В этом выпуске мы вспоминаем югославские войны - Слободана Милошевича и Карлу дель Понте, осаду Сараева и резню в Сребренице, этнические чистки и торговлю органами, бомбы НАТО и трибунал в Гааге.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели! В эфире 340-й выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами его постоянные ведущие: Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Итак, от темы такой, скажем так, бюджетно ориентированной и про деньги в некотором роде, мы переходим к теме гораздо более любопытной и неоднозначной. Вот у нас тут был недавно выпуск про Илона Маска, и ты, Домнин, не поверишь: к нам пришёл всего один сторонник церкви Святого Маска и сказал, что мы там наговорили всякой ерунды, и вообще Starlink-то на самом деле запущен, и мы с тобой ничего не знаем, и интернет уже давно по всей планете спутниковый.

Да, вероятно, да. Человек забыл просто упомянуть, что весь этот Starlink находится в тестовом режиме до сих пор, что, собственно, мы и имели в виду. Может быть, мы как-то там не совсем корректно выразились, но тем не менее.

Понимаешь, ты же понимаешь, что всё это абсолютно аннулирует всё, что мы сказали. Мы с тобой негодники. Поэтому сегодня у нас будет ещё более, я чувствую, флеймообразующая тема.

Да, нас теперь перестанут пускать отдыхать в Хорватию, в Словению и в Македонию тоже. В Лайбах перестанут пускать. В Черногорию тоже. Знаете, лучше я не поеду вообще на бывшую Югославию. Поеду в Крым, а то меня там ещё, чего доброго, арестуют и отдадут Гаагскому трибуналу как главного военного преступника.

Да, могут такое сделать.

О чём же мы сегодня будем с тобой говорить?

Да чего только не могут. Мы поговорим с вами о, скажем так, югославских войнах. При том, что войнами это является только отчасти, а где-то процентов на 40 как минимум это является бандитизмом, цинизмом, работорговлей, торговлей органами, геноцидными чистками.

Кстати, ты знаешь, что выражение «этнические чистки» — это такое именно югославское выражение?

Да.

Да. То есть, ты понимаешь, тут вопрос в том, что сами по себе этнические чистки были, но это просто так не называлось. То есть, например, в Ветхом Завете ещё про то, что сыны Израилевы всех, кто попался, всех истребляли. И там даже Бог отдельно им выговаривал, что некоторых они не всех убили, а женщин оставили симпатичных. Почему?

Ну почему? Ну как почему?

Потому что эти самые женщины, взятые в постельное рабство, тут же наштампуют клонов своих братьев, дядьёв и пап, и получится, что истреблённый народ взял и опять наштамповался. Они же по матери считали родство-то.

Вообще логично, что сказать.

Но это-то не называлось этническими чистками. Это называлось как: «всё правильно сделали». А вот именно это вот «этничко чишченье», я так понял, я не очень понимаю по-сербскохорватски… А теперь уже сербскохорватский объявлен как бы несуществующим языком, не знаем такого языка. Есть просто сербский — гнусный язык недочеловеков, и есть хорватский, который правильный югославский язык, на котором все нормальные должны говорить.

Да, внимание, спойлер: это один и тот же язык.

Да. Там на самом деле, если вы поедете хорватским языком, то обнаружите, что там есть диалект вокруг Загреба и ещё пары мест, а в остальных местах говорят как бог на душу положит.

То, наверное, поймут не все.

Наверное.

Ну так вот, Югославия. Югославия — это страна весьма сложная. Появилась Югославия, в общем-то, после Первой мировой войны, когда развалились Австро-Венгерская и Османская империи, и там трудами англо-французских товарищей появилось поначалу такое затейливое королевство. Называлось оно Королевство сербов, хорватов и словенцев, если кратко — КСХС. Такое название было выговорить тяжело, поэтому король Александр разогнал силой парламент, там у них была парламентская монархия.

Прогрессивно, да.

И обозвал это всё Королевство Югославия. Так и появилось это название, потому что до этого там чего только не было. Балканы — это такой бурлящий был регион, где поначалу обретались греки и окологреческие народы, а потом, когда Римская империя начала валиться, с севера прикочевали славяне. И вот там в ходе взаимной резни, например, у византийцев был такой император по кличке Болгаробоец. Понятно, да? Что намекает, чем он был хорош.

И, само собой, обитатели этой непростой земли… Надо бы сказать, что она непростая не только в смысле этнического характера, но и непростая по рельефу. Там не так уж много плодородной земли, потому что там довольно много гор и тому подобных мест. И за эти самые плодородные места шла резня всегда.

В сочетании этого фактора с тем, что вокруг было слишком много сильных соседей с диаметрально разными идеологическими установками, обитатели региона усиленно крестились все, кто во что горазд. С запада набегают и крестят в латинскую веру. С Византии набегают и крестят в православие. Из Болгарии набегают и крестят в еретическое богомильство. Только болгарам не говорите, я пробовал, они обижаются.

И, кроме того, после того как Византия накрылась медным тазом, приехали ещё и турецкие паши и стали всех не крестить, а обрезать. Выдавать тюбетейку, халат и зачислять в Талибан.

Таким образом появились католические хорваты. Надо бы сказать, что примерно четверть хорватов была православными. Православные сербы — опять же, примерно четверть сербов католики. Мусульманские боснийцы, у которых, кроме мусульманства, ничего и нет. Это те же сербы. То есть они те же сербы, просто перешедшие в ислам. Вот и всё. И с всякими околотюркскими фамилиями иногда, местами.

Кроме того, к делу припутались постепенно так называемые македонцы. Македонцы — это граждане, которые, в общем-то, болгары, понабежавшие на территории к северу от Греции и к западу от Болгарии. Понабежали по тем же причинам, по которым вообще народ бегал по будущей Югославии. И из-за этого бегания этнический состав югославов был очень пёстрым.

То есть в теории на территории Югославии жили сербы. Но, например, на севере Сербии есть такая Воеводина, на границе с Венгрией, где, во-первых, полно венгров — это раз. Во-вторых, есть и хорваты, и евреи, и румыны, и ещё там кое-кто.

Или вот, например, на юге Сербии такой край Косово был, в каковом крае Косово когда-то там были и сербы, но после Второй мировой они взяли и куда-то делись. Потому что во время Второй мировой территорию бывшей Югославии, королевской этой, захавали немцы и итальянцы. Немцы захавывали с территории марионеточного хорватского государства, где правил Анте Павелич, поглавник усташей. Я могу путать ударение, я всегда путаю ударение, тем более в чужих славянских языках, поэтому особо не сердитесь на меня, я просто стараюсь как-то, по крайней мере, буквы хотя бы правильно поставить.

Да, усташи они.

Усташи, да. В общем, эти усташи проповедовали, что нужно сербов всех истребить. У них был такой идеолог Франк ещё давно, ещё задолго до войны, который доказывал, что сербы — это неполноценные выродки, оставшиеся от Византийской империи. А вот хорваты — это истинно цивилизованный народ, воспринявший новую европейскую культуру. И поэтому они выдвигали план того, что треть сербов надо зарезать, для чего был придуман специальный ножик-сербосек. Серборез — такой удобный ножик, интегрированный с перчаткой, чтобы можно было массово сербов резать. Газовые камеры и всё такое на Балканах не котируются. На Балканах всё всегда по-простому, так сказать. Up close and personal, как говорят америкосы.

Да. Для понимания: это 1929 год.

  1. То есть идеи, в принципе, похожие были и в сопредельных государствах. Сам этот Анте Павелич вообще-то в Италии, собственно, свою организовал организацию. Он через Италию уже удрал вместе со своими подельниками, потому что итальянские католики и Ватикан их всех переправляли в Южную Америку и говорили: ну это же добрые католики. Доброта просто из ушей их хлещет, у добрых католиков.

Так вот, треть предлагалось зарезать, треть предлагалось куда-нибудь выгнать подальше, чтобы с глаз долой, а треть перекрестить в католицизм и сделать их хорватами, чтобы сербам было не смешно.

Где-то мы это уже видели у соседей.

Да, генералплан Ост был такой.

Да, тоже. Предлагалось примерно то же самое.

Что-то мне подсказывает, что Анте Павелич в школе часто списывал домашку.

Да.

У одного австрийского мальчика.

Ну, может, и не у этого мальчика, а вообще у мальчиков всяких.

Да. Ну так вот. А с юга, чтобы было не скучно, там была такая Албания. Албанию захавали итальянцы, как мы уже рассказывали, и с территории захаванной Албании они попёрли на юг Сербии. И там совершенно заполонили Косово, вышибив оттуда сербское население, кроме огрызка насилия. И заселили туда албанцев.

Этих албанцев потом не выселили, потому что к власти после войны пришёл глава красных партизан Иосиф Броз Тито. Значит, вообще-то Иосиф Броз Тито довольно сомнительного происхождения сам по себе. То есть он какой-то там, вроде как, наполовину хорват, отчасти словенец. Служил он в австро-венгерской армии, причём, кстати, поначалу там даже в каком-то концлагере вроде как служил надзирателем. Тем не менее, он в Первую мировую попал к нам в плен и нахватался там от нас всякого. Даже женился на русской, и потом сын у него был в Великой Отечественной на фронтах.

И, в общем, он там всю войну бился. Бился он и с усташами, бился он и с четниками. Четники — такие правые сербские партизаны были. И с немцами, и с итальянцами, короче, со всеми бился, и в итоге добился. Всех победил и сформировал Социалистическую Федеративную Республику Югославию.

И действительно там завёл социализм. Вот такой, с местной спецификой. И довольно быстро он сильно разругался с тираном Сталиным по той причине, что он не хотел тирана Сталина слушаться.

Вот скажи, Ауралиен, почему в Польше хотели слушаться тирана Сталина, в Чехословакии хотели слушаться, в Болгарии хотели, а в Югославии Тито не хотел слушаться?

Потому что все означенные страны граничили с Советским Союзом, может быть?

Чехословакия как бы граничила так очень… Ну, ГДР, например, с Советским Союзом граничила только в смысле Калининграда. А Болгария, по-моему, вообще не граничила никак.

Дело не в этом. Дело в том, что все эти страны имели правительства, посаженные туда штыками Советской армии после Второй мировой. А вот Тито в Югославии как-то справился сам. И поэтому он не зависел настолько от Москвы и мог делать, что хотел.

Ну, в общем, рассорились мы в хламину. Там была какая-то немыслимая идея их объединения с Болгарией в какую-то там балканскую непонятную федерацию. В общем, некоторое время у нас Тито крыли там прямо фашистским каким-то злодеем, палачом и ещё невесть кем. Потом только при Хрущёве с ним замирились кое-как.

Но Югославия была всегда, знаешь, наособицу. То есть она не входила особо в наш…

Варшавский договор.

Да, в Варшавский договор и в организацию ту самую… как это называлось? В Совет экономической взаимопомощи тоже. То есть они там торговали и с западными. Они, страшно сказать, приняли план Маршалла.

Ух ты.

Да, бабок там надоили с америкосов и с британцев. Они немцев и итальянцев стребовали отдельно себе бабок тоже. И на этом, а также на всяких дешёвках, которые с нас тоже удавалось стрясти, там кое-как, худо-бедно, где-то до 80-х годов, пока Тито был живой, всё это и тянулось.

Там был социализм с местной спецификой, там местный капитализм тоже. И при этом всё было так сделано, что Иосиф Броз Тито — он наш великий югославский вождь, потому что он герой войны и освобождения от врагов. А что после Броза Тито — вот это вопрос очень такой сложный.

При Брозе Тито было проведено размежевание национальное. Столкнулся он с похожей проблемой, как и прежде сталкивался тиран Сталин, потому что он был поначалу кто? Нарком по делам национальностей. И начинать ему приходилось с того, что в наркомате было два человека, включая него, и состоял он из кабинета, стола, стула, написанного на листе ватмана названия и вырезанной из подмётки печати. И больше там ничего не было в этом наркомате.

Да, но, в общем, наркомат Сталин развернул. И этому наркомату и Сталину мы обязаны сейчас границами, существующими на постсоветском пространстве, а также некоторыми интересными идеями.

Вот, например, знаешь такую страну, как Кабардино-Балкария?

Есть такая.

А Карачаево-Черкесию знаешь?

Тоже есть.

Соседние страны. И живёт в этих странах один народ тюркский и один народ адыгский. Как ты думаешь, в какой стране живёт тюркский, а в какой адыгский?

Не знаю.

В обеих. Потому что черкесы — это адыги. И они объединены с карачаевцами, которые внезапно тюрки. А кабардинцы, которые тоже адыги, объединены с балкарцами, которые тоже тюрки. Это специально для того, чтобы все сидели по таким коммунальным квартирам, где есть дядя Махмуд и дядя Ришат, и чтобы они все вели себя тихо и мирно, разделённые на меньшинства.

Или вот, например, в Грузии. Почему осетин поделили пополам? Северная Осетия в составе РСФСР, а Южная Осетия в составе Грузии. Вот потому же, чтобы труднее было отделиться. Как мы заметили на примере Советского Союза, местами это не помогло. Но местами это помогло так, что Грузия сейчас сидит и без Южной Осетии, и без Абхазии, и вообще с трудом ещё Аджарию удержали. Минус 30% населения, короче.

Это вообще не говоря о том, что только через потери территории там ещё уехало много, по-моему, было.

Так вот, в Югославии было примерно так же. Но тут всё облегчалось тем, что за годы агрессии то Турции, то Австрии, то ещё там кого-то, то соседнего села все разбежались кто куда. То есть, например, сербов довольно много жило на северо-западе Боснии и Герцеговины. А это всё заползало на территорию центра и юго-запада Хорватии. Тут то же самое: сербов было полно на юге Боснии и Герцеговины, на границе с Черногорией. И притом, что сказать, чем черногорцы отличаются от сербов, до сих пор очень тяжело. Только черногорцам не говорите, сейчас вас на ножи поднимут.

Местами во всё это вклинивались, например, на оконечности, где Босния и Герцеговина переходят в Хорватию. Там мусульмане жили с обеих сторон границ. И так далее. И на сербской границе с Боснией и Герцеговиной тоже были сплошные мусульмане, как ни странно. Так вот было.

И за счёт этого было решено делать границы так, чтобы в каждой республике были свои крупные меньшинства или, по крайней мере, зоны без большинства, которые бы их якорили и не давали им уйти в отдельное плавание.

Но после того как Тито отдал концы, начала сыпаться в том числе экономическая основа для существования Югославии. Сменилась экономическая конъюнктура, времена изменились, то да сё. И, в общем, республики стали понемногу расползаться по отдельным экономическим регионам. А за этим сразу всегда идёт подъём разговоров о том, что у тех неправильная вера, черепа не той формы, ещё у них там что-то не то, они смешались с какими-то там ордами когда-то там давно, и поэтому пора от них избавляться.

Всё это заражало в целом югославское государство, поскольку, хотя формально в Югославской народной армии было 50% ветеранов-сербов, там многие сербы были такие очень сомнительные. Если мы посмотрим на действующих лиц, то увидим, что там многие действующие лица Хорватии и Боснии и Герцеговины — они кто угодно, только не хорваты и не боснийцы. Всё это какие-то авантюристы, вылезшие непонятно откуда.

Это первое. Второе: после Иосифа Броза Тито было установлено коллегиальное правление, поскольку никто больше не мог претендовать на такой авторитет, как он. Это коллегиальное правление заложило то, что республики стали постепенно друг от друга обособляться. У них были свои руководства, свои правящие партии и так далее.

Поэтому, когда стало заметно, что восточный блок сыплется, общий кризис социалистического блока, Советский Союз тоже начинает сыпаться, — и с 91-го понеслось. Первый, как считается, отвалился Словения. Словения отвалилась в ходе так называемой Десятидневной войны. Но при этом объяснить, что это была за такая война, сейчас, наверное, ни один военный теоретик путём не сможет. Просто потому, что там войны как таковой не было.

Да. Югославскую народную армию действительно отправили туда чего-то там занять и чего-то подавить. Югославская народная армия ничего сделать не смогла. Дело не в том, что там ей противостояли какие-то несметные полчища, а в том, что Югославская народная армия была поражена полным параличом. То есть те, кто отдавал приказы, не были заинтересованы в том, чтобы эти приказы выполнялись. Кто-то куда-то поехал, можно отчитаться, и всё.

В результате Словения де-факто отделилась, сказала, что всё, мы не с вами, и на этом попрощалась со всеми. Тут же в западной прессе начали появляться какие-то статейки, рисовавшие сербов как гнусных, практически как русских, только маленьких таких.

Почти русских.

Вот, например, была такая статья во Frankfurter Allgemeine. Там было написано, что словенцы и хорваты, по традиции ориентированные на демократию благодаря их западно-католическому наследию, оказались в уникальной ситуации. Они могли наконец освободиться от произвола сербских деспотов и сербско-коммунистических угнетателей и завоевателей. Вот какие злобные эти сербы завелись.

Для интереса попробуйте поискать какой-нибудь западный фильм, где сербы бы хоть что-нибудь хорошее делали. Не припомню таких. Вот, например, у Шекспира была такая пьеса «Кориолан» про каких-то там римских, римского какого-то там начальника и дела тогдашние. Так вот, по этому «Кориолану» было снято в относительно недавнее время, лет 10 назад, кинцо, где из Рима всё это перенесено в какую-то около-Югославию. Там какие-то сербские негодяи с автоматами приходят и чего-то требуют. Типа это как «Кориолан». Какие сербские негодяи? Какой Кориолан? Какая вообще связь у всего этого? Никакой. Просто потому, что вот потому.

Ладно. Словения отвалилась. Она была такая всегда скорее европейская, центральная, чем балканская. Она была всегда скорее привязана к Австрии. Лайбах и всё такое. Она как-то всегда… Ну и язык у них там такой, знаешь, очень архаичный по сравнению с сербскохорватским.

У меня единственный словенец, которого я знаю, скажем так, он говорит по-немецки вполне себе, поучился в Баварии. У них там, я так понимаю, культурные связи и всё такое. Так что да, вовсе не удивительно.

В общем, да, Словения отвалилась, и было решено, что всё. После этого начала отваливаться Хорватия.

Поговорим про войну в Хорватии. Объясняем, почему вообще так получилось, что на местах нарисовались целые армии, а то в Киеве некоторые не могут понять, откуда там всё взялось.

Так вот, причина первая: Югославская народная армия начала быстро разваливаться. Из неё начали дезертировать граждане несербской национальности и убегать куда-то там, присоединяясь к своим националистическим организациям и образовывая армию национальную — хорватскую или боснийскую, или какую-нибудь там частную.

То есть на территории бывшей Югославии действовало огромное количество разных странных организаций, которые противоречили друг другу по целям и тому подобному. Например, на территории Боснии и Герцеговины особенно таких много было. Бывало так, что некоторые отряды были созданы просто местными криминальными группами, которые курировали концлагеря, в частности.

У них там были концлагеря?

Проснулся. Концлагеря у них были, конечно, были. У них были такие концлагеря, что, знаешь ли, всем на зависть были концлагеря. Это первое. То есть Югославская народная армия начала разбегаться.

Вторая причина. Видишь ли, в Югославии был очень специфический взгляд на военную доктрину. То есть предполагалось, что задачей югославской обороны является не победить противника, а дождаться, пока приедут русские и победят за них.

Это мощная стратегия, что сказать.

По этой причине в стране было огромное количество складов вооружения, к которым приписывались разнообразные гражданские лица, типа хранителей и ревнителей, которые должны были в случае чего своим соседям всё это оружие раздать, чтобы коллективно обороняться от подлых врагов.

Были созданы такие интересные сооружения. Вот в Хорватии была такая авиабаза Желява, она была внутри горы. Такая гномья авиабаза получилась. В Дун Моро вылетают из горы гирокоптеры. И почему в горе? Потому что в горе её нельзя будет уничтожить, и таким образом она сможет оказывать воздушную поддержку обороняющимся по лесам и горам партизанам, пока не приедут русские.

Ну и, чтобы совсем всё было здорово, гражданским было разрешено владение нарезным автоматическим оружием при условии, что оно является, так сказать, трофеем со Второй мировой. Сами понимаете, что трофеев со Второй мировой по всей Югославии лежало столько, как будто Югославия единолично побила фельдмаршала Паулюса под Сталинградом. А может быть, даже и не только его.

Поэтому, как только всё посыпалось, все эти склады начали расползаться по частным рукам. И таким образом появились вооружённые боевики и даже целые склады. Ну и, кроме того, не надо забывать, что это такой интересный период с 91 года, когда ликвидировалась ГСВГ.

Да. То есть Группа советских войск в Германии, от которой осталось большое количество военного имущества. Личный состав-то пьяный Ельцин, дирижируя оркестром, вывел в Россию в чистое поле и поселил их там в палатках. И сказал, что вот какая-то загогулина, понимаешь.

Да. А оружие осталось там. Потом образовалась же свободная Украина. Какая Украина? Тут же приходилось распродавать богатейшие запасы оружия, оставшиеся от Киевского военного округа и Прикарпатского военного округа Советского Союза. Не одна Украина — Белоруссия занималась ровно тем же самым.

Да, но Украине осталось гораздо больше всего, потому что Украина в четыре раза больше, чем Белоруссия, была по всем показателям. Поэтому, когда в 2014 году на Украине самой полыхнуло, там начали срочно гореть военные склады, чтобы не стало ясно, что там уже всё давным-давно распродано и уехало куда-то в западную Биафру.

Всё это везлось через Венгрию, через Австрию, через Чехословакию. Грузовиками всё это тащили. Частью помогала хорватская диаспора, частью просто добрые люди хотели помочь. Ну и, разумеется, отметились американские спецслужбы со своими чёрными операциями, которые как раз включают в себя поставки оружия нашим сукиным сынам.

Значит, война в Хорватии вспыхнула из-за чего? Из-за того, что на территории Хорватии были достаточно большие территории, заселённые компактно сербами. И эти самые сербы говорят: так, подождите, вы отделяетесь — хорошо, идите куда хотите, а мы тут при чём? А мы остаёмся как бы в Сербии, ничего не знаем. Вы можете идти, куда вам угодно.

На что, разумеется, в Хорватии тут же завопили, что это покушение на территориальную целостность Хорватии. То есть только что покушения на территориальную целостность Югославии не было — оно само как-то вышло. А только от Хорватии — так сразу покушение на территориальную целостность.

Всё это сдабривалось интересными действиями хорватских официальных лиц. Например, первый президент Хорватии Франьо Туджман в 90-м году, ещё до того, как всё началось, объявил, что в Хорватии будет запрещена православная церковь, а для тех, кто не захочет переселиться в Сербию, церковь станет хорватской.

Нормальный план, что сказать.

То есть я не могу понять. Я просто не могу понять. Я бы мог ещё представить, что одни говорят: мусульман не хотим иметь в стране, они будут нас своими минаретами… А мусульмане говорят: это вы нас будете каждое воскресенье своими колоколами. И началась резня. Это я бы ещё как-то мог, по крайней мере, объяснить логически. Но как мешают друг другу католики и православные, в конце 20 века? Что? Что такое между ними страшное? Что они друг другу делать не дают?

Самим фактом существования друг друга мешают, очевидно. То есть не брат ты мне, гнида православная или католическая. Надо понимать как-то так.

Потом эти установки Туджмана… Кстати, обратите внимание, что у первого президента Хорватии происхождение довольно странное. То есть у него папа как будто чех, да? Но при этом мама у него такая… И она как бы с территории Украины. Это не первый персонаж с территории Украины, о котором мы сегодня поговорим, так что привыкайте.

Поначалу он был примерно как Тито — красным партизаном. И служил он, я так понял, в милиции. Я так подозреваю, что это нечто вроде ополчения, то есть это не милиция в смысле как советская милиция. Это именно скорее такая национальная гвардия какая-то. И в 70-е годы его почему-то одолели идеи того, что сербы — это недочеловеки, и православные тоже, и надо всех истребить. Его пару раз присаживали за такие дела.

И пока его не присаживали, он ещё выдвигал всякие интересные мысли о том, что, например, количество жертв Холокоста меньше миллиона. При том, что сам он тоже, знаете, чисто случайно не попал в жертвы Холокоста.

Да. Короче говоря, сейчас можно пойти посмотреть на могилу Туджмана. Там такая чёрная плита. И плита эта наклонная. Знаешь зачем?

Зачем?

Некоторые люди говорят, чтобы на этой могиле нельзя было сплясать. Хотя, может, и не за этим.

Как бы то ни было, помимо высказываний Туджмана на православных тут же ополчилась практически вся машина хорватского государства. То есть, например, разгонялись крестные ходы, всякие там прочие религиозные собрания, поступали звонки о бомбах внутри церквей. Насчёт реальных бомб я так и не нашёл ни одной, но звонки точно были.

Периодически производились нападения на православных попов, на сами церкви тоже: кидали бутылки с зажигательной смесью, нападали на православные кладбища и так далее. Так что, в общем, получилось, что сербы — это какой-то такой второй сорт, выходит, на территории этой самой независимой Хорватии.

Говорилось, причём с высоких трибун, что сербская земля в Хорватии есть только та, которую сербы притащили с собой на подошвах башмаков. Такая вот.

При том, что довольно большая часть территории Хорватии была заселена именно сербами. И началась война. Была создана так называемая Республика Сербская Краина, которая сейчас даже существует в виде территории-офиса в Белграде. Была создана её армия, а также разнообразные формирования добровольцев. Например, была просто сербская гвардия, была Сербская добровольческая гвардия, ещё там были какие-то. Даже из России приехали кое-какие добровольцы, чтобы помочь братушкам.

И война эта тянулась достаточно долго. С 91-го практически по 95-й, с некоторыми перерывами. Причём война эта отличалась, во-первых, этническими чистками. То есть входящие на некую территорию войска либо хорватов, либо сербов всех нехорватов и несербов просто ставили на лыжи и выгоняли вон.

Это хорошо, если выгоняли вон. Потому что происходили всевозможные неприятные события. Вот, например, произошла резня в Вуковаре, когда его взяли сербы. Считается, что там две с половиной сотни человек были перебиты. Причём перебиты они были взяты с территории Вуковарского госпиталя. Потому что раз госпиталь — значит, там ранены в военных действиях. Раз в военных действиях — значит, это враги. Вот их всех и перебили.

Да, железная логика, что сказать.

Не менее железная логика произошла в Сисаке. Был такой город Сисак, он и сейчас есть в Хорватии, можно съездить посмотреть. И там, когда его контролировали хорваты в 91-м, там тут же начались какие-то исчезновения людей. То есть хватали на квартирах, хватали на работе, а потом они либо не находились вовсе, либо находились мёртвыми. Считается, что было убито где-то 600 человек. Почти все из них сербы, там только ещё попалось несколько хорватов, которые, видимо, были недостаточно хорваты.

Считается, что президент Туджман прекрасно знал о происходящем. Единственным, кто за это ответил, был какой-то Ивица Мариц, бывший мент, которого посадили на 9 лет как стрелочника.

В общем, кончилось всё это после нескольких прекращений огня хорватским контрударом, потому что хорваты использовали время для того, чтобы реорганизовать армию. И в итоге в ходе операции «Буря», а также после ещё нескольких военных преступлений крупных, этнических чисток и тому подобного, с Сербской Краиной и было покончено.

Сейчас сербы живут вроде как ничего, и даже у них есть в правительстве какие-то места. Но иногда сербы жалуются на то, что их там могут не взять на работу, ещё что-нибудь такое. Война в Хорватии на этом закончилась.

Одним из попавших за неё под трибунал был Милан Бабич. Милан Бабич — это был такой сербский зубной врач, который был фактически главой Сербской Краины. И когда его в 2003 году отдали под Гаагский трибунал за преступления против человечности, он признал свою вину, стал там подавать показания против Слободана Милошевича, и через год ему влепили 13 лет лишения свободы. После чего он взял и покончил с собой в тюремной камере.

Как же это так возможно?

Я не знаю. Там было, кажется, видеонаблюдение, а он возьми да и самоубийся.

Да, бывает такое.

Загадка, да. Феномен природы такой бывает с некоторыми зубными врачами. Непонятно.

Да.

Хронологически позже, с 92-го, началась Боснийская война. Как говорят сербы, гражданский рат в Боснии и Херцеговине. Босния и Герцеговина — это, как вы поняли, раньше было два таких феодальных образования. Герцеговина называется так, потому что там был какой-то герцог, видимо. И они были в составе Югославии единым субъектом федерации, так сказать, в котором жили в основном боснийцы — это было где-то 40%, ещё 30% было сербов православных, ещё процентов, наверное, 15 хорватов, и где-то 5 оставшихся процентов себя определили как югославы. Так сказать, мой адрес не дом и не улица, мой адрес СФРЮ.

Короче, там было вроде как всё тихо и мирно, и даже четверть всех браков, почти даже треть, была смешанными. Ну, а вы поняли.

Там где-то к 70-м годам начало формироваться исламистское подполье. И первый ихний главарь Алия Изетбегович за это даже и посидел. Он бывал в Иране и там тоже получал благословения. Как считается, в год где-то 250 боснийских мусульман получали ваххабитское образование в разных заведениях на Ближнем Востоке и ехали обратно рассказывать всем, как кругом гнусные кяфиры и гяуры, и нужно построить свою Боснию и Герцеговину по исламу и прочим делам.

То есть халифат.

Да. Ну вот в 70-х годах они как раз во главе с этим Алией Изетбеговичем опубликовали книжечку под названием «Исламская декларация», где было написано, что не может быть сосуществования между исламской верой и неисламским обществом и политическими институтами. Короче говоря, Изетбегович через некоторое время присел хорошенько посидеть, что неудивительно. Но его, к сожалению, в 88-м досрочно выпустили, о чём, я думаю, впоследствии сильно пожалели.

В Боснии и Герцеговине всё осложнялось чем? Тем, что на территорию Боснии и Герцеговины, помимо сербских сил, претендовавших на воссоединение с Сербией таковой, претендовали ещё и хорваты, которые хотели себе захавать хорватскую территорию. Потому что, понимаете, это же когда сербы хотят за собой что-то такое, что им не полагалось раньше по союзным границам утвердить, вот это плохо. А когда хорваты хотят что-то такое, что не полагалось захавать, то это хорошо, потому что потому. А кто недоволен, того на вербу.

Так что резня в Боснии шла значительно веселее, чем в Хорватии, и туда даже впервые впёрлись натовцы. Война в Боснии отметилась такими событиями, как резня в Сребренице. Я думаю, многие, кстати, слышали это название.

Да, я думаю, многие слышали, потому что не так давно генерал Ратко Младич отправился под Гаагский трибунал и был там осуждён. Пожизненно, если что.

Туда же, кстати, отправился и Радован Караджич. Тоже в Боснии действующий. Он был как бы президентом, а Ратко Младич просто был генералом, который занимался, во-первых, Сребреницей, а во-вторых, осадой Сараева. За них обоих была объявлена награда. Оба они поехали к Гаагскому трибуналу.

Так вот, что такое, собственно, стала Сребреница? Сребреница была изначально городом смешанным, но в нём было достаточно… Ну, там такое было относительно большинство мусульман. Я помню, как я был маленький, я смотрел всё это по ящику: какие-то танки куда-то едут, что-то стреляют, и диктор говорит, что столкновения идут между сербами и мусульманами. Я тогда думал, что мусульмане — какая-то национальность такая отдельная. Потому что такая была принята безграмотная формулировка: между сербами и мусульманами. Если что, в Югославии это были бошняки или боснийцы, смотря по диалекту.

Так вот, Сребреница считалась как бы зоной безопасности ООН, где не могут быть никакие военные действия. И чтобы это всё привести в жизнь, туда отправили голландских миротворцев. Целых 600 человек.

Это батальон. Солидный контингент.

Да. Я помню, я когда в конце 90-х читал какой-то журнал, по-моему, это был «Домовой», у нас такой был в Москве журнал. Там была какая-то статейка, где описывалось, как ужасна российская армия и как прекрасна голландская армия. Потому что там можно ходить с длинными патлами, там танк моют шампунем, полковой священник играет в футбол с призывниками.

И я тогда, когда был маленький, подумал, что если начнётся настоящая война, то эта самая голландская армия не разбежится только потому, что, почитай, что через дня 3–4 всё равно будет капитуляция и можно будет пойти домой. Вот и всё, что будет с этой голландской армией.

Так вот, пока бог миловал Нидерланды, ничего с ними такого не случилось. Но голландские миротворцы совершенно соответствовали построенной малолетним Домниным мысленной модели. Потому что они сидели в городе и в упор не наблюдали, что там огромное количество вооружённых людей, что сербские деревни вокруг Сребреницы почему-то все как-то взяли и сгорели. Бывает такое. Куда-то делись неизвестно куда. Самоликвидировались, как демоны. Это всё голландским миротворцам было абсолютно до лампочки.

А после этого Сребреница пала, и оттуда начался исход. Исход кого — до сих пор неизвестно. Несмотря на то, что Сербия покаялась и признала, что там были няшки-милашки, которых злобно зарезали звероподобные сербские негодяи, понимаете, это всё подлежит вере очень относительно. Есть свидетельства тех, кто там был, о том, что в городе находились вполне себе вооружённые бошняки, вооружённые бошняки уходили из города со своими семьями, и на выходе они несли потери в ходе боёв.

И несмотря на то, что там действительно кое-кого убили не того, большинство захороненных — это вполне себе боснийские вояки, которые не считаются за военное преступление, которые вполне себе обычные потери. Так вот, за вот это Ратко Младич отправился пожизненно.

Потом была осада Сараева. Сараево — это, если что, то самое место, где началась Первая мировая война. Некого эрцгерцога завалили.

Кто играл в последнюю часть Tropico, там, когда выходишь из колониального режима, колониальный администратор прощается и говорит: ну ладно, мне предложили тут работу у эрцгерцога австро-венгерского. Наверное, безопасная должность. Синекура. Это такая шутка.

Так вот, Сараево очень долго осаждали. За три с лишним года жизнь в Сараеве стала совсем печальной. Те, кто хочет немножечко окунуться в это, могут попробовать игрушку This War of Mine, то есть «Война моя» по-русски, которую создал в том числе один из тех, кто сидел в Сараеве тогда и всё происходящее видел своими глазами. В общем, надо понимать: весёлого там мало.

Весёлого там очень мало, да. То есть по городу била артиллерия. Причём это вообще характерно для югославских войн — бить артиллерией по всему подряд. Тут ещё надо объяснить это не тем, что там все были какие-то злодеи, а тем, что взаимное ожесточение: они вырезали деревню Старые Жопки, мы тогда возьмём и вырежем деревню Малые Письки, или какие там в Югославии названия примерно такие.

Но из-за того, что во всех этих около-самозваных псевдообразованиях там ещё было непонятно, какие из них потом уцелеют, какие нет, какие из них являются официальными, а какие просто какими-то ополченцами, там было совершенно непонятно, кто где сидит и почему он там находится. Так что обстрелы велись по всему подряд в расчёте, что в кого-нибудь попадём.

В результате можно до сих пор на территории бывшей Югославии поглядеть на множество руин, которые просто негде, никому и не на что разбирать. Так они и стоят. Вот, например, в Белграде это долгое время… Я не знаю, как сейчас, но раньше, по крайней мере, Министерство обороны, Министерство внутренних дел и телецентр были в руинах. Может, сейчас уже починили, конечно, но когда я был студентом, ещё было вот так.

Так вот, из-за того что с одной стороны Сараево окружали горы, в которых удобно расставлять артиллерию, а с другой, противоположной стороны как раз были районы, заселённые преимущественно сербами, Сараево обложили и стали его морить, чтобы вынудить боснийское руководство пойти на признание того, что местные сербы отчаливают отдельно и никакого отношения к ним не имеют.

То есть, повторим, весь этот сыр-бор был организован для того, чтобы, так сказать, Босния и Герцеговина отчалила не вся, а только, собственно, босняцкая часть.

Только босняцкая, хорватская — там все пусть валят, а сербские территории оставят на месте.

Значит, кончилось всё это чем? Тем, что при всех усилиях бошняки не могли ничего с ним поделать, поэтому на рынке Маркале взорвали 120-миллиметровую мину. Объяснить, что это было, до сих пор, знаете, трудно.

Так, погоди, а кто мину взорвал?

Кто знает, кто взорвал? Официально признано, что это подлые сербы обстреляли 120-миллиметровым миномётом. Это довольно тяжёлый миномёт. Рынок. И убили 68 человек.

Ух, да.

Да. Сразу после этого натовцы объявили, что если ещё раз там что-то такое будет, если вы не уберёте артиллерию от Сараева на 20 километров, то будут вам вилы.

Несмотря на то, что натовцы быстро назначили виноватых, ООНовские силы в регионе такой уверенности не проявляли. То есть, например, можно почитать такую книжку «Борьба за мир», которую написал генерал миротворцев Майкл Роуз. Так вот, он через три дня после взрыва, как он там пишет, замкома боснийцев Дивяку писал, что эта мина была явно выпущена с позиций бошняков, а вовсе не сербов.

Потом в ООН был направлен доклад штаба миротворческих сил в Загребе, где сообщалось, цитирую: «Мусульмане по крайней мере два раза в течение последних 18 месяцев обстреляли Сараево, вызвав человеческие жертвы. Мина на рынок была опущена с территории, контролируемой мусульманами и сербами». В общем, вы поняли, что это всё никому не интересно абсолютно было.

Сербы действительно убрали артиллерию, но поскольку ничего не поменялось для сидящих там бошняков, война не двигалась. Поэтому в следующем, 95-м году, на том же рынке взорвали такую же мину. 43 человека убило насмерть.

Да.

Ну и, короче говоря, несмотря на то, что ООНовцы говорили, что невозможно определить, откуда и кто пустил этот снаряд, сербы были обвинены во всех смертных грехах, и НАТО начали против них операцию «Обдуманная сила» — Deliberate Force. Кто-нибудь, я не знаю, объясните идиоту, который придумывает названия натовских операций, что они звучат не пафосно, а довольно смешно.

Короче говоря, авиаудары были нанесены по большей части американскими и британскими ВВС, хотя отметились и голландцы, и, например, французы, и турки, кстати, тоже, они за единоверцев вступились.

Вписались.

Да. Кроме авиации применялись ракеты «Томагавк». Правда, не очень успешные, половина была потеряна. И были уничтожены командные посты, средства ПВО, коммуникации, склады оружия и боеприпасов, радиостанции. Короче, много чего было уничтожено.

Так что мусульмане и хорваты попёрли вперёд, пользуясь тем, что сербы ещё не очухались. 50 тысяч сербов поставили на лыжи. Такие города, как Мрконич-Град и Шипово, все выселили от сербов. И, короче говоря, на этом можно было войну в Боснии завершать. Я имею в виду в Боснии, извините.

Таким образом, вкупе со свалившей самостоятельно Македонией — ей никто просто не мешал, ввиду того что не воюют и ладно, сербов там нет — как-нибудь… Македонцы тем временем понастроили вокруг приграничных с Грецией озёр всяких мегастатуй: царь Филипп, Александр Македонский и всякие там античные герои, чем изрядно удивили греков.

Да, греки говорят: слышь ты, любитель Александра Македонского, косплейщик, а скажи-ка нам, почему тебя зовут не Никодим или Николаос, почему тебя зовут Стоян Раков? Может, потому что ты болгарин, понаехавший сюда? Нет?

На это, в общем, начиналась нецензурная брань и угрозы всех зарезать. Так что всё это кончилось, как мы помним, тем, что не так давно Македонию переименовали во что-то там другое. Северную, что ли, Македонию или ещё что-то такое.

Да, как-то так. В общем, они переименовались.

На некоторое время всё затихло. Но если вы думаете, что на территории Югославии всё стало просто, вы ошибаетесь. Как мы уже говорили, в ходе Второй мировой, помимо набегающих с севера немцев и усташей, там ещё с юга набежали проитальянские албанцы. И албанцы эти все повыгоняли сербов с территории Косово, которая для них как бы священная земля, где была битва на Косовом поле.

Да, сербы до сих пор мне вспоминают, мои знакомые. Говорят: ух, мы там, ух, все полегли, но зато и османов остановили. И вот примерно так они рассказывают про битву на Косовом поле. У них это серьёзное событие историческое.

На этом держится частично национальное самосознание сербского народа. Битва на Косовом поле — это серьёзное дело.

Так и есть, да.

В общем, поэтому, когда Тито воцарился, он стал перед дилеммой. Выгонять албанцев обратно в Албанию было чревато сложностями. Почему? Потому что Албания как бы тоже была социалистической страной, где командовал Энвер Ходжа.

Небезызвестный.

Да, этот самый Энвер. Энвер яростно косплеил тирана Сталина. Причём настолько яростно, что даже после его смерти в стране продолжали проводить всякие праздники по случаю то ли дня рождения, то ли дня смерти Сталина. Везде стояли его статуи и портреты.

Сталина или Энвера?

И того, и другого.

Вот так вот.

И того, и другого. В стране было понастроено огромное количество бункеров со всех сторон. И этот самый Энвер Ходжа, из-за того что с Советским Союзом он поссорился после смерти Сталина, потому что там сказали, что Сталин был плохой и всё дело не так, не стерпел и разорвал отношения. Тогда он сдружился с Китаем, который тоже разорвал отношения.

Товарищ не стерпел, да.

Но постепенно он и с Китаем расплевался, потому что как-то не совпадал во взглядах на маоизм. И в итоге он впал в полнейшую автаркию. Короче говоря, к 80-м годам, как и весь соцлагерь, Албания пребывала в тотальном конце света экономическом. К этому времени Ходжа уже умер, так что, когда в 90-е всё посыпалось, они первыми всё это скинули.

Сейчас Албания — это такая, знаете, дыра вместо страны.

В целом, да.

Все разбежались там кто куда, везде албанские бандиты и так далее.

Ну так вот, из-за того что после Второй мировой в Албании воцарился дружественный режим, выгонять албанцев, причём довольно много албанцев, не там каких-то… У нас, например, после Второй мировой мы выселили японцев, которые у нас сидели там на Сахалине и кое-где на Курилах. Причём японцы уезжать активно не хотели.

Ну конечно, мало ли. Им понравилось, что у нас тут совхозы, коллективизм, приятный японскому духу. А сейчас их выселяют в разбомбленную атомными бомбами Японию, и хрен знает, что там будет.

Но пришлось их выселять, японцы очень требовали. Короче говоря, албанцев было решено там оставить. И сербов, которых оттуда выгнали, Тито расселил в каких-то других местах. И было объявлено, что у нас тут типа интернациональное коммунистическое братство.

Но поскольку к 70-м коммунистическое братство начало немножечко того, в Косове начались всякие высказывания: а почему это вот хорватам там и македонцам каким-то положена отдельная республика, а Косово, где албанцы, которые вообще даже не родственники никакие, в отличие от них, — это какой-то край? А почему вот мы не отдельная область? А мы хотим отдельную область. И Энвер Ходжа говорил: да, вот, между прочим, воссоединение дорогих соотечественников — это высшая цель албанского народа.

Короче, тогда это всё было решено как-то путём замалчивания и затаптывания. Но к концу 80-х начало бомбить. Все 90-е, пока югославы занимались тем, что воевали то там, то сям и тушили пожары в борделе, в этом самом сербском крае Косово действовала так называемая Армия освобождения Косова. По сути это обычная бандитская группировка. Считается, что началась она официально в 94-м, потому что в целом все банды албанские, которые там были, объединились.

Эти банды занимались не тем, что нападали на сербов, а занимались тем, что истребляли, изгоняли или запугивали тех албанцев, которые не хотели поддерживать идею о независимости.

И один из главарей той поры, Рамуш Харадинай, — да, вот сейчас ему уже полтос с лишним, — что он поделывает сейчас? По состоянию на конец нулевых его пытались судить. И против него были свидетели, которые показывали, что он убийца, что он наркоторговец, что он торгует оружием, что он торгует рабами, что он торгует органами, вырезанными из живых людей.

Ну это вообще устрашающе звучит, надо признать.

Но ничего этому Рамушу Харадинаю сделано не было, потому что свидетели по этим делам все куда-то девались. То их какие-то бандиты резали и расстреливали на улицах. Где-то кто-то в Косове, кто-то в Черногории, кого-то в странах Европы. И что-то никого, эти убийства так и не были раскрыты.

Ну, бывает такое.

Харадинаю предъявляли 200 убийств, причём личных из них 60. Причём убийства не какие-то там в угаре, а вполне себе преднамеренные, жестокие, с пытками и прочими делами.

Свидетели: Куйтим Бериша — сбит джипом в Черногории. Иллер Селимаи — какие-то гопники подошли вшестером и зарезали его. Беким Мустафа. Ауния Лизай — застрелен. Сабахета Тава и Исух Хаклай — убиты, найдены в сгоревшем автомобиле уже мёртвыми.

Причём, понимаете, если бы какие-то были просто левые люди убиты, это же специальные свидетели Гаагского трибунала, которые находились под его защитой.

Хорошая защита у Гаагского трибунала, я смотрю.

Причём да. Почему-то бандитов типа того же Харадиная Гаагский трибунал защищает хорошо. Это только свидетели, которые что-то могут не то сказать, почему-то у Гаагского трибунала как-то все теряются убиенными.

В общем, напряжённость подошла к тому, что к 99-му году попытки остатков Югославии, тогда уже по сути ограничивавшихся Сербией и Черногорией, называвшихся Югославией по привычке, попытки как-то прекратить деятельность этой самой Армии обороны Косова — так называемой, реально просто банды отморозков и работорговцев — привели к тому, что НАТО предъявили им ультиматум. Что если вы не прекратите мешать демократической деятельности албанского народа Косова, то будут вам бомбёжки на голову и пожалеете, что на свет родились.

Разумеется, само по себе бандитское руководство этой самой армии НАТО интересовало очень слабо. Какие стояли цели в этой операции? Цель первая: окончательная ликвидация Югославии как геополитического субъекта. То есть ликвидация какой-либо самостоятельной страны на Балканах.

Почему я говорю самостоятельной страны? Потому что страны сейчас делятся на страны самостоятельные, потому что у них есть ядерное оружие и всё такое. Это не означает само по себе самостоятельности. То есть, например, в Британии есть ядерное оружие, а она всё равно действует в кильватере США. То есть само по себе это не помогает. Я имею в виду самостоятельность геополитическую. И на страны такие, которые формально независимые, де-факто они ничего не могут сделать, если на их территории вдруг решат что-то там устроить.

Вот пример был, когда Болгария не так давно взяла и отказалась строить «Южный поток» из России, трубопровод. После того как мы с Турцией договорились и начали строить туда поток, Болгария резко вспомнила, что все братушки, но было поздновато.

Так вот, Югославию и её остаток как самостоятельное и неподконтрольное образование было решено ликвидировать, поскольку оно типа нестабильное. А попутно это должно было для НАТО стать своего рода боевым крещением. То есть да, была операция «Буря в пустыне», но там было всё это под эгидой ООН, а тут НАТО действовало само. И де-факто ООН замещало.

То есть это было следствием того, что после краха Советского Союза от коллективной обороны устав НАТО сместил деятельность организации на отстаивание интересов каких-то непонятных. Так вот, эта самая операция против Югославии должна была стать отстаиванием интересов. Должна была сплотить НАТО. Должна была показать, что НАТО способно действовать без оглядки на ООН и как бы этот ООН на самом деле подменить. Потому что в ООН там всякие ненужные абсолютно сидят люди. Какая-то Россия, Китай какой-то. Это всё какие-то ненужные страны. А вот сейчас НАТО покажет, как оно может всех бомбить и всеми рулить, никого не спрашивая. И ООН таким образом должен был, по этому плану, как-то медленно отойти в прошлое. Это как Лига Наций в своё время, которую к началу Второй мировой уже никто даже не вспоминал, что вообще есть.

А был ли мальчик?

Ну и, кроме этого, там были всякие мелкие идеи, которые военные выдвигали. Типа вот там снаряды с обеднённым ураном израсходовать, а то они валяются тут зря и место занимают.

Остатки Югославии, как известно, разбомбили. Casus belli, повторяю, — это неисполнение Сербией требований НАТО вывести сербские войска из сербской же автономной области Косово и Метохия. Ну вы поняли, да? Хрен знает кто требует, чтобы суверенная страна вывела свои войска со своей же территории, потому что вот потому. Мощно придумано, что сказать.

«При прежних людях во главе с Милошевичем трагедия продолжится, насилие возобновится. Демократия восторжествует в нашей стране только в результате радикальных перемен, требующих полной изоляции всех недемократических сил и создания внешнего органа для надзора за политическими реформами в стране. Демократам придётся нелегко после бомбардировок НАТО, потому что люди, скорее всего, будут считать нас частью Запада, который бомбил их, уничтожал мосты, дороги и заводы, убивал мирных жителей».

Вот врёт этот Зоран Джинджич, не было такого ничего.

Так вот. Мне, честно, жаль Белград, что такая мразь могла быть мэром. Тут вам надо сказать, что для америкосов вообще у них есть такая манера: когда они кого-то бомбят, у них есть привычка устраивать написание местной хильфсполиции или кем-то таким слащавых книжонок о том, как было плохо раньше и как хорошо-то станет сейчас.

Мы уже упоминали, когда рассказывали про книжку «Маяда, дочь Ирака», где бедная несчастная Маяда, пострадавшая от тоталитарного режима Саддама Хусейна, радовалась, что её страну бомбят наконец-то. Что интересно, Маяда что-то не поспешила вернуться в горячо любимый Ирак. А так и умерла от рака, по-моему, в Иордании или где-то из сопредельных стран.

Это из-за снарядов с обеднённым ураном?

Не знаю. У неё просто, по-моему, в семье было: у неё и мать от рака умерла, по-моему, в наследство.

Да.

Про Афганистан тоже я читал фрагмент, что люди… И везде красятся заборы и стены известкой, и отовсюду доносятся звуки гармошки. Вы можете представить, как Афганистан образца 2004 года, его разбомбили, все там пляшут под гармошку и красят стены известкой. Внимание, вопрос: как выглядит Афганистан 2020 года?

Так же, как и Афганистан 2004 года, только без гармошек и никто ничего не красит, на самом деле. И как бы всё та же самая жопа, и её конца не видно абсолютно, и не предвидится никогда.

Да. Ну так вот, для Сербии, я не знаю, написали они что-то такое или нет, но вместо этого было наснято огромное количество фильмов про то, как там гнусные сербы всех угнетают, но добрые американцы не дают им. Например, из самых известных был такой «В тылу врага». Там некие американцы видят, как злой сербский генерал в лесу тренирует своих боевиков, чтобы пойти убивать кого-то. Я уж не помню, кого он должен был…

Боснийцев.

Боснийцев истреблять ни за что. И, значит, сбивают одного из америкосов, и по его следу идёт Владимир Машков, одетый в спортивный костюм. И именно с его персонажа оттуда срисован Нико Беллик из четвёртой GTA.

Неплохо.

Или, например, кто играл в третью часть приключений Самуила Львовича Фишера, там в самом начале можно встретить некоего Милана Недича, явно косплеящего того президента Республики Сербской в Боснии, который зубной врач был. И он типа имеет погоняло «Боснийский цирюльник», потому что он снимал скальпы с боснийцев. И его надо зарезать, конечно, руками Самуила Львовича, ибо нефиг.

После того как активная фаза войны закончилась, всех сербов из Косова выгнали. Там воцарилась всевозможная мразь типа Хашима Тачи и тому подобных. Косово признали официально. Но де-факто Косово, понимаете, — это такой пример того, что современное государство может существовать, не существуя. То есть у него есть американская база, министерство странных дел и всё. А больше ничего у этого Косова нет: ни экономики, ни социалки, ни налогов, ни хрена. И ничего, Косово живёт себе.

Так что представление о том, что failed state нуждается в скорейшем вмешательстве, неверное. Failed state может прекрасно существовать, если там есть военная база США. Так что не переживайте, failed state, всё у вас будет хорошо. Некоторое время.

Короче говоря, после того как война не дала нужного результата, то есть свержения Милошевича, его свергли путём так называемой Бульдозерной революции. Это была, как считается, первая из цветных революций. В 2000 году. И на знамёнах у протестующих был отмечен тот же самый кулачок. Тот же кулачок, который мы потом видели в Грузии, в Киргизии, на Украине несколько раз, ещё там где-то, я уже забыл, честно говоря, в арабских странах. В Иране тоже кулачок этот самый пытались показывать. И все эти ленивые дизайнеры с кулачком пытаются прикидываться, что это бесплатно восстал народ и бесплатно сверг диктатуру. А кулачок один и тот же у всех чисто так случайно получился.

В общем, Милошевича отстранили. Новый президент Воислав Коштуница обещал ему неприкосновенность и всё прочее, но, вопреки его желанию, по приказу премьер-министра Милошевича тайно схватили и вывезли в Гаагу.

Ну, так получилось.

Да. Потому что МВФ обещал, что спишет Сербии долги. Как ты думаешь, списали Сербии долги?

Да, конечно, нет.

Ну, как сказать. Они им обещали деньги живые, а на самом деле они им денег живых не дали, а просто списали какие-то там старые ещё с югославских времён долги частично.

Прекрасно.

Там его, как вы, я думаю, помните, держали в начале нулевых. И, несмотря на то что он от всего отпирался, в 2006 году Слободан Милошевич умер от сердечного приступа. Говорят, что он требовал привезти к нему русских врачей, но ему русских не дали.

Каких дали?

Ну да. Те, видите, к чему привели.

Ещё из интересных попавших под трибунал личностей был, например, такой, как Анте Готовина. Хорватский генерал. То есть до этого он был черногорец и служил во французском Иностранном легионе. И, кстати, был там сержантом, честно говоря, а не генералом. Но тут уж не приходится выбирать.

Да.

И он прославился тем, что в 95-м и в 96-м истреблял и изгонял сербов из Хорватии. За это в Гааге ему строго дали 24 года, после чего оправдали и выпустили обратно.

Что это они?

Нет, просто… Дело в том, что его выпускали там совместно с одним гражданином ещё. Его просто посадили чуть позже, и на следующий год выпустили. Заодно с ним и Анте Готовину тоже.

А так можно было?

Ну, если это не сербы гнусные, то, конечно, можно.

Слушай, Домнин, так что же это получается? Двойные стандарты у них там в Гааге?

Внезапно.

Как это так возможно?

Двойные стандарты дошли до того, что против них восстала даже прокурор этого самого трибунала Карла дель Понте. Тоже знакомое имя, я думаю, многим.

Да, старуха Карла. Она швейцарка, и она там служила генеральным прокурором. И поскольку Швейцария как бы ни во что не замазана и не участвует, оттуда часто кого-нибудь просят явиться посудить.

Так вот, если бы тамошние люди были поумнее, они бы какого-нибудь американца назначили, европейца, замазанного Евросоюзом, потому что Карла дель Понте оказалась совсем не такая, какой надо.

Неуправляемая оказалась.

То есть она была такая весьма борзая тётка. Ты будешь удивлён, но она была главной закопёрщицей дела Mabetex.

Так, ну-ка, расскажи-ка подробности нам.

Представляешь, в 1994 году оказалось, что в окружении президента России Бориса Ельцина завелась коррупция.

Не может быть. Да врут, наверное, Домнин.

Здание Московского Кремля реконструировали за откаты от каких-то там швейцарцев. Не швейцарцев на самом деле, а от швейцарской конторы, которая, эта самая швейцарская контора, по странному стечению обстоятельств, возглавлялась неким Беджетом Паццолли. Беджет Иса Паццолли. Это такое швейцарское имя.

Так.

Это будущий президент республики Косово.

Ого. Какое совпадение.

Карла дель Понте, да. Она как бы имела зуб на них. И в целом у неё была такая репутация, что она не смотрит ни на какие там лица. Она всех там прижмёт к ногтю.

В общем, профессионально себя ведёт.

Да. Её туда и позвали. До неё была какая-то Луиза Арбур, она была до этого верховным комиссаром ООН по правам человека. А вот эти ООНовские бюрократы — все такие, знаете, в лучшем случае такие бесполезные, безвредные функционеры, которые себя ведут как окурок в ручье: куда-то их там несёт, куда-то прибивает. Вот они примерно такие же. От них никогда нет никакого толку, хотя и вреда особо тоже нет.

Так вот, Карла дель Понте, несмотря на всю её свирепость, она к Милошевичу приступалась будь здоров. Но, несмотря на то что она в том числе преследовала и Ратко Младича, и Радована Караджича за ту же самую Сребреницу, она в том числе и пыталась привлечь к ответственности несербских военных преступников. И возмущалась тем, что кого привлекают, того отпускают, а кого не удаётся привлечь, потому что всех свидетелей поубивали.

Потому что этих свидетелей взяли и всех огласили хором. Зачем-то.

Так что в 2007 году дель Понте поняла, что ничего у неё не выходит, и посчитала, что не может участвовать в таком безобразии, и ушла. То есть поступила примерно как тот инквизитор, который присутствовал в начале процесса над Жанной д’Арк. Несмотря на то, что у него были свои претензии к Жанне д’Арк, он сказал, что это не процесс, а произвол, и ушёл оттуда, чтобы не мараться об этом.

Короче, поступил по совести инквизитор.

Да. Так вот, инквизитор дель Понте поступил ещё более по совести. Она сразу после своей отставки засела за книжку и выпустила её, озаглавив её «Я и военные преступники. Охота», где было написано в том числе о том, что косовские албанцы устраивали концлагеря для сербов и вырезали у них, у живых, органы на продажу. И поставили на широкую ногу.

Прекрасно.

При этом она писала там, что ООН чинила ей препятствия, америкосы чинили ей препятствия, натовцы в целом чинили ей препятствия, пытаясь отмазывать своих, то есть несербов. По этому поводу даже было выпущено какое-то там заключение, то ли ООН, то ли ещё кого, и описано там было что-то типа…

Это всё враки хромой собаки.

Нет, там было описано… Ты отстал от жизни. Сейчас о нём никто не говорит. Сейчас принято отбрыкиваться так, что не доказано, что вот это были концлагеря, а не просто лагеря; что не доказано, что там были в основном именно сербы; и не доказано, что там вырезали органы вот именно у сербов; и не доказано, что органы были вырезаны как бы недобровольно.

В общем, там осталось ещё написать только, что и не доказано, что сербы — это вообще люди. Так что не о чем разговаривать. И дело о косовских торговцах органами на этом было похоронено.

Примерно так же, как было похоронено… Ну, не похоронено, а замято. Помните, несколько лет назад умеренная оппозиция в Сирии выложила в интернет видео, как они схватили какого-то 12-летнего мальчика, палестинца, и отрезали ему башку?

А зачем они это сделали?

Ну, не знаю. Развлекаются, что ли, так. Там какое-то вроде как у них было объяснение, что он был из палестинской семьи, и они поддерживали Асада. Поэтому они ему отрезали башку. Вообще, Ауралиен, ты так спрашиваешь, как будто отрезать башку малолетним детям — это по какой-то причине может быть нужным, или полезным, или оправданным.

Да уж.

На это американцы даже выпустили официальный ответ, что…

А был ли мальчик?

Ну, они написали, что если будет доказано, что действительно мальчику отрубили голову, и действительно это были люди, действительно принадлежащие к тем организациям оппозиции, которые действительно получали от нас помощь, то это действительно как-то нехорошо. Я думаю, что это как-то даже слабо. Надо было продолжить, сказать, что действительно голова от отрубания отделилась от тела, что действительно мальчик от этого умер, что это был действительно мальчик, а не просто какой-то похожий на мальчика предмет.

Ты, Ауралиен, отстал от жизни. Сейчас все отчёты ведутся вот так.

Прекрасно.

Ну и вот теперь мы имеем то, что имеем. Югославии не осталось. Сербия. От Сербии оторвалась ещё и Черногория. Ты, кстати, знаешь, кто в Черногории за главного?

Да. А что там у них вообще творится?

Там Мило Джуканович. Тоже знакомое имя. С 2018 года он опять президент. То есть человек 20 лет уже правит страной.

Где-то мы это уже видели.

Да, кстати. Почему-то никого это не волнует. Никто не говорит, что диктатор Мило Джуканович…

Дай угадаю, он, наверное, с западными странами дружит?

А он вступил с страной в НАТО, так что может хоть 40 лет там править.

Да, по жизни пока не помрёт.

Да, абсолютно. В него сыплются обвинения в том, что он криминальный барон, что ещё берёт взятки и так далее. Это никого не волнует, потому что он ввёл Черногорию в НАТО, всё остальное всем до лампочки. Может хоть людей там есть у себя.

Да, неплохо.

Ну и вот сейчас есть Сербия. Последнее, что я помню о Сербии, — это как раз уже довольно много лет назад, когда Ратко Младича выдавали. Я смотрел видео, где такой угодливый президент Тадич, такой как лакей. Рядом с ним комиссар леди Эштон с таким лицом, типа: ну, холоп, давай быстрее, а то от вас тут всех воняет. И им передают Ратко Младича, старого, и увозят.

Выдачу Младича, кстати, им повесили как необходимое условие для вступления в Евросоюз. А чисто для смеха проверьте, вступила ли Сербия в Евросоюз.

Нет, не вступила. Потому что уже 10 лет почти прошло.

Да. Причина, по которой я это знаю, — потому что у меня есть очень хороший друг из Сербии. И да, он вынужден здесь с визой периодически морочиться, со шведской.

Да, ни в какой Евросоюз они, конечно, не вступили. 10 лет уже прошло со времён выдачи Ратко Младича. Потому что им тут же сказали: ну, это было только первое условие. А ещё, знаете, берут такой свиток, и он раскатывается по полу и в коридор-то укатывается дальше.

Так что нет, Сербия не вступила в ЕС и не скоро вступит, если вообще когда-либо вступит. И мне кажется, что ЕС быстрее перестанет существовать, чем Сербия туда вступит.

Я бы хотел сказать, что я не говорю, что сербы молодцы, а все остальные гады. Не говорю, что сербы — гады, а все остальные молодцы. Я не одобряю этнические чистки и обстрелы артиллерией жилых городов. Мы всё это наблюдаем в Донбассе, ничего там хорошего нет. Я просто говорю о том, что почему это всё прошло мимо нас, я до сих пор не совсем прочувствовал. То есть я понимаю это умом, но я помню, что мне было тогда, в 99–98 годах, лет 10. И я серьёзно считал — я даже себя хвалю сейчас до сих пор за это, — я серьёзно считал, что следующий на очереди мы.

Ну, пока что нет, скажем прямо.

Ну, потому что в 99-м случилось то, что случилось, и всё пошло не так. Но вот пока всё это шло… В 99-м у нас был тут в Москве эксцесс: посольство США закидали обидными предметами всякими.

Ух ты. Это какими?

Которые в эфире называть нельзя. Пузырьками, зелёнкой, яйцами — кто что принёс, кто что подбирал. Особо дорогостоящим предметом в 99-м было не покидаться, самим были нужны. Но это был случай, когда кончилась американофилия окончательно в России. До этого у нас ещё были какие-то там бредовые фантазии на эту тему, а после этого кончилось.

В США даже некоторые умные люди говорили, что вот, видите, нас теперь воспринимают как варваров и держиморд. Но, короче, умных никто не послушал. Как известно, происходит то, что происходит.

В общем, я тогда, в 99-м, когда это произошло и когда мы с тобой на даче у тебя были, у нас была газета The Moscow Times, которая как раз имела разворот с фотографией самолёта, реактивного, взлетающего с авианосца какого-то, и надпись крупными буквами: NATO ready to strike Yugoslavia.

Да.

Я был уверен, что мы не следующие, и я как-то даже старался в это не думать, потому что… Но в 99-м случилось то, что случилось, и вместо этого пришло разное всякое.

И ты будешь смеяться, даже есть… Так… Как бы… Ну вот, сербских лидеров рассадили по разным местам. Кого куда. Кто там не умер, как Милошевич или как этот самый Милан Бабич. Некоторые, знаете ли, отъехали чуть дальше.

В смысле?

Ну вот был такой Милан Мартич. Тоже был в Республике Сербской Краине в Хорватии последний президент. Он в 95-м обстрелял Загреб из РСЗО, и за это ему влепили 35 лет. И знаешь, где он сидит?

Где?

В Тарту, в Эстонии.

Ух ты.

И, видимо, тюремщик говорит: вот подождите, придут русские, я вас на своё место сюда посажу.

Да, пугает их там.

Да, пугает, если он там ещё не помер, пока не смотрел. Всё-таки старые уже люди.

Ну и на этой пессимистической ноте мы предлагаем всем делать свои выводы и закругляться.

Да, я считаю, история, конечно, очень познавательная.

Очень печальная.

Да, она, во-первых, очень печальная, а во-вторых, она наглядно демонстрирует всю подковёрную возню политическую, которая происходит в Европе и на Балканах. Вот, пожалуйста, неприглядная абсолютно картина. Какие-то все там поддерживаются непонятные товарищи с непонятными целями. И что там происходит, тоже не совсем ясно, если не быть погружённым в детали. Надеемся, что как-то мы вам тут картину прояснили.

Я скажу, вот буквально свои пять копеек вставлю. Я, поскольку живу в Стокгольме, в Швеции достаточно много югославов. Это до, скажем так, 2014–2015 года, когда в Европу массово повалили беженцы из Сирии и сопредельных арабских государств, югославы составляли, мне кажется, суммарно третью по величине такую этническую группу, скажем так. Национальную этническую группу после, понятное дело, шведов, потом финны, тут традиционно много финнов. Ну и вот за ними были сразу югославы. Причём в основном сербы, именно сербы сербские, много сербов боснийских и ненулевое количество хорватов, словенцев и прочих таких граждан. Но в основном, конечно, сербы всех мастей, и боснийцы, и небоснийцы.

Причём самое интересное, что они, находясь здесь, в принципе, вполне друг с другом уживаются нормально. По крайней мере, люди моего возраста, может быть, чуть постарше, чуть помладше. То есть вполне себе цивилизованно они могут тут существовать. Но при всём при этом, конечно, разговаривая с людьми… У меня есть очень хороший друг-серб, который из Белграда. Он здесь уже живёт года три, наверное. И вот так с ним разговаривая или разговаривая с его друзьями, понимаешь, что у них там полная, конечно, шляпа. Полная шляпа.

Государство функционирует, так сказать, наполовину. Пенсии там крошечные. Соответственно, социальные все вот эти гарантии — то, к чему мы привыкли, например, в России, — оно не всегда доступно, скажем так, в Сербии. То есть там, конечно, людям живётся очень тяжело. И народ оттуда такой активный оттуда валит массово. Массово валит, куда только может валить. То есть молодёжь в основном ориентируется либо на работу с иностранцами, либо на работу просто за границей. Потому что перспектив никаких для жизни в Сербии они не видят.

Коррупция очень сильная. Всяческие там кумовство, злоупотребления, отжимание бизнеса. В общем, всё по полной программе. Это, знаете, такое ощущение, что то, что было у нас в 90-е, у них происходит уже сколько? 20 лет. Больше, чем 20 лет. И конца этому не видно. То есть люди оттуда просто разбегаются, которые могут разбежаться.

Вот мой друг, через которого я знаю эти детали, он, в принципе, достаточно много лишений вынужден был претерпеть, лишь бы только укорениться в Швеции и не возвращаться назад работать в Белград. Потому что там, конечно, совсем всё другими красками играет, скажем прямо.

Так что вот вам, дорогие друзья, наглядный пример того, как может государство превратиться в так называемый failed state. Конечно, наверное, сейчас нельзя называть Сербию сопредельным государством failed state.

Ну, как тебе сказать. Смею сказать, Македонию, Косово — их можно. Словению и Хорватию, наверное, нет, нельзя. Но так тоже, знаешь, это не значит, что там хорошо.

Да, да, да. В общем, напряжённая там, конечно, обстановка. Ну и на этой, скажем прямо, пессимистической ноте мы будем на сегодня закругляться.