Hobby Talks

В этом выпуске мы рассказываем об играх, консолях, компьютерах, игровых журналах 1990-х годов в России через призму наших воспоминаний.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели. В эфире 190-й выпуск подкаста Хобби Токс. С вами его постоянные ведущие Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Итак, от тем воинственных и агрессивных мы переходим к темам, может быть, ламповым.

Да, да.

И менее воинственным, скажем прямо. О чём мы, Домнин, сегодня будем говорить?

Мы вняли давнишним просьбам наших слушателей. Нас просили рассказать про те старые игры из 90-х. Там, конечно, половину мы не играли, особенно всякие Space Quest, Ultima, Exodus какие-то. Я про Ultima знаю только то, что читал в каком-то журнале обзор на одну из старых Ultima, и там было написано, что эльфы прибыли из какой-то, простите, Сосарии. Больше я ничего не могу вам сказать по этому поводу.

Прямо из Сосарии?

Из Сосарии, да. Из какой-то.

Поэтому мы решили сделать такой сводный выпуск о том, на что были похожи интерактивные и электронные развлечения в 90-е годы, то есть в нашем детстве. Заодно детство вспомнить. Мы помним, как здорово зашли в прошлый раз наши диалоги и воспоминания. Мы там про Иру много тоже поговорили. Я думаю, что мы что-то подобное повторим ближе к 200-му выпуску. У нас же юбилейные выпуски скоро, Домнин.

Буквально через месяц, фактически можно сказать. Так что ждите. Будет что-то…

Продолжение.

Я так и не…

История.

Мы, росли как раз в эпоху появления всего этого как массового явления. То есть появились консоли, в домах появились компьютеры. Потому что до этого у нас в стране ближе к 80-м совершенно отстали от передовых стран. Что, кстати, досадно. Ведь у нас, хотя и не ЭВМ изобрели американцы, но у нас очень быстро были созданы наши ЭВМ. Там какая-то была БЭСМ — быстрая электронная счётная машина. Всякие другие. МЭСМ, которая даже какой-то приз взяла. Оказалась лучше, чем у американцев. В общем, при Сталине и Хрущёве ещё там что-то делалось, поэтому мы в космос-то попали. А потом всё это как-то развалилось.

Я тебе объясню почему. Потому что кибернетика — это, думаю, буржуазная наука вместе с генетикой. У нас же были известные научные деятели, которые выступали категорически против этих буржуазных наук.

Ну да, всякое. И результаты мы с вами видим до сих пор.

И тем не менее, для нас, наверное, первым контактом вообще с электронными машинами был учебник «Осваивая микро-ЭВМ», который у меня в двух томах лежал дома и который я специально себе скачал, именно эту PDF-версию, и периодически её пролистываю. Нам, правда, нравились эти книги не тем, что там было про ЭВМ, потому что нам было тогда 4 года, мы ещё читать-то умели по складам. Мне было 4 года, тебе уже было 5, уже почти 6. А нам нравилось то, что там всё было иллюстрировано очень богато с помощью роботов. То есть там компьютеры олицетворялись роботами, и там было показано, что роботы выполняют программу, красят стену. Что робот, посланный на почту, проламывает кирпичную стенку, потому что ему не дали же команду обойти стенку. Вот он и пошёл прямым путём. Таким образом пытались объяснить.

А вообще-то это был учебник по «Спектруму», если я ничего не путаю.

Да, скорее всего, да. А второй том был по бейсику тогдашнему. То есть даже не по турбо-бейсику или квик-бейсику, который в школах многие проходили, называли его «кубасик», а именно по первоначальному. И компьютеры тогда, если кто не представляет, что такое «Спектрум»… Вот представьте себе клавиатуру, только не современную тоненькую. Я вот новую опять купил, потому что старую опять чем-то залил непонятно. Более толстую. И, страшно сказать, именно в этой клавиатуре весь компьютер и скрывался. Потому что требовалось её подрубить к телевизору. Были, конечно, и специализированные мониторы, но это было далеко от народа. Подрубалось всё это к телевизору, он настраивался, как в позднейшей консоли. После чего к нему подсоединялся кассетный магнитофон, который музыку играет. И на аудиокассетах там можно было проигрывать всякие программы.

Программы, которые там давали, выглядели примерно так: «Старт. Угадайте число роботов в этой комнате». Если угадал, то выводилось сообщение: «Прекрасно, правят роботы». Вот как-то так это всё было.

Да, мощный, конечно, был «Спектрум». Естественно, ни у тебя, ни у меня их не было, этих «Спектрумов». Я знаю, люди, которые застали «Спектрум», несколько постарше. Им сейчас должно быть 35–40 лет. Они с такими ламповыми оттенками в голосе вспоминают вот эти машинки. Я знаю людей, у которых «Спектрумы» были. И в основном это были люди, связанные с военно-промышленным комплексом. То есть папы работали, условно говоря, в каких-то НИИ оборонных…

Конструкторских бюро, да?

Да-да-да, конструкторских бюро. Там у нас несколько есть НИИ в Твери: второе, пятое, информационных технологий. Второе, я не помню, как оно называется. В общем, это был класс людей, у которых были «Спектрумы». То есть это были люди, глубоко погружённые в радиоэлектронику и всякое такое. И вообще тогда как раз появился термин «компьютерщик», который сравнительно недавно изжили наконец, потому что долго айтишники на него ругались и изживали его. Но вот тогда это было общепринятое слово. И, например, от меня через дорогу жил Миша такой, а у него папа был компьютерщик. И поэтому Миша, хотя учился он там через пень-колоду, ничего никогда не учил, но обладал серьёзнейшим авторитетом, потому что он разбирался в компах, и это было значительно важнее, чем какая-то там паршивая математика и русский язык. Так что тогда был такой хомо-компьютерус, который во всё это был вовлечён.

Но мы-то компьютеры заимели поздновато, так же как и многие другие. И первым прикосновением к тогдашнему игропрому мы обязаны, во-первых, компании Nintendo, а во-вторых, армии безымянных доблестных китайцев, которые…

Тайваньцев.

Тайваньцев, да. Но я тебе скажу: тайваньцы ненавидят, когда их называют тайваньцами. Они говорят: «Мы китайцы».

Я просто уточнил, откуда они.

Тогда ещё Китайская Народная Республика не могла похвастать настолько развитой способностью всё отовсюду передирать и у себя там штамповать. Они тогда ещё практиковались на всяких кроссовках Abibas, в которых рассекали все, а до электроники пока только на Тайване, в Гонконге дожили. Которые взяли японскую консоль Famicom — это такая характерная для японцев манера сокращать слова, Family Computer, — и под маркой Dendy она у нас продавалась чуть ли не на каждом базаре.

Да, для понимания: Famicom этот был запущен в Северной Америке осенью 85-го года. То есть, представляете, да, когда?

Да, да.

А в Европе он был запущен осенью 86-го года. А в Россию он попал в виде не оригинальной консоли, а именно тайваньского клона этого Famicom в 92-м году. И, собственно, в 96-м кончили его продавать. И за это время успели продать, по разным оценкам, от полутора миллионов до двух миллионов консолей. Это, вообще говоря, и по современным меркам не так мало. И это в одной России. Особенно учитывая, какой у нас был мощный рынок, прямо скажем.

Это да. И, соответственно, первое наше знакомство состоялось… Домнин познакомился чуть позже с этой замечательной консолью, а я познакомился чуть раньше, потому что, когда я пошёл в 93-м году в школу, у моего одноклассника появилась эта консоль. И мы после школы бежали с другим моим одноклассником к этому приятелю нашему и рубились там в мощную по тем временам современную игру с классной графикой и вообще очень такую невероятно крутую под названием Battle City. Также известную в узких кругах, широко известную как «Танчики».

Да. Там мы как-то не особо продвигались. Там определённое количество миссий, бешеное их количество. Мне кажется, мы дальше пятой не проходили никогда. Нам просто нравилась вот эта залипуха, когда ты сидишь, у тебя джойстик, ты этим танчиком ездишь, стреляешь и всякое такое.

Да, это, конечно, было очень круто. И, видимо, я настолько достал родителей, что мне было решено купить свою собственную. То есть она у приятеля появилась, я так понимаю, практически сразу после выхода, а у меня она появилась, наверное, году в 94-м или в 93-м. И мне говорили, что на Новый год. Я точно помню: мы поехали как раз к Домнину в августе. Это было как? Значит, мне моя мама говорит, что к нам приедет Ауралиен, и это уже радость до небес, да? Потому что там никаких скайпов, шмайпов, ничего не было. Всё общение велось либо лицом к лицу, либо путём аналоговых сообщений. То есть почтой России, которая работала, по-моему, ещё хуже, чем сейчас.

Да, да.

Да, и это уже было хорошее. Она мне говорит: «И они, значит, приехали на два дня, чтобы купить либо видеомагнитофон, либо Dendy». Я тоже такой думаю: какой видеомагнитофон, кому нужен? Какой никчёмный видеомагнитофон? Dendy покупают. И он, значит, приезжает.

Да, да. Расскажи, где вы его купили?

Мы его купили, по-моему, в «Лужниках». Естественно, это всё происходило без моего ведома, потому что, как я уже сказал, это был подарок на Новый год. У меня мама не так давно раскопала где-то — она перебирала бумаги, там что-то выкидывала, — она раскопала письмо Деду Морозу, которое я сочинил по поводу…

«Дай мне, дедушка, пальтишко, штанишки, варежки».

Да, типа того, да.

«Варежки на почте украли», да.

Да-да-да. И у меня там было письмо следующего характера: «Дорогой Дед Мороз, так и так, я такой-то и такой-то. Вёл я себя хорошо, хорошо учился, всё делал как надо. Вот, пожалуйста, если тебя это не затруднит, подари мне вот эту игровую приставку Dendy. Её можно купить в магазине таком-то по цене такой-то, в магазине таком-то по цене такой-то». В общем, вы поняли.

Он родился просто таким.

Да, у меня всё было для удобства Деда Мороза: где взять и почём, чтобы Дед Мороз мог подсуетиться, всё распланировать.

Я же говорю, он просто всегда мыслил аналитически, когда не знал такого слова.

И да, радость, конечно, была до небес, когда эта консоль внезапно оказалась под ёлкой. Но там был нюанс. Когда, собственно, консоль я эту открыл… Она была, для понимания, если у кого-то есть PlayStation или Xbox современный, коробка примерно была такого же размера. То есть здоровенная такая коробка. И в ней был пенопластовый такой вкладыш, скажем так. И в нём, собственно, укладывалась сама приставка, джойстики, ещё чего-то, сетевой кабель. И прикол в том, что когда мы были в «Лужниках» у Домнина, покупали эту консоль, когда мы её пытались достать, мы её потянули и там отломили кусок пенопласта в этой коробке. Такой небольшой кусочек, он прямо выломился. И как бы я тогда не придал особого значения этому делу, а мне-то сказали, для понимания, что мы покупаем не мне её, мы покупаем… Кто-то там нас попросил.

Да, мне даже сказали, что это покупают какому-то своему соседу, брату, свату. И я даже не мог понять, почему этот сосед сам не поедет, почему он так гоняет людей.

Конспирация.

Почему сосед сам не поедет, нам было понятно. Потому что дефициты всякие ещё были свежи в памяти у людей. Кто-то едет в Москву к родственникам — надо уже нагрузить кучей записок: привези колбасу, водку, соль, спички.

Именно так. И вот этот кусок пенопласта отломался. Открываю я, значит, коробку уже на Новый год — тот же самый отломанный кусок пенопласта. И тогда я понял, для кого была эта консоль.

Приезжаю. Расскажи, как мы её открывали-то, собственно, что было?

Мы её, значит, открываем с таким благоговейным трепетом, потому что я вообще понятия не имел, как это всё должно работать и как оно подключается, к чему. Мне всё это казалось страшным и сложным. Мы посмотрели, стали изучать надписи на коробке. Там было написано: «Два турбо-джойстика». И один, там было написано, главный, а второй какой-то там дополнительный. А Ауралиен тут же прихватизировал самый главный. Сказал, что он будет играть. И там был картридж с игрой. К ним всем прикладывался один картридж. И там был первый Chip ’n Dale.

Слушай, а это был картридж, на котором была одна игра, да?

Да, да.

Окей, окей.

Там был первый Chip ’n Dale. Значит, там на картинке были Чип и Дейл, которые на каком-то проводе висят над подворотней, из которой на них набегают роботы-псы, а они в них кидаются помидорами.

Ну, собственно, самые первые.

Да, да, да. И ты мне тут же заявил, что они там кидаются, на самом деле, ящиками. Я не понимаю, какими ящиками и зачем. Я себе представлял такие ящики, в которых яблоки на базаре продаются.

Да, я это взял не с пустого места. Я просто в эту игру уже где-то играл. Я так подозреваю, что её клали в коробку, видимо, всем, и я уже её видел у кого-то просто и играл в неё.

И мы стали, всё это ощупывая лапами, дожидаться, когда мой отец придёт, чтобы всё это подключать. И стали подключать к телевизору JVC, который у нас был. Для понимания: у Домнина тогда очень была продвинутая семья. У них был телевизор JVC, а не какой-то старый советский, я не знаю, «Горизонт» или что-то ещё такое, «Рубин», не приведи господи.

Чёрно-белый, да.

Там всё было сурово, и там PAL был, потому что на всех этих «Рубинах» PAL не было, был только SECAM, поэтому дети играли в чёрно-белом свете. В общем, мы стали его дожидаться. Он настраивал, там что-то проскакивало моментами на экране, но опять пропадало. Мы, наконец, дождались, увидели заставку и музычку из мультика в MIDI-формате и стали играть. Значит, играли мы, просто страшно лошили, потому что мы ничего не умели, управление было, конечно, тогда ещё и кривым. Джойстики эти тоже были не бог весть какого качества, поэтому постоянно куда-то падали, убивались. Там нам, чтобы пройти первую, где-то пятую часть уровня, надо было уже пять раз убиться и начать заново.

Да, это была невероятная потеха. Я не знаю, сколько времени мы провели с этой игрой. Нас загоняли спать.

Да, там спать чуть ли не с ружьём нас надо было вести.

Ужас. Причём мы как-то так: одного там погнали чистить зубы и всё такое, а второй, пока другой занимается, играет. Потом первого привели обратно, второго забрали, он начал играть. Ужас. Мы добрались до босса. Вот мы добрались до босса — это был финал, так сказать, нашего…

Нет, мы добрались до босса не сразу. Нужно вот ещё что сказать. Мы затупили. Там же уровень выглядит каким образом: вы бежите слева направо, как во всех играх, а потом нужно лезть вверх, прыгать вверх по какому-то столбу.

По телеграфному этому столбу.

Мы поначалу не врубались, как это делать. И только потом мы это поняли. И, собственно, забрались наверх, там потом был босс. И какой там был босс?

Там был робот-уборщик.

А, робот-уборщик. Мы никак не могли понять, как вертикально кидать вот этот шарик, который там лежал.

Да, да. Поэтому мы его пройти не сумели. Я потом очень долго фантазировал, как мы его побиваем и идём в дивный новый мир. В общем, всё хорошее кончается, надо было Ауралиену ехать домой, а я остался сидеть и тосковать по Dendy и всякому такому. А это было начало того, что у меня все интерактивные развлечения ассоциируются с Ауралиеном теперь.

Стойкая, да?

Следует сказать, что мы с тобой вообще поиграли и у меня на даче немало.

Да, было такое.

Тогда из телевизора как раз эта Dendy просто лезла со страшной силой. Была реклама. Например, Sega вот никакую не рекламировали, а Dendy рекламировали. Была целая передача, которую спонсировали вот эти торгаши, которые распространяли. Там был не кто-то, а Сергей Супонев, который там всё это показывал. И показывал бы, наверное, и по сей день, если бы он как-то раз не поехал пьяным кататься по реке на водяных мотоциклах. Вы сами знаете, чем такое обычно заканчивается.

Да.

И мне страшно хотелось тоже иметь Dendy, но мне вместо Dendy купили Game Boy почему-то. Причём, как назло, к нему предлагалась игра Tetris, которая и без того была абсолютно везде. Везде были вот эти китайские тоже поделки.

«Ну, D-pad это устройство», скажем так.

Да, с огромными такими пикселями, где надо было играть либо в какой-нибудь Tetris тоже. Причём уже была вот эта мелодия.

Да, а это же песенка-то известная, там ещё Некрасов.

Да-да-да. И вот это вот наигрывало всё время. «Эх, полным-полна коробушка, есть и ситцы, и парча». В общем, Tetris мне был совершенно не нужен. Но потом мне к нему подарили ещё один картридж с игрой про Дракулёныша. На неё я тут же подсел и потом ещё на даче себя подсадил, всю окрестную братву. Причём там из-за этого со мной играли даже большие ребята. Мы все коллективно…

Да-да-да. Видишь, польза-то была в том, что это Game Boy, а не Dendy. Потому что ты Game Boy взял с собой, дал ребятам во дворе на даче, где угодно, и они с тобой дружбаны теперь большие и всякое такое. А с Dendy тебе нужно их к себе приглашать. Потом ещё не выпроводишь их, когда надоест с ними сидеть.

Там скорее, когда их приглашаешь, тебя с ними начинают очень быстро выгонять предки, потому что им надоели уже сидеть. А так мы, да, на улице жгли костёр и играли в этого самого Дракулёныша. Там, причём, чтобы играть, был какой финт: между каждыми двумя уровнями там можно было поучаствовать в бонус-играх, оплачивая их монетками, которые выпадают из мобов по дороге, если ты их убиваешь продвинутыми способами. И там можно было выиграть дополнительные жизни. Поскольку мы тогда были тупые, маленькие, играли плохо, мы делали как? Мы на первом же уровне просто тратили минут 20 на набивание одного и того же моба, выбивая из него монетку. После чего, набрав штук 100 или 200, мы просто выигрывали там все 100 жизней в эти игры и дальше брутфорсом таким брали игру.

Погоди, а там мобы респаунились, что ли, получается?

Да. Отошёл налево, идёшь направо — во многих местах у тебя опять выбегает тот же самый зомби. Опять его бьём, опять налево, опять направо. Там много таких мест было. Я потом, кстати, в зрелом возрасте стал играть и понял, что это было совершенно не нужно, если нормально играть.

Я тебе скажу так: вообще, когда ты мелкий ребёнок, ты лошишь гораздо больше, чем несколько взрослых дядек.

А у тебя Game Boy был какой? Самый первый, который, да?

Самый первый, чёрно-белый ещё и такой, как кирпич. У всех был тонкий, а у меня был такой кирпич, которым убить было можно.

Опять же, для понимания, друзья, у него это появилось году не ранее, чем в 94-м. Причём это было куплено не здесь где-то, за этим пришлось ехать в Вену и в Вене это покупать.

Да, в России появилось в 95-м году, собственно. Правильно, в 94-м, скорее всего, оно и появилось. Дело в том, что Game Boy этот начал продаваться в Японии весной 89-го. То есть представьте себе, да. В Северной Америке — летом 89-го, в Европе — в 90-м, а в России только в 95-м, собственно, он появился.

У тебя был… Ну да, Домнин вообще крутой, ему всё привозили из-за границы.

Что всё привозили? Ты говоришь, как будто меня прямо привозили, у меня целый склад был, всё это привозили.

Тебе привезли, например, Tomb Raider из Америки.

Из Америки, да, вот это было.

И Monkey Island, по-моему, тоже.

И Monkey Island, да. Отличный город.

Оттуда же был.

Да, и колбасу тебе иногда даже привозили.

Из Австрии, да. Сейчас у нас колбаса не хуже.

Ну, это понятно. Представляете себе моё удивление, когда я приезжал… Опять же, переписки никакой не было ещё. Это мы потом уже стали переписываться с ним письмами, а потом электронными письмами. Потом появился, значит, скайп, мы стали играть в игры онлайновые. А до этого вот я вижу его летом, хорошо. Он уехал с моей дачи, я его теперь увижу только осенью, то есть через два или три месяца. Это хорошо, если осенью, а не на Новый год.

Да-да-да. Они на Новый год там по какой-либо причине не поехали, непонятно почему, на каникулах. И вот, значит, представляете себе картину. Приезжаю я, и он такой выходит и говорит: «Смотри, что у меня есть». И показывает мне вот эту штуку. У меня, естественно, челюсть в пол падает.

Вот эту штуку? Это какую штуку?

Game Boy, Game Boy. Потому что у нас на даче у соседей, вообще говоря, был вот этот самый Tetris, который ты упомянул. И этот Tetris, как только появился, вокруг него вообще крутилась вся жизнь детская. И мы в него играли вообще постоянно, просто убивали за этим Tetris невероятное количество времени. А тут внезапно штуковина, которая выглядит, во-первых, гораздо круче, потому что это что-то не за 20 долларов, условно говоря.

Ну да.

А что-то солидное. А во-вторых, оно умеет не только Tetris. Это был просто снос башки у меня, когда я эту штуку увидел. И я реально проникся Game Boy, и да, я завидовал чёрной завистью, что у Домнина есть Game Boy.

А у тебя же не только Game Boy был, правда?

Потом у меня появилась Dendy. И она появилась у меня стараниями покойного дедушки Лёвы, потому что я у предков просил, они, как обычно: «Что, телевизор посадишь своими играми». Это вообще была типичная отмазка у них. Все предки так говорили: «Вы телевизор уже весь посадили со своими приставками».

Что отчасти правда, потому что если вы использовали старый телевизор, ещё советский, у него мог выгорать вот этот кинескоп.

Кинескоп.

Действительно мог выгорать. Но это в основном не потому, что приставки, а потому что телевизор строился в те годы, когда предполагалось, что на нём будут смотреть по вечерам телепрограмму «Время» и прогноз погоды на завтрашний день. И по воскресеньям художественный фильм «В бой идут одни старики». Больше ничего от него не ожидалось, поэтому такая получалась досада. И как-то раз я прихожу домой со школы и начинаю деду жаловаться, что предки не хотят покупать Dendy, у всех есть, а у меня нет. Я такой лох, по сравнению со всеми. Он говорит: «Да? Ну вон, посмотри, что в углу-то лежит». Я туда лезу — там пакет, а в нём Dendy.

Старик был тонкий тролль. Он знал.

У меня там была игра вот эта японская, которую все называли «про Робокопа». Она, на самом деле, не про Робокопа. Она у всех была багованная, потому что эти картриджи, опять же, печатались где-то там в Тайване. Она пиратская была, копия.

Да, она была пиратская. И там были постоянно всякие подставы. Например, была третья часть «Черепашек-ниндзя» пиратская, и в ней нельзя было убить Шреддера посередине игры. Он просто не убивался. То есть совсем. Эти картриджи вообще…

Я помню, что у меня был один картридж со вторыми «Черепашками-ниндзя», но там были изображены… Понимаешь, сказать, что это не черепашки, я не могу. Это черепашки, в общем. Но они выглядят так, как если бы у черепашек-ниндзя из мультика, который мы любили, были какие-нибудь троюродные братья из Китайской Народной Республики, и они были ролевики. Потому что я на эту картинку глядел. Там один был вооружён каким-то бумерангом, причём бумеранг выглядел так, как будто он просто угол от стола отломал у какого-то фанерного. Другой был с неким мечом китайского образца, который расширяется к концу. Ещё один с луком каким-то, вроде того, который ты в 4 года ко мне привозил, пластиковым.

Да-да-да.

С присосками. И пятый был с каким-то фанерным щитом и почему-то с каменным каким-то томагавком. Причём он почему-то вылезал откуда-то из какой-то подземной норы.

Черепашки-ронины.

Это были какие-то черепашки толкинистые, наверное. В общем, картриджи действительно работали через один, и всё время в них что-то там было не то. Что нарисовано на обложке, или то, но не такое. Потом пошла же волна, когда стали совать на один картридж несколько игр, более одной.

Да, более 9000 игр там было. Причём там в основном было где-то игр пять, просто в разных вариациях, под разными названиями.

Это были в основном игры, где надо, во-первых, со светового пистолета стрелять по уткам, и собака на тебя смотрит, хихикает: «Какой-то лошара, не попал». И тоже «Танчики», и какие-то аркадки простенькие, и обычно что-то такое было. Серьёзные игры.

Да-да-да, с Battle City, например, вот именно так и делали. Там, условно говоря, брали разные уровни этого Battle City. То, что было написано «9000 игр», over 9000 игр, — это на самом деле просто были разные уровни Battle City одного и того же. То есть вы просто могли посмотреть, что там за теми пятью уровнями, которые вы не можете пройти.

Причём нельзя сказать, что все игры были примитивными. Были такие, в общем, масштабные игры, типа вот тех же Battletoads. Ну ладно, Battletoads как бы оригинал — он из-за, во-первых, багованности, а во-вторых, из-за ужасного имбаланса. Там такая зубодробительная сложность, что там надо, мне кажется, больным быть, чтобы это всё пройти. А вот у нас была вторая часть, и она была кроссовер с Double Dragon. И там было просто адски классно. Надо будет перепройти на эмуляторе. Потому что там было довольно много приёмов, причём они были красочные, зависящие от места действия. Там были интересные боссы. Один прыгает, другой из автомата стреляет, третий — космический корабль, четвёртый там невидимым делается, и надо повисать на этих лампах. Всякие были виды оружия. Очень интересные уровни. То ты в космосе летаешь, то гоняешь на мотоциклах, то по какой-то ракете бежишь, уворачиваясь от работающих дюз и сбрасывая крыс, вышибая окна и выкидывая их с ракеты. В общем, было ого-го. Причём ещё такая графика, чуть ли не псевдотрёхмерная, она её так довольно неплохо имитировала. Казалось, что всё объёмное, просто вид статичный. Это был вообще верх реализма.

Да. Мы немало часов в этот Battletoads & Double Dragon провели. И каким-то летом, уже в августе, под конец пребывания дома у меня в гостях, мы даже и умудрились пройти.

Пройти, да. Каким-то чудом. На последней жизни Чёрную Королеву убил ударом с разбега. И она, конечно, сгорела. И это было прям большое достижение. Потому что это было вообще… Мы, по-моему, обрадовались так, как, я не знаю, если бы этот чёртов пионерлагерь провалился сквозь землю, наверное, и тогда мы не были бы больше рады.

А вот какие тебе игры запомнились вообще? Во что ты играл?

Я любил, во-первых, битэмапы. Всякие вот эти Double Dragon, отдельные Double Dragon. Потом у тебя была игра Mighty Final Fight, где было интересно то, что много приёмов, а во-вторых, три разных персонажа.

Точно.

Разных по характеристикам. Потом мне нравились… Я думаю, все играли в Contra. И ты тоже играл в Contra. Мы все любили это. Про Chip ’n Dale вторая часть была просто тоже очень интересная. Там разнообразные были уровни: то на каких-то вагонетках кататься, то с тонущего корабля бежать, то миссия на время, то какой-то заколдованный дом. Там вообще был хардкор какой-то.

Я помню эту игру. По-моему, там в конце этот кот Толстопуз был главным боссом.

Это в первой части был кот Толстопуз, который курит сигару и сбрасывает пепел, а во второй он там какого-то кота-терминатора на нас напускал, который ронял часовые бомбы нам на голову, и надо было его этими бомбами шарашить под гадовое время.

Точно, точно. Всё было непросто. Я помню какое-то бешеное количество времени, которое было проведено за Chip ’n Dale. Это просто было нечто невообразимое.

Это объективно одни из лучших были игр для Dendy.

Да-да-да. А в DuckTales ты играл?

Да, DuckTales. Ты меня подсадил на вторую, потому что это тоже была игра такая выдающаяся. Там, во-первых, было огромное количество секретов. Причём секретов не в стиле «подойди туда, нажми прыжок, и оп, ты там». Там надо было покупать всякие апгрейды для трости: прыгательные какие-то, разрушительные, кидать там всякие блоки, чтобы разбивать чего-то, открывать, проходить за стенами. По нескольку раз, например, можно было проходить один и тот же уровень, чтобы найти там всё, что можно, чего ты не мог без апгрейдов. Там даже был целый секретный уровень отдельный, который можно было открыть, если ты нашёл все кусочки карты. Там был какой-то улыбающийся рубин. Я вот сейчас смотрю: легендарное сокровище рода Макдаков. Но я вообще слабо помню, что там было. Я сейчас смотрю скриншоты, какие-то отдельные части узнаю. Там был какой-то магазин даже, что-то можно было покупать.

Да, между уровнями. Причём все эти рубины и золото, которые собираешь, это надо было не просто так, а между уровнями покупать апгрейды: жизни новые, восстановление здоровья, прибавление здоровья. Сейф там надо было покупать одним из первых, потому что если ты что-то напортачил и помер, то бабки твои обнулялись, а в сейфе они не обнулялись.

Да-да-да. В общем, это было… Причём уровни такие разнообразные. Один там какой-то остров Пасхи, другой Египет с кучей тайников, третий этот замок страшный. В общем, очень интересно было. Я уверен, что первую часть только переиздали на компах, а вторую что-то не чешутся. Там даже механики, по-моему, различались. То есть разные уровни надо было немножко по-разному проходить. Я помню, там где-то нужно было… какое-то очень геморройное было, где нужно было прыгать на крюках, на каких-то повисать этой тростью через какие-то подземелья. В общем, это была одна из моих самых любимых игр.

И ещё все любили игру про Чёрного Плаща, потому что она тоже была разнообразная, и там у неё было разное оружие. Какие-то стрелы, которыми надо было, во-первых, врагов убивать, а во-вторых, можно было их использовать, чтобы секреты забирать из недоступных мест, по ним можно было забираться. Там были разные уровни, причём длинные и сильно различающиеся. Я её, по-моему, даже на эмуляторе последнего босса так и не одолел, потому что он там совсем жёсткий. Но её все любили, она была красочная, красивая.

Ещё была… Что у нас там ещё было из…

Elite, оказывается, была для Dendy.

Да! Представляешь? Я вообще в шоке просто.

Да, чего только не было для Dendy. Ещё была игра Tiny Toon, где надо было играть за вот этих младшее поколение Warner Bros. героев.

А, точно. Я даже специально спустя много лет нашёл этот мультик и посмотрел его, чтобы понять, что за чёрт там вообще происходило. Оказывается, по сюжету там просто решили нарисовать более младшее поколение к Багзу Банни, Даффи Даку и всем остальным. Вот эти все персонажи — это их ученики. И по сюжету сериала они у них проходят стажировку. Поэтому он и называется.

А, да. Ты играл в «Парк Юрского периода», наслаждался музыкой.

Слушай, я вот помню, что меня вообще эта игра бесила. Знаешь чем? Она меня бесила тем, что эти динозавры там какие-то, то ли велоцирапторы там бегали, то ли кто-то, они меня постоянно мочили. И я играл в эту игру…

Я постоянно мочил боссов, да.

А может быть. Я помню, что у меня прям холодный пот по спине лился, когда я играл в эту игру, потому что я боялся, что сейчас откуда-нибудь выскочат эти твари.

Там был такой, да, велоцираптор, который выбегал внезапно. Он был один из трёх основных видов противника. В общем, там было, конечно, будь здоров, тоже интересно.

В общем, была консоль, конечно, славная. Несмотря на свои технические ограничения, она выжимала из них всё, чего только можно. Как ни странно, мы не играли, по-моему, ни в какой из Mario. Хотя он был.

Нет, у нас был один Mario. Причём он тоже был какой-то до невозможности замороченный. Мы, например, там нашли экспериментальным путём способ со второго уровня попасть, по-моему, на шестой. Потому что, помнишь, у нас было, где ещё играть можно было за принцессу, и мы за неё играли, потому что она умеет парить. И она всё время ещё так, когда командуешь присесть, она так садилась, как будто она помочиться собралась.

Что-то такое я припоминаю, да.

Вот в это мы и играли как раз. У нас был вот такой вот Mario.

Понятно, да. Так что да, мы не играли почти на Sega и на Super Nintendo, хотя у меня был сосед, у которого из Америки тётка привезла Super Nintendo. Правда, американского образца она плохо сочеталась с местными реалиями.

Они нам переходник купили.

И там был Killer Instinct, в который мы тоже все резались, резались, бились, бились. Всё это также ещё было страшное из-за Mortal Kombat и прочего — страшные скандалы, что там же кровь и фаталити. Сейчас, посмотрев на Mortal Kombat 1, какая там была кровь и фаталити, уже, конечно, без смеха нельзя, а это казалось мега страшное дело. И в журналах даже всё это сочинялось и обсуждалось.

Я ещё вспомнил игру про Флинстонов.

Да, была одна игра про Флинстонов, где можно было переключаться между Фредом и Барни.

Да-да-да. И Фред лупил дубинкой, причём он мог с размаху бить, а ещё он мог подтягиваться на утёсах.

А Барни умел стрелять из рогатки и умел подтягиваться и лазить по верёвкам.

Да. И ещё я помню, что в этой игре вообще была одна из фич — карта. Там была карта, и там нужно было как-то перемещаться между разными… от одной локации к другой переходить, и вот только так можно было. Потому что там были всякие необязательные моменты, типа игры в хоккей.

Во-во-во, меня это бесило.

Игры в баскетбол.

Баскетбол и хоккей меня просто бесили. Причём, по-моему, меня даже больше бесил хоккей, чем баскетбол. У меня плохо получалось играть в эти штуки. И хоккей там был уже где-то такой… он был не в самом начале игры, а уже ближе, я не знаю, к середине или к концу. Я до него редко доходил, у меня плохо в него получалось играть, потому что я до него редко доходил. И он меня прям бесил невероятно. Я вот ненавидел этот уровень, где в хоккей нужно было играть.

Да, это была такая игра. Я её потом прошёл на эмуляторе. Подписываюсь, действительно была классная вещь.

В общем, Nintendo, наше большое человеческое спасибо за наше счастливое детство.

Да, это да. Бешеное количество и про «Черепашек-ниндзя» — куча игр была каких-то.

Да-да-да. У тебя была любимая первая часть, где надо было между ними переключаться, если одного из них ранят. Если убьют, то на двух уровнях можно было найти убиенного. И второй уровень ещё там был гадский абсолютно, потому что там надо было прыгнуть в воду, и в воде с кривым ещё управлением найти все мины за определённое время. И там люди либо не успевали, и получался game over, либо там была хитрость: одну черепашку, найдя почти все мины, если не успеваешь, надо было загнать в водоросли и убить, а когда ты второй пойдёшь, то мины будут все разряжены, кроме одной, а таймер-то обнулится. Вот такая была хитрость. А убитую черепашку там на четвёртом уровне можно было выручить в одном из мест. В общем, да, была интересная.

Вторая часть была скорее такой битэмап, потому что там была изометрическая проекция. Можно было играть вдвоём. Люди очень любили играть вдвоём и лупить этих набегающих со всех сторон фут-солдат. И в конце плеваться от того, что Шреддер, сволочь, двоится, и надо постоянно бить того, который настоящий. Потому что если убить того, который не настоящий, он, причём ещё и убивается очень быстро, то он опять раздвоится, и всё по новой. Так что там было, конечно, долго и хардкорно.

А ещё была версия, где они бились. Она называлась Teenage Mutant Ninja Turtles Tournament Fighters. Там было 4 черепашки с почти одинаковыми всем. И был ещё Кейси, бившийся клюшкой. Какой-то неведомый динозавр, чёрт знает, откуда он взялся. Я в упор не помню ничего такого ни в комиксах, ни в мультиках. И, разумеется, был Шреддер, у которого был имбовый приёмчик. Он при нажатии Turbo B начинал перед собой стричь руками, что сразу тебе сбивало комбо и наносило урон. В общем, да, там игра, хотя с точки зрения файтингов как раз был полный отстой. Там никаких особых приёмов, ничего нет, четыре персонажа почти одинаковые. И тем не менее я помню, я со своими друзьями регулярно зависал в этой игре. Они приходили ко мне в гости, и играли мы у меня.

Вот ты сказал, что джойстики были дрянные. Я тебе вот что скажу на это. У меня джойстики, которые были мои, перестали работать, мне кажется, лет через шесть после покупки этой самой приставки. А вот, например, два джойстика, которые у меня есть для PlayStation, они хрустят уже сейчас. Один, точнее, из них хрустит в руках, а второй нет. Я не знаю, какой из них: тот, который шёл в комплекте, или тот, который я купил отдельно. Меня это бесит просто невероятно. Те проработали много лет. Только потом второй из них, по-моему, стал… у него стали барахлить кнопки, они стали плохо… их нужно было прям очень сильно нажимать. У меня мозоль была на большом пальце от нажимания этих кнопок бешеного. Так что да.

А потом у моего соседа по даче, у одного, появилось — ты не поверишь — Sega Mega Drive. И я пришёл как-то раз к нему в гости, а он сидит, значит, играет… Он играет в какую-то игру, где, ты не поверишь, какой-то вертолёт летает по карте, делает чего-то, кого-то бомбит, в кого-то стреляет. Какой-то Jungle Strike или Desert Strike, что-то такое. Выглядело это гораздо богаче, сами понимаете.

16 бит всё-таки, да.

Она 16 была?

Да, 16 бит. 32 — это уже потом все эти пошли.

И это выглядело гораздо, гораздо богаче, гораздо более реалистично. И у меня просто вот тоже… выпало. Я вот руками размахивал и выдёргивал наушники даже, показывал, как у меня челюсть падала на пол. Так что да, это было что-то с чем-то.

Да, это было великое время. Но, как и всякое время, оно должно было подойти к концу. Потому что помимо вот этой передачи про Dendy — «Dendy, Dendy, мы все любим Dendy» — какие только передачи не были детские. Они все, помнишь, были эти, вечером, в среду.

Про «Зов джунглей».

Да-да-да. «Там крокодилы, львы и гориллы, слоны, пантеры в зарослях ждут. Будь ты хоть смелый, хоть ловкий, умелый, звери тебя разорвут».

Нет, подожди. «Джунгли зовут» там.

В общем, неважно, смысл был в этом. И, кроме того, появилась передача «От винта!»

О, да.

В которой подвязались Бонус и Гейм Овер. Я абсолютно уверен, что, по крайней мере, гражданина Марио Петру знают и помнят абсолютно все. Потому что он со своим характерным голосом озвучки никуда уходить не собирается и всё ещё отовсюду слышен.

Это да. Они там обозревали именно ПК-шные игры. Причём я сперва не очень понимал, что это за игры такие на компьютере. Потому что игры на компьютере я знал только одну — это был Digger, плюс я ещё знал «Сапёр» и Alley Cat. Я, кстати, недавно даже Alley Cat достал и даже немного поиграл, поностальгировал. А тут, значит, мне показывают что? Мне говорят, что в этой игре нужно выбрать одного из трёх персонажей: воина, волшебника или священника. И, значит, воин бьёт врагов оружием, волшебник поражает их магией, а священник что-то там обращается к ним с проповедями, что, впрочем, ему не удаётся. И показывают мне вид от первого лица, и какой-то паладин избивает каких-то двухголовых мобов и какими-то молниями у них пыляет. Я такой думаю: охренеть, какой реализм, как это всё круто выглядит. Вид из глаз. Вот что, оказывается, нужно-то для полного счастья игрока.

Потом там показывали какую-то тоже, мне показалось, просто как кино, просто реалистичную игру. Сейчас, конечно, смешно вспоминать, но это был Full Throttle. Обзор на него был. И я такой думаю: охренеть, вот во что нормальные люди-то играют. Мы тут одни как лохи сидим, в Mario всякие гоняем платформенные. И тогда я стал постепенно приближаться к большим видеоиграм. И эпохой для меня стал май 1997 года, когда я от скуки с отцом пошёл на заправку. Он в магазин зашёл зачем-то, заплатить, видимо, за бензин, тогда же отдельной кассы часто не было. И меня освободил.

А тебя похитили пришельцы.

Нет, а меня похитил игрожур. Потому что я с ним пошёл, а там на кассе был журнал. Я вижу, журнал называется «Страна игр». И на обложке какой-то танк куда-то едет. И я такой думаю: ух ты, игры. Вот оно. Вот оно, то, что мне нужно. И упросил его купить этот журнал. Вот если бы мой отец знал, чем обернётся…

Эта невинная просьба.

Эта невинная покупка, да. Он бы, не знаю, всю эту бензозаправку, наверное, взорвал бы сразу. И с безумным хохотом танцевал бы вокруг и кричал: «Гори, гори», пока бы не забрали санитары. Но он этого ничего не знал и приобрёл мне этот журнал.

Сразу скажу, что компьютеры я тогда уже немножко пощупал, потому что у нас во втором-третьем классах была информатика.

И у вас была понтовая информатика?

Как тебе сказать. Информатика в Москве…

С точки зрения железа.

С точки зрения железа информатика в Москве тогда заключалась в том, что компания Apple, вернее, какой-то её местный дистрибьютор, дала смачного хабара городскому департаменту образования. У меня такое странное подозрение основывается на том, что вплоть до нулевых годов всякие информатические занятия велись на одной и той же модели Apple Macintosh из начала 90-х годов, которые купили всё сразу за откат.

За дорого причём, я думаю.

Да, и всё это понаставили в школах, блея про информатизацию. Но для 96-го года было вполне неплохо, потому что я был полный лапоть. Меня научили, например, что такое мышка и что такое вообще графический интерфейс. Потому что до этого я видел только старый добрый Norton Commander, когда меня отец брал на работу, и там можно было в эти самые Digger поиграть.

А у тебя ещё не было компьютера до этого?

Нет, нет.

Окей.

А тут, смотрите, мышка, и надо кликать на иконки, и двойной щелчок есть. Не может быть. Просто немыслимые дела. И был редактор Kid Pix, который, кстати, отличный графический редактор, а для детей вот самое оно: баловаться, всякие делать анимации простейшие — вот оно как раз.

И я подумал, что компы-то всё-таки есть, а игр-то нет, надо как-то наверстывать. Я вот за эту «Страну игр» уцепился. Этот журнал меня просто сразил, потому что оказалось, что кругом такое количество мегаигр, про которые я вообще ни сном ни духом. То есть целый пласт культуры проходит мимо тебя.

И мы пошли к моему соседу, и мы у него стали играть в Duke Nukem. Играли мы вдвоём, потому что мы были трактористами. И он сидел за клавиатурой, отвечал за движение и повороты головы, а я сидел за мышкой и стрелял. И в таком виде мы это всё проходили. Ещё был Doom, но Doom мне меньше понравился, потому что всё-таки Duke Nukem веселее, чем это.

Потом, наконец, отец приобрёл нам компьютер. Причём там, как обычно, во-первых, он был очень слабый с точки зрения видеокарты. Видеокарта была на 2 мегабайта. В 98-м году уже не очень.

Это был 486, правда?

Нет, это был Pentium MMX 200.

О-о-о. Как кучеряво живёте.

На самом деле, для 98-го года уже был не то что не кучерявый — это распродажа старья.

Я тебе скажу, что распродажа старья в 98-м году, когда там дефолт у нас был в 98-м году, — это очень даже неплохо.

В общем, ещё там был монитор ужасный. Мало того, что, понятно, это ЭЛТ, потому что тогда ЖК-мониторы были, во-первых, очень крупнозернистыми, а во-вторых, они в России, по-моему, вообще не существовали, и только где-то на Западе были у избранных.

Да, да.

А этот был мало того, что плохой, так он ещё был… Это был, я знаю, мультимедийный монитор, то есть в нём были встроенные колонки. А встроенные колонки в монитор — это как встроенные колонки в микроволновку. То есть это, конечно, можно, только это явно будут не очень хорошие колонки, прямо вам скажем. И тем не менее отец это купил, потому что якобы только этот каким-то образом соответствовал мифическим евростандартам. Якобы там что-то он не излучал.

И тем не менее, несмотря на то, что он не излучал, мне постоянно выносили мозги тем, что в какой-то газетке, по-моему это был «Московский комсомолец», была статейка в четвертушку листа о том, что там кольца смерти монитора и какое-то там электромагнитное излучение чего-то там.

И только шапочка из фольги спасёт вас.

Да. Что вот там можно сидеть только 15 минут, а 40 минут — это максимум, а если ребёнок сидит часами, то он не восстановится никогда. Вот я не могу сказать, от чего он не восстановится. То есть если он за ним сидит часы, он будет как-то там скукоживаться, зеленеть, покрываться щупальцами, глаза отращивать на подмышках или что? Что от этого будет делаться? Но, несмотря на то что мой отец называл «Московский комсомолец» сионистской газетой за то, что им тогда проплатили кампанию против тогда ещё митрополита Кирилла, который сейчас патриарх, обзывали его митрополитом табачным и водочным…

Да, это лихо они придумали.

Мой отец был разгневан на эту газету, но почему-то их безграмотные писания про волны на него произвели такое впечатление. Он потом меня годами долбал этой ерундой. И даже уже потом, когда я у них доживал последние два года, он всё утверждал, что я чем-то облучаю его через стену своей комнаты.

Да, это да. Со старшим поколением тяжело.

В общем, компьютер мне был приобретён, но игр для него, увы, не было. Потому что игры там можно было достать двумя путями.

Способ первый. Идти в этот самый авторизованный магазин и выложить там 400 тысяч рублей тогдашних за огромный картонный гроб, в котором помимо диска с каким-нибудь Duke Nukem лежит ещё инструкция о том, что нужно нажать кнопку на CD-ROM и вставить диск в поддон, после чего нажать кнопку ещё раз. Была гарантия, которой, разумеется, было невозможно пользоваться, потому что для того, чтобы этой гарантией воспользоваться, нужно было доставить товар производителю. А производитель сидел в Северной Америке. И проще было, не знаю, новый купить, чем ехать в Северную Америку. Там была служба поддержки, которая, во-первых, была платная, а во-вторых, работала только ночью, потому что всё-таки в Америке же, да? И ещё там были какие-нибудь буклеты, гарантии, что там будет работать 50 лет. Несмотря на то что диски-то просто из-за плохих CD-ROM столько не жили. Это был другой вопрос. В общем, вам предлагали заплатить много денег за фактически какую-то ненужную туфту. Потому что все эти бумажки были никчёмными. На практике они не работали никак, если кратко.

Совершенно. Можно было поехать… У меня рядом рынок «Коньково», там сейчас только вещи. А тогда там, помимо вещей, было ещё много всякой электроники, музыки и тому подобного. Отправляемся туда — и там мы можем за 60 тысяч рублей приобрести диск сразу с несколькими играми или программами, если нам этого угодно. И играть себе без всяких бумажек, коробок и всякого прочего мусора.

В прессе, разумеется, против этого велась кампания. Доказывали, что 7 из 10 пиратских программ не работают. Почему?

Почему они даже не работают?

Что они все заражены вирусами. Но это, видимо, тёмный народ думал, что пиратские программы делают где-нибудь в подвале, в антисанитарии, и там от этого вирусы могут завестись. Так что народ был тёмен и не понимал. Разумеется, всё это работало нормально. И было наиболее разумно покупать именно там.

И там мы приобрели, кстати, для моего соседа игру KKND, которая была первой, наверное, стратегией, которую я видел. И я её очень хотел, потому что в этом самом журнале, который я приобрёл и читал, там как раз был небольшой обзор на KKND, который мне очень понравился. Игра, правда, зубодробительно сложная. Мы чуть потом объясним, почему тогда всё так было странно. Но я, например, даже в зрелом возрасте два раза за неё брался. И оба раза дошёл, по-моему, до предпоследней миссии за мутантов. Дальше уже я решил плюнуть, потому что там нереально в это играть абсолютно.

А потом отец поехал в Америку и привёз оттуда две картонные коробки. В одной был первый Tomb Raider, а во второй — третий Monkey Island.

Да, причём Tomb Raider… Я вот как сейчас помню эту коробку. Она здоровенная, такая вот в форме усечённого конуса.

Ну, или трапеции, да-да-да.

И прям в ней книжица даже какая-то была, мне кажется.

В ней, во-первых, была книжица по самой игре, объясняющая, что вообще за чертовщина там происходит, потому что тогдашние игры ничего не объясняли, за редкими исключениями. А во-вторых, там был буклет вообще на другие игры издательства Eidos тогдашнего. Можно было тоже почитать.

И мы стали играть в Tomb Raider. Играли мы без звука, потому что мы не смогли его наладить. Потому что со звуком были проблемы. Тогда же были звуковые карты, и нужно было обязательно, когда устанавливаешь игру, выбирать там какой-нибудь Sound Blaster. Все в этом путались, выбирали не то и играли через раз без звука. Но мы и без звука прекрасно играли, потому что можно же играть — уже это было хорошо. И мы там прошли… Прошли мы, по-моему, с тобой до пятого уровня.

Нет, не до пятого уровня. В пятом уровне был собор, потом был Колизей, потом был дворец Мидаса. На седьмом уровне мы как раз и застряли.

Это в основном потому, что ты уехал домой, просто не успели дальше пойти. А так мы уже сидели целыми днями. У нас день выглядел следующим образом. Я просыпаюсь в 7 утра от того, что меня толкает в бок Ауралиен, потому что он уже проснулся, сполоснул физиономию и сел за комп. Я тоже там, чуть-чуть полежав ещё, потому что я не могу так вставать, как он, тоже иду, умываюсь, одеваюсь и сажусь с ним. Пока не проснулись домашние, мы часа два можем поиграть. Потом они закопошились, и мои братья тоже начинают бегать, и нас тут же выгоняют гулять.

Да-да-да, палкой просто.

Да, палкой гулять, чтобы не портили маленьких детей. Мы идём гулять, обсуждаем, пока гуляем, то, во что мы играем. Потом, считав время, возвращаемся обратно, и на это уже детей повезли гулять. Мы опять за компьютер играть. Потом приходят дети, и нас тащат обедать. Потом их, слава богу, укладывают, по-моему, поспать — опять можно играть. Потом они просыпаются, нас опять выгоняют гулять. Мы опять погуляем, пока, наконец, они не уйдут. Сами за комп, потом ужинать, потом, слава богу, братьев моих кладут спать, и мы играем опять до часу ночи, потом опять расходимся спать. И так до 7 утра следующего дня. Это, конечно, вряд ли можно назвать здоровым образом жизни, но вы просто понимаете, что Ауралиен приезжал ко мне раза два, ну три в год, допустим. И вариантов особо у него поиграть-то не было, поэтому ему старались не препятствовать. А я этим нагло пользовался. Потому что Ауралиену никто не капал на мозги никаким излучением. Почему-то излучение на Ауралиена удивительно не действовало. У него, видимо, врождённый иммунитет был к излучению.

Да, да. При этом, что интересно, не действовало также и якобы ужасное воздействие на зрение. Вот, кстати, да, по поводу зрения. Хорошо, что ты вспомнил. Я, как многие, я думаю, знают из наших слушателей, вообще говоря, разработчик программного обеспечения. По-простому программист. Я сижу за компами и до этого за приставками сколько? Лет уже, наверное, 20 как минимум. И зрение моё за всё это время уменьшилось… Вот у меня правый глаз видит традиционно плохо, левый глаз видит хорошо. Левый глаз у меня видел единицу, сейчас он стал немножко близоруким, видит из 10 строчек 9. Вот последние 5 лет у меня зрение не меняется вообще, при всём при том, что я за компьютером провожу больше 8 часов в день. Я ни в коем случае не говорю, что у вас это будет работать так же. То есть дисклеймер. Я не утверждаю, что это устроено…

Сидячий образ жизни вообще тоже страшно не рекомендуем. Если вы его ведёте, как я, то, по крайней мере, ходите каждый вечер и тягаете штангу там.

Ходите, по крайней мере, на прогулки или выбейте у своего начальства стоячий рабочий стол. Я, например, на работе сейчас стою практически всё время. У меня есть барный стул. Если мне надоедает стоять, я на него присаживаюсь, посижу минут 10–15 и встаю обратно. 8 часов в день я стою прям стоя. Я даже его не опускаю. Он у меня поднимается-опускается, я его не опускаю. Это отдельную можно тему по поводу здорового образа жизни сделать. Но, тем не менее, что я хотел сказать: зрение моё кардинальным образом из-за того, что я сидел за компьютерами, даже за вот этими безумными 15-дюймовыми мониторами с электронно-лучевой трубкой, не подкосилось настолько, насколько нам обещали.

Да. Я больше уверен, что у меня зрение подкосилось из-за того, что я читал очень много. Скорее из-за этого. Там ещё нюанс какой: есть небольшая генетическая такая особенность, причём у людей с азиатским происхождением особенно распространённая, которая в определённом возрасте, если вы сидите, много читаете и так далее, может провоцировать развитие формы глаза немножко неправильно. И в конечном итоге вы можете получить себе близорукость разной степени. На японцев посмотрите. У них повально взрослое население в большей части носит очки или линзы. Так что мне тоже происхождение слегка подсолило. Так что я зрение тогда же посадил, но, опять же, никакого отношения к компам это не имело.

Мы играли в этот самый Tomb Raider. А там же были головоломки ещё зубодробительные по нынешним понятиям. Сейчасшний Tomb Raider вообще ерунда по сравнению с головоломками. А тогда мы просто часами лбом долбились в эти… как там залезть куда-то. Причём даже там не говорилось сразу: вот этот уровень, на нём надо сделать то-то и то-то. Нет, тебя просто в него выкидывают, а ты должен сам сообразить, что, значит, если предыдущие два уровня тебе надо было просто пройти до конца более-менее линейного пути и попасть к выходу, внезапно на третьем уровне, чтобы попасть к выходу, нужно найти три шестерёнки или четыре шестерёнки, вставить их в механизм, и тогда что-то там откроется.

Да, там вообще нетривиально было.

И вот это ещё надо сразу понять, что от тебя хотят-то вообще.

Да, и куда там коней запрягать, куда там залезть, где там куда пролезть, кого там пришлёпнуть, если там кого-то надо пришлёпнуть. И вот, например, уровень, который с Мидасом, на котором мы в конечном итоге запнулись, — там я до сих пор помню, что мы всё, что было очевидно, куда залезть, исходили. Там явно была галерея наверху в одной комнатушке. То есть было понятно, что туда можно забраться. Как туда забраться, мы не понимали в принципе. И я до сих пор не знаю даже, как нужно было проходить этот уровень. Это тот самый уровень, если кто не в курсе, или, извините, если кто в курсе, где нужно было приносить слитки. Вот это вот — руки Мидаса. Если вы на неё вставали, там показывали анимашку, как Лара такая превращается в золотую статую.

И каменеет.

Или, я не знаю, золотеет как-то. Мы не смогли понять. Там уже потом я где-то читал в журнале, как этот уровень проходить, и всё равно ни хрена не понял.

В общем, это было, конечно, трудно. При этом вообще надо вам сказать, что тогдашние игры по современным меркам просто… не то чтобы ужасные, но, во-первых, они очень сложные, запутанные и неочевидные. Часто это бывало потому, что как бы полагалось покупать лицензию. К лицензии в этом картонном гробу предлагалась ещё туча книжек с советами. Вот это как вариант можно было. А бывало и так, что просто предполагалось, что играть будут бородатые дядьки. Они как-нибудь там сообразят.

В том же самом Hexen, например, был следующий уровень. Нажимаешь кнопку — она открывает не уровень, а дверь на два уровня вперёд. То есть вот так. Или, например, там был момент, где выход с уровня находится здесь: прыгнуть в пропасть, потому что там, оказывается, внизу не пропасть, а телепорт, и ты в него упадёшь. А как это понять? Чёрт его знает.

Потом в играх этих часто не то что был дисбаланс — там не было баланса вообще. То есть никакого. Простой пример: допустим, тот же самый… Мы играли в Red Alert. Red Alert был славен как отсутствием баланса между сторонами, так и вообще отсутствием какого-либо баланса. Потому что, скажем, играть за союзников там было невозможно. У союзников были только лёгкие и средние танки, и единственное, что они могли сделать, — это играть на морских картах, потому что там у них был мощный линкор, а у советов флот был ограниченный.

Только подлодки, и то легко утопляемые.

А этот линкор мог просто через всю карту стрелять и всё крушить. И оборона у советов тоже была лучше с мамонт-танками, ничего не поделаешь. Авиация тоже лучше, потому что у союзников даже самолётов не было, только был вертолёт одной-единственной модели.

Понятно, почему так получилось конкретно в Red Alert. Потому что предполагалось, что вы продаёте эту игру в западных странах, а они как бы должны превозмогать, пока играют. А мы-то играли за советскую кампанию, нам приходилось превозмогать не поэтому, а потому что там были такие миссии, которые просто издевательски были устроены. К противнику постоянно подъезжали подкрепления. Противник на тебя нападал сразу же, как только ты появлялся, и когда ещё ничего не успел сделать. В общем, жульничество шло во все поля.

С этим бывало пытались бороться. Например, когда Warcraft I и II были, там стороны были практически идентичными. Во втором Warcraft единственная разница между сторонами заключается в использовании магии. То есть если у Альянса там были паладины, которые умели лечить, открывать карту и изгонять зомби, а у орков были рыцари смерти, которые умели напускать Bloodlust, вызывать летающий глаз и ставить магические мины. Причём, кстати, компьютер научить этому пользоваться всему не удалось. Он ничего этого не делал, хотя всегда всё это изучал добросовестно. Была некоторая разница между эльфами и троллями. Тролли умели регенерировать, а эльфы что-то там, какой-то плюс один к чему-то имели.

Да они, по-моему, к дальности имели плюс один.

Наверное. В общем, там разница была минимальная, и это было сделано именно для того, чтобы не было вот такого. И поэтому Warcraft считался чуть ли не киберспортивной дисциплиной, хотя тогда не было такого термина. Потому что у меня был журнал, в котором для Warcraft II были тактики. И там появилось, что Rush — создать несколько footmen или grunts и бежать на базу. Тактики противодействия rush — поставить рядом с town hall две башни. Там была сапёрная война — это когда ты строишь укрепление и группу солдат, чтобы обезопаситься, а потом сразу ставишь 3–4 лаборатории алхимиков или гномские лаборатории и начинаешь делать dwarf demolition squad или goblin sappers и пачками их посылать противнику на базу. И ему так всё разрушать, не давая ничего построить нормально. Так его можно было задавить, потому что они были сравнительно дешёвыми. Всякие были магические бомбы, когда там один маг накладывает на другого невидимость, а второй под невидимостью кастует Blizzard. В общем, там пошли такие тактики, что просто страшно сказать. По тогдашним временам это было ого-го.

В том же самом Red Alert главная тактика была какая? Строим мамонт-танки и едем. Они дальше как паровой каток по карте катаются, просто всё, просто всех мочат. Даже там у Альянса были вертолёты, и мамонт-танки, они умели какой-то своей…

Стрелять ракетами, да. Они умели сбивать вертолёты.

А ещё, поскольку они были бронированы тяжело, их невозможно было с вертолётов…

И, кроме того, ещё и регенерировали до половины.

Да-да-да. Поэтому сделать с ними было ничего нельзя. В общем, единственное, что представляло сложность в кампании, — это последняя миссия Советов, взять Британию. Там дело в центре на острове, но тебе постоянно с севера, запада и востока высаживались на транспортах противники и набегали. А ещё периодически с юга подплывал линкор и начинал обстреливать базу, рисковал её чуть снести тебе. А у нас не было звука. И поэтому нам приходилось делать так: Ауралиен играет, а я сижу на радаре, так сказать, и гляжу, не появилось ли…

Не появилось ли… Ой, какой кошмар был.

Ужасно.

Кстати говоря, раз мы про радар уже заговорили, я тут разговорился со своим турком. У нас турок-дизайнер на работе есть. И он примерно одного с нами возраста, и он вообще говоря из такой семьи интеллигенции турецкой. У него там отец профессор в университете, мама тоже там что-то какая-то, по-моему, научными делами занимается. И он мне ни с того ни с сего… то ли мы как-то с ним обмолвились до этого, то ли что-то… Он мне стал рассказывать что-то про Red Alert, причём именно про первый. Я ему говорю: «Ну, дружище, иди сюда». А у меня на компьютере как раз, я недавно поставил себе его, там в эмуляторе, есть такая программка Boxer для Mac. Она умеет запускать все вот эти игры, которые DOS-овские. Я ему говорю: «О, смотри, чувак, смотри». Запустил ему там Skirmish. Он вообще просто был счастлив невероятно. Я его научил, как этот Boxer поставить, где там искать это.

При всём при том, что у меня вообще Red Alert этот куплен в Steam, если мне не изменяет память. У меня вообще, на самом деле, всё куплено в Steam. Практически всё, во что я играл в детстве. Мне не на чем это играть через Steam, но я, по крайней мере, этим обладаю вполне себе легально. Если я, конечно, не путаю с Red Alert. X-COM у меня точно весь куплен. Мне кажется, Red Alert тоже, все эти Command & Conquer, Red Alert.

И даже в Турции… а в Турции у него не было своего компьютера, он приходил к отцу на работу. У них там в универе были компьютерные классы, у них там был страшное дело интернет 20-мегабитный, представляешь?

У нас вот не было никакого интернета.

Или даже не 20-мегабитный. Нет, это я хватанул, это я путаюсь. 20 мегабит — это было, по-моему, на весь Стокгольм через много лет. А у них был интернет. В общем, они там играли и по сетке играли, и во всякое такое. Так что да-да-да.

И мы играли действительно в Red Alert. Мы играли довольно много. Потом у нас X-COM появился в нашей жизни.

Да, у нас был X-COM. X-COM появился у нас… Дело в том, что были такие сборники — не 9000 игр, как для Dendy, но там было игр штук 15, наверное, верных.

Это уже на диске было, да?

Да, это было на дисках. Мы уже дискетную эру не застали. Несмотря на то, что тогда вплоть до нулевых годов всякий системный блок комплектовался этим самым.

В обязательном порядке.

Да, floppy-дисководом. Но никто даже не знал, чем с ними заниматься.

Я тебе скажу, я в универе даже первый курс проучился: floppy-диски носил, программу в универ показывать. А потом у меня уже флешка появилась, и я стал всё на флешке носить.

Ну, то есть он из каменного века прыгнул сразу в высокие технологии.

В информационную эру.

Да, всё это на дисках было. Причём на дисках всё это было опять же на пиратских. Из-за того, что там было 9000 игр, из них резались заставки и всё такое.

Да. Тот же Red Alert вообще непонятно был сюжет. Я, например, не мог понять, что такое Allies, почему мы с ними воюем. Но поскольку вроде как там были Советы, значит, мы кого-то бьём правильно.

Красный флаг, написано «Совет чего-то там» — наши ребята.

Надо их бить, стало быть, противника, конечно, товарищи.

Да. А был вот у нас ещё диск с цивилизацией, разным таким, и с X-COM тоже.

Да-да-да. Я вот до сих пор помню этот рассказ Домнина, когда он мне рассказывал про то, как он познакомился с X-COM. Значит, они играли со своим другом. И у них там поставили базу, там что-то вообще… О господи. Он меня доконает каким-то этим. Не поняли там как чего, и дальше картина маслом. Он говорит: «Прилетело, представляешь? Мы поставили базу, начали играть, время идёт, и прилетает НЛО. НЛО прилетает, мы ему рейнджер туда послали». Причём даже не перехватчик.

Рейнджер мы послали.

Они послали рейнджер, представляете? Они послали рейнджер. Десантный самолёт, если ты не знал. НЛО заметило этот рейнджер, стало от него улетать и улетело. То есть рейнджер не догнал НЛО, по сути. И он мне дальше… Это просто вообще фраза меня убила: «Мы его прогнали».

Да. Но справедливости ради… Понимаете, странно то, что мы вообще что-то поняли в этой игре. Потому что сейчас, чтобы начать во что-то играть, надо обязательно… «Сейчас мы пройдём туториал. Пошевелите мышкой, чтобы задвинуть камеру. Выберите солдатика. Приблизьте к нему камеру. Отодвиньте камеру. Щёлкните правой кнопкой, чтобы прекратить выделение солдатика. Теперь перейдём к изучению движения». Но тогда ничего подобного не было вообще. То есть вам просто выводили письмо от товарища Брежикова о том, что здесь в оригинале надо было ввести пароль, но добрый дядя уже сломал игрушку. И вам сообщалось, что чужие напали на планету, надо защищаться. Стройте базу. База строилась готовая, если играть на лёгком уровне, слава богу, что можно было это сделать. Хотя бы это. И дальше всё. У вас есть десантный самолёт, два перехватчика, человек 15 солдат, определённая сумма денег, 10 учёных, 10 инженеров. Всё.

И вообще вся вот эта тема, вся эта чертовщина… В газетах там писали про НЛО, выходили даже газеты, которые там специально… «Уфологический вестник» Томска какого-нибудь. Вся эта чертовщина, она полезла.

И мы как-то этим овладели. По-моему, через несколько лет мы сумели её пройти. Мы делали как? Ауралиен приезжал, так сказать, чтобы возглавлять наступательные операции. Пока его не было, я, так сказать, налаживал крепкий тыл. И я сумел там отстроить базы на остаток планеты, сделать так, что нам несколько миллионов в месяц давали денег. И я ждал, пока он приедет, чтобы взять Марс. И таки взяли мы Марс.

Это был как раз тот период времени, когда мы доросли до того, что стали посылать письма друг другу, бумажные. И мы обсуждали тактику, как там каких пришельцев бить. Я там докладывал, что я изловил новый тип пришельца — силикоида.

Да-да-да. И это прям вот… А он даже один раз мне прислал письмо, у меня оно где-то наверняка сохранилось, я просто не знаю где. Где-то у меня целая папка была со всей этой перепиской. И прислал мне письмо, в котором прям даже нарисовал этих пришельцев. Как они там были показаны в уфопедии, он мне нарисовал. Прямо: «Смотри, какая тварь попалась в наши сети». И это я прям был вообще… У меня такая движуха была, когда я получил это письмо. Это было очень круто.

И потом действительно как-то в один из следующих приездов я приехал и в конечном итоге запинали этих мерзких тварей. Там у нас были прокачанные солдаты, у нас там не было недостатка снаряжения, в деньгах, у нас было всё. Там летающие эти танки плазменные или какие-то.

Да-да-да.

Там у нас было два плазменных ховертанка, один лазерный танк. Мы взяли из опасения шустрее сектоподов, которые как раз к лазерам неустойчивы. И всё-таки у меня там, когда я играю… Я специально загрузился, чтобы самому тоже сыграть последний бой. У меня там полковник Сумьё Таникова под действием пришельцев смертельно ранил капитана Кэндзи Токамуру. Я прямо переживал.

А, блин, как мы переживали по Зигфриду Шульцу, который пал из-за моей дурости. Я вместо того, чтобы стрелять очередью, решил, что он с одного попадания из лазерной винтовки в упор убьёт мутона, а там ещё один выскочил, а я его не засёк.

Ты не знал, что там был второй мутон.

Да. В общем, у нас посттравматический синдром из детства от этого.

А потом Warcraft II появился.

Да, Warcraft II я впервые увидел, опять же, у своего соседа, который был с компом. И я увидел его следующим образом. Там была, по-моему, первая миссия за орков. И там я увидел, что батрак забегает в шахту, там включается свет. Батрак выбегает из шахты с мешком и несёт на базу. И мне это просто поразило.

Да-да-да. Почему? Во-первых, потому что они сами там бегают, что-то добывают, всё такое красивое.

Да-да-да. Это было… По тем временам это было просто небывалое достижение графики. И это было нарисовано классно. Это до сих пор нарисовано классно. Если вы найдёте скриншоты второго Warcraft, если вы вдруг в него не играли по какой-то причине, они безумно милые, но они выглядят… это просто шедевральная графика.

Да. И, кроме того, мне можно было показать, что с моими можно сделать, чтобы они патрулировали. Там одного гранта и одного батрака отправили ходить влево-вправо. И я такой: блин, они сами ходят влево-вправо, охренеть, как это реалистично. И потом прибегает этот самый рыцарь, пехотинец, один из трёх, которые там на карте были, и его убивают, и он медленно так разлагается, от него мясо, скелет. Я думаю: блин, до чего дошёл прогресс-то. Вот оно.

Я, в общем, выцеганил у этого друга диск со вторым Warcraft. И там заставки были, и я просто, ничего не понимая, что происходит… Но понятно, что орки злые и напали. И, в общем, в это всё играл.

Причём вот что интересно: тогда была ещё такая вещь, как чит. Вообще-то читы вводились ещё в старых играх, в этих шутерах, из-за того, что вместо режима отладки, чтобы 20 раз не перепроходить там то так, то сяк, лучше было ввести какой-нибудь режим бога и попробовать побегать быстренько по уровню, посмотреть, всё ли срабатывает, можно ли его нормально пройти и так далее, не тратя время. Всё ли оружие там нормально функционирует. А это пролезло, так сказать, к народу. Потому что игры, повторяюсь, были зубодробительными по сложности, и вот это часто помогало.

Мы, например, играли в «Деревенское буйство». Была и такая у нас игра. Это был не клон, а скорее такой глобальный мод к Duke Nukem на том же самом движке Build, где надо было играть за реднека американского, который ходил по своей Арканзасщине и превозмогал всяких зомбированных колхозников и пришельцев, чтобы найти свою призовую свиноматку Бетти. Нам это запомнилось тем, что там, во-первых, можно было поправлять здоровье, напиваясь. Правда, от этого можно было уронить ружьё и по стенке так ползти медленно, потому что ходить было невозможно, пока не протрезвеешь. И там была ещё озвучка, которую мы, правда, не сразу включили, с довольно текстовыми надписями, но там и тексты тоже были. Например, вместо загрузки там было написано: «Гружусь».

Типа тракторист. А Ауралиен сидел с мышкой и стрелял.

Это было потешно, да.

Да, это было вот такое.

И тогда, разумеется, для народа стали делать русификации. Ох. Русификации делались силами профессиональных программистов, скажем так. Потому что, во-первых, тогда игры не предназначались к переводу на чужие языки с чужими шрифтами и кириллицами всякими. Поэтому часто все переводы были исключительно капсом написаны, потому что только так многие буквы латинского алфавита похожи на русские, и тогда можно было что-то, по крайней мере, похожее на русский язык из них изобразить.

Переводы велись бог знает как. То есть там всё переводилось то промптом, то какими-то неизвестными мне мутантами. Я даже не знаю, что такое было. В общем, что вспоминается? Например, был такой вариант перевода про Соника. Там было что-то такое, какая-то там мегафраза. А, вот что было написано: «Сопис телепортирован в пукан-дырой». Сопис — это, видимо, Соник имеется в виду. Вот так его перевели. Ну и всё остальное тоже. Как KKND включаешь, а там бегущие солнышки говорят: «Рыцари там, рыцари там». Что рыцари там? Какие рыцари? Где там рыцари из постапокалипсиса — неизвестно. Кончается нефть, передают: «Запасы масла слишком малы, и на хлеб намазывать скоро». И так далее. Всё это переводилось чудовищно.

А добавляли градуса веселья безграмотные игровые журналисты. Потому что вот тот самый номер журнала, с которого у меня всё началось, содержал просто… Бывает, как говорят, простота хуже воровства. Вот это тот самый случай. Открываем там вступление. Там написано: «С этого номера мы начинаем использовать более точный термин “жанр”». Что вы использовали до этого? 1997 год, они использовали термин «жанр». Что они использовали, я догадываюсь.

Вот открываем статью, превьюшку к первой части Myth, стратегии и фэнтези. «С полной уверенностью можно утверждать, что игра Myth станет законодателем моды в персонажах игры. В сражениях принимают участие большое количество подразделений: лучники, гномы». Гномы — это подразделение теперь стало. То есть ты только родился гномом, тебе уже выдают военный билет и призывают на сборы. «Вместо классических монстров — орков, скелетов, демонов, пришедших из игр класса D&D, например, Heroes of Might and Magic». Прелестно. То есть, оказывается, есть такой класс D&D, в который входит Heroes of Might and Magic. Я не знаю, говорили ли Джону Ван Канегему об этом, а то он, может, не знает.

Я думаю, побоялись.

«В Myth также участвуют ещё пока неизвестные игровой общественности энты, махиры и вайты». Ну, не знаю, кто такие махиры, до сих пор без понятия, но что энты и вайты были известны игровой общественности везде, кроме, видимо, студии этого журнала, — не знаю. «Если Myth предстоит встретиться ещё не раз, то эти персонажи станут столь же популярными и любимыми, как и участники Dragon and Dangerous». Что это? Это они так изуродовали Dungeons & Dragons. В общем, вы поняли, насколько мощные были тогдашние игрожуры.

Это 90-е. Мы переводили как могли.

Как могли.

Вообще всё было тяжело. Например, в том же номере была статья про то, как играть по мультиплееру. «Самый простой и, главное, почти бесплатный способ объединить компьютеры — это соединить их непосредственно. Покупаете нуль-модемный кабель подлиннее, около 5 долларов, находите свободный последовательный порт на каждом компьютере, втыкаете и выбираете в меню что-то вроде прямого кабельного соединения. Затем один игрок создаёт игру, а другой к ней присоединяется. Некоторые игры, вроде Diablo, позволяют объединить таким образом до четырёх участников».

В общем, вы поняли, какой-то нуль-модемный… Что такое нуль-модемный кабель, не спрашивай меня, я не знаю.

Да-да. Вот пример жизненной смекалки россиян. «В доме, где живёт один из авторов статьи, создав свою LAN, объединились четыре фанатика Duke Nukem 3D». Вот опять же, невладение русским языком. Фанатики, да. То есть такие фанатики с увешанной взрывчаткой, с портретом Duke Nukem, такие: «Hail to the king, baby», взрываются. Такие, что ли, фанатики?

Да-да, фундаменталисты-нюкемцы.

Из «Йугнуса» всех, да.

Да. «Единственная проблема, что у них осталась, — это соседка с ножницами, покушающаяся на болтающийся перед её окном кабель». То есть вы поняли, да? Они вывесили кабель на фасаде дома перед чужими окнами и недовольны, что на него покушаются с ножницами. И вот если сейчас кто-то вывесит кабель перед чужими окнами, ему просто морду набьют сразу вместе с этим кабелем.

Сперва дёрнут за кабель, а потом надают.

Чтобы кабель вылетел в окно просто сразу.

Да, мы смеёмся, а у Домнина был приятель, который на голубом глазу предлагал именно такой вариант. Если бы он предлагал за свои деньги, то Христа ради, я что, буду отговаривать? Но он предлагал мне за мои бабки — у меня тогда были бабки, 100 долларов целых.

Ух ты.

Я же говорил, он крутой был в детстве.

А я просто на кризисе 98-го года поднялся. Потому что у меня тогда было, по-моему, 700 или 800 рублей. Я их одолжил своему отцу.

Да.

А он отдал уже после того, как был кризис. Он отдал при этом долларами, потому что у него не было рублей. Он благоразумно не переводил в рубли, чтобы завтра ещё что-нибудь не случилось. Он мне это выдал долларами. Так что я внезапно разбогател. И эти 100 долларов у меня лежали, по-моему, года до 2005-го или 2006-го даже.

Озолотился ты на этих 100 долларах.

Да. И он мне предлагал, что он купит кабель, вывесит его у себя на 11-м этаже или на каком он был этаже.

На 14-м.

И начнёт его раскачивать, а я его поймаю руками.

Да. Я даже не хочу обсуждать этот идиотизм. Домнин мог вывалиться из окна, скажем прямо, пока ловил бы этот кабель.

Там просто не удалось бы ничего этого так раскачать, потому что он был в среднем подъезде, причём даже не в соседнем, а через подъезд. То есть это было просто физически невозможно без участия промышленного альпиниста, которого у нас, разумеется, не было.

Да-да. Это какой-то план такой сомнительный.

А ещё, помимо просто переводчиков, были ещё и переводчики, которые не переводили, а просто всё переиграли. Например, игра Neverhood, пластилиновый квест, который недавно неудачно пытались пересделать. Его у нас распространяли как игру «Не верь в худо».

Да, это…

И там был сюжет, оказывается, про борьбу против какого-то там глюкового Windows. То есть, я так понял, что они просто не смогли перевести, про что там, и наградили из программистского юмора.

Как поняли, так и написали.

В меру своей упоротости.

Профессии.

Да. И что ещё? Помимо того, что не было баланса между сторонами в играх, там ещё как пить дать половина твоих же войск будет бесполезной. Или, как говорят, полезной, пока нет следующего. Потому что он тут же его совершенно заменяет и делает бессмысленным. Если это какая-нибудь RPG, то там половина заклинаний будет бессмысленными, то есть недействующими. Или там каких-нибудь способностей. Вот, например, вспомним даже такой прославленный Fallout.

Тогда у нас завёлся новый друг, который этим Fallout просто бредил. Заодно он ещё бредил и X-COM, и Dune, в которые мы тоже играли. На этой почве мы с ним и живо сошлись. И он нас посадил на Fallout. В Fallout можно было при создании персонажа выбрать два, ну или один, или ноль до двух дополнительных черт, которые несли как плюсы, так и минусы. И из них большинство были не то что бессмысленными, а просто вредными. То есть там, например, был такой trait, как быстрый метаболизм, который ускорял выздоровление, что бессмысленно, но зато делал тебя уязвимее к яду и радиации, что плохо. Trait «однорукий», который позволял тебе лучше стрелять из пистолетов при том, что в игре есть пулемёты, и это довольно странно. Ну и так далее. Там было довольно просто сразу выбрать такую убер-комбинацию, а при этом был ещё риск запороть напрочь своего персонажа, выбрав из предлагаемых какую-нибудь вредную бессмыслицу. Было такое ощущение, что это такая просто искусственно создаваемая сложность для людей.

А ещё тогда была хорошая вещь: игры, как правило, были не нуждающимися в патчах.

Почему, Ауралиен?

Потому что эти патчи невозможно было доставить, собственно, до пользователей. Потому что интернет тогда был, прямо скажем, зачаточный. То есть чтобы подключиться к интернету, нужно было идти к провайдеру, у провайдера у этого заключать договор. Он тебе даст бумажку с паролем и логином. Нужно было ещё при этом жить не в хрущёвке с какой-нибудь плохой телефонной линией, а желательно в новом доме.

Да-да-да. Я когда подключал свой дом и звонил провайдеру, говорил: «А кого вы подключаете?» Они говорят: «Мы подключаем всё, что выше пяти этажей. Если у вас выше пяти этажей шестиэтажка какая-нибудь мифическая или лучше, то у вас будет наш интернет».

Да. И надо было, значит, провести модем. Этот модем мог быть внешним или внутренним. И после этого надо было ввести логин, пароль. Потом начиналось это вот свистение, шипение и позвякивание. Через некоторое время вы могли открыть Internet Explorer, который по полчаса загружаясь, выдавал вам какую-нибудь страницу: чёрный фон, белые буквы, крутящаяся хренота в левом углу. Как-то так выглядел тогдашний интернет. И в нём можно было… можно было зайти в чат и вести бессмысленные разговоры с неизвестно кем, ни о чём абсолютно. Можно было завести себе электронную почту. Это тоже было, кстати, сложно, занудно. Нужно было ещё какие-то деньги отдельные за это платить своему провайдеру, потому что бесплатную почту тогда ещё только начинали предлагать. И да, можно было скачать что-нибудь со скоростью…

Вот, например, когда в 98-м году к SiN первому вышла демка, в которую можно было поиграть, чтобы её скачать, игровые журналисты сидели всю ночь, потому что весила она 50 мегабайт. То есть за 50 мегабайт нужно было сидеть всю ночь. И у них почти все легли спать, не дожидаясь. А нельзя было ложиться спать, потому что тогда ещё все эти соединения были, прямо скажем, ненадёжными. Постоянно от чего-то рвались, прерывались, тупили, зависали. Винда тоже постоянно висла на ровном месте, и ничего с ней было сделать нельзя, никакие Ctrl+Alt+Del не помогали. На системных блоках была механическая кнопка перезагрузки. Её регулярно использовали. Незадолго до этого на системных блоках была кнопка Turbo, которая заставляла процессор работать, так сказать, в другом режиме.

Ты имеешь в виду кнопку Turbo.

Turbo, да, да, извини, я оговорился. Дело в том, что в раннюю эпоху какую-то там скорость выполнения программных операций, по-моему, я не программист, могу приврать, привязывали к тактовой частоте процессора. И из-за этого некоторые старые программы начинали на новых процессорах носиться как будто в задницу раненые. Вот для этого была сделана кнопка Turbo, чтобы их перевести на более щадящий режим.

Да, это, кстати, с привязкой к частоте процессора — это большая проблема для людей, которые хотят поиграть на Windows-машине, например, в старый X-COM, первый, на минуточку. Потому что, когда вы выходите в Geoscape, вот в эту карту, глобус, время у вас там начинает идти просто с бешеной скоростью, потому что оно привязано именно к тактовой частоте процессора. А у вас там какой-нибудь Core чего-нибудь, Core 2 чего-нибудь или Quad чего-нибудь, и там время просто… не успели оглянуться — прошло уже три года. Кстати говоря, вот этот Boxer, который я использую, он эту проблему решает. Там время идёт как надо. Это отдельная проблема, да.

А ещё в ту эпоху были так называемые жанровые бумы. То есть первым жанровым бумом, наверное, были first-person shooters, то есть стрелялки от первого лица. Вышел Doom, за ним понеслось всё это: Duke Nukem, Quake, ещё много чего другого. Descent, например, из более-менее оригинального. Turok. Первый. Какие-то там Marathon, ещё там чего-то. А потом, когда после Warcraft и первого Command & Conquer люди такие: «Ого, бывают стратегии», начался бум стратегий. В этом номере 97-го года всяких анонсов стратегий выше крыши. Какие-то игры, трёхмерные стратегии про какой-то там Юпитер. И нет, это не Nexus, а называется Conquest Earth. Ещё одна — Dark Colony — про Марс какой-то и борьбу там тоже со всеми. Какой-то Uprising вроде вышел, Star Command Revolution, который пытался выйти раньше StarCraft и сделать нечто типа игры типа StarCraft в космосе. Ещё там чего-то. В общем, стратегий выше крыши. Большинство из них провалились с треском.

И тогда был такой бум. А всё просто почему? Потому что сперва решили, что раз трёхмерные игры — это как бы новая технология, потому что раньше они были просто невозможны, значит, надо делать трёхмерные игры. А нужна трёхмерность данной игре, не нужна, можете вы нарисовать красивые, не можете — это был другой вопрос. Поэтому поиграть в игры на движке Build, тот же самый Duke Nukem, сейчас можно. А играть в игры года 99-го, скажем, которые уже трёхмерные, в них нельзя играть, потому что они все выглядят уродски. Потому что лучше хорошие плоские картинки, чем уродское 3D из трёх полигонов.

То же самое со стратегиями вышло. Потому что поначалу стратегии были, но только пошаговые. Просто потому, что не позволяла скорость тогдашних компов. А когда позволила, сразу оказалось, что вот столько стратегий реального времени не нужны, а всё остальное идёт по боку.

Ещё тогдашние игры были наполнены секретами. Не всякие. То есть можно было взорвать какую-нибудь там стену, куда-то сунуться, куда-то там взлететь, заскочить, проскочить. Везде вас ждали дополнительные всякие патроны и всякое такое. Вот, например, вышедшая тогда же Blood — у неё каждый уровень содержал где-то секретов 10–15. Например, я вижу сейчас: «В последнем вагоне есть два огороженных участка. В каждом из них есть выключатели, открывающие небольшую нишу на правой стене вагона. В комнате за дверью, открываемой лунным ключом, проверьте картину с изображением девушки. За ней вы найдёте двойное оружие. В крематории нажмите на пилу, висящую на стене, и шкаф, находящийся левее, откроет секретную комнату, где находится ящик с динамитом и патроны к сигнальному пистолету». Что там ещё? Могила Эрика Дрейвена из фильма «Ворон» там тоже была. В общем, много там чего было. И предполагалось, что внимательный игрок должен всё это искать и пополнять себе боезапас. Потому что никаких балансов типа того, что вам выдают столько патронов, чтобы гарантированно пройти уровень, как в дальнейших поколениях игр, до этого ничего даже и близко не было. Какие там патроны есть, такими и пользуйся. Не можешь найти — значит, увы и ах.

В общем, это было, наверное, великое время. Мы его до сих пор вспоминаем, иногда с ужасом, иногда с ностальгией. Много чего бывает не хватает. И когда возвращаются тогдашние сложности и недружелюбность, тогда как-то даже начинаешь себя чувствовать мужиком, как и в старые времена. Но, в общем, да, это на нас сильно подействовало, конечно.

У меня там какой-то салют даже.

Да, это какие-то уроды пускают салют. Я все окна закрыл, даже через мою звукоизоляцию пролезает каким-то образом. Прямо под окнами.

Это ещё что? Сейчас будет лето, будет жара, я буду сидеть с открытыми окнами, а у меня прямо на уровне моего этажа на фонарных столбах репродукторы, через которые там должны объявлять, что, так сказать, ядерная война, все умрут. А периодически их тестируют, чтобы не оказалось, что ядерная война…

Они ещё не работают, да.

Тестируют их следующим способом. Первый: начинают передавать женским голосом мерный отсчёт. «Один, два, три, 158, 159». Вот это вот, хотя и в уши долбит весь день, несколько нервирует. Вариант номер два ещё хуже. Начинают передавать какие-то радиопьесы из бог знает каких годов. Абсолютно неинтересные и даже тошнотворные. Но изволь это слушать. Закрыть нельзя. Я сперва, когда это услышал, даже решил, что это кто-то через машинную стереосистему увещает. И, несмотря на то что шёл ливень, выбежал на улицу, чтобы набить им морду. Но обнаружил, что никаких машин нет, а это горланит репродуктор, оказывается. В общем, зря выбегал под ливень.

Да, зря выбегал. Но зато проветрился.

В общем, это было великое время. Это было ужасное время. Это были наши лучшие годы. Это были наши худшие годы. Я думаю, что на этом мы, в общем-то, на сегодня закончим историю, потому что мы можем рассказывать бесконечно. Мы не поговорили, например, про «Героев Меча и Магии». Но «Герои Меча и Магии» — это, на самом деле, чуть более поздняя эпоха, это уже у меня там год 1999-й. И мы в следующих выпусках обязательно вернёмся и продолжим. И про «Героев Меча и Магии», и про наш мегаопыт с Blade of Darkness, и про то, как Ауралиен играл в третий Warcraft и всё это мне пересказывал, чтобы я тоже ходил по друзьям и играл в него. И про компьютерные клубы тоже поговорим, которые как раз тогда попёрли, а у нас деньги появились. В общем, мы к этому ещё вернёмся. Сегодня не последний раз. Ждите. И так уже наговорили в этот раз мы много.

Да, будем закругляться. Небольшая у нас организационная информация. Я хочу найти сейчас… Тяну время так неумело, чтобы найти подписчиков, которые подписались у нас на этой неделе. У нас было аж несколько человек, кто подписался. Мы, как обычно, благодарим всех наших слушателей на Patreon, которые помогают подкасту развиваться и существовать и присылают нам денежные вливания. На этой неделе мы особенно благодарим Романа Манукяна и Dark Wing. Спасибо вам, комрады, за вашу посильную помощь. Приходите, приносите. В общем-то, вы нам серьёзно помогаете.

На сегодня действительно всё. Будем плавно переходить в послешоу.