Hobby Talks #232 - Имена и фамилии
В этом выпуске мы рассказываем про имена и фамилии, отчества и прозвища, Пузо и Ячменя, пуритан и дворян, Радия и Революцию, Коганов и Кимов.
Транскрипт
Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.
Доброго времени суток, дорогие слушатели! В эфире 232-й выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами его постоянные ведущие Домнин.
И Ауралиен.
Спасибо, Домнин. Итак, от темы ошибок мышления и всяческого мракобесия типа гадания и прочих связанных с ними вещей мы решили перейти к теме не менее интересной, но более фактологической. О чём мы, Домнин, сегодня будем говорить?
Мы поговорим про то, что есть у каждого из нас, как бы беден он ни был.
Ты даже поставил меня прямо сейчас в тупик. Я хотел сказать «деньги», а потом ты добавил: «как бы беден он ни был».
Нет, я специально добавил. Я говорю про имя. Хотя бы имя есть у всех. По крайней мере, кличка, заменяющая имя, теоретически. Вот фамилиями как раз не все обладают на планете.
Да, ух ты. А Ауралиен уже упоминал, например, исландцев, которым фамилии за малочисленностью не нужны. А я, например, ещё могу упомянуть сомалийцев, у которых всем даётся три имени, но ни одной фамилии. И узнавать нужно именно по комбинации трёх имён.
Ничего себе. С исландцами это, в принципе, понятно, их всего 300 тысяч человек живёт на свете, а с сомалийцами это, конечно, интересная практика.
С сомалийцами просто за ними никто не следит давно уже, ввиду отсутствия какого-либо Сомали.
Да.
Поэтому там все могут придумать что гораздо. У нас, например, вот закон есть, который ограничивает родительские права в даче имён.
Так.
Запрещены, например, аббревиатуры, цифры. Запрещена похабщина всякая. И запрещены разные там титулы. Графом или герцогом назвать не получится. Это, разумеется, не останавливает дебилов, которые норовят давать своим детям всякие имена. Из статистики есть, например, Дельфин. Ну ладно, Дельфин ещё ладно. Если бы девочка Дельфина — это было бы ещё понятно. Апрель. Был этот дурацкий фильм, эти «Защитники». Там был какой-то Август Куратов. В этой комедии он над одним издевался, называя его всяким там Февралём Конопатовым и прочими делами, но, оказывается, такие действительно есть.
Да, были патенты.
Да, но самая, конечно, громкая история была с гражданами, которые хотели обозвать ребёнка «Биологический объект человек» и длинный номер, то есть БОЧ рВФ 260602, чего-то там. Их послали, они стали судиться, рядиться, ходили по всяким ток-шоу, причём давали интервью. Причём я почитал эти интервью — по-моему, им надо лечиться уже очень давно. И не работать электричеством. Потому что, да, они какие-то, по-моему, отбитые. Характерная какая-то копролалия у них проскальзывает во всех речах. Это характерно вообще для шизофреников. Ну ладно. Факт в том, что всяких интересных имён мы упомянем немало сегодня. Готовьтесь.
Но начнём, пожалуй, сначала. Наверное, имена появились чуть ли там не на заре существования человечества, когда вообще какая-то речь появилась осознанная у нас. Потому что, согласитесь, это хорошо, если вы один — не иметь никакого имени, просто себя как-то называть. Или вот как многие всякие племена, у которых у всех самоназвание одно и то же — «настоящие люди».
Да, а все, кто вокруг, те недочеловеки.
Да, бывает разное. Вот, например, индейцы арауканы, или как их там в Южной Америке, — их самоназвание другое, а арауканами их, по-моему, инки назвали. Буквально означает «плохие враги». С которыми себе дороже связываться.
Да, а вот людей именовать всех «эй, ты там» очень трудно будет. Получится примерно как у Урфина Джюса с его деревянными солдатами.
А что у него там было?
Он пока не догадался их, во-первых, покрасить в разные цвета, смотря по взводу, во-вторых, пронумеровать, приходилось вызывать их из строя так: «Ты с сучком на брюхе, шаг вперёд». «Стоп, а ты куда? У тебя тоже сучок на брюхе? Нет, мне нужен не ты, а вот тот, у которого ещё два маленьких сучка на правом плече». Чтобы с этим бороться, он там всех покрасил и ввёл номера. Гораздо быстрее получалось. Личные имена у него были только у капралов и генерала, которых было немного, в знак положения.
Ну вот, и таким образом появились имена, которые, на самом деле, судя по тому, что у нас в России на территории творилось, происходили из прозвищ первоначально. То есть если мы посмотрим на древнерусские личные имена, то там будут, во-первых, имена, данные по внешним признакам. Какой-нибудь там Черной или Беляк, допустим, смотря по цвету волос. Или, допустим, Большой или Малой какой-нибудь. Или там Зубач, или Лобан, Голован, или просто Голова. Худой, Толстой, кстати. Очень древняя фамилия у Толстых, вот она как раз от этого имени первоначального.
Имена были связаны, например, с поведением человека. То есть имя давалось не сразу, а когда человек подрастал, видимо. Например, женское имя Забава.
Индеец сидит со своими детьми, и они его спрашивают: «А вот почему нас так назвали?» Он говорит: «Ты родился после нереста — Большой Лосось. А ты родился после удачной охоты — Быстрый Олень. А я?..» «Ты узнаешь об этом, когда вырастешь, Рваный Презерватив».
Да, принцип примерно вот такой. Имя, например, Нечай, от которого фамилия Нечаев, — это тот, которого не чаяли, который, допустим, пришёл с охоты и видит: у тебя, оказывается, приплод за это время завёлся.
Типичные всякие прозвища, связанные со зверями, которые, видимо, должны были… То ли это тотемизм, какие-то там пережитки, то ли это просто по внешнему сходству или по характеру, который приписывается этому животному. Какой-нибудь Кот, или Волк, или Медведь, или Бык, допустим, Филин, что-нибудь такое.
Были и такие волшебные имена, которые должны были теоретически отталкивать всякие злые чары и духов, и прочие дела. Например, простое имя Дурак.
Так.
Предполагалось, что если ребёнка назвать Дурак, то он вырастет очень умным. Потому что злые духи решат: с этим уже делать ничего не надо, он и так дурак.
Оставят его в покое, да.
Он, оказывается, без их влияния вырастет умным. Фамилия Некрасов, например, происходит от такого же имени Некрас. То есть некрасивый, урод. Предполагалось, что вырастет красивым. И всякое такое. Просто такие клички де-факто получались, не имевшие никакого, на самом деле, кодифицированного подхода. Это типично практически для всех народов в той или иной степени, что для славянских, что для неславянских.
Например, китайская сказка про Линя Большого и Линя Маленького начинается как раз с процесса выбора имени для близнецов. И выглядит это следующим образом. Отец открывает книгу просто и тычет наугад пальцем в иероглиф. Первый раз у него попался иероглиф «цай», что означает в данном случае «еда». И он сказал: «Нет, такое нам не по карману имя», потому что они какие-то нищие и голодающие, и не очень получится. Потом попал иероглиф «фэй», что значит «жирный» — совсем неудачно. Искали-искали, в итоге остановились на слове «линь», то есть «лес». Лесом, собственно, и назвали: одного Да-Линем, то есть Большим Лесом, другого Сяо-Линем.
А этим лесом имя могло меняться с возрастом.
Да, Домнин, я по поводу вот этого случая, где, соответственно, оба были лесами. Это обычная практика у них, да? То есть у них же два, так сказать, первых имени, правда?
У них имя состоит из двух иероглифов, если ты…
Да-да-да. Два первых имени, то есть называть там, допустим…
Так и везде в Восточной Азии. Если вы назовёте, допустим, Ким Чен Ына просто Ченом, это будет неправильно. Его надо называть Чен Ын.
Соответственно, да, я тут ездил как раз… австралиец один, кое-куда на лыжах кататься, и его зовут Цуен, а фамилия у него Вон. Соответственно, он Вон Цуен.
Да, причём, скорее всего, это просто криво переписанная фамилия Ван. Самая типичная для Китая. Но она пишется Wang.
Да, это самая типичная для Китая фамилия. Иероглиф выглядит как три поперечины, и через них проходит вертикальный штрих. Самая типичная во всём Китае.
Да.
Другая, кстати, типичная фамилия — это Ма. Причём она часто означает, что это либо мусульманин, либо у него предки были какие-то мусульмане.
А Ли?
Ли тоже распространено. Я не помню, что значит Ли. Надо посмотреть будет.
В течение жизни это имя могло меняться. То есть если Дурак от рождения вырос и, скажем, растолстел, то ему могли дать новое имя — Пузо.
Прям Пузо?
Да. Очень типичное. Или, например, если он вырастал носатым, так могли назвать Нос. Ничего себе. Если, допустим, у него было косоглазие, мог быть назван Заяц. Если он был губастым — ему надо дать Губа. Если он был гордым таким и статным, могли назвать Гоголь, к примеру. Если, не знаю, занимался, предположим, тем, что за дровами ходил, могли назвать Топор и так далее. То есть это просто менялось прозвище по ходу дела. Звали без всякого желания человека, кличка такая у него была. Если он, допустим, ложки делал, его могли так и звать — Ложка. Просто.
Так что, граждане ведически-нордического склада, когда начинаете выдумывать всех этих своих Ратиборов и Беригневов, вы не совсем туда стремитесь. Наши предки на самом деле звались Пузом каким-нибудь. Или Пёс. Или Рак. Рак тоже было такое имя. Или как тебе, например, имя Рожа?
Рожа. Неплохое.
Имя такое. И Ячмень тоже было такое имя отмечено. Можно было быть Ячменём. Потом бы, наверное, назвали Перловкой какой-нибудь.
От этих имён начали первоначальные фамилии появляться. То есть если у гражданина по кличке Пузо рождался сын, чтобы его как-то отличать, его звали, допустим, Ячмень Пузин, как-нибудь.
А одновременно существовали и более солидные имена, которыми только всякие знатные граждане могли именоваться. Это двухосновные имена, так называемые княжеские.
Всякие Бориславы, Ярославы?
Да. Владимир типичнейший, то есть властелин мира. Или, скажем, Всеволод, то есть тот, кто всем владеет. Какой-нибудь там Святополк, Любомир.
Да, это всё имена княжеские, их достаточно мало. То есть когда ведические, нордические товарищи начинают себе придумывать такие вот имена, это на самом деле претензия ещё на то, что они княжеского достоинства одновременно.
Да, но на самом деле вряд ли.
Да, княжеского достоинства, прямо вам скажем, очень вряд ли.
Что интересно, у каждой ветви Рюриковичей и потом у воцарившихся там был такой свой набор, которым они именовались. Это довольно долго продержалось даже после христианизации. Потому что, на самом деле, первыми такими вот прямо иностранными именами, которые у нас распространились, были не христианские, а, наоборот, скандинавские. Хельги у нас превратился в Олега, Хельга — в Ольгу, Ингвар — в Игоря. И ты знаешь, от какого Глеб?
От какого?
Глеб — это внезапно Готтлиб.
Готтлиб?
Да. То есть божий, любимый Богом.
Ничего.
Готтлиб. Таким образом, Готтлиба в Глеба как-то вот, как мы конунга в князя перепёрли, а цезаря в царя, так, видимо, и Готтлиба в Глеба.
Да, слушай, тут ведические и нордические товарищи, я думаю, сейчас возбудятся на предмет того, что как же это так? Это что же у нас, оказывается, вы утверждаете, что наше государство было создано какими-то конунгами и какими-то готтлибами, или как там, не приведи господи?
Вот так вышло. Это типичная, на самом деле, картина абсолютно. Тут, кстати говоря, помнишь, не так давно новость проходила, что умер один из наших самых именитых лингвистов?
Да, Зализняк.
Зализняк, да-да-да. Андрей Анатольевич, я забываю отчество… В общем, Зализняк, да, к сожалению, умер, очень пожилой он уже был. И у него была интересная как раз история. В интернетах можно посмотреть видео, где он рассказывает о том, как образовалось слово «Русь». И «Русь» — это, на самом деле, просто оказалось слово, которым обозначали дружину товарища-варяга, который прибыл, собственно, руководить местным населением, славянским местным. И сперва Русью называлась именно его вот эта ватага друзей, а потом, собственно, название это распространилось и на всех, кто обитает на данной территории.
Ну, как Франция, да? Там жили галлы и остатки римлян, которых покорили германоязычные франки.
Франки, да.
Тогда достаточно долго, если там какой-нибудь галл стал называть себя франком, он получил бы по пупяшке, да, чтобы не лез в высшую расу.
Да-да. Так что ничего особенно нового тут нет. Так везде, ребята.
Да-да.
В общем, пришло христианство. Пришло оно, кстати, до Владимира, в лице той же Ольги. Ольга покрестилась… не помню, как она там покрестилась. В Ирину, по-моему, она покрестилась. В общем, факт, что она себя так не называла, продолжала зваться Ольгой.
В Киеве, например, сохранилось то, что Владимир Мономах написал на стене, что дела у него плохо идут, и подписался Василий, своим церковным именем. Достаточно долго вот эти церковные и традиционные имена сохранялись.
Почему так было? Потому что, понимаете, назначать имена начали принудительно, в соответствии со святцами. Что такое святцы? Это такой календарик своеобразный, который расставляет по каждому дню своего святого. Соответственно, в какой день родился, на какого выпал день святого, такого ты и будешь по имени. К сожалению, все эти святые имели достаточно трудное для понимания тогдашних обитателей Киевской Руси произношение. Их там частью переделывали немножко, частью сокращали, или ещё что-нибудь такое делали.
Вот, например, для имён, которые принесли с собой христиане, там в основном всякие, во-первых, греческие, во-вторых, иудейские, там часто попадалось сочетание двух и даже трёх гласных. Вот, например, имя Иоаким. Нам трудно произносить это «Иоаким». Поэтому мы очень быстро до Ефима просто сократили. Или до Акима. Кто как. Скажем, некоторые имена, такие как Иоанн, мы переделали в Ивана. У многих имён мы отрубили суффикс всякий. Допустим, Димитрий быстро до Дмитрия сократился. Скажем, Дионисий превратился в Дениса, потеряв, во-первых, двугласие, во-вторых, суффикс. И всё равно эти имена были достаточно для нас непонятными, потому что многие из них, например, греческого происхождения, достаточно длинные.
Многие греческие имена — это на самом деле не христианские, а вполне себе языческие. Это просто всякие прозвища и вторые имена богов. Например, у Диониса было погоняло Бромий, а у других богов тоже были всякие… Например, у Марса был такой эпитет Виктор, победитель. Виктор стал самостоятельным именем. Или, скажем, Валериус, которого мы в Валерия просто сократили. Это означает сильный, здоровый, крутой. Твоё имя, кстати, тоже Максимус — это величайший. Мы этот «ус» от него отрубили, остался просто Максим.
Да, что характерно, все эти имена, которые мы называем, практически все эти имена не только характерны для России и вообще, в принципе, славяноговорящих стран. Они, в принципе, по всей Европе существуют в том или ином виде. Тот же самый Максим существует в разных абсолютно языках. И у французов он есть, только пишется немножко по-другому. И у немцев иногда сокращается до Макса. То есть Макс — это, в принципе, самостоятельное имя, что у шведов, что у немцев, всяких германоговорящих товарищей.
Плюс ещё Максимилиан.
Да, Максимилиан тоже вполне себе самостоятельное имя, которое отлично и от Максима, и от Макса. Так что да.
Кое-какие имена мы даже калькировали. Например, наверное, не очень интересно женщине называться именем Пистис.
Да уж, звучит как-то сомнительно.
Поэтому Пистис мы очень быстро переделали в Веру, а её подружек, соответственно, в Надежду и Любовь. Просто и понятно, о чём речь.
Как это — Пистис?
Пистис, да. Решили, что это всё не очень для нас хорошо. Ну и разное другое. Например, Мокий у нас сделался Макеем, отчего распространена фамилия Макеев и тому подобное. Потом часто мы откусывали первую гласную. Таким образом, Екатерину мы приобрели из Экатерины, Елизавету из Елисаветы, Исидора в Сидора просто. Агафон у нас сделался Гапоном, к примеру. Вообще они приобрели такое более для нас подходящее звучание.
Доходит до смешного. Например, когда мы говорим «Эмилиан», то мы какого-нибудь такого представляем, не знаю, римского генерала или императора какого-нибудь. А Емельян — это какой-то Емелька лежит на печи. Или какой-нибудь небритый мужик-бунтовщик.
По щучьему велению, которому говорят: «Вставай, дурак, собирайся, дурак. Поедешь, дурак, к царю, дурак».
Да, совсем другое дело. Вот так это везде. Например, одно дело Юлий Цезарь — мы представляем «Ave, Caesar, идущие на смерть приветствуют тебя», — а другое дело современный Джулио Чезаре. Это такой, знаете, какой-то с масляной рожей, чернявый, с хитрыми глазами итальянец, который впаривает поддельные часы на вокзале в Риме где-нибудь.
Да.
Тогда же у нас произошли всякие искажения звуков. То есть, к примеру, Аввакум мы переделали до Абакума просто. Вместо того, чтобы говорить Флор, мы стали говорить Фрол.
Флор, то есть растительный.
Да, Фрол. Вот этот, который был брательник, кстати, Степана Разина, его звали Фрол. В «Двенадцати стульях» отец, как его там, не помню, он служил в церкви святых Фрола и Лавра. Вот именно Фрола, хотя вообще изначально это имя Флор. Евдокию мы переделали в Авдотью. Евстафий у нас сделался Остапом просто.
Когда мы говорим про князя Юрия Долгорукого, который у нас Москву основал, вообще-то он был Георгий. И более того, в той самой летописи, где упоминается Москва, описана речь о Георгии. То есть «сказал Георгий». И Юрий — это уже потом. Ну так же как Егорий. Он же Жора, он же Гога, он же Гоша, он же Георгий Иванович.
Да-да, но это, на самом деле, типично для многих культур. К примеру, почему Дюка Нюкема зовут Дюк Нюкем? Почему? Нюкем — это как бы Newcomb, то есть «гаси их», что-то в этом духе такое.
Да, Вася Нагибата.
Да, а Дюк — это просто очень распространённое сокращение для многих мужских имён. Это и Дэвид, и Дуглас, и Дональд, кстати, тоже может быть Дюк.
То есть ты сейчас просто разбил в пух и прах теории некоторых товарищей, которые думали, что он герцог.
Да, герцог. Герцог Нюкем. Какой он герцог, по его манерам?
Благородные манеры, да. С трейлер-парка какого-то явно приехал.
Да. Достаточно долго эти имена соседствовали со старыми. То есть человека могли звать там, допустим, Фёдор Конь. У нас такой был, кстати, специалист. Могли звать, к примеру, какой-нибудь Иван Кошка. Или, допустим, Пётр Лихой.
То есть, я правильно понимаю, что это, по сути, имя и кличка?
Да. Это как бы имя христианское, имя традиционное, которое воспринимается как кличка. Через некоторое время, ближе уже к концу Средневековья, это стало играть. Они стали просто более привычные для всех. Все привыкли и стали даже играться по-разному.
К примеру, считалось, что более вышестоящему надо писать с какой-нибудь просторечной уменьшительной формой своего имени. Типа не Ивана, а Ивашка, не Петра, а Петрушка, подписываться. Иван Грозный всех поэтому этим троллил и вместо того, чтобы писать «Божиею милостью царь», он вместо этого писал «Ивашка московский какой-нибудь» или «Иванец с Александровской слободы» — и всех этим троллил. Потому что это было полнейшим нарушением всяких…
Протоколов.
Да, всяких порядков.
При Никоне, кстати, стали пытаться, помимо того, что всё вообще… стандартизировать имена тоже. Например, вместо Фёдор требовать, чтобы обязательно были все Феодоры. Не Иваны, а Иоанны. И так далее. Это пытались, но ничего не вышло. Из-за этого, потому что там начались более серьёзные проблемы.
У нас тут в Москве, например, есть такой меховой салон «Боярыня Морозова».
Есть такой, да. Гениальное название. Купишь там шубу — за тобой приедут, как заморозят и посадят тебя в поруб на пожизненное.
Да, неудачное какое-то название. «Пройдёмте, пройдёмте».
Так что ничего не вышло из этой стандартизации, и просторечивание продолжалось. Иван, Егор, Иосиф сделался просто Осипом и так далее. Всякими там Иоаннами называли только в церковных документах. Монахи там себя называли по-всякому.
В принципе, что неудивительно, потому что церковные документы вообще писались на церковнославянском, который, в принципе, представлял собой особый язык. И до сих пор представляет. Мы даже объясним немножко почему. А в это время, между прочим, церковные расколы терзали западную церковь. И там, например, появилась такая секта, как пуритане.
Были такие, да.
Да, в Англии они появились. После того, как Генрих VIII откололся от католицизма из-за своих семейных дел, там поэтому виклифисты перевели на английский язык Библию. Но они ещё до этого перевели и просто распространять стали активно. И народ стал её подчитывать. А мы уже говорили, что Библию долго не хотели переводить на понятный язык. Католики службу до сравнительно недавних времён вели по латыни. В православной церкви в России тоже говорят на церковнославянском, который похож примерно в той же степени, вернее, понятен примерно как латынь.
На самом деле, Домнин, немножко более понятен, чем латынь для каких-нибудь германоговорящих. С образованием, на которое понимаешь, что такое «nomina patris».
Да. Так вот, почему это всё запрещается? Потому что, во-первых, это всё очень сложно, запутанно, и в одной голове написано одно, а в другой — другое. Так что там народ совершенно весь смутится и всё не то будет делать, что от него надо.
Да, гораздо проще иметь человека, который будет всё это объяснять. Специально им всё это разъяснять отдельно, делая выдержки из нужных мест.
А во-вторых, там можно начитаться, понять по-своему и начать расколы, лжеучения, катаров каких-нибудь завести или ещё кого.
Так вот, в Британии они как раз считали, что надо поститься, молиться, слушать пастора Самсона, везде видели недостаточно радикальное порывание с проклятым папизмом. И, как вы знаете, закончилось тем, что их вышибли вон из Британии. Они уехали в Голландию, но они там тоже не ужились по разным причинам. Им там просто делать было нечего. И, кроме того, они начали замечать, что просто оголландиваются, теряют идентичность. Они понаехали в Америку, и вот там до сих пор с этого всё и завертелось.
Из-за этого, к примеру, достаточно долгое время рождественскую ёлку в Новой Англии не ставили. Считали её за папистские какие-то штучки.
Так вот, поскольку обычные имена казались им какими-то слишком уж мирскими, и они хотели, чтобы даже имя было такое, чтобы поститься и молиться, то они начали выдумывать себе имена какие-нибудь такие вот божественно-религиозные. Могли, например, дать имя, которое бы напоминало наречённому ребёнку о том, что он прах еси, червь еси. Могли, например, назвать его именем Forsaken, то есть забытый, заблудший, заброшенный. Или назвать его именем Humiliation, то есть унижение. Или именем Lament, то есть скорбь. Или именем Obedience, то есть послушание. Или именем Dust, то есть прах. Или Vanity, то есть суета.
Но те, кого обозвали Суетой и прочими делами, им очень сильно повезло. Потому что там особо радикальным казалось, что одного слова мало, и двух мало. Надо какую-нибудь целую фразу впихнуть вместо имени. Например, был такой достаточно известный депутат у них там — Praise-God Barebone. То есть буквально «Хвали-Бога Голая Кость».
Славь-Бога, да.
Так вот, сын этого Славь-Бога был назван следующим образом: If-Christ-had-not-died-for-thee-thou-hadst-been-damned.
Типа какой-нибудь «кусай мясо» или «пинай ногу», что такое выходит.
Да, такие вот были. Между прочим, до сих пор в США можно наткнуться на, допустим, даму по имени Пруденс, то есть благоразумие или что-то в этом духе. Или, допустим, на мужчину по имени Пэриш, что означает приход церковный. Не наркотический, а именно церковный. Допустим, я точно видел имя Лавлес, то есть «нелюбимый». В общем, такие вот странные имена периодически во многих местах всплывают.
У нас тоже был такой период. Возвращаемся к нашим именам. Вот пришёл Пётр, вместе с ним тлетворное влияние Запада.
Да, и началось.
Да. Во-первых, к нам достаточно много приехало иностранцев со своими именами, которых мы там по-разному: кого-то переводили, кого-то не очень. Например, семейство Брюсов — мы Джейкоба звали Яковом. А с другой стороны, начался дворянский билингвизм. То есть когда дворяне говорили больше по-французски или по-немецки, чем по-русски. Поэтому они видоизменяли и свои имена сейчас. То есть у того же Грибоедова в «Горе от ума» Чацкий возмущается, что кругом какие-то там княжна Зизи, Мине, Софии. Что это всё за французизмы ненужные? Почему не говорить Мария, София? Пьер Безухов — почему он Пьер? Потому что типа круто, что на французский манер.
Постепенно это начало переползать на всякие более низкие ступени. К примеру, всякие там официанты, тапёры, парикмахеры, портные, приказчики всякие в модных магазинах — они свои имена тоже переделывали. Если он был всю жизнь Егорий, то он с клиентами будет Жорж. Вместо того, чтобы зваться Марией, Машей, Машкой, будет Мари. Чехов над этим издевался. Например, у него в одном из рассказов коротко упоминается некая Софи Окуркина.
Окуркина?
Да. Он нарочно сделал дурацкую фамилию, припаяв её к этому имени с претензией.
Да, и вот где-то к концу XIX века более-менее так и жили. Но тут грянула революция в начале XX-го, и понеслось. Ввиду того, что у нас всё пошло по-новому, во-первых, потеряли своё значение крестины и святцы. То есть родители впервые получили, по крайней мере формальное… До этого всякие богатые дворяне и сами называли как хотели. А формально, по крайней мере, получили право обзывать детей как угодно. Карт-бланш получили на имена.
Карт-бланш.
Из-за этого началось, во-первых, записывание имён в искажённом написании, потому что народ ещё тогда был малограмотный. Записывали это всё тоже какие-то левые люди, плохо умеющие читать, писать, поэтому появлялись всякие имена, описанные с ошибками. Типа Олексей через «О» могли записать. В революционную, так сказать, разруху это было типично.
А самое главное — понеслись всякие новые имена, придуманные. Не сказать, чтобы придуманные или введённые за моды на какое-нибудь литературное произведение не существовали раньше. Например, имя Светлана, несмотря на то, что оно звучит на славянский манер — «светлая», — на самом деле не существовало до того, как гражданин Жуковский понаписал своих стихов, и это имя стало достаточно модным. Или вот, например, «Руслан и Людмила». Людмила вообще было такое имя, но его очень давно не использовали. Если бы не Пушкин со своими Русланом и Людмилой, никто бы им не пользовался. А так оно попёрло.
Имя Руслан пошло уже в XX веке, например. Потому что тут внезапно тюркское влияние. Потому что Руслан… это были такие былины про Еруслана Лазаревича. А Еруслан — он вообще-то Арслан. Это из древнеперсидского эпоса. Арслан.
Это распространённое на Востоке имя.
Да. Так что наш Руслан — он вот как раз такого происхождения.
То есть такое тоже было, но после революции началось целое поветрие. Это было нужно в связи с тем, что ломка, всё новое, старые имена отвергаются как устаревшие какие-то поповские. При этом многие, например, свои имена из-за этого начинали менять. Некоторые, например, даже в газеты писали себе всякие статьи о том, что «я отказываюсь от старорежимного мещанского имени и беру себе новое». Какой-нибудь там, например, Вилен. Вилен — это Владимир Ильич Ленин. Или женское имя Нинель, которое как бы Ленин, только наоборот.
Ленин наоборот.
Могли назвать просто Маркс. Вот, например, у этого, как его звать, который Кирова убил, опять забыл, этого придурка… Но один из сыновей как раз родился, его назвали Марксом. И говорят, что это был как раз сын от Кирова. На самом деле, не его.
Некоторые стали называться, например, в честь достижений науки. Например, я читал статью, где говорилось, что вместо того, чтобы называть сына Петром, то есть камнем, назвать его Радием в честь открытий советских учёных. Могли назвать именем Террор внезапно. Потому что считалось, что террор — это очень хорошо, там мочить всяких…
Революционный террор.
Революционный, это было очень хорошо. Тимур, кстати, у Фрунзе сын родился до войны, его звали Тимур. До этого Тимуров у нас не было, по крайней мере среди этнических русских.
Были имена, например, составные. То есть могли назвать, скажем, Мэлс. То есть Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин. Но вообще мэлсам-то этим ещё повезло. Потому что могли назвать ещё именем Тролезин.
Тролезин?
Да, это не таблетки от головы. Тролезин — значит Троцкий, Ленин, Зиновьев. В общем, вы поняли, что с таким именем очень быстро стало неудобно жить. Потому что Ленин-то ладно, а вот Троцкий и Зиновьев же оказались наймитами мирового империализма.
Да.
Так что это имя срочно надо было бежать и менять, пока тебя не забрали вместе с ними.
Кое-что из этого всего великолепия даже прижилось. Вот те же самые Нинель остались. Имя типа Сталина тоже периодически попадается. Владлен и Вилен остались.
А Владлен и Вилен что означают?
Владлен — Владимир Ленин, или Владимир Ильич Ленин.
Прикольно, я не знал.
Могли называть в честь всяких иностранных персонажей, типа Марат, к примеру. Могли назвать в честь каких-нибудь промышленных инструментов: можно назвать там Гудок, или там Микрон, или Комбайн. В одной из игр про Сэма Фишера там был такой Комбайн Николадзе, какой-то злой президент Грузии. Видимо, это оттуда было позаимствовано, хотя я никогда в жизни ничего подобного не видел.
Ну и все эти смехотворные имена типа Даздраперма — «Да здравствует Первое мая». Я не знаю, было такое реально или нет, но анекдоты, по крайней мере, про это ходят. Я не думаю, что так кто-то реально кого-то называл.
В общем, это всё не прижилось, потому что, во-первых, когда человек вырастает до 18 лет, он получает документы, а он шёл и брал себе какой-нибудь другой мир. А во-вторых, потому что поменялась политика партии и правительства. Угар 20-х годов пропал в 30-е. А в 30-е вместо того, чтобы мировую революцию, пожар раздуем на горе всем буржуям и всякие эксперименты, было велено помалкивать и работать, выполнять пятилетний план в четыре года.
Да, не заниматься всякими глупостями.
Да. Вы занимаетесь глупостями — и тут же обвинение в левацком уклоне. В общем, правильно, на самом деле, обвинять. По крайней мере, дурацкие имена совершенно точно никакой полезной нагрузки, по-моему, не несут.
Ну и потом настал очередной перелом. И с 90-х годов начался у нас полнейший бардак. Во-первых, вся деревенщина стала называть дочерей Анжелами и Снежанами бесконечными. Сыновей стали пытаться называть какими-нибудь тоже западными именами: Альбертом или каким-нибудь Эрнестом, или ещё каким-нибудь таким. Могли называть всякими именами с претензией под старину. Появились, например, всякие переделки типа имени Василина. Хотя раньше такого имени не было. Была Василиса всю жизнь, а тут какая-то Василина внезапная образовалась.
И тому подобное. А сейчас, например, у нас как там обзывают? Заря-Зареница, Океана, София-Солнышко, Ярослав-Лютобор, какой-то Николай-Никита-Нил. Почему-то тройное имя, не знаю почему.
Но тут, на самом деле, заимствование пошло не только в нашу сторону, но и даже мы кое-какие имена заслали на Запад.
Это какие же?
Во-первых, достаточно много женских имён. Правда, варвары не очень понимают, как это всё образуется. Они очень любят имя Таня. Или Тоня, кстати. Имя Катя у американцев достаточно часто попадается. Например, Таня…
Наташа.
Наташа, да. Наташа — это у них постоянно. Вот, например, в 70-х годах в Канаде третьим по популярности именем было Таня у девочек внезапно. Есть некоторые имена, типа, к примеру, Лара, тоже считается, что во многих случаях вдохновлены персонажами из «Доктора Живаго», который там… Пастернака не читали, но осуждая, а вот на Западе почитали, восхитились и стали тащить оттуда имена. Надя, Соня, кстати, Лена, Вера. Я видел неоднократно людей из Германии, которых зовут Лена.
Вот что интересно с Наташей: Наташа в основном у северных, у белых американцев. А среди негров на юге, по счёту популярности, Тамара.
Тамара?
Ну, это в основном женские имена. Мужским повезло меньше. Из известных примеров — бывший мэр Лондона, а ныне министр иностранных дел в Британии Борис.
Бориска, да.
Джонсон. Лохматый Бориска. Иногда встречаются всякие Саши и Миши. Ну и, я считаю, ещё лучше повезло с этим фильмом Люка Бессона и сериалом. Её звали Никита, или как там?
Да-да-да, «Её звали Никита».
Её звали, я не знаю, зачем взяли мужское имя чужое и дали его женщине. В общем, получилось довольно странно, на мой взгляд.
Чтобы всё на серьёзных щах было, Домнин, не понимаешь ты этого.
Бывает, да. Бывает, что со значением пытаются что-нибудь дать. Как, например, мы с сыном недавно посмотрели даже экранизацию этой богомерзкой книги. Про волшебный шкаф и льва по имени Аслан.
Или как его там посмотрели.
Не впечатлил нас этот фильм. Но предполагается, что там тоже что-то со значением: этого льва обозвали.
В США вообще с именами достаточно весело. Например, у них в целом считается, что не должно быть в имени никаких акцентов. То есть всех этих умляутов, чёрточек над буквами. Поэтому, например, Хосе они пишут просто как Jose без акцента. Хотя, по идее, надо так.
В целом у них очень мало ограничений на имена. Например, в штате Кентукки нет вообще никаких законов по обзыванию детей. То есть можно как угодно называть.
Ну, Кентукки — это, понимаете, там типичный кентуккиец, такой хиллбилли, который сидит, бухает с енотом. Ему все эти законы до лампочки.
И курочку ест из этого, из KFC.
Да, из KFC.
У негров характерные особенности. Они, во-первых, очень любят исламские имена, всякие арабские. Аиша какая-нибудь, всяких там Мухаммадов полно тоже, Малики и Джамалы характерные, Хусейны какие-нибудь ещё.
Ну да, всякие.
Среди, например, некоторых негров распространены ещё французские имена, типа Жарон какой-нибудь или какой-нибудь Моник, именно на французский манер. Потому что там Луизиана, где негры и франкоязычные эти каджуны. Вот они от них, видимо, и нахватались.
Есть попытки изображать какие-то псевдоафриканские имена. Типа популярное женское имя Таниша — это типа африканское какое-то происхождение.
Ещё у американцев интересная вещь. Поскольку отчеств у них нет, но давайте предположим, что в семье назвали сына в честь отца. Был, допустим, Джон Смит, и у него родился тоже Джон. Его будут звать Джон Джуниор. Так и пишется.
Как Джордж Буш-младший, например, да.
Например, да. Но вот, предположим, первого назвали Джоном, второго назвали Патриком. И у этого Патрика родился сын, внук того Джона изначального, которого тоже назвали Джоном. Он будет Джон Третий, John Smith III.
То есть это не означает, что они должны быть три подряд одинаковые имени?
Нет, это может быть, например, кузен, который уже называется в честь твоего отца, то ты будешь не младший, а третий. То есть просто по количеству родственников.
Может быть и четвёртый, и пятый. У Улисса Гранта там как раз в семье много было Улиссов, у него сыновей было много и внуков. Там Улиссов настрогали целых пять.
Сыновей было много, а фантазии мало, поэтому называли всех одинаково.
Как-то да, что-то не вышло.
В последние годы это вообще типично тоже. Как вот у нас деревенщина тоже придумывает имена, британцы и американцы тоже на это жалуются. То есть, скажем, над Дэвидом Бекхэмом все смеются, потому что как он ни пытается изображать из себя утончённого культурного, на самом деле всё очень хорошо видно, кто он такой. Потому что своих сыновей назвал Бруклин, Круз и Ромео. Это для Британии полное днище, а не имена. И над ним поэтому все смеются.
Да.
Ну и, разумеется, женщины, которых зовут Челси, или, ещё лучше, Шардоне — это тоже верный признак чава, то есть британского быдла.
Шардоне — это песня.
Американцы жалуются на то, что, с одной стороны, невмеру религиозные папаши тоже попадаются. Как назовут там какую-нибудь дочь Rose of Sharon, то есть Роза Шарона какого-то, ветхозаветная. Или сына назовут Джебедайя какой-нибудь.
И Эбединия.
Да-да-да, точно. Что-нибудь такое. Или назовут там Сион или Эдем. Или девочку назовут Тринити, как в «Матрице», чёрт её возьми.
Как-нибудь так. Троицы, господи.
Да, примет так и будет. Все будут смеяться и говорить: «А где Нео?»
А, кстати, про «где». Ты, например, знаешь, что вот такого как раз младшего Джона Смита в семье могут часто называть, во-первых, просто Джуниором. Во-вторых, Джей-Джеем. Или, допустим, если он Адам и папа его Адам, он будет Эй-Джей. А ещё его можно называть Чипом.
Почему Чипом?
Потому что chip — это осколок, обломок. То есть он отрезанный ломтик, имеется в виду. Или могут назвать Бадом. Это считается в южных штатах. То есть как бы дружок.
Это как раз для Ивана Ивановича.
Да. В общем, всё у этих америкосов непросто.
Ну, давай про фамилии ещё поговорим. Потому что фамилии хоть и не у всех и не везде, но есть.
С фамилиями всё тоже непросто. Я посмотрел, например, самые популярные в мире фамилии. Получается следующее. Смит, например. Это обширные фамилии, которые берут начало от профессии. Смиты, Шмиты, Форжероны, например. Какие-нибудь Кузнецовы, Ковалёвы. Это всё потомки каких-нибудь кузнецов.
Форжероны — это кто, французские?
Форжерон, ну как forge, да. Это по профессии. Также популярны, например, фамилии типа Тейлор — портной. У нас Портнов, например. Или, допустим, английская популярная фамилия Райт. Wight вообще означает любого ремесленника. Например, wheelwright — это колёсник, cartwright — тележник. Немецкая Вагнер, кстати, ровно то же самое. Это тоже от того же слова, только от немецкого варианта. Фамилия, например, Картер — это тоже тележник, Телегин.
Да-да-да, cartwright.
Многие фамилии происходят от имён. Вот, например, фамилия Эванс, распространённая в Британии, — это от имени Эван. А Эван — это валлийский вариант имени Иоанн. Фамилии всякие типа Томпсон или просто Томас — от Фомы.
Фамилии типа Уайт, Блэк, Браун — это личные фамилии.
Red.
Например, распространённые фамилии всякие типа Росс германского происхождения в мире тоже означают рыжий, красный. Росси, например, в Италии, наверное, самая распространённая фамилия.
Да-да-да, так и есть. Рыжий, да, слово.
В славянских странах самая типичная фамилия — это Новак. Новый какой-то. Он же Новак в некоторых вариантах. И в России попадаются. У нас одна из самых распространённых фамилий — это Смирнов. От слова «смирной», то есть смирный, послушный какой-то.
В странах исламских типичные фамилии — это Мухаммад или Ахмад, или производные от них. И то и другое происходит от корня «хамада», то есть почитать. Мухаммад — почтенный, Ахмад, по-моему, то ли почитающий, то ли тоже почтенный, не помню как. Это четвёртая порода.
Среди латиносов, например, распространены фамилии Гарсия, Гонсалес и Фернандес. Они все происходят от имён. Гонсало и Фернандо — это были распространённые имена.
Ещё одна из самых известных на свете фамилий — это Коэн, или Коган по-разному, из еврейских фамилий. С евреями тут вопрос отдельный. Потому что у них, во-первых, очень много фамилий немецкоязычных. Так получилось. Причём это фамилии в основном ремесленные. Потому что евреи, которые не могли заниматься сельским хозяйством, землю просто не давали для этого, у них вариантов было не так уж много. Те же самые шмидты, очень много было кузнецов, всяких там слесарей среди евреев.
Потом очень много фамилий, относящихся к образованию, еврейских. Бесконечные Шульцы, Шульманы. Всякие там Школьники у нас, кстати, тоже в России. Школьник — это типа еврейская фамилия. Был такой Лев Школьник у нас, он уехал в Израиль, там был, по-моему, министром даже, что забавно, образования. Так вот, когда его ивритизировали, он сделался Леви Эшколь.
В Австрии, что интересно, фамилии евреям выдумывали специальные чиновники, и им надо было давать взятки, а то можно было очень быстро оказаться каким-нибудь Шайсманом.
Шайсман.
Да, могли и так позвать.
Интересно ещё, что у евреев есть фамилии-аббревиатуры своеобразные.
Да, это как?
То есть, например, вы видите человека по фамилии Баран. Это не просто баран. Это, скажем, Бен Рабби Нахман — Баран. Или Бараш — это Бен Рабби Шимон. Была такая Лиля Брик, которая с Маяковским хороводилась. Брик — это Бен Рабби Ицхак Коэн. Или, например, популярная фамилия Шор. Прототип Остапа Бендера, Осип Шор, он был как раз такой. Это означает «шохет ве-рав», то есть резник и раввин. Кстати, Резник тоже типичная еврейская фамилия. Есть, например, такой… или, может, был, я не знаю, жив он сейчас, нет, певец Шауль Резник. То есть тот, кто режет кошер.
Фамилия Рабат, например, — это Рош Бет-Дин, то есть глава суда раввинского. Ну и так далее. Богорад — это тоже не какая-нибудь славянская фамилия, как можно подумать. Бен га-Рав Давид. Фамилия Кац — это никакой не кот, да, между прочим. Кац — это был какой-то коэн чего-то там. А, коэн цедек, вспомнил. То есть праведный коэн. То есть это не Кац предлагает сдаться, а праведный коэн. Райан Коэн — это вот именно оно, да.
Такая вот интересная вещь. У нас в России всё тоже непросто. С одной стороны, у нас тоже много фамилий по всяким личным качествам каких-то предков, профессиям и тому подобное. Но у нас есть ещё такая интересная вещь, как семинарские фамилии.
А это что такое?
Дело в том, что в семинариях, где обучали духовенство, там много было из всякой бесфамильной голытьбы рекрутов и поповичей, и им фамилии там выдумывали по усмотрению начальства, когда выпускали их. Так вот, там старались это превратить в воспитательную меру. Их за хорошее поведение хорошими фамилиями награждали, за плохое — не очень хорошими.
Например, такие фамилии, как Преображенский. Вот профессор Преображенский. У него папа кто? Соборный протоиерей, по-моему.
Так.
Вот именно на это и намёк, что у него соборный протоиерей, он получил эту фамилию — Преображенский — как раз из семинарского образования. Могли, к примеру, назвать каким-нибудь Беневоленским, Добровольским, Златоустинским, к примеру. А за дурное поведение могли назвать, допустим, Крапивиным каким-нибудь. Или, скажем, каким-нибудь Вшивоперевозкинским. Могли обозвать нарочито дурацкой фамилией.
Агриколянский, интересно, ещё есть фамилия. Agricola — это буквально земледелец. То есть там многие были такими греческими или латинскими переводами каких-нибудь относящихся к происхождению семинариста словес. Могли называть, кстати, по разным там древнегреческим богам, что забавно. Аполлонов — типичная фамилия. Аполлонский — это семинарская фамилия.
Да, так что у нас придуманных фамилий тоже довольно много.
Ну и самое, наверное, весёлое — это дворянские фамилии. Потому что, как мы знаем, многие писатели молодые и талантливые.
Есть такое, да.
Да, и они по причине этой самой молодости и таланта своего очень любят писать всякие книжки про рыцарей, всяких дворян, всякие балы, красавицы, лакеи, юнкера, или всяких князей-графьёв.
Про французскую булку и её хруст.
Да, аристократов. И во вымышленных мирах в том числе. Про попаданцев, которые там делаются тоже графьями и придумывают всякие аристократические дома у себя. К сожалению, ввиду молодости и таланта, им не хватает мозгов на то, чтобы поинтересоваться хотя бы, как вообще в мире образуются дворянские фамилии. И поэтому они просто думают, что дворянская фамилия должна быть красивой. И начинают лепить что-нибудь такое красивое и звучащее. Так у них появляется, например, какой-нибудь благородный Алехандро Малинеро. То есть, по-нашему, Сашка Мельников. Или какой-нибудь тоже аристократический Джек Картер, то есть Яшка Телегин. И так далее. Языков они не знают, поэтому у них вот такие забавные дворяне какие-то выходят непонятные.
А как вообще на самом деле у дворян были типичные методы образования дворянской фамилии? Логически. По территории, которой они владеют?
По территории, да, которой они владеют или ещё что-то. У нас, например, в России всё просто. У нас были Рюриковичи. Но этих Рюриковичей со временем, через несколько столетий, уже расплодилось столько, что они уже Рюриковичами не назывались как таковыми. Страна развалилась на уделы, они были удельными князьями, поэтому они поначалу именовались, допустим, Рюриковичи Вяземские, которые из Вязьмы. Или, допустим, Рюриковичи Шуйские, с Шуи. Постепенно Рюриковичи все эти отвалились, и они стали просто Вяземские, Шуйские, всякие там Баратынские, Голицыны.
Кстати говоря, и бояре тоже попёрли активно в фамилии, поэтому появились всякие Толстые, Гагарины. Это всё от прозвищ пошло. Гагара, видимо, какое-то было погоняло. Лобановы. Иногда получалось что-то среднее. Например, были какие-нибудь Скопины-Шуйские.
Скопины-Шуйские.
Скопины, да, Шуйские. Или Лобановы-Ростовские. Вот, это у нас. Например, в Европе там обычно было просто «из какого-то места». Например, если это германоязычное место, то он был какой-нибудь фон Блюм.
Да.
Переехал наш фон Блюм во Францию на службу — там сделался де Флёром, что то же самое, только на французском языке. Если бы он был, допустим, в Чехии, то он был бы какой-нибудь из Цвета или с Цвета, допустим.
То же самое в Британии. Там было тоже поначалу довольно много всяких de из-за того, что франкоязычная знать была. Но постепенно типичные дворянские фамилии — это какие-нибудь там Стоктоны, допустим, то есть по месту. Хотя были и всякие прозвища. Например, Черчилль, то есть буквально тот, кто не любит ходить в церковь. Такая фамилия забавная.
Некоторые фамилии на тех же Британских островах происходят от отчеств де-факто. Например, все эти шотландские Mac, Макдональды — это просто сын Дональда. То есть, как и ирландские Маккартни и Маккорнаки, а также О’Тулы и всякие О’Райли — это всё сын такого-то. Как вариант, это может быть, например, Фицджеральд. Это просто французская фамилия, написанная на кельтский манер. Fils, да, сын по-французски. Сын Джеральда получается, Фицджеральд. Или Фицрой, сын короля.
Скажем, как их там звать-то, в Скандинавии, например. Вот как с дворянскими фамилиями?
С дворянскими? Да тут тоже по-всякому бывает. Дело в том, что в Скандинавии дворяне бывают пришлые. В частности, я знаю людей, которые носят фамилию фон чего-нибудь. Есть люди, которые носят фамилию де чего-нибудь, то есть из французского.
А вот была такая af Bjälbo, да? Вот это af — это «из», да?
Да-да-да, это «из». Но я, например, не знаю, к сожалению, людей, которые… Наверное, это не очень распространено сейчас.
Не вращается наш Ауралиен в дворянской среде.
Нет, не вращается.
А у нас в России тоже потом понеслись всякие пришлые. Например, у нас, как мы уже говорили, очень много фамилий — это служилые татары. Все возможные. Всякие Ахматовы, Тургеневы, Карамзины, Юсуповы, Баскаковы — это всё как раз татарские фамилии. И даже фамилия Татарский тоже такая была. Татаринов. И с Запада тоже. Вот у нас, например, в 20-е годы была идея такого имени Лермонт. В честь Лермонтова. Цимес тут в том, что Лермонт — это вообще-то шотландская фамилия и есть. Просто шотландцы какие-то понаехали сюда на службу, соответственно, их потомки стали Лермонтовы. Кстати, Кутузов наш тоже из татар. Это тюркское имя Кутуз. Правда, полностью он был всё-таки Голенищев-Кутузов. Денис Фонвизин. Фонвизин — это явно из каких-то остзейских немцев.
Фон.
Да.
Кроме того, вопрос бастардов. Мы уже, я думаю, всем не раз говорили, как бастардов оформляли в мире Вестероса. По месту: Джона Сноу какого-нибудь, или Сэнда, или Хилла, Эдрика Сторма. А у нас всё было проще. У нас именовали куском фамилии. Был отец Трубецкой — станет Бецкой. Был князь Репнин — будет потом Пнин. Между прочим, Луначарский — это Чернолуцкий, только наоборот. Это бастардовская фамилия у Луначарского нашего внезапно.
Ничего себе.
Или, допустим, кто там у нас ещё был. Иногда просто там выдумывали какую-нибудь фамилию чисто так, чтобы было. Изобретали. А потом стали фамилии давать и крестьянам. Сравнительно поздно. Им в основном фамилии давали либо по прозвищу, либо по прозвищу отца, или по его имени. Например, типичная фамилия Попов — это просто означает, что предок был священнослужитель. Или какой-нибудь Дьячков — тоже оттуда же.
Иван Сусанин имел фамилию. Почему? Потому что он был не просто какой-то хрен с горы, он был внезапно староста и довольно значительную должность занимал. Почему, собственно, к нему поляки и пришли с требованием их вести, как к должностному лицу. Поэтому у него была фамилия. А так, в целом, у простых людей фамилий не было. Они именовались по всяким отчествам и погонялам. Какой-нибудь там Васька Сиворыл.
Кроме того, многие фамилии давались по селу, в котором жили, или по помещику, которому принадлежали. Очень многие люди с дворянскими фамилиями на самом деле к дворянам отношения не имеют. Просто их предки когда-то были крепостными у этой какой-нибудь там семьи, у каких-нибудь Шереметевых. Кстати, Шереметев тоже татарская фамилия внезапно.
Так вот мы и дошли до современного состояния. Сейчас у нас, к счастью, если фамилия неблагозвучная или, допустим, переехали в другую страну, где она странно звучит, мы можем немного подкорректировать или поменять.
Такое бывало, кстати, и раньше. Например, был такой малоизвестный, по крайней мере, я его не знаю почти, поэт Вагинов, который жил в интербеллум в Ленинграде и помер там же. Так вот, он вообще-то не Вагинов. Это просто во время Первой мировой его папа решил от греха подальше сменить немецкую фамилию на русскую какую-нибудь, пока не замели никуда.
Вообще просто, чтобы не провоцировать.
Или, скажем, когда Стаханов стал дурить, ему Сталин прислал предупреждение, что ещё немного — его переименуют в Иванова, как нарушителя порядка. Чтобы он не портил эффект от фамилии.
Часто бывает, что человек из какой-нибудь глухой деревни, у него фамилия какая-нибудь странная, неблагозвучная. В городе над ней все смеются. Или она трудно воспринимается на слух. Какой-нибудь человек с фамилией Запеканюк — везде она запеканка какая-то.
Мне тоже приходилось постоянно… Сейчас уже не приходится, но вот в детстве чего только ни творили с моей фамилией. Например, в детском саду я был записан как Буренко. Но такая фамилия действительно есть, она более распространённая, чем моя. В школе меня один раз записали как Борёнок, моего отца на кредитке тогда же записали как Рубенок.
Рубенок.
Да. Потом я внезапно сделался Бураков, хорошо, что не Дураков.
Да.
Потом я стал Гуринов, не сам, а опять же. Потом как-то раз на пропуске меня не пускали в какое-то здание, потому что дурочка, которая заполняла пропуска, почему-то решила, что я какой-то Бурдаков. И понятное дело, что меня там просто не могло быть в списке с моей фамилией. Да, и когда я в университет поступил, меня декан обозвал во всеуслышание Бурёнок. И сейчас чиновники тоже периодически: когда придёшь, начинается «вот пришёл господин Бурёнок поговорить».
Сами вы Бурёнок.
Да. У меня, кстати, что интересно происходит. Видимо, вот как раз «-ёнок» — это потомок кого-то. Например, открываете «Тараса Бульбу», там Остапа называют в одном месте Бульбёнок. А «бур» — это просто на диалекте, конечно, эвфемизм для медведя. То есть это что-то вроде Медведев на самом деле.
Медведев?
Да, факт, да.
Ничего себе.
Я смотрю сейчас на статистику. Оказывается, в России Бурёнков больше, чем в Украине. То есть я на самом деле думал, что это больше украинская фамилия.
Это такая, знаешь, скорее областная, из окрестностей Брянской.
Ну, самые распространённые действительно в России. В Украине гораздо меньше, в Белоруссии несколько человек, в Молдове носят такую фамилию. Ну и всё. Из того же идём.
А так у нас, да, в основном Ивановы, Кузнецовы, Смирновы, Лебедевы, Козловы с Морозовыми и Соловьёвыми.
Да, вот такая вот интересная тема. Мы не охватили некоторые вещи, например, всякие отчества.
Да, кстати, да. С отчествами у нас всё интересно. У нас в некоторых странах, в некоторых культурах, в принципе, принято отчество использовать в именовании людей. В частности, на территории бывшего СССР, естественно, России, Украины, Беларуси, людей часто именуют по имени-отчеству, особенно если это какие-нибудь чиновники, преподаватели или какие-то другие уважаемые граждане. При этом, что интересно, обращаться к господину Иванову у нас нельзя.
Да?
То есть можно, но это будет восприниматься как очень официально. Если вы кого-то назовёте «господин Иванов», это значит, что вы либо на очень официальном мероприятии, либо ты этому так хамишь, на самом деле. Если говоришь так — называй по имени-отчеству.
Где у нас ещё, Домнин, есть отчества?
В арабских странах, на арабоязычном. Они все там ибн. Плюс у них есть ещё и нисходящий патроним, как мы говорим. Если мы говорим Абу Абдалла — значит, отец Абдаллы. Абу Абдалла Мухаммад ибн Джабраил, например. Отец Абдаллы, Мухаммад Джабраилович.
Мухаммад Джабраилович, да.
В Исландии у нас отчество вместо фамилии. Ну и вообще, когда-то давно они были в большинстве германоязычных стран. Все эти вот -сон и какая-нибудь Карлсдаттир, Карловна, Амалия по-нашему. Когда-то это было.
Ещё интересно не то чтобы с отчествами, а просто с… Ну да, это по сути такой патроним. В, скажем, Испании было такое. Вот есть такой старый испанский анекдотец.
Это который?
Про то, что испанский дворянин где-то там по лесу заплутал. Видит, какая-то избушка, там ночь уже, постучаться на ночлег. Стучит, там какая-то бабка. Говорит: «Кто?» Он говорит: «Хосе». Она говорит: «Какой Хосе?» Он говорит: «Ну как какой? Хосе Мария Андрес Флорес Фернандес де ла Фронтера». Бабка ему говорит: «Не, это вас много очень, идите отсюда несколько».
О чём на самом деле сказал испанец? О том, что его зовут…
Хосе Мария.
Да, Хосе Мария. Папа у него Андрес.
Неправильно. Мама носит фамилию Андрес. Дальше уже… У испанцев как раз три имени: Хосе, Мария, Андрес. Флорес — это у него мама, Фернандес — папа, Фронтера — это фамилия, откуда он.
Вот такое, например. Потом могли, например, давать обязательно вторыми по дедушке. Это не совсем отчество.
Во Франции, например.
Да-да-да.
На самом деле, с испанцами и с португальцами тут система немножко разная, как я вот сейчас вижу. У испанцев чаще всего, вообще практически у всех испаноговорящих, обычно два, как минимум, имени. Скажем, первое имя, какой-нибудь Хосе Мария или ещё что-нибудь в таком духе. Дальше идёт фамилия отца, первая отца. То есть у них фамилия состоит из двух слов. Первая фамилия всегда берётся от отца, как бы отцовская фамилия деда, по сути. То есть фамилия деда по отцу. А вторая берётся — фамилия деда по матери. То есть первая часть как бы фамилии матери. То есть у испанцев вот так: сперва фамилия отца, потом фамилия матери.
У португальцев, я вот сейчас вижу, у них наоборот устроено. То есть сперва идёт фамилия матери, потом идёт фамилия отца. Поэтому если это какой-нибудь Луис, какой-нибудь Жуан Паз Силва, португальский, то это будет: Луис Жуан, Паз — это будет фамилия матери, а Силва — это фамилия отца. А, соответственно, у испанца наоборот: сперва фамилия отца, потом фамилия матери. Да, у них так всё устроено. И потом, естественно, когда у вас там появляются дети, они будут носить только вот эту вот самую первую, первую из двух фамилий, по сути.
И вот всех испаноговорящих, которых я встречал, у них примерно такая система. Вне зависимости от страны, из которой происходят они или их родители.
У нас, в принципе, тоже можно взять двойную фамилию. Когда, допустим, выходит замуж женщина, а может сделаться Ивановой-Петровой, если того пожелает. Но может вообще никого не брать. На этом строятся всякие анекдоты ещё с давних времён, когда якобы в царской России какой-то немецкий офицер по фамилии Зас решил жениться на даме по фамилии Ранцева. Двойную фамилию не разрешили иметь. Ну или более современная история про девицу по фамилии Метронова, которая вышла замуж за мужика по фамилии Слободский и обнаружила, что её фамилию все понимают как Метронова-Слободская.
Да, можно и вот так вот.
Не будем забывать, что фамилии, в принципе, у некоторых народов меняются в зависимости от того, мужской это или женский род. И более того, у некоторых товарищей окончание фамилии зависит от того, замужем женщина или нет. Вот у нас в русском языке такого нет. У нас либо там, я не знаю, Иванов — Иванова, то есть просто два состояния: мужской вариант и женский.
А вот, например, в литовском есть отдельный суффикс для замужней женщины и набор суффиксов для незамужней женщины. Например, если у них есть такая фамилия, которая в мужском варианте звучит как Катилюс — я, конечно, наверняка неправильно ударяю её, но тем не менее, будем считать, что она Катилюс звучит, — то замужняя женщина будет иметь фамилию Катилене, а незамужняя — Катилюте. То есть вот -юте как раз является характерным вариантом для незамужнего варианта. То, что на -те заканчивается, — это стопроцентно незамужняя женщина.
Ну, то есть Кибурис, его жена Кибурене, и дочка Кибурюте.
Кибурюте, да. Да-да-да. Вот такие вот интересные у них преобразования.
Понятно, что, например, у поляков у них всё просто. Либо это -ский, либо -ская. Например, Лисовский, Лисовска. То есть Лисовска — это будет… Соответственно, русскоязычный вариант польской фамилии будет Лисовский и Лисовская. Хотя у них, конечно, последняя буква отбрасывается. То есть ski, ska.
Или вот такой хитрый финт. Например, моя фамилия склоняется, потому что я мужик.
Да-да.
А если бы я был женщиной, то она бы не склонялась.
Да-да-да.
Да, это заимствованные фамилии в русском языке. Они примерно так и называются. Не обязательно. Если бы, допустим, была фамилия Волк, то было бы Ивана Волка, но… Анастасия Волк.
Да, Анастасия Волк.
Слушай, ты знаешь, что имя Маргарита вплоть до XX века у нас было исключительно монашеским?
Да? Никто из светских особ так не назывался?
Никто из светских особ так не назывался.
Ничего себе. А почему?
Видимо, это у нас попёрло после того, как там известный… Ну, вряд ли это из-за книги, это скорее наоборот. Потому что книгу никто на самом деле не читал особо, её мало печатали. Но да, пошло. С другой стороны, тот же самый Булгаков, скорее всего, взял имя Маргарита, позаимствовав его как аллюзию на гётевского «Фауста». Потому что там была такая Гретхен. Гретхен — это как раз Маргрета, Маргарита.
Ничего себе.
У венгров, кстати говоря, безумно сложный язык. У них женщины, когда выходят замуж, могут добавлять окончание -не к фамилии мужа. Могут не добавлять. То есть, например, если у них женщина выходит… Ладно, не будем эти примеры приводить, потому что тут очень сложно всё это произносится. Я в венгерском, конечно, вообще не кабан ни разу. Но, тем не менее, у них вот такая тоже есть способ различать, соответственно, мужскую и женскую фамилию. Понятно, что если вы не знаете всего этого, вам может прийтись тяжело. Если вам приходится, например, работать с этими гражданами, вы в какой-нибудь миграционной службе работаете — хрен поймёт, кто это: мужик это, женщина, не вообще.
Вообще, ещё знаешь, что веселило для забавы? Это переводить на русский какие-нибудь иностранные, иноязычные имена, фамилии. То есть если, допустим, какой-нибудь Хуан Лопес, то что-то вроде Иван Волков на русский будет. Или, наоборот, русские на английские топонимы и фамилии. Забавно, когда, допустим, какие-нибудь Воробьёвы горы переделываешь — получается Sparrow Hills.
Sparrow Hills, да.
Да, забавно. Но, с другой стороны, если тот же Oxford переводить, получится Бычебродск.
Бычебродск.
Да, какой-то заштатный, на самом деле.
Да, забавно.
Или тот случай, когда я напоролся на статью про Палладия, который китайские иероглифы на кириллицу перелагал. Так вот, он по-английски именовался как…
Так сказать, в действительности, в частности, ребят, которых я знаю… Одного чувака зовут Дорук, это означает, по сути, горный пик. То есть это как бы турецкий вариант слова «Максим» в некотором роде, как оказалось. А ещё я знаю девочку, которую зовут Мерве, и это означает «галька».
Галька, да. То есть маленький камешек.
Камешек, да. То есть у них принято имена брать из, скажем так, окружающего. Что вижу, так и называю.
Что вижу, так и называю, да. Как у индейца.
А ты знаешь, какая у турок самая распространённая фамилия?
А какая?
Йылмаз.
Йылмаз?
Йылмаз, да. Означает смелый какой-то там, отважный.
Да-да-да, страшный.
Да, у них, на самом деле, таких фамилий очень много. В плане того, что там у них не только какой-нибудь Йылмаз или ещё что-нибудь. У них там есть… Не вижу, как обычно, прямо сейчас. У них прям вот список самых распространённых фамилий. Действительно, Йылмаз, потом Кая, что означает скала, то есть камень. Потом Демир — железо. Челик, например, сталь. То есть у них такие, знаешь: мы турки, мы суровые.
Почему? Потому что фамилия у них — это сравнительно новая вещь. У них в 1934 году их только ввели.
А что они до этого использовали?
Ничего не использовали. Отчество использовали.
Отчество использовали.
Да, и вот этот самый лакап, как у арабов, то есть откуда. Какой-нибудь там получался бы, не знаю…
Да, на самом деле в шведском, я вот так задумался, тоже фамилии достаточно позднее изобретение. Ну, позднее, как бы относительно позднее. У них они появились, по-моему, в районе XVII-XVIII века. И до этого использовались отчества.
Да, фамилии, имя, отчество использовались. Ну, собственно, как и в России длительное достаточно время. Если смотреть в церковные книги, например, того же самого конца XIX века, там сын такого-то, такого-то, сякого-то. Там уже, конечно, фамилии были, понятное дело.
Так вот, да, шведы. У них первые фамилии использовали солдаты, чтобы их различать как-то. Вот как у Урфина Джюса, видимо, та же самая проблема была.
Да-да-да. Там какой-нибудь…
Карлссон.
И такая вся рота — «Шаг!»
Да-да-да, какой-нибудь Юханссон. Вот, и, собственно, поэтому у шведов достаточно много фамилий, которые образованы тоже из каких-нибудь природных явлений. Например, Острём означает… ö — это остров? Нет, å — это поток, ström означает ручей. То есть это ручей-ручей фактически.
Да, довольно распространённая, как ни странно, фамилия в Швеции.
Ну а живут же как-то корейцы, у которых каждый четвёртый почти Ким.
Да-да-да. Ничего.
Что интересно, Ким, я так понимаю, это как бы металл. А вот что за металл подразумевается — это вопрос открытый. Там как бы можно понять в смысле золота, а можно в смысле железа. Какая-то, видимо, традиционная символика.
Да. Ну а у китайцев, соответственно, порядка 260 всего фамилий. Раньше было больше, но потом стало, в общем, сильно меньше, потому что ввели законодательство. Особенно нацменьшинствам. Потому что у них были часто, например, фамилии из четырёх иероглифов, допустим. Поэтому их очень быстро под общую гребёнку привели, чтобы чётко запомнили, что здесь везде Китай и китайская культура.
На самом деле, я вот сейчас смотрю на самые распространённые шведские фамилии, раз они уж тут мне близки. Несмотря на то, что достаточно много было просто таких вот придуманных имён, там, например, Фриск, то есть здоровый, или какой-нибудь вот этот Острём уже упомянутый, или какой-нибудь Линдберг, какой-нибудь там, я не знаю, ещё какой-нибудь Берг, неважно что, самые распространённые, конечно, — это которые заканчиваются на -сон. Юханссон, Андерссон, Карлссон, Нильссон, Эрикссон, Ларссон, Ульссон.
Да, ну и, соответственно, саамы, которые живут на севере Швеции, у них тоже большая часть фамилий — это тоже Андерссон, Юханссон, Нильссон и так далее. У датчан это, по-моему, то, что заканчивается на -сен, если мне не изменяет память.
Да-да-да, Нильсен, Йенсен, Хансен и всяческие такие.
Миккельсен.
Да, Миккельсен.
Сейчас поглядим норвежцев. Норвежцы, мне кажется, тоже на -сен.
В принципе, неудивительно, потому что норвежцы долгое время находились под датским владычеством. Почитайте «Пера Гюнта» — это как раз основной посыл, именно вот этот поиск норвежской идентичности. И у них даже, в принципе, два варианта их письменной речи, нюнорск и букмол, они, собственно, от датчан происходят. Потому что букмол — это фактически он же риксмол, то есть державная речь, это, в принципе, заимствованные практически всё там из датского, каждое второе слово. А нюнорск — это просто…
Буквально новый норвежский.
Да, новый норвежский — это попытка сделать на более такой…
Какой-то свой язык себе.
Да, на свой язык.
Свою мову.
Да. И, собственно, немножко-то на нём… Он примерно в 10 раз меньше, чем букмол. То есть если вы хотите учить норвежский…
Ты мне знаешь, что напомнил? Эту карикатуру про змагара.
Змагар?
Да. Змагар решил, что Минск его разочаровал. Тут везде всё по-русски, никто не хочет разговаривать по-белорусски.
Размаўляць, да.
Да. Решил поехать куда-нибудь в провинцию, а там приезжает — местные, вместо того чтобы разговаривать по-белорусски, вместо этого разговаривают на трасянке.
На трасянке говорят.
Трасянке, да. Так что там примерно та же самая картина, что и в Норвегии.
Да-да-да-да-да.
Ну, зато сейчас всё хорошо, что можно хоть фамилию сменить, чтобы не получалось, как говорил тот же Бендер: «Вы идеалист, Конрад Карлович, вам ещё повезло. Могло прийти и сделаться каким-нибудь Папа-Христо-Зопулу или Золову-Новым», когда я его паспорт на имя Михельсона достал.
Да, Папа-Христо-Зопулос какой-нибудь, да, такой могли бы дать.
В общем, мы…
Да, давай бабки подбивать, а то тут, в принципе, можно на эту тему много говорить.
Да, эта тема, конечно, бесчисленная, очень интересная. Надеемся, что что-то новое и смешное рассказали.
Да-да.
Будем на этом закругляться.