что пирамиды существуют, это автоматически означает, что никто ничего подобного не может. Конечно, египтяне тупорылые были, очевидно.

Да. Не могли ничего построить.

И не могли.

Еще одна группа аргументов сводится к тому, что нужно же пролетать через пояса Ван Аллена радиационные. И там либо сами космонавты уже превратятся в гуля из Fallout, либо пленка в фотоаппарате окажется засвечена. Начнем с того, что версия про пленку, да, такая была, но, как показал полет советской станции «Луна-3», ничего такого не случилось. Фотоаппарат долетел куда надо, сделал фотографии, передал их по радиосвязи на Землю, и все прекрасно получилось, ничего не засветилось там.

Обследование космонавтов на предмет облучения показало, что они где-то полпроцента предельной дозы радиации хватанули. Но если пролетать быстро, как они это делали, а не сидеть в этих поясах по неделе, то ничего страшного случиться не должно. Опасным для человека пояс Ван Аллена в случае его быстрого прохода не является. Так что этот аргумент тоже полная чушь.

И, наконец, самые крутые — это: почему же Советский Союз в таком случае не разоблачил наглый обман империалистических хищников? Не объявил об очевидном банкротстве американского империализма, не способного на то, чтобы запустить человека нормально на Луну?

Вариант первый: Советский Союз не сразу понял, а потом уже было поздно. Что значит потом было поздно? Никогда не поздно. Для конспирологов почему-то до сих пор не поздно, а для Советского Союза поздно было.

Второе: Советский Союз заключил сделку с США. Какую сделку? Есть разные версии. Первая: уступите нам то и се. Этим обычно объясняется, почему в 70-е была эпоха разрядки. Не гоношитесь, а то мы как всем тут расскажем. Но когда в 80-е годы разрядка кончилась, началось опять жесткое противостояние, почему-то никто ничего никому не рассказал, хотя как раз следовало бы.

Другой вариант: Советский Союз был подкуплен, и сделка заключалась в этом. То есть что Советскому Союзу отдадут европейский нефтегазовый рынок за право дружбы и все такое прочее. Доходило даже до того, что советское руководство в Политбюро было подкуплено какими-то там секретными подарками.

У меня есть вопрос. Какими подарками американцы могли подкупить Политбюро? Чего у Политбюро не было такого, что бы они могли хотеть и не могли бы получить, а американцы могли бы им дать? Для меня это загадка.

То есть, если… Знаете, это все сочиняют персонажи, которые воображают, что в Советском Союзе там даже Политбюро живет в бараке, ходит в ватниках и ушанках, ездит верхом на медведе. У меня других версий нет. Потому что у Политбюро было все, о чем можно пожелать.

И даже чуточку больше.

Да, наверное, они уже даже не знали, чего бы им еще такого хотеть себе.

И, наконец, самая упоротая версия — то, что сам Советский Союз либо не существовал вообще и был придуман американским правительством, чтобы запугивать народ коммунизмом, либо он на самом деле был просто таким марионеточным режимом американского правительства, в котором умышленно создавался такой злобный коммунизм, чтобы создать образ врага.

Так мы, Домнин, с тобой к психиатру попадем, если будем утверждать, что нас нет.

То есть да, ребят, нас нет, мы придуманы американским правительством, и подкаст наш тоже придуман американским правительством, чтобы…

Прикрыть.

Чтобы внушать американскому народу страх перед врагом. И даже русский язык тоже выдуман правительством США, а на самом деле представляет собой просто бессмысленный набор звуков и никак не переводится.

Брат жопа.

Вот да, то, что обычно пишут в американских произведениях на стенах. Всякие там «стужа опасений», «гаситель порошок одеяла», «при пожаре воруй и убивай, про гусей не забывай». Все сходится, ребята. Теперь наконец-то понятно, почему. Наконец-то объяснение найдено.

Да.

На самом деле Советский Союз, конечно, как мы уже сказали, следил, смотрел и сам пытался, но в 68 году было проведено совещание с участием руководства КБ-1 и других больших людей, на котором было предложено не надрываться зря, а заняться тогда беспилотными полетами на Луну — раз, и созданием космических станций на орбите — два, что, собственно, и было сделано в 70-е годы. «Союз — Аполлон» и все такое прочее. Станция «Мир» и тому подобное.

Тем не менее весь этот бред до сих пор живется. Несмотря на то, что самым простым образом его можно опровергнуть, даже сидя на Земле и никуда не летая. Просто посветив лазером с Земли и попав на оборудование, которое американцы там оставляли. Оно, во-первых, имеет всякие там солнечные батареи и прочие отражающие части, а во-вторых, они использовали уголковые отражатели, я так понял, для ориентировки на местности, чтобы было видно, где чего, когда смотришь с Земли по отражению света. Если на них посветить, то все будет видно хорошо.

Но я уверен, что этот бред не будет опровергнут, даже если, я не знаю, завтра Роскосмос полетит на Луну, высадится в Море Спокойствия, найдет там этот американский флаг, снимет его и привезет обратно в Москву. Это все равно никак не повлияет на конспирологов, поскольку вот таковы загадки человеческого мышления.

Интересно, что в США эта версия является очень маргинальной. Там колеблется между 5 и 10% населения, кто в это верит. В Британии где-то 15–20% в это верят. А в России почему-то за последние 20 лет число верующих в это удвоилось. Если 20 лет назад верила примерно четверть населения, то теперь каждый второй, как считается, считает, что лунный заговор — это все обман и никуда они там не летали.

Кошмар.

Да, полный кошмар. Между прочим, это опровергают как космонавт Леонов, так и президент Путин. Я думаю, что они разбираются лучше, чем кто бы то ни было, потому что один был в космосе, а другой чекист. Я как-то верю им больше, чем каким-то психам из США, утверждающим, что нас нет и мы придуманы американским правительством.

Доходит даже до анекдотических примеров, когда, по-моему, году в 12-м, что ли, к Баззу Олдрину… Или когда это было. Короче, ему 70 лет тогда было. Наверное, это все-таки в начале нулевых было. К нему пристал в Беверли-Хиллз какой-то конспиролог очередной. И обозвал старичка трусом и лжецом.

Трусом и лжецом?

Да, да. Поскольку Олдрин, как мы уже сказали, не случайно носит кличку Базз, такой весь живой и энергичный, поэтому дедушка подскочил и пробил с вертушки в щи, пояснив словами: «Ненавижу конспирологов».

Удивительно крепкий дед, до сих пор жив, да, 90 лет человеку.

Класс.

Да, я думаю, что он и сейчас мог бы пробить с вертушки в щи, поэтому к нему с тех пор больше не пристают.

Правильно.

Да, так что мы убеждены в том, что американская программа «Аполлон» была, что она достигла очень впечатляющих результатов и показывает, каких смелых целей может достичь человечество в целом и американцы в частности.

Будем надеяться, что в ближайшие десятилетия мы опять вернемся на Луну, только на этот раз не поиграть в гольф и не собирать камни, а чтобы там что-нибудь такое построить интересное. Например, радиотелескоп. Потому что Луна для радиотелескопа подходит очень хорошо.

Догадываешься почему?

Атмосферы нет.

Конечно. Атмосферы, во-первых, нет, а во-вторых, Земля не мешается. Потому что Земля создает всякий ненужный фон совершенно для радиотелескопа. А там ни атмосферы, ничего. Очень хорошо вообще все видно. Очень хорошо можно изучать Вселенную.

Так что будем на это надеяться, что когда-нибудь мы превзойдем успех орбитального телескопа «Хаббл» и поставим на Луне стационарную версию. Будем туда летать.

И на этой оптимистической ноте выпуск завершаем.