Hobby Talks #288 - Миссионерство
В этом выпуске мы рассказываем о прозелитизме - о миссионерах и гиюре, Франциске Ксаверии и Дэвиде Ливингстоне, друзах и парсах, джизии и редукциях.
Транскрипт
Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.
Доброго времени суток, дорогие слушатели! В эфире 288-й выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами его постоянные ведущие Домнин и Ауралиен.
Спасибо, Домнин. Итак, от темы воинственной и подводной мы переходим к теме местами не менее воинственной, но гораздо более наземной, сухопутной, я бы даже сказал. О чём мы, Домнин, сегодня будем разговаривать?
Мы поговорим про миссионерскую работу, прозелитизм, обращение в религии и тех, кто этим занимался.
Да, достойные люди местами.
Да, достойные люди. Потому что занимались этим все, и занимались и духовные лица, занимались и вполне светские, такие вот как Дэвид Ливингстон, путешественник, о котором мы сегодня ещё поговорим. Занимались особые монархи, например, индийский царь Ашока. Он занимался активным распространением буддизма после того, как сам обратился и узрел всю свою прежнюю греховность.
Решил помочь другим.
Да, решил тоже помочь другим. И, например, Шри-Ланку, как считается, обратил в буддизм именно Ашока. И поэтому Шри-Ланка — это такой вот островок в прямом и переносном смысле остался буддийский, поскольку вскоре после этого буддизм на материковой Индии уже всё, отдал концы в связи с возвращением индуизма и с вторжениями оголтелых мусульман с севера.
А вот скажи мне, раз ты про Шри-Ланку заговорил, вот эти вот тамильские тигры, которые там… Это индуисты.
Это как раз индуисты, да? Которые борются с буддийским большинством.
Уже всё. Уже доборолись.
Уже буддийское большинство там всех…
Перемочило.
Всех, да. Слишком буйных всех убили, остальных замирили. Вот видите, какие бывают дружелюбные буддисты? Это вообще так характерно для многих мест Юго-Восточной Азии. То есть на Шри-Ланке, в Мьянме там буддисты такие, что палец в рот не клади. Они тебе голову отрубят только так.
Да. Казалось бы, миролюбивая религия.
Религия-то миролюбивая, а люди-то не миролюбивые.
Да. Да уж.
Мы поэтому решили поговорить вообще обо всей этой практике и истории, потому что на протяжении веков и тысячелетий взгляды на то, что можно, нужно и не нужно делать, сильно менялись. Опять идёт в мире бурление во многих местах, которое тоже вызывает серьёзную озабоченность, следует ли вести активную проповедь, не следует ли, следует ли запретить кому-то другому её вести или, может быть, наоборот, надо разрешить всё.
Что делать с теми, кого обратили из вашей религии? Может быть, их надо сразу убить всех или, может быть, надо их обращать обратно или там помахать им рукой и сказать: счастливого пути, хорошего вам настроения.
Да. Я, например, в рамках подготовки прочёл книжку «Методика общения со свидетелями Иеговы» для православного миссионера. Такое руководство краткое.
Да. «Маллеус малефикарум» для православных.
Да. Я вообще-то открывал, я думал, что там будет написано что-нибудь вроде: «Для общения со свидетелями Иеговы вам понадобится моток широкой изоленты, стол метр на два, полотенце, шланг и водопроводный кран в доступности».
Для ватербординга, если кто не догадался.
Да, но нет, оказалось, что ничего подобного с ними делать не надо. Вместо этого нужно с ними… Надо притвориться, что ты сам хочешь изучать Библию и перейти к ним. Проблема в том, что они всегда стараются всё делать по двое, потому что просто вдвоём труднее отпасть. С тобой всегда ближний, который сторож брату своему.
Я всегда думал, они на тот случай ходят, если вдруг одного бить начнут, чтобы другой помогал. У меня всегда такое было.
Не, они ходят для того, чтобы… Бить-то ладно. Пусть бьют сколько угодно, главное, чтобы не отпадали от веры. В общем, написано, что не стоит думать, что свидетелям Иеговы можно открыть глаза, показав сходу убедительные факты, изобличающие организацию в лжепророчествах и искажениях Библии. Это абсолютно неэффективный путь, к желаемому результату он не приведёт.
Главная задача заключается в установлении контакта с проповедником. Между православным и свидетелем Иеговы должен установиться диалог, спокойный обмен мнений. Важно, чтобы адепт не воспринимал вас как ярого оппонента. Лучше всего сделать разговоры со свидетелями Иеговы регулярными. Если вы готовы к длительному общению, лучше всего согласиться с домашним изучением Библии, которое будет проходить по книге «Чему на самом деле учит Библия».
Это вот эта вот книжонка свидетелей, где доказывается, что Библия учит срочно нести им все свои деньги.
Да, да. И ходить по домам искать новых дураков.
Угу.
Да. Попросите адепта приходить к вам на изучение в одиночку. Дело в том, что свидетели Иеговы ходят на проповедь и изучение всегда по двое. Эта установка не позволяет свидетелю Иеговы, который в чём-либо усомнился, признаться в этом, не потеряв лица перед своим соверующим. Адепт будет всячески стараться защищать учение организации, чтобы не дать повода второму подумать, что вы смогли его переубедить.
Ну и так далее. То есть, например, если свидетель Иеговы приведёт к вам на изучение старейшину из своего собрания, то это может означать, что вас расценили как крепкий орешек. В таком случае важно вести себя предельно осторожно, так как если старейшина увидит, что общение с вами может нанести духовный вред возвещателю, изучение с вами может быть прекращено в одностороннем порядке.
То есть они подошлют старшего, который увидит, что вы вовсе не собираетесь к ним переходить, а наоборот, вы его хотите переманивать.
Вербуют нашего.
Да. В общем, вы поняли. Сейчас будем надеяться, что эти иеговисты, поскольку их запретили, постепенно они как-нибудь поулепетнут отсюда.
А здесь, кстати, ходят периодически. Я вижу на улицах вот этих ребят в беленьких рубашечках с бейджиками, на которых имена написаны. Ходят парами в галстучках.
В общем, да. Здесь ещё не запретили.
Пока не запретили.
В общем, как видите, у нас с еретиками разговоры короткие. Но вообще-то далеко не все религии проповедуют, причём не обязательно в таком агрессивном ключе, как свидетели Иеговы. И бывает такое, что прозелитизм религией не только не предписывается, а даже и наоборот ограничивается и запрещается. Самый типичный пример — это иудаизм.
Да. Иудаизм, опять же, поскольку история иудеев и иудаизма длинная… Вот в эпоху примерно после Александра Македонского и до разрушения Второго Храма иудаизм тогда нужно было распространять. Если почитаете Ветхий Завет, обратите внимание, что там стараются в него обращать семитские народы родственные. Но после того, как израильтян всех выселили римские власти после восстания Бар-Кохбы, они приняли совершенно другие взгляды и по этой причине стараются никого к себе не пускать.
Почему, Ауралиен?
Потому что у них религия завязана вообще-то на то, что вы еврей. То есть если вы не еврей, то извините.
Да, более того, религия завязана на том, как классно то, что вы еврей.
Да, в этом весь смысл.
Конечно. Да, как классно, что вы евреи, как вам следует придерживаться своей веры, как вам желательно, если уж не вступать в брак с другими евреями, то хотя бы детей своих воспитывать по еврейскому порядку, и так далее.
При этом утверждение о том, что там утверждается, что все остальные гои, всех их ждёт страшный суд и погибель, — это чушь. На самом деле иудаизм совершенно официально считает, что те, кто следует Завету Ноя… Если помните, когда после потопа Ной наконец-то выплыл на своём ковчеге и всех выпустил, произошла радуга, с которой Бог заключал свой завет, или как он там, союз с человеками из рода Ноя, и обещал больше никаких потопов не устраивать. Вот, они в обмен должны вести себя хорошо.
Вот это вот самое законы Ноя, они считаются вполне достаточными для неевреев, и те, кто им следует, то есть там не воруют, не убивают, примерно так, то они всё равно попадут в Царство Небесное, или как там это называется в иудаизме. В общем, после того как будет Страшный суд и погибель, те, кто вёл себя хорошо, независимо от того, евреи там или не евреи, попадут туда куда надо. А с евреев даже наоборот больший спрос будет, потому что они всё время под лупой.
По правилам всё должны делать.
Да, да. Тем не менее, теоретически, если вам прямо так приспичило, можно пройти процедуру гиюра. То есть заделаться…
Да, заделаться…
Одним из них. Да, то есть вы-то будете гер-тошав.
Гер-тошав? Это как?
Да, это такой как бы не еврей, который живёт в земле Израилевой и, в общем, как бы…
В случае чего за них будет выступать.
Как бы да, за них, что-то такое. Но это, так сказать, вообще. А вот если вы провели гиюр, то вы будете натуральный еврей, как бы считаться иудеем.
С этим связаны некоторые интересные моменты. Вроде того, что в Израиле сейчас можно найти самых разных странных товарищей, типа, например, натуральных негров. Причём не из Эфиопии, допустим, откуда-нибудь, а совсем из далёких земель. Тем не менее, они одеты как евреи и считают себя евреями.
Вот видишь, до чего доводит людей мировое еврейство.
У нас была тоже такая секта православная, которая как-то раз села, видимо, читать Ветхий Завет. И сделала такой вывод, что что-то по Ветхому Завету Господу вообще плевать на все остальные народы, на самом деле. А вот с евреями он тут готов целыми днями зависать в виде дымового или огненного столба, растолковывая, как именно надо есть, пить и спать ложиться. Следовательно, нужно что? Нужно стать евреями.
Поэтому они стали засылать шпионов, подглядывать там в дырки, во всякие щёлки за евреями.
Как правильно быть евреем.
Да, перенимать всякие их обычаи и богослужения. И в запущенных случаях даже приходить и говорить: слушайте, а вы неправильно, между прочим, у себя тут делаете.
Само собой, им евреи страстно желали провалиться ко всем чертям, потому что, во-первых, никому не нравится, как к нему ходят и начинают поучать, как правильно делать. Потому что власти сразу говорят: ага, это вы их тут подбиваете в свою жидовскую веру, сейчас мы вам погром тут устроим.
Да, поэтому, в общем, кончилось всё это тем, что при Советском Союзе их сперва тоже пытались гонять и терроризировать, там загнали их в Сибирь, и в итоге их отправили по соглашению с Израилем туда, к ним. Всех. Потому что в Израиле рассудили, что лучше держать их поближе к себе. Лишние люди никогда не лишние. Так что какая разница, кто они по национальности, если они уже все записные люди.
Чувствуете, какие прагматичные люди живут в земле Израилевой?
Такие, да. Молодцы, что могу сказать, молодцы.
Но вообще в земле Израилевой можно найти другие, ещё более жёсткие порядки. И не только там, вообще в некоторых местах по всему Ближнему Востоку точечно: в Сирии, в Ливане, кусками в Египте, я так подозреваю, тоже где-то там сидят. Но вот самые знаменитые в Израиле и в Палестине — друзы. Есть такие товарищи.
Да, друзы — это такая очень непонятная на самом деле религия. Что они такое из себя представляют? Это мусульмане ли, или это кто-то другой, или третий — не очень понятно. Это что-то такое совершенно определённо авраамическое, явственно напоминающее ассасинов некоторыми моментами и при этом несущее заметные черты, во-первых, древнегреческой философии, а во-вторых, каким-то макаром даже от дохристианских религий что-то почерпнувшее.
Ничего себе.
Видимо, в эллинистический период. Потому что, я тебя, может быть, удивлю, но, например, на территории древней Бактрии, Центральная Азия, можно обнаружить так называемые греко-буддийские руины.
Греко-буддийские руины?
Греко-буддийские. И не только там. В Средней Азии, в окрестностях Афганистана был когда-то греко-буддизм. Потому что греки припёрлись, нахватались буддизма у индусов. Получилась такая интересная на вид древнегреческая культура, но при этом видно, что сидят Будды. Интересная такая получилась.
Друзы — это вот такая тоже гремучая смесь, и в друзы перейти нельзя никак. То есть можно только родиться. Можно только родиться у друза, тогда ты будешь друз.
То есть де-факто друзы — это такая, скорее, этноконфессиональная общность, а не отдельный народ или религия.
Да. По этой причине обращайте внимание на то, что, несмотря на то что друзы к себе никого не принимают, они при этом тяжко страдают всегда, потому что все радикалы всех мастей их страшно ненавидят. С «Исламским государством», например, у них тоже серьёзные разногласия.
А какие бенефиты вообще бытия друзом, если уж повезло тебе родиться друзом? Есть какие-нибудь плюсы от этого?
Плюсы? Слушай, я не знаю, какие плюсы. Плюс в том, что они, во-первых, верят в реинкарнацию. То есть удобную религию придумали друзы, что мы, отдав концы, не помираем насовсем. В этом смысле можно считать интересной.
Религия в целом такая, очень напоминающая ассасинскую по своим принципам. То есть у них есть семь заповедей. Во-первых, надо говорить правду и говорить по делу желательно, попусту трепать языком нехорошо. То есть приходит тебе жена и говорит: ты мне изменял, козлина? А ты такой: да, да, вот тогда-то, тогда-то. На самом деле это как бы тоже не совсем хорошо, то, что ты изменял.
Во-вторых, нужно помогать братьям по вере. В-третьих, нельзя верить в другие религии, что логично. В-четвёртых, нужно отрекаться от зла, отрекаться от деспотизма во всех смыслах. То есть самому никого не терроризировать и не позволять терроризировать других. В-пятых, нужно признавать единство Бога, никаких там троиц и тем более пантеонов быть не должно. В-шестых, нужно быть послушным Богу, невзирая на то, что именно он там с тобой творит. И в-седьмых нужно подчиняться Божьей воле публично. То есть притворяться, что ты не друз, нельзя.
Да, я друз.
Да, в общем, друзом стать нельзя. Нельзя стать, например, и приверженцем зороастризма. Тут с зороастризмом всё тоже вышло сложно. Зороастрийцы когда-то доминировали на территории современного Ирана. И шире вообще, много где по Ближнему Востоку, в окрестностях Индии тоже. Но после крушения Сасанидского Ирана и создания Арабского халифата зороастризм очень быстро сморщился до совершенно незначительных таких остатков. Главным образом на территории Восточной Персии, местами в районе Афганистана, Таджикистана, Пакистана, в Индии всякие куски.
Как это всё выглядит сейчас? В Иране зороастрийцы всё ещё где-то там сидят, но им запрещено проповедовать и обращать других. То есть всех ещё не того. Там рахбар быстро секир-башка устроит, если кто будет проповедовать. А в Индии тоже живут, но они очень сильно как бы индуизировались, если можно так выразиться. То есть они представляют собой такую касту, по сути, парсов, как их там называют. И в неё вступить никак нельзя, можно только в ней родиться. Они друг с другом только вступают в брак.
То есть их не преследуют, но они никого не обращают. Вот, например, Фаррух Булсара, более известный как Фредди Меркьюри, он как раз был такой. Из этих, из зороастрийцев.
Да, он был как раз зороастриец.
То есть в зороастризм перейти нельзя.
Ну, то есть, может, в какой-то самодельный можно перейти, а может, и нет.
Понятно. То есть где бы ты зороастрийцев ни нашёл, сделаться одним из них затруднительно тебе будет.
Да. Потому что они очень закрытые. Закрытая группа.
Вот, например, в буддизм перейти легче лёгкого. Для этого нужно просто найти подходящего бхикшу.
А это кто?
Буддийское духовенство. Я использую такой общий термин просто потому, что буддийский настоятель храма из, допустим, Вьетнама и наш какой-нибудь лама — сходу видно, что они различаются по своему положению, занятию и тому подобному. В общем, нужно найти какого-нибудь представителя духовенства. Можно также опционально кого-нибудь из его существующей паствы, то есть сангхи, общины, прихватить для массовки. После чего в назначенный день… У нас просто в стране ламы, они очень любят по календарям всё рассчитывать. Например, в буддийских регионах, чтобы жениться, нужно что? Надо сперва поехать расписаться, а потом нужно к ламе обратиться. Он там назначит день, и пройдёт пир свадебный. Вот как бы это вместо венчания у крестьян.
Да, а на нём, что интересно, во главе стола будешь сидеть не ты с женой, а твои папа с мамой и её папа с мамой. А ты будешь сидеть в серединочке.
Да. Так вот, перейти можно. Но вот целенаправленного обращения и целенаправленной миссионерской работы буддисты не ведут. Тибетские буддисты, например, это даже вообще возбраняют. Потому что позиция такая, что кому надо, тот придёт, кому не надо, тот и так проживёт прекрасно без нас, обойдётся.
Но вообще в старину буддисты очень здорово распространяли свою религию по окрестностям. Правда, делалось это обычно не так централизованно, как у Ашоки. Но Ашока вообще был очень энергичный царь. У него, например, до того как он перешёл в буддизм, у него было такое замечательное заведение, называлось «Ад Ашоки».
Прямо ад?
Да, то есть это была такая камера пыток, из которой живым никто не выходил. И после того как он обратился в буддизм, он решил: что же я такое делаю-то?
Да.
И пошёл туда. И палач, который там работал, сказал, что, типа, царь, ты сюда вошёл, а ты сам мне обещал, что никто, кто сюда вошёл, отсюда живым не выйдет. Так что тебя придётся тоже запытать, о Ашока, говорится. Но кто из нас двоих первый сюда вошёл, ты или я? Ну вот тебя тогда и запытаем. И на этом, да, после этого камеру закрыли.
Неплохо.
Но это всё-таки такой сравнительно выходящий из ряда вон случай. Потому что во многом буддизм распространялся, во-первых, с помощью торговли в окрестностях Великого шёлкового пути. По этой причине, например, в Средней Азии буддистов было тоже полно. Это потом уже, когда началось мусульманское проникновение в регион Амударьи и Сырдарьи, тогда это прекратилось. Но да, вообще буддистов там было много. С купцами распространялись.
Они же ещё, я так понимаю, у них было принято ходить во всякие паломничества, этим монахам, видимо.
Да. Несмотря на то что монахи-миссионеры всё-таки приходили, причём, что интересно, в Китай они, в свою очередь, проникли именно из Центральной Азии. Считается, что это было в начале новой эры, то есть где-то там сотые-двухсотые годы, что-то вот между этим.
Что интересно, в Китае к тому времени уже были две тамошние традиционные, два традиционных учения, как говорят сами китайцы. Они не очень слово «религия» котируют, у них «учение»: даосизм и конфуцианство. Причём даосизм как бы работал на духовно-эзотерическую сторону, а конфуцианство — на социально-бытовую, государственную. На первый взгляд буддизм этому всему противоречил. То есть, с одной стороны, он призывал не отягощать себя всякими связями. В частности, таким образом он сразу противоречил конфуцианской идее того, что нужно испытывать сыновнюю почтительность к родителям, к чиновникам, к императору, а императору, соответственно, нужно испытывать заботу о своём потомстве, которым как бы является всё население страны, вот это всё.
А потом с даосами у них тоже получалось не совсем, потому что смыслом даосизма во многом было достижение долголетия немыслимого и даже, может быть, бессмертия. Например, путём превращения в такого вот ходячего нефритового голема, как вариант. А буддисты, наоборот, утверждали, что мы все умрём, всё тлен и так далее.
Тем не менее, как-то так получилось, что с даосизмом буддизм стал взаимопроникаться. Например, даосы уже спустя пару веков утверждали, что буддизм является просто разновидностью даосизма. И более того, Будда — это никто иной, как сын Лао-цзы.
Неплохо придумали.
Который ездил в Индию и там наделал делов. Да, это, разумеется, всё, скорее всего, чепуха, но он показывает характерную для китайцев манеру всё адаптировать под себя.
Это повлияло и на сам буддизм в Китае. То есть вот Шаолинь, самый знаменитый буддийский монастырь в мире, вообще-то он был изначально даосский, основан был даосами. И, страшно сказать, боевые искусства тоже никакого отношения к буддизму не имели, тоже были даосскими. Потому что для даоса вообще характерна любовь ко всяким гимнастикам, принятию странных поз, сидению, вздыханию, размахиванию руками и ногами. Вот то, что у них там старичьё любит на улицах коллективное.
Тайцзи, да.
Я в Париже был в последний раз, там вьетнамская бабка на вокзале ждала поезд и занималась гимнастикой.
Какая-то странная бабка.
Нет, чтобы сидеть и брюзжать, что все проститутки и наркоманы.
Да. В общем, такая получилась интересная особенность. А с конфуцианством было как-то вот так решено, что мы их не знаем, они нас не знают, и всё.
Это не означало, что буддизм в Китае прям вот укоренился и с тех пор благоденствовал. Буддизм неоднократно подвергался репрессиям со стороны имперских властей, подзуживаемых чиновниками и вообще всякими, потому что считалось, что это какая-то странная непонятная религия, несут какую-то чепуху, сочиняют невесть что, всё это из Индии пришло и так далее.
И тем не менее в Китае сложилась очень самобытная система буддийских школ, которые в том числе занимались и привнесением буддизма в окрестные страны. По этой причине в Корее и в Японии буддизм тоже вот он из Китая пришёл. Чётко прослеживается, так сказать, преемственность школ. То есть то, что секта Чань дала начало японскому дзэну, вполне очевидно. Ну и там вообще видно, что риндзай — это явные линьцзи, и так далее. Секта Чистой Земли опять же пришла в Японию и Корею из Китая.
В общем, натащили у китайцев.
Да, натащили много всего интересного. И с этой работой в Японию попали, например, иероглифы, архитектура, вообще вся эта китайская культура, которую японцы творчески переработали и построили свою, тоже интересную.
Самобытную, как теперь её считают.
Да. И что интересно, в Японии существует так называемая школа Нитирэн, основанная, собственно, Нитирэном.
Нитирэн?
Да. Это как?
Нитирэн был такой монах.
Ага.
Нитирэн, да. Которые как раз любят ездить по разным дальним странам сейчас и проповедовать свои идеи, изучать там всевозможные труды, написанные Нитирэном, всякими песнопениями, хоровыми и так далее. Они как раз ведут достаточно активную миссионерскую работу в США, например, в Европе, в Латинской Америке местами. Причём в разных регионах и у разных людей нитирэнство приобретает самые разные окраски. То есть, например, они могут превратиться в нечто типа… Вот в Латинской Америке есть такая теология освобождения, католическая такая школа мысли, которая примыкает к социалистам, считает, что нужно сперва всех накормить, напоить, обеспечить кровом и работой, а потом уже задвигать им про Царство Небесное. Вот в Латинской Америке нитирэнцы тоже такие.
У нас в стране, насколько мне известно, практически не действуют, потому что у нас есть свои собственные буддисты. Я сомневаюсь, что они подружатся с ними.
А вот в Индии, после того как буддизм там практически задавили… Нет, он как бы там есть, это где-то один процент населения. При этом, что интересно, в буддизм часто переходят далиты, то есть неприкасаемые. И даже они создали какую-то свою собственную школу буддизма, которая имеет отчётливо выраженное антииндуистское, антикастовое, отрицающее вообще индийские порядки, которые этих самых далитов чморят.
Да, что, в принципе, логично. Вы вот к нам так относитесь, а мы вам так вот в ответ сделаем тогда.
Да, мы уйдём, так сказать, своим путём. Так вот, дело просто в том, что у индуизма нет как таковой традиции распространения своей веры. То есть сам по себе индуизм — это такая довольно рыхлая, как это сказать, конгрегация разнообразных культов. Индуисты никогда не говорят: вот мы индуисты. Они говорят: а мы последователи Ганеши, а мы последователи, допустим, Рамы, мы ещё кого-то. Они, как правило, унаследуют почитание конкретного бога от своих родителей. Иногда бывает так, что там целая каста каких-нибудь, не знаю, плотников является последователями, допустим, Ганеши. Так вот вышло, что все четыре деревни, в которых они живут, они все поголовно следуют ему.
Кроме того, индуизм имеет очень много всяких течений, разные там реформатские современные идеи. И в них бурлит обсуждение того, что вот вокруг всякие лезут, тут и христиане, тут и мусульмане, ещё кто-то. Не пора ли нам самим заняться миссионерской работой, не пора ли нам хотя бы у себя всячески религию охранять и бороться с пропагандой, переманивать обратно обращённых христиан в индуизм, вести проповедь в, допустим, Британии, где индусов всяких много, и пакистанцев среди них, и так далее.
Эти секты вообще любят приглашать новых членов, даже если они не индусы. Иногда бывает такое. Хотя индусы в целом такие достаточно гостеприимные товарищи, в том смысле, что если вы к ним придёте, вам тут же навешают всяких амулетов своих красивых, какого-нибудь дадут божка вам на память и так далее. Это они любят.
Ну и, разумеется, нельзя забывать про Общество сознания Кришны, которое везде тоже лезет, ходит по улицам, хлопает в ладоши, пляшет, поёт.
Бьёт барабаны.
Да, говорит: Харе Кришна, Харе Рама, Харе Смешная Панорама. Они как раз проповедовать очень любят. И считают, что у них есть некий универсальный закон бытия. Они дхарму таким образом просто трактуют. В этом они не одиноки. И да, они считают, что все другие тоже вполне могут к дхарме причаститься и прекрасно жить.
А вот другие интересные индийские товарищи — сикхи. Они стараются не проповедовать ничего никому, просто потому что одним из фундаментальных постулатов сикхизма является то, что кто чего хочет, тот тому и следует. Не надо никому ничего навязывать, все прекрасно обойдутся и без нас, если им так надо.
Джайнисты — тоже такое меньшинство в Индии. Те самые, которые метут перед собой веничками и являются строжайшими веганами.
Это не те, которые фанаты Джейны Праудмур.
Да. Уточним.
Джайны, да, они, наоборот, фанаты абсолютного ненасилия, ахимсы. И по этой причине они не занимаются, разумеется, ни скотоводством, ни земледелием. Потому что, когда ты там ковыряешься в земле, это же всяких там жуков, червяков, сорняки будешь выдёргивать и так далее, грешить.
Да?
Поэтому они вместо этого занимаются ростовщичеством. Вот это благородное дело никому не вредит.
Да, поэтому джайнов в Индии многие ненавидят. Потому что позадолжали какие-то там их предки. Но на самом деле это я утрирую. Многие джайны занимаются совершенно не ростовщическими делами, а, например, занимаются некоторыми производствами, например украшениями. Многие ювелирные гиганты в Индии как раз у джайнистов.
Ничего себе.
Да, интересные такие товарищи.
И наконец, мы подбираемся к двум другим авраамическим религиям, которые как раз очень любят и даже обязаны…
Прозелитствовать.
Да, прозелитствовать им следует. Собственно, поэтому они стали мировыми религиями.
Ну да. Потому и стали мировыми религиями, что всячески распространяли.
Вот. Поскольку первыми были христиане, то давайте начнём с христианизации. После того как с Иисусом Христом случилось то, что случилось…
Неприятность.
Да, неприятность. Его апостолы решили, что следует взять дело в свои руки и начать распространять всё это дело. Там дальше по разным библейским легендам было Второе пришествие, они получили дар языков, они завербовали там ещё полсотни человек. То есть есть как бы апостолы, которые были, пока Иисус Христос был живой, а есть ещё, так сказать, второе поколение апостолов, которые…
Ученики учеников.
Да, навербовали уже после этого, чтобы помогать.
Были приняты фундаментальные решения, например, о том, что иудейские ограничения не являются важными для проповеди этой веры.
А иудейские ограничения — это какие? В смысле быть иудеем, чтобы?
Например, обрезание.
А, окей.
Это был серьёзный вопрос, у них там был специальный совет по поводу того, можно ли необрезанным проповедовать или нельзя. Но оказалось, что было решено, что можно. Потом появились всякие мысли о том, что нет ни эллина, ни иудея. В общем, инклюзивная религия, всех включают.
Собиралась действительно инклюзивная религия. А после того как перестали их гонять, вскоре был проведён Никейский собор, на котором, собственно, сидел император Константин, прекративший их гонять. И вот после этого, как считается, были учреждены более или менее в современном понятии церкви. Там всякие были идеи разобраны: какие считаются еретическими, какие не очень, потому что тогда разнобой был большой. Например, ариане пользовались большим влиянием. Сейчас они практически забыты, а вот тогда были в силе. Ариане, если что, означают тех, кто считал, что Иисус Христос не равен Богу-Отцу. Некоторые варварские племена были как раз арианами. Лангобарды, если мне не изменяет память, там первоначально были арианами. А может быть, я путаю. В общем, кто-то точно был.
Кто-то точно был, да, арианами.
И после этого началось распространение христианства по территории бывшей Римской империи, тогда ещё действующей. Оно начало сразу влиять на многие аспекты. Типа того, что были запрещены гладиаторские бои, были запрещены гаруспики. Гаруспики — это когда такое гадание по потрохам.
Ещё живых зверей.
Я не помню, что это живых, но точно по потрохам. Гаруспики просто считались более авторитетным гаданием, потому что до этого ещё были авгуры, которые гадали по полёту птиц. Но это гадание считалось обманом и высмеивалось ещё бог знает когда. И даже было выражение «улыбка авгура». То есть означало циничного лжеца, который гадает, а сам над этим ржёт.
Какой подлец.
Да. Не надо думать, что распространение христианства шло гладко, потому что регулярно случалось так, что происходили христианские всякие ереси. То есть вплоть до VIII века периодически церковные власти присылали инспекцию в какую-нибудь там область и обнаруживали, что, несмотря на то что все эти граждане ходят с крестами, крестятся и так далее, они все поголовно, включая своё духовенство, веруют чёрт знает во что. И у них ещё очень туманное отношение к тому, что написано в Библии. Поклоняются солнцу, или морю, или деревьям опять начинают поклоняться, при этом без всякого участия зловредных друидов каких-нибудь, а просто как-то сами по себе начинают забывать, о чём вообще всё это было. Потому что написано на латыни, они-то ею не владеют, и как-то так выходило.
Вот что бывает с религиозными текстами, когда они написаны на непонятном языке.
Они просто не соблюдаются.
Ну конечно, написать их на понятном языке…
То есть я начну их читать и говорить: позвольте, тут написано что-то одно, а через три страницы ровно противоположное.
Потому что то, что написано через три страницы, писалось через три века после того, как то, что первое произошло, было записано.
Дорогие эсеры, как так-то?
Да, начнутся ереси и разночтения, и все мы не оберёмся неприятностей. Поэтому первое время было решено, что лучше не надо.
Тогда же появляются легенды о том, что многие знаменитые проповедники и крестители тренировались на кошках.
Это как это?
Ну, то есть проповедовали птицам, или волкам, или ещё там кому-то.
И звери обращались?
Слабо подходящим. Не знаю, обращались или нет. Я подозреваю, что это просто такая была тренировка ораторского мастерства.
Да.
Происходили неоднократные языческие возрождения, причём совершенно не обязательно именно в Тёмные века. У нас, например, в Муроме… Муром вплоть до XII века был насквозь языческий.
До XII века?
Да.
Ничего себе. То есть как бы полтора века прошло, все уже крестились, а Муром ещё нет, ещё сидит.
Да, как бы да. Получилось как-то вот так. Несмотря на то что князь Владимир-то что говорил? Что кто не крестится, будь он хоть боярин, хоть ещё кто, богат ли, убог ли или нищ, работник ли — противен мне да будет. В общем, никто не хотел, чтобы ему говорили: уйди, противный. Поэтому все крестились.
И тем не менее в Новгороде всё было с боями. Люди этому сопротивлялись. В северо-восточных областях, в том же Муроме, там вообще царило какое-то непонятное язычество, смесь какая-то славянского с финно-угорским.
Это вакханалия.
Да, поэтому там всё это было очень медленно. Вот тот самый князь Глеб, которого Святополк Окаянный и прибил, или кто там прибил, с Борисом, да, он как раз тоже пытался крестить, куда его там посадили княжить, но ничего не вышло, поэтому пришлось жить за пределами того места, где он как бы княжил.
Или вот, например, в Польше. Поляков крестил Мешко I, я так понял. Это первый легендарный король Польши, на самом деле.
Он такой не легендарный, он скорее первый и сколь-нибудь не легендарный.
Не легендарный, окей.
Да. Потом был Болеслав Храбрый.
Его сынишка.
Да, вот. А после этого царствовал уже внук первого, Мешко II Ламберт. И подданные говорили о нём: Ламберт, Ламберт, хрен моржовый, Ламберт, Ламберт, непопулярный правитель. И кончилось тем, что его убили, и после этого началось языческое восстание, там полный бардак, все стали опять веровать в Перуна и тому подобное.
Так что всё это шло медленно и мучительно. Это опять же уже Высокое Средневековье, казалось бы, а вот поди ж ты.
Да, вера в Перуна.
Да, вера в Перуна и в кого там ещё у них получилось. Но постепенно оно всё более-менее устаканилось. Последним бастионом, нехристианизированным в Европе, была Прибалтика и Литва, потому что Владислав Ягайло вплоть до XV века практически был язычником, и страна ещё в XV веке тоже была де-факто языческой, Литва та.
Тут, правда, надо понимать, что Великое княжество Литовское в XIV — начале XV века, в нём литовского там было десять процентов территории и населения, и номинальная этническая принадлежность руководства. В остальном там были сплошные русские поголовно все, и сам Ягайло тоже был на три четверти русский. Одна фамилия только осталась от него.
А не будет ли бомбить сейчас у наших зарубежных слушателей от таких новостей, Домнин, ты как думаешь?
Я что, виноват? Ладно. Короче говоря, язычество там было, да, цвело и пахло. Верили в Перкунаса, рамувское язычество прибалтийское. Между прочим, Перун как раз у славян считается позаимствованным от прибалтов в виде Перкунаса. Так вот, с Перкунасом пришлось завязывать, потому что там крестоносцы набегают. Тут ещё подвернулся выгодный вариант стать королём польским, женившись на Ядвиге. И пришлось, в общем, переходить в католицизм. А так да, держался долго, держался Ягайло.
И вот началась эпоха Великих географических открытий, и понеслось. Потому что, во-первых, был открыт Новый Свет, во-вторых, была открыта морская дорога в Индию прямая, не через турок, а в обход Африки. Ну и, соответственно, в Африке тоже стали расти как грибы всевозможные фактории, с которых с переменным успехом велась проповедь.
Но тут христианству подгадила Реформация, некстати начавшаяся. И, между прочим, далеко не факт, что Латинская Америка была бы католической сейчас.
Какая же она была бы? Протестантская?
Какая-нибудь, да, была бы. Вон США какие-то. Сам чёрт не разберёт. Как там шутил Марк Твен в одном из его произведений, где там на языческую деревню отправили миссионеров, и цель была достигнута в кратчайшие сроки: в деревне не осталось и трёх семей, которые бы твёрдо исповедовали какую-нибудь одну религию и не грызлись бы между собой. Это он так издевался над современным состоянием американского христианства, где бесконечных баптистов, меннонитов, евангелистов, методистов и ещё чёрт знает каких мормонов было не пройти, не проехать и не разобрать, кто из них во что верует и в чём соглашается между собой.
Да уж.
Так вот, католическая церковь пребывала в полном раздрае, и, наверное, действительно судьба её была бы печальная в смысле распространения по миру. Сейчас она самая ого-го из христианских церквей по численности.
Да.
Но вот в XVI веке, с делами Лютера, в этом совершенно не было никакой уверенности. И тут произошло следующее событие. Был такой Иньиго Лопес де Лойола.
Да. Иезуит он, между прочим.
Подожди. Он сперва был не иезуит, он был военный, который, в общем, сиял, блистал, зарабатывал славу и внимание прекрасных дам. Но судьба военного такая, поэтому в один прекрасный день Лойола заработал французское ядро.
Ядро это шандарахнуло его в ногу, и стал Иньиго… инвалидом.
Костяной ногой стал.
Да. Считается, что он на этой почве малость повредился умом. Может быть, не повредился, но факт тот, что это сильно повлияло на его характер, потому что всё это заживало плохо. Его лечили, он страдал от боли, молился, постился. И домолился до того, что начал, видимо, слышать голоса и так далее. Стал себя там лупить плетью, пытался ездить по святым местам, пытался проповедовать, стал получать богословское образование, поругался, кстати, по ходу дела с инквизицией. Так что образование он поехал получать в Париж подальше от них. А то они ещё не оценили его.
Добрые католики не оценили его усердие. Решили, что он у них будет отнимать хлеб.
И, в общем, он навербовал там себе сторонников, в основном кастильцев по национальности, тоже приехавших в Париж, и решил с ними образовать Общество Иисуса. Таким образом, он, видимо, хотел обезопаситься от претензий инквизиции и сказать: вы что, против Иисуса Христа выступаете?
Да.
Почему они сделали именно так? Ведь было же полно всевозможных монашеских орденов, на которых, между прочим, возлагалась работа по прозелитизму самым официальным образом. Например, одними из самых видных обратителей неверных были доминиканцы по кличке domini canes, то есть псы Господни.
Да. И, к примеру, на наших землях папа римский даровал как раз доминиканцам право и обязанность вести проповедь и обращать схизматиков и еретиков. А для участников обращения отпускались вообще все мыслимые грехи, то есть выдавались индульгенции доминиканцам, включая даже индульгенцию за такие грехи, как поджог и убийство священнослужителя. В общем, вы поняли. Поэтому обращать русские земли поехали поджигатели и убийцы, отморозки. Поэтому ничего у них не вышло, потому что их тут самих всех убили.
И подожгли.
Да. Так вот, проблема в том, что к XVI веку, когда Иньиго Лойола решил заняться религией, доминиканские и вообще все монашеские ордена изрядно себя дискредитировали. Все над ними потешались, все они имели имидж пьяниц, лодырей, бездарей и неучей. Потому что сами ничего не знали и никого ни во что обратить не могли, разве только в запой.
Вот это да, им удавалось всегда на славу.
Так что было решено создать какое-то своё отдельное общество пока что. А потом общество попало на ковёр в Ватикан. И получило там разрешение зарегистрировать монашеский орден. Причём не абы какой, а такой очень серьёзный орден с большими правами, вольностями и тому подобным. И с финансированием, соответственно.
Вопрос: чего это вдруг папа римский заинтересовался каким-то хромоногим сумасшедшим? Потому что у папы римского всё трещало по швам, разваливалось. Проповедники ни с чем не справлялись, когда их спрашивали лютеране какие-то каверзные вопросы, они только глазами хлопать могли. Поэтому было решено, что надо действовать по-другому, и вот Лойола как раз хорошо на эту тему лёг.
Последующие пятнадцать лет своей жизни он посвятил сочинению конституции. Не в смысле конституции для стран, а в смысле руководства для своих собратьев. То есть это был такой орден, который должен был заниматься распространением влияния Ватикана и католицизма вообще, подчиняться только напрямую римскому папе, а не тупорылому местному начальству, ни на что не способному и себя дискредитировавшему. И ключевыми вопросами тут были школа и миссия.
Школы должны были принимать бесплатно или за какую-то совершенно символическую плату, чисто чтобы на бумагу и на перья хватало, минимальные какие-то нужды были. Эти школы должны были быть для всех. То есть не инклюзивное обучение, как сейчас. Я имею в виду, что не там для дворян школа, там для потомков простолюдинов каких-нибудь школа, там для чиновников школа. В общем, для всех школа, чтобы все ходили, учились. Учились, кстати, хорошо. Учили там на совесть, нельзя сказать, чтобы там чего-то изображали. Поощряли заниматься самостоятельной работой, изучать всякое, заниматься всякими философскими рассуждениями и тому подобным. При этом даже если было видно, что из этого ученика никакого иезуита не получится, его всё равно учили.
У нас, например, иезуиты занимались ещё при Екатерине созданием колледжей. И таки кое-что создали. В Западной Европе именно у иезуитов учились такие люди, как Сервантес, Мольер, Галилей, кстати, Вольтер тоже, Декарт. То есть, возможно, энциклопедисты у них там нахватались всякого интересного.
И миссии. Миссии велись тоже очень серьёзно. То есть тогда уже иезуитам было понятно, что вести обращение надо очень аккуратно. С одной стороны, они работали в колониях, то есть в Латинской Америке, где одним из главных направлений для вербовки стала организация местного населения и недопущение его угнетения колониальной администрацией, обращения в рабство, например. Иезуиты говорили, что это всё вредно, мы сейчас обратим в христианство, и получится гораздо лучше, чем то, что вы пытаетесь устроить.
Добрые католики гораздо лучше рабов.
Да. Таким образом, они создали в Латинской Америке своеобразные теократические мини-государства, называвшиеся редукциями. Самый, я думаю, заметный остаток от этих редукций — это государство Парагвай.
Парагвай был редукцией?
Да. Парагвай был редукцией, где местные индейцы вели жизнь коммунальную практически под мудрым руководством отцов церкви. И, между прочим, вплоть до известной войны, угробившей, по разным оценкам, от трёх пятых до девяти десятых населения Парагвая, я имею в виду мужского взрослого… Это постарались бразильцы, кое-какие европейцы там устроили им. А до этого Парагвай был жемчужиной Южной Америки. Он был очень образованный по сравнению с соседями. Там были мощёные дороги, фонари, чистота, красота и тому подобное. Ну, разумеется, жадные соседи на всё это позарились. Вот считается, что, по крайней мере, в части чистоты и образования это как раз наследие иезуитов.
Да. Кроме того, они организовывали вооружённые отряды по борьбе с работорговцами. Потому что из Бразилии тогда набегали всякие банды, захватывавшие индейцев. В основном из региона Сан-Паулу. А, кстати, я говорил, что Сан-Паулу тоже построили иезуиты?
Да?
Да, его построили иезуиты. Так вот, оттуда набегали эти самые бандиты и нападали на индейцев, угоняя их в рабство, продавая на всякие плантации и в публичные дома, смотря по половому признаку. Так вот, иезуиты добились разрешения на то, чтобы этих индейцев вооружить, создали из них отряды и вели битвы с работорговцами, и отбились, так сказать. Поэтому в Парагвае и окрестностях там до сих пор много индейцев среди населения.
Прикольно.
Кроме того, иезуиты направлялись и Восток изучать. Например, среди иезуитов был святой Франциск Ксаверий. Он считается одним из величайших католических миссионеров. И он как раз был одним из семи основателей этого самого Общества Иисуса. Он работал в Индии, он работал на Молуккских островах. Причём работал не так, как было принято, начиная капать на мозги знати. Он работал с всякой нищетой, с рыбаками, с дикарями и охотниками за головами. Встречался с китайцами и с японцами, проплывавшими мимо, изучал языки, оставил наставление о том, что, если вы хотите кого-то обращать, то надо, чтобы вы могли объяснять им всё это на понятном языке. Более того, что нужно адаптироваться к обычаям и традициям тех, среди которых ты проповедуешь, а кроме того, нужно обязательно стараться создать местную церковь, состоящую из духовенства местного происхождения, туземного.
Он, кстати, был очень крутой мужик, как ты сказал. Он был очень гибкий. И действительно, в Индии, на Молуккских островах он проповедовал среди простой публики, а когда он оказался в Японии, он понял, что в Японии нужно разговаривать с начальством. И он там, соответственно, наделся в дорогие одежды и уже беседовал на предмет того, что там с высокопоставленными японцами: вот, типа, давайте, у нас тут перспективная есть религия.
Вот. И очень, да, очень был гибкий мужик.
Это, кстати, один из примеров того, насколько иезуиты выгодно отличались в плане гибкости от тех же самых доминиканцев, францисканцев и прочих товарищей. Потому что у них в уставе, если мне не изменяет память, было всего в районе пяти таких вот правил, пунктов, которым следовало следовать. В то время как у каких-нибудь доминиканцев там были здоровенные такие книги, которые…
Зарегулированные, с бюрократизмом.
Именно так. Там вплоть до того, сколько раз там нужно «Отче наш» сказать, что там как делать. То есть они просто с этой книгой носились как со списанной торбой, в то время как иезуиты могли гибко адаптироваться к тому, что вообще происходит.
При этом, что интересно, вот как говорят, что кто-то там иезуитский, хитрый и ловкий, это всё воспринималось тогда основной массой населения как нечто плохое. То, что они вместо того, чтобы нести свет божий открыто, какими-то задними дворами пробираются, несмотря на то что это гораздо эффективнее и лучше в конечном итоге.
Также мыслил, например, знаменитый проповедник Алессандро Валиньяно. Валиньяно отправился в Японию. В Японии он со своей свитой быстро обратил внимание, что в Японии все одеты каким-то специфическим образом для своей профессии. И поэтому их там просто не воспринимают как религиозных деятелей, потому что они одеты непонятно. И поэтому они оделись как дзэн-буддийские монахи и соответствующим образом брились и стриглись.
Кроме того, он был ещё и неплохим бизнесменом. Он там очень быстро наладил каналы поставки домой шёлковых тканей. И таким образом ему удалось, во-первых, превратить свою миссию в процветающую и самодостаточную, во-вторых, найти общий язык с местными феодалами, которым он позволял тоже участвовать в торговле и богатеть.
Да. Таким образом, было уже почти полмиллиона христиан, завербованных им к моменту, когда Валиньяно отдал концы. Потом, правда, для христианства в Японии всё кончилось плохо, там всех стали распинать и убивать. Было восстание христиан, которое тоже жестоко подавили, потому что страна ушла в изоляцию, и так далее.
В Китае иезуитам тоже удалось добиться успехов, потому что туда была отправлена миссия во главе с Маттео Риччи. Значит, Риччи решил тоже во всём следовать образцам Франциска Ксаверия. Он же учился у Валиньяно поначалу, так что он изучил китайский язык, он изучил и оставил богатейшие записи по китайской культуре. И вместо того, чтобы говорить: вы тут все грязные язычники, и вас всех ждёт страшный суд…
Гиена огненная.
Ад и погибель, да. И поклоняетесь вы тут какому-то идолищу поганому, толстопузому и ушастому. Вместо того чтобы говорить такое, Маттео Риччи действовал по-другому. Они одевались по-китайски, они упирали на свои познания в науках, они стали показывать им всевозможные новинки из астрономии и математики, которые тоже заинтересовали придворных всяких чиновников, они любят учёность. И оставил соответствующие инструкции: не ведите себя с рвением, не выдвигайте никаких аргументов, чтобы заставить эти народы изменить свои обряды, свои обычаи или свои привычки, если только они не прямо противоречат нашей религии и морали.
Что может быть абсурднее, чем привнести французские, испанские, итальянские и любые другие европейские обычаи к китайцам? Не приносите им наши обычаи, но вместо этого приведите их к вере. Вере, которая не отвергает и не уничтожает их обряды или привычки их или любого другого народа, по крайней мере, если они не отвратительные, но вместо этого сохраняет их и оберегает.
По этой причине, например, было согласовано такое специфическое учение, которое не отвергало, например, обряды поминовения предков и почитания Конфуция. Потому что у самого императора и у высокопоставленных китайцев они взяли клятву, что Конфуций — это никакой не бог.
И мы, разумеется, тут же дали.
Так что иезуиты сочли, что ничего не имеют против секулярного такого вот почитания Конфуция. Это, по сути, с точки зрения иезуитов было нечто вроде, не знаю, обряда поднятия государственного флага, пения государственного гимна, чего-нибудь вот такого. То есть чисто светский обряд.
Но, разумеется, когда кто-то начинает делать что-то умное, тут же сбегаются полчища дураков, которым умное не нравится. Они начинают писать кляузы, всё портить и мешать. И прибежали всевозможные доминиканцы с францисканцами, которые тоже стали вести миссионерскую работу, но делали они это так тупо, что у них ничего не выходило. И, естественно, они создали плохую репутацию. Естественно, они обозлились на иезуитов, у которых всё выходило, и написали на них кляузу в Рим о том, что иезуиты искажают христианское вероучение, занимаются идолопоклонством, в частности Конфуцию, и поклоняются предкам.
Ну и, в общем, папа Климент XI от большого ума взял и объявил, что все эти практики противны христианству, должны быть запрещены, отменены, являются идолопоклонством, непростительным суеверием, изуверием и так далее. После этого он отправил туда своего легата Шарля-Тома Мийяра де Турнона, и они должны были императору Канси всё это объяснить.
Эти идиоты приехали к императору, наговорили ему всякой ерунды, в результате чего император приказал всех христианских миссионеров, которые не следуют принципам, согласованным с Риччи, всех просто выгнать из страны. И после этого всякая миссионерская работа реально прекратилась.
В общем, все полимеры того.
Да, все полимеры того. Ну а в XVIII веке орден иезуитов вообще попал под запрет.
Где? Везде?
Да везде. Папа римский объявил, что всё, лавка закрывается. Потому что на них стали жаловаться все подряд. Колониальные администрации были недовольны тем, что иезуиты не позволяют обращать в рабство население. Деловые круги говорили, что у иезуитов всякие там права беспошлинной торговли, duty free, так сказать, в планетарном масштабе, и они чинят убытки национальной экономике. Теологи доказывали, что иезуиты перевирают Священное Писание и впадают в ереси, язычество и чёрт знает во что. Национальные правительства тоже говорили, что наши иезуиты уже запарили, они везде лезут. Только в нашей стране уже было несколько терактов за последние сто лет, которые инспирировали иезуиты. Ну, все эти там пороховой заговор, покушения на всяких там министров и королей, вот это. Всё это считалось иногда оправданно, иногда не очень.
Тот же самый пороховой заговор, например, к иезуитам имел такое очень туманное отношение. Единственным иезуитом, который имел хоть какое-то касательство к происходившему, был один старый дед, который уже ничем не занимался и которому просто исповедовался один из заговорщиков после того, как всё вскрылось и провалилось. Он не мог же ему сказать, что нет, я этого слышать не хочу, не желаю, иди отсюда, я тебя вообще не знаю, кто ты такой. Поэтому он был вынужден к этому быть припутан. Но когда его стали спрашивать о его роли в заговоре, он говорил, что заговор — это дело молодых. Он уже устал от всего этого дерьма.
Он устал, он уходит.
Уйти ему пришлось на тот свет.
Да.
Вместе со всеми.
Это ещё хорошо, что не так весело, как некоторым другим. Редукции эти тоже мозолили глаза колониальным администрациям. В общем, да, иезуитов тогда разогнали, запретили, всё конфисковали и так далее. Тем не менее, мы с вами уже пару раз касались этого, про Дэна Брауна общались и всё такое. Иезуиты сейчас всё ещё существуют, они по-прежнему миссионерствуют, особенно в странах третьего мира. У них есть образовательные учреждения, правда, не так уж много по сравнению с прошлым. Во многих местах им просто запрещено их заводить. Издают кое-какие там газеты.
Но вот помните историю с папой Бенедиктом, который был после Иоанна Павла? Папа Бенедикт был в серьёзной ссоре с иезуитами, в частности с их тогдашним главой. Глава иезуитов зовётся генералом, что интересно. Питер Колвенбах объявил тогда при Бенедикте, что устал и он уходит, что ему восемьдесят лет, что он больной, старый и так далее. Дело просто в том, что Бенедикт отнимал у них всевозможные газеты, радиостанции и вообще всякие активы и передавал их другой религиозной организации — Opus Dei.
Прекрасно.
Да. После чего, я думаю, вы помните, про Opus Dei тут же вышла серия книг, где их совершенно осрамил этот Дэн Браун. А потом папа Бенедикт чего-то взял и отрёкся от должности, и ушёл. Как так вышло? Не ссорьтесь с иезуитами.
Но учтите, у нас длинные руки.
Иезуиты, да, они такие.
Несколько позже, чем христиане, но тоже довольно давно, свою миссионерскую деятельность начали мусульмане. После того как Мухаммад умер, ислам буквально за два поколения захлестнул всю Северную Африку, Персию, проник в Среднюю Азию, вытеснив оттуда буддистов, местных шаманистов и прочих. И христиан, кстати, тоже там бывших. Доехал до Испании, всю её поглотил. И, разумеется, всё это сопровождалось исламизацией местного населения.
В разных регионах это шло по-разному. Например, зороастрийцев было сравнительно легко обратить в ислам, потому что во многом основные понятия были схожи. То есть идею борьбы Ахура Мазды с Ариманом злым мусульманские проповедники облекали в идею о том, что есть Аллах, а есть, так сказать, Иблис, шайтан.
Потом проповедь была наиболее успешна среди тех слоёв населения, которые по своему ремеслу считались за что-то вроде неприкасаемых. В частности, это были горожане, занимавшиеся разными ремёслами, например гончарным делом, производством древесного угля, кузнечным делом, оружейным, ювелирным. Короче, всяким, которое требовало работы с огнём. Видишь ли, по зороастрийским понятиям обжигание горшков в огне этот самый огонь оскверняет.
Да ладно, ничего себе.
Равно как и кование гвоздей и тому подобное. Да, огонь является чистой священной сущностью. Вообще-то это как бы маленькое солнце, божественное пламя и так далее. Поэтому широкие слои ремесленников считались за каких-то неприкасаемых. Они, разумеется, с радостью перебежали туда, где их ценят, любят. У арабов на первоначальном этапе с ремеслом было совсем хреново, в основном были бедуины, поэтому ремесленников они ценили.
Да.
Потом у мусульман были сформированы тарикаты. Тарикат — это нечто вроде религиозно-философской школы. Само слово «тарик» обозначает путь. То есть это как в Китае всякие путь сжатого кулака и путь открытой ладони.
Путь Ильича.
Да, путь Ленина какой-нибудь. Вот так же тарикаты работали и для распространения ислама. Началось, например, с расцвета суфизма. Это такое философское, эзотерическое течение в исламе, которое ставит своей целью поиск так называемой хакики.
А что это?
Это как бы абсолютная истина.
Достойное занятие.
Да, да. Суфии такое любят. Они вообще такие очень философские. Некоторые даже из-за этого находят некие пересечения с буддистами. Хотя, по-моему, это такая поверхностная мысль. Неважно. В общем, с помощью этих проповедников создавались братства, создавались всякие организации. Правда, из-за децентрализации ислама и его довольно раннего разделения на суннизм и шиизм часто создавались всякие странные движения, типа тех же ассасинов, исмаилитов.
Более того, был даже такой курьёзный случай, когда ассасины добрались до Индии и там попытались создать нечто вроде синкретической религии, которая бы позволила исламизировать, или, как это сказать, исмаилизировать скорее, индийский народ. То есть, например, праведного халифа Али они объявили десятой аватарой Вишну и стали сочинять песнопения в близком индусам виде. Они даже взялись за сочинение Пуран. Это такая специфическая литература индийская, нечто среднее между эпосом, романом, летописью и много чем ещё. И религиозное тоже имеет значение.
А к нам сюда отправился небезызвестный Ахмед ибн Фадлан, тот, который ездил с викингами побивать неандертальцев, судя по фильму «13-й воин».
Да, был такой.
Да, на самом деле Ахмед ибн Фадлан там позаимствован Майклом Крайтоном покойным. Крайтон вообще был такой фигурой интересной. Я почитал его работы разные, жалею, что некоторые из них не экранизированы.
Так вот, Ахмед ибн Фадлан действительно ездил сюда, вот к нам, на территорию современной России. Познакомился с, как он писал, русами. Лицезрел действительно похороны знатного руса, которого сжигали на его ладье, перед этим оставив ему там невесту, которой шаманка налила какое-то дурманящее пойло. Невеста спела песню, после чего её убили и положили там рядом с мертвяком, отпихнули ладью, бросили факел, она сгорела, и таким образом были похороны.
Немногие знают, Домнин, что русы эти самые — это вообще-то бородатые с топорами.
Конечно, это скандинавы абсолютно. Это как бы то, что мы сейчас называемся Россия, а до этого назывались Русью. Это греческий экзоним.
Да, это совершенно да. То есть русы — это…
Это абсолютно нормально тогда было. Так же как, например, Франция называется в честь франков, которых там было, наверное, процентов пятнадцать в лучшем случае. Все остальные были галло-римлянами и разными другими.
Конечно. Кстати, на этой почве нацисты очень любили Францию, потому что они-то считали, что там все достойные люди — это германцы, уважаемые. Все недостойные — это не германцы.
Да, так и было.
Да, но они очень любили так всё передёргивать, потому что Гитлер почему-то любил ходить в коротких штанишках, фотографировался в шортах каких-то кожаных и писал, что наши германские предки, одетые в короткие штаны, потому что они были такие закалённые, захватили Римскую империю. То, что вообще-то германцы были одеты обычно в длинные штаны, а в короткие штаны и юбочки одевались сами римляне, его совершенно не волновало.
Лидеру нацистов не сообщили.
Да, всё это было непонятно.
Так вот, Ибн Фадлан сделал другое важное дело, помимо замечательного своего литературного труда. Он доехал до Волжской Булгарии и начал там проповедовать. Волжские булгары — это тюрки, которые жили тут вот у нас, потом часть из них откочевала с юга туда, где сейчас Татарстан, а другая часть ушла на Дунай, где сейчас Болгария. Вот, кстати, тоже пример. То есть то, что там жили христиане-славяне, к ним приехали эти самые булгары, которые среди них растворились, но вот страна называется Болгария.
Здравствуйте, что тут у вас? Булгары.
Да. Так вот, это всё имеет для нас самое непосредственное значение, потому что именно исламизация в Волжской Булгарии привела к созданию современных татарского и башкирского народов в том виде, в котором они сейчас есть. К исламизации последовавшей Золотой Орды. Потому что вплоть до Узбек-хана, если я не путаю, в Золотой Орде всё ещё следовали тенгрианству. Это только хан Узбек перешёл в ислам и всех остальных тоже перевёл.
Да. А если бы не Ахмед ибн Фадлан и Волжская Булгария, всё могло бы быть как-нибудь по-другому.
Были бы они ещё кто-нибудь другой.
Да. А вот, например, на Западе, в Испании, там обращение в ислам велось другими экономическими методами. Потому что немусульмане должны были платить джизью, то есть дополнительный и довольно тяжёлый налог. И многие считали, что оно того не стоит, и переходили в ислам. Из-за этого в Испании вплоть до современной поры было очень круто происходить от так называемых древних христиан.
Которые могли себе позволить.
Да, то есть которые не поддались на вражескую агитацию и остались христианами, не перешли в ислам. И только потом уже их предки перешли в христианство обратно, когда христиане стали брать верх. Поэтому все, особенно те, что посмуглее, поносатее и почерноглазее, все громогласно в Испании заявляли о своём происхождении не иначе как от древних христиан. Даже если, как выражается Артуро Перес-Реверте, явно, что ещё их прадедушка в рот не брал свинины.
Такую же джизью пытались брать и в Индии, когда моголы завоевали, но там эту джизью то отменяли, то вводили обратно. Но это привело к совсем не таким результатам, каким хотелось бы, потому что всё-таки большая часть населения Индии осталась индуистами. Хотя да, мусульман много получилось, даже хватило на целых две страны ещё лишних: Пакистан и Бангладеш.
И бывший Восточный Пакистан, Бангладеш.
Ещё ранее называлась Бенгалия. А кроме того, арабские купцы и мореплаватели стали ходить к Островам пряностей, вести выгодную торговлю и в том числе распространять ислам. По этой причине такие места, как Малайзия и Индонезия, являются чуть ли не поголовно мусульманскими. Там сформировались султанаты, которые за счёт торговли с Ближним Востоком богатели, вооружались и доминировали всячески над окружающими. По этой причине, когда туда добрались европейцы, тоже проникнувшие за пряностями, они обнаружили, что индуистов и буддистов там уже практически всех извели, за исключением разных кусков типа Бали.
Многие наши любят ездить на Бали и могли заметить, что там живут не мусульмане, а такой специфический извод индуизма. Хотя издалека можно спутать с буддизмом тхеравадским, но это всё-таки скорее индуизм.
Да, поэтому на Бали такой туристический уголок. Я вот индонезийские фильмы посмотрел некоторые с Ико Уайсом. Да, интересная, конечно, страна.
Бали?
Нет, я имею в виду Индонезия. Там не про Бали, там про Джакарту. Судя по этим фильмам, я не знаю, как местное министерство туризма ещё не засудило режиссёра. Потому что, судя по фильмам, кроме как на Бали, в Индонезии везде грязища, дожди, все друг друга убивают молотками, кирками и топорами. В общем, бандитская Индонезия.
Да, и вообще жить там невозможно.
Да уж. А вот на Филиппинах не вышло закрепить ислам как главенствующую религию. Там испанцы живо навели христианство. Несмотря на это, на Филиппинах есть такой анклав, где живут мусульмане, и там же базируются всевозможные пираты, бандиты и террористы, которые всё время грабят и доказывают, что они это всё делают во славу исламского государства на Филиппинах. На самом деле они просто грабят, нашли себе занятие по душе и занимаются, собственно, этим.
Из современных аспектов обращения в ислам интересно состояние в американских тюрьмах. Потому что, да, в Америке одним из важных факторов роста количества мусульман является местная пенитенциарная система.
Как ни странно.
Да. Например, на 2003 год в штате Нью-Йорк 20% заключённых были мусульманами. Это где-то тогда было 350 тысяч человек. Может быть, больше, может быть, меньше. Кроме того, 80% из заключённых, которые пришли к вере, пришли к очень конкретной вере, а именно к исламу.
А вот в чём причина? Можно подумать, что в штате Нью-Йорк только и бандиты, что мусульмане. Дело просто в том, что всё это негры. Всё это негры, которые переходят в ислам по разным причинам. Во-первых, потому что ещё на свободе среди них издавна ведётся работа всяких странных течений типа «Нации ислама». «Нация ислама» — это, прямо скажем, грязные еретики с точки зрения любого сколь-нибудь ортодоксального и знающего мусульманина, неважно, радикального или умеренного. Построено это какими-то сумасшедшими, которые говорили, будто бы белая раса была создана злым колдуном по имени Яков. И другие такие же мощные открытия сделали.
Их основатели ездили в том числе в паломничество на Ближний Восток. Правда, они это дело быстро перестали, потому что там они воспринимались местным населением в стиле «очень злой мамбет». Не забывайте, что типичные арабы из заливных стран, они воспринимают негров как холопов таких.
Был недавно скандал с, по-моему, кувейтской бьюти-блогершей. Бьюти-блогерша была недовольна тем, что какая-то там её прислуга, то ли из Филиппин, то ли ещё откуда-то, не из Филиппин, из Индонезии, по-моему… Короче, какая-то прислуга её уволилась и уехала. И блогерша вся исходила просто гневом, что вот ты тратишься на них, тут им паспорта всякие выправляешь, а они берут и уезжают. Надо бы у них паспорта отобрать, вот что.
Началась буря возмущений, и стали тыкать и говорить, что рабство вообще-то отменили. А другие писали: что значит отменили? Что такое рабство? Мы не понимаем, о чём вы говорите. В общем, да, вы понимаете. Страны залива такие, страны залива.
Да. Ты, Домнин, особо про страны залива здесь не распространяйся, потому что мне ещё, может быть, в Дубай лететь в обозримом будущем.
А что в Дубай? В Дубае там ещё всё нормально сравнительно, это не Кувейт.
Да. Ну так вот. И по этой причине в современной Америке вот эти вот негры-мусульмане — это большая головная боль. Причём, как это ни парадоксально, даже больше, чем всякие там приезжающие злые пакистанцы или саудовцы, которые там хотят взрывать и всё такое. Потому что, во-первых, эти негры, как правило, из совершенно нищих слоёв, где потомственные все бандиты и безработные и тому подобное. Всякие их религиозные лидеры, как правило, являются имамами только на словах, а на деле несут всякую ахинею, которую читают в интернете и которую пишет неизвестно кто. И то, что это может быть какой-нибудь там злобный Махмуд ибн Кебаб аль-Бомби аль-Бабах, это совершенно не исключено среди малограмотных негров, считающих себя мусульманами.
Кроме того, судя по проведённой работе ФБРовцами, ваххабиты и салафиты, потирая руки, хватаются за таких кандидатов. Кроме того, многие из совершенно обычных банд негритянских, они на основе вот этого тюремного псевдоислама собирают нечто вроде таких как бы культов-тиранидов, которые используют выдранные из контекста куски Корана, чтобы обосновать стиль жизни. И поэтому занимаются бандитизмом, прикрываясь религией.
Считается, что с этим сейчас ведётся борьба, но я, честно говоря, никакой другой информации про эту борьбу и смысл так и не почерпнул. Хотя сказать, чтобы все негры, переходящие в ислам, переходили в какие-то шайки-лейки, нельзя. Например, Майк Тайсон.
А он тоже из этих, которые перешли?
Да. Он вполне приличный человек и ведёт нормальную жизнь вполне себе. Есть рэперы, кстати, мусульмане тоже. Такие у них негры. Не знаю, что они там читают.
Что-то, видимо, читают.
Да. Ну и чтобы не завершать на такой печальной ноте, давайте поговорим про одного интересного миссионера по имени Дэвид Ливингстон.
Это же такой был исследователь.
Путешественник, да. Он был не только миссионер, но и путешественник действительно, очень знатный исследователь Африки. Родился в бедной семье в Шотландии, но сумел получить образование в богословии, получить статус миссионера и отправиться в Африку. Он начинал с Южной Африки, где сейчас ЮАР, и решил, во-первых, изучать континент, наносить на карту неизведанные земли, обращать население в христианство, устанавливать там цивилизацию и торговлю, распространять влияние Британской империи, а также бороться с работорговлей.
Потому что работорговля тогда в Африке южнее Сахары цвела и пахла. С западного куска этим занимались португалы и конголезцы. Там было очень явно видно всё это. Те, кто читал книжку «Пятнадцатилетний капитан», они как раз могут припомнить. А с восточной части свирепствовали арабоязычные граждане, которым, например, покровительствовал султан Занзибара. Заливные всякие эмиры тоже ездили. Например, эмират Бахрейн современный — это такое типичное рабовладельческое государство, уже скоро полторы тысячи лет как несёт это гордое знамя. Сейчас они, правда, уже не ездят никого не захватывают, к ним, наоборот, едут, чтобы за еду там работать, потому что там, откуда едут, всё ещё хуже, чем было.
Путешествия эти были, разумеется, опасными. Известен случай в 1844 году, когда он просто старался всячески оказывать услуги местному населению, чтобы расположить его к себе и к своей деятельности. Ему предложили поучаствовать в охоте на льва, потому что завёлся лев-людоед. Местные негры его очень боялись, потому что, ну как это водится для племенного сознания, тут же сочинили, что это не просто лев, это какой-то там оборотень-колдун, которого просто так не убить. А Ливингстона они воспринимали, видимо, как шамана, такого специалиста по борьбе.
Колдуноборца.
Да, такого. Способного поразить злобного льва. Вероятно, также немалую роль сыграло и то, что у него было хорошее современное ружьё, потому что у негров там было три с половиной каких-то кремнёвых мушкета производства Марокко.
Я думаю, это было ключевое, почему на него возлагались такие большие ожидания. С ружьём приехал человек.
Мероприятие кончилось для Ливингстона плохо. Произошла вроде как осечка, лев прыгнул на него и вцепился ему в левое плечо. И здорово ему левую руку порвал.
Подлец какой, лев этот.
Да. Льва убили в упор его товарищи. Ливингстона потом уже в Европе спрашивали: мистер Ливингстон, о чём вы думали, когда на вас напал лев? Газетчики к нему приставали. Ливингстон говорил: я думал, с какой части он начнёт меня пожирать. Такой был весельчак.
К сожалению, остался инвалидом. После этого ему пришлось переучиваться делать многие вещи так, чтобы не действовать предплечьем и кистью левой руки.
То есть он парализован там остался?
Нет, не парализован. Он мог ей пользоваться, но не выполнять тяжёлую работу. То есть ему пришлось стрелять как левше. То есть он мог спустить курок левой рукой, но удерживать цевьё ружья он не мог. Ему пришлось курок спускать левой, а цевьё держать правой.
Понятно. Как-то так.
Да. С собой он брал свою супругу, которая родила в процессе путешествий не только четырёх детей, но, к сожалению, умерла. В одной из его экспедиций она заболела малярией.
Тоже ума палата у человека?
Его тесть всячески бушевал и требовал, чтобы он оставил в покое жену, оставил её дома, но, понимаешь, он уезжал на годы.
Можно и не жениться было сразу.
Ну да, тоже верно.
Кроме львов и малярии, Ливингстону угрожали самые разнообразные одушевлённые опасности. Его ненавидели буры, нападали на основанные им поселения и разрушали их. Потому что они доказывали, что он организовывает негритянское население и мешает им делать, что они хотят. Особенно их бесило то, что народ тсвана якобы после его пришествия стал заниматься контрабандой, подрывать их деловые дела всякие.
Бурские.
Тсвана — это население Ботсваны. Страна Ботсвана — это означает буквально «много-много тсвана».
Угу.
Да. Кроме того, Ливингстон открыл водопад Виктория, около которого стоит его знаменитый памятник с надписью «Христианство, коммерция и цивилизация». К тому времени он уже получил среди местных негров славу живой легенды, которая, представляете, не нападает, не угоняет в рабство, не бьёт палкой и ничего. Что это за необычный белый человек? Его называли Большой Лев, видимо, как раз в честь той истории с львом-людоедом.
Он провёл замечательную экспедицию по реке Замбези. Замбези — это длиннющая петляющая река, которая идёт, я так понял, с территории Анголы и впадает в Индийский океан. Это своего рода нерв субэкваториальной Африки, поэтому это очень важная река. То, что Ливингстон её описал, сильно облегчило дальнейшее разграбление Африки.
Спасибо ему большое, Ливингстону этому.
Да, тут как бы вопрос такой. На самом деле это была попытка сделать навигацию между атлантическим и индийским побережьем Африки менее самоубийственной, чем она была тогда. Вот поэтому он отправился по долине Замбези. Много чего там посмотрел интересного. Он же искал истоки Нила. Нашёл он, правда, не это. Мы уже рассказывали о том, что истоки Нила нашёл Спик.
Джон Спик вместе с Бартоном.
Вместо этого он сделал другие открытия, открыл многие из так называемых Великих озёр Африки. Ну и, разумеется, проповедовал там по дороге. Причём ему приходилось нести серьёзные лишения из-за того, что его деятельность всячески саботировали всевозможные работорговцы. Например, отказывались продавать ему припасы, не давали ему транспорт купить или ещё что-то такое. И вместо этого издевательски предлагали ему ехать вместе с их работорговыми караванами. Чего, разумеется, Ливингстон сделать не мог ни под каким соусом. Лучше бы, наверное, пешком пошёл.
Вот примерно на этом этапе Ливингстона стали искать, и на его поиски отправился Генри Мортон Стэнли, тоже своего рода интересная личность. Знаменитый журналист, знаменитый колонизатор, рыцарь Большого креста ордена Бани.
Ордена Бани? Чистоплотный, что ли, такой был?
Нет, это просто в Британии до эдвардианской эпохи, по-моему… Сейчас у них есть один орден. По-моему, называется «Наиотличнейший» какой-то орден Британской империи.
«Наиотличнейший».
Да. Поэтому когда сейчас кого-то посвящают в рыцари, то это, как правило, именно это и было. А раньше там был орден Подвязки, орден Бани.
Так вот, Генри Мортон Стэнли на самом деле был никакой не Генри Мортон и не Стэнли тоже. Звали его Джон Роулендс, вообще-то говоря. И был он бастардом от сына какого-то там валлийского кулака и какой-то нищей девицы. Сами понимаете, что с такими данными жить в богатстве и изобилии как-то не получается. В итоге он рос в работном доме, где, ну вы сами понимаете, ничего хорошего в работных домах нет. Он там регулярно сидел в карцерах, дрался и вообще. После чего он решил, что пора валить из этой страны. Сел на корабль и уплыл в Новый Орлеан из Британии.
И там он нашёл себе работу у купца по имени Генри Стэнли. Генри Стэнли решил, что такой сметливый и расторопный парень ему пригодится, взял его в пацаны на подхвате в лавках. Потом обратил внимание, что пацан-то толковый, произвёл его в начальники магазина. И в общем, в результате он сказал: типа, Джон, ты мне как сын, которого у меня никогда не было. Тот, видимо, сказал: а вы мне как отец, которого я ненавидел. Не знаю, что он сказал. Факт тот, что его усыновили, и да, он взял себе новое имя Генри Мортон Стэнли в честь своего благодетеля.
После этого он отправился воевать за южные штаты в Гражданской войне, потом попал в плен и перешёл во флот федерального правительства и воевал на его стороне. В общем, бурная была жизнь. После чего он занялся журналистской работой. Например, участвовал там во всяких интересных экспедициях, был корреспондентом на войне в Эфиопии. Причём, что интересно, про успех войны в Эфиопии в Америке из его сообщений узнали раньше даже, чем британское правительство поняло, что оно победило. Такой был интересный мужик.
Ну и в итоге газета New York Herald отправила его искать Ливингстона, от которого что-то давно уже не было писем.
Да, всё ли с ним хорошо, хотелось бы выяснить.
Да. И Стэнли действительно удалось его отыскать и сказать ему: «Доктор Ливингстон, я полагаю?» — знаменитую фразу свою. Привёз ему там всякие припасы, благодаря чему Ливингстон ещё некоторое время прожил. Правда, здоровье у него всё равно было уже безнадёжно подорвано, так что он в бреду написал последнюю бессвязную совершенно запись в дневнике о том, что надо послать купить дойных коз, хотя ему было совершенно не до дойных коз, и умер.
Его обнаружили его негры-друзья и, по его предсмертной воле, которую он им уже неоднократно объявлял, извлекли его сердце и закопали там, в Африке, под деревом, чтобы он, так сказать, сердцем всегда оставался среди африканцев, среди которых проповедовал христианство. А тело его положили в ящик, насыпали каменной соли и в таком виде он доехал до Британии. В Вестминстерском аббатстве можно посмотреть на его могилу.
Будем, Домнин, в Лондоне — сходим.
Сходим, да. Обязательно посмотрите. Там и без Ливингстона много на что посмотреть.
В общем, Ливингстон был, конечно, удивительной персоной на тот момент, потому что у него было совершенно не такое отношение к Африке и африканцам, как у типичных современников, с которыми он конфликтовал и перед которыми защищал африканцев. Проповедовал не для того, чтобы побыстрее задурить им мозги и отправить их работать на плантациях, а для того, чтобы их культурно возвысить и приблизить их к достижениям цивилизации. За это в Африке Ливингстона до сих пор почитают.
Несмотря на то что, к сожалению, он очень сильно опередил своё время, и многие исследователи отмечают, что трудами Ливингстона воспользовались возможные мерзавцы, вроде всяких там колонизаторов типа Родса Северной Родезии, ныне Зимбабве, ну и прочими такими же.
Типа бельгийского короля этого.
Леопольда II.
Вот. С такого вот противоречия той эпохи было.
Ну и на этой позитивно-негативной ноте, я думаю, закончим.