Hobby Talks #165 - Как и чем воевали в Первую мировую
В этом выпуске мы рассказываем о том, как и чем воевали в Первую мировую войну, а также о военной пропаганде.
Транскрипт
Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.
Доброго времени суток, дорогие слушатели. В эфире 165 выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами его постоянный ведущий Домнин.
И Ауралиен.
Спасибо, Домнин. Итак, в прошлом выпуске мы начали рассказывать про Первую мировую войну. Как вообще мы дошли до жизни такой, и кто там кого застрелил, и вообще кто чего хотел укусить у соседей.
А в этом выпуске мы продолжаем эту тему и переходим к сегодняшней. Первое, наперво, после войны, в смысле, извините, после убийства Франца Фердинанда, Австрия, как мы знаем, предъявила ультиматум Сербии. Причем ультиматум был составлен умышленно так, что его выполнение означало просто прекращение какой бы то ни было Сербии в состоянии независимого государства. Так что его не приняли.
Австрия объявила Сербии войну, в результате чего защищавшая славянские государства Россия объявила мобилизацию. Мобилизацию она объявила еще до того, потому что перед тем, как Россия объявляла мобилизацию в два этапа. Дело в том, что между объявлением Австро-Венгрией войны Сербии и убийством этого самого Франца Фердинанда прошел, по-моему, почти месяц, если я ничего не путаю. Потому что не могли решить австрияки, что вообще делать с этими сербами. Кто застрелил, кто напал, давайте искать. И они как-то думали-думали, гадали-гадали, потом всё-таки объявили войну.
Но России уже было понятно сразу, что к этому делу всё придёт. Поэтому они, русские, объявили частичную мобилизацию заранее. Поэтому, когда Австро-Венгрия объявила войну 28 июля, у России уже вообще мобилизация шла. И поэтому вот в таблице, которую я сейчас смотрю, ничего удивительного нет в том, что после Австро-Венгрии, объявившей войну Сербии, следующей страной, объявившей войну, была Германия. И причем Германия объявила войну России.
Да, потому что Германия как раз попыталась урезонить и потребовать прекратить мобилизацию, сказав, что на вас никто не нападает, это просто на своих холопов и конюхов идут, чтобы любить. Но ничего не помогло.
Братцы Вилли, Джорджи и Ники, потому что все три монарха, как британский король, немецкий кайзер и русский царь, все были двоюродные братья. Друг друга звали Джорджи, Ники и Вилли. В общем, Ники. Это родство не помешало сперва Джорджи с Ники навалиться на Вилли, потом Джорджи кинуть Ники. В результате, вместо того чтобы спокойно эвакуироваться к родне в Британию, Ники направился в подвал фотографироваться. И началось.
При этом надо понимать, что началось это не как во Второй мировой, когда там в 4 часа утра войска фашистской Германии без объявления войны. Или как там вещал Молотов?
Левитан.
Левитан, да. И тогда всё-таки было несколько медленнее. Мобилизацию Россия завершила за месяц, и это считалось очень быстро, кстати, тогда. Потому что немецкий план Шлиффена как раз рассчитывал, что пока там русские собираются, мы за 30 дней разобьём французов и обратно перебросим войска на русских. Побьём русских и заключим с ними приемлемую…
Но там уже успел Леопольд помереть, уже был какой-то новый король, который совершенно не отличался предприимчивостью своего предшественника, который был готов за три копейки родную мать продать, не то что немцев пропустить. Он заартачился, и пришлось Бельгию тоже завоёвывать, в результате чего Эркюль Пуаро поехал в Британию и стал там расследовать убийства всяких восточных экспрессов.
Мужик вообще… страшно странное дело с этим мужиком, с этим Эркюлем Пуаро. Где он ни появляется, везде вокруг лежит загадочный убийца. Резня.
Я бы вообще на месте Скотланд-Ярда его бы изолировал, не выпускал никуда. Мне кажется, уровень преступности сразу бы упал в Британской империи.
А пока, естественно, такой обиды Британия уже не могла терпеть. Она гарантировала независимость Бельгии. И она в тот же день объявила войну Германии. Это была первая страна, которая непосредственно Германии объявила войну. И понеслось.
Значит, в первую голову, пока там вся эта мобилизация шла, во всех странах начался трэш и угар воинствующего патриотизма. Рисовались всякие пропагандистские плакаты. Причём вот их уровень… Мы с вами привыкли к тому, что плакат — это нечто такое типа Второй мировой хотя бы, где там «Родина-мать зовёт», «Воин Красной армии, спаси», «Европа будет свободной». А Первую мировую плакаты выглядели так, словно их рисовали современные школьники какие-то из интернета, которые заседают и лепят демотиваторы.
Мемы, мемы.
Выглядело это… Как вариант, отечественная пропаганда, например, демонстрировала, как некий русский казак хватает Вильгельма за ус и бьёт его по носу щелчком. И приписано тут: «Вот теперь узнаешь вкус, потяну тебя за ус, чтоб не думал о Руси, на, щелчком ты закуси. А союзник твой австриец, этот наглый кровопиец, на колени сел от страха и пополз, как черепаха». Потому что под ногами у казака действительно ползает какой-то карлик в красной пижаме с бакенбардами, вроде как у Франца Иосифа.
Прекрасно.
Да. Другой плакат был еще чище, потому что там казак хватал Вильгельма и лупил его по заднице ремнем. И еще веселее. Немцы не отставали и нарисовали, как от какого-то усатого мужика в пикельхельме, видимо, немецкого, убегает татаро-монгольское иго какое-то. Потому что, хотя одеты они вроде как казаки какие-то, но физиономия у них… Если я бриться перестану, я буду примерно как они. И даже немножко больше на русского похож.
Англичане не отставали и изображали всяких симпатичных девиц в морской и военной форме. Которая, типа, эх, была бы я мужиком, пошла бы на флот, мотивируя всех. Да, если ты не идёшь на флот, то ты мужик ли вообще?
И не мужик, да.
Был плакат типа вот этого нашего «Ты записался добровольцем». Один вариант был, где какой-то усатый морской офицер тыкал пальцем, а другой, где Джон Буль стоит. Знаешь, что такое Джон Буль?
Джон Буль?
Джон Буль — это персонификация Британии, такой англичанин.
Как дядя Сэм.
Дядя Сэм, я так понимаю, сочинялся как раз как его антипод. Потому что дядя Сэм высокий и тощий, с бородкой козлом, в цилиндре, а Джон Буль, наоборот, такой низенький, приземистый, в таком рыжем сюртучке, краснорожий, с бакенбардами и в котелке такой, и с тростью. Он тоже тычит пальцем.
Сочинялись всякие антигерманские тоже воззвания. Например, британский плакат призывал не покупать ничего немецкого производства, не нанимать на работу этнических немцев и мотивировал это картинками, где злобный немец в пикельхельме младенца штыком пронзает, а другой какого-то пленного расстреливать, видимо, хочет, а третий кавалергард какой-то, судя по форме, пришел к какой-то бабе домой, сел на стул и жрёт вино из стакана. И надо немцев всех убить, видимо.
Вскоре, кстати, оказалось, что не хватает денег на все эти мероприятия, и все страны принялись наперебой печатать плакаты, призывающие жертвовать на армию, покупать облигации государственного займа. Особенно это, как обычно у нас всё происходило, какие-то 5% военные займы.
Когда выяснилось, что бабок нет.
Да, оказалось, что их надо собирать с населения. Ну и потом разные добровольные пожертвования. То там на табак солдату, то еще на что-то солдату. То на бани какие-то солдату, книги солдату и даже кино солдату.
Припадки антигерманизма приводили в том числе и к погромам. Например, у нас в стране начали с того, что стали всё переименовывать, начиная со столицы. Потому что она была какая-то… Петербург — это какое-то немецкое слово.
Да уж.
Так что Петербург срочно переименовали в Петроград. И заодно уж разгромили немецкое посольство. Три дня его громили. При этом разбили… Там стояли статуи каких-то немецких мужиков с конями. Их, значит, разбили. И тут же по городу пошел слух, что когда конь этот развалился от удара об землю, там оказался радиопередатчик.
Не может быть.
Я поясняю специально для тех, кто почему-то тиражирует этот слух в современных изданиях. Начнем с того, что радиопередатчик нет смысла никого прятать в этом коне. Вы, может, удивитесь, но современные представительства, они всё посылают шифрограммами, а вовсе не идут на почту России, не заклеивают всё в конвертик и не посылают. Потому что тут же всё вскроют и прочтут. Поскольку я всё-таки учился в дипломатическом заведении, я вам это могу авторитетно сообщить.
Потом стали еще громить зачем-то немецкие лавки, заодно прикарманив кое-что по мелочи из них. И что интересно, главными, кто орал в газетах про то, как надо разорить и вышибить вообще из России немецких предпринимателей, были сами немецкие предприниматели. Чтобы, видимо, их самих не заподозрили в германском происхождении.
А немцев у нас была тьма-тьмущая. Потому что у нас же Прибалтика была, и там так называемые остзейские немцы. Всякие Риги и Таллины, они вообще были населены тогда сплошняком немцами. А аборигенное население в основном сидело по окрестным селам и возило туда простоквашу и сливочное масло. Так что это был вопрос выживания для немецких товарищей.
В Британии то же самое было, потому что там переименовали не столицу, а правящую династию. Они всю жизнь были Ганноверы и этнические немцы. Так что их срочно переименовали в Виндзоров, как будто всю жизнь были англичане.
В этом патриотическом угаре сформировались всякие сомнительного вида объединения. У нас был, например, такой феномен, как земгусары.
Что это такое?
Короче говоря, когда оказалось, что войну за три дня не выиграешь, надолго были созданы так называемые земские союзы помощи больным и раненым.
Так.
Кроме того, туда присоединились города. Поэтому получился Земгор, так называемый, объединение, которое должно было заниматься волонтерством, помощью раненым, возить всякие припасы, собранные на пожертвования, на передовую. Много там было хорошего. Константин Паустовский, например, знаменитый писатель, он при санитарных поездах служил, возил раненых, помогал их носить, потому что сёстрам милосердия их не поднять было.
Но туда, как водится, тут же сбежалась разнообразная шушера, которая таким образом хотела и на фронт не ходить, и при этом как бы быть воинами-защитниками отечества. Значит, этим защитникам отечества была выдана форма. Причём, кстати, такая чуть ли не офицерская сразу. Теоретически в этом был определенный смысл. Потому что если ехать, собственно, в войска, то ходить там в пиджачке — это контрпродуктивно. Тебя просто будут посылать, все офицеры не станут тебя всерьез воспринимать. А так ты вроде как свой.
С другой стороны, им надо было носить офицерские кортики. Дело в том, что офицеры тогда от шашек стали массово отказываться из-за того, что в окопах с ними неудобно, а кортик, он короткий и не мешается. Вот они тоже эти кортики надевали, хотя им-то они были вообще не нужны абсолютно, они же не военные, по сути.
И в таком виде они занимались в основном тем, что шлялись по бульварам, клеили тёлок, фоткались в героических позах, крутили усы и вообще всячески позировали. Поэтому в газетах над земгусарами тут же стали издеваться и писать всякие про них фельетоны. Про то, как сидел земгусар, развалившись в мягком кресле, и плакал. Пришел к нему земпилот и спросил: «Земгусар, земгусар, о чем ты плачешь?» «Как же мне не плакать, — ответил земгусар, — когда у вас отменили форму». Земпилот побледнел: «Не может быть, ведь мы в некоторой степени военная косточка». Земгусар тяжело вздохнул: «Увы, это уже свершилось», — и показал своему другу газету. Земпилот прочел, нервно звякнул шпорой: «Картечь и бомба!» Он два раза ездил на фронт с подарками для армии и с тех пор в разговоре всегда употреблял военные обороты и словечки.
Короче, кончается фельетон тем, что эти двое, пока не вышел окончательный указ об отмене униформы, стали с утроенным усердием ходить по улицам, фоткаться каждый день и с кортиком даже в ванну садились, чтобы не снимать их, пока не отобрали. Вот такой вот творился маразм.
При этом с затягиванием войны становилось всё более очевидно, что никто к ней по сути особо и не готов. То есть да, на полгода они все рассчитывали, а вот что дальше делать — непонятно. Мы провели мобилизацию быстро, но при этом оказалось, что народу-то у нас много, а винтовок на всех не хватает. Что делать? Военная промышленность слабая. Пока она там раскочегарится, уже война кончится. Поэтому стали думать, где бы это всё купить.
К сожалению, с западной стороны, как назло, на море Балтийском немцы, а Черное море перекрыто, потому что турки закрыли Босфор и Дарданеллы. Кстати говоря, в том числе этим объяснялась Дарданелльская операция британского флота — чтобы облегчить подвоз.
Да, с турками там вообще история была. Давай напомним вкратце. С турками история была интересная. Дело в том, что они вообще в войну особо и не стремились, потому что Османская империя была уже довольно хлипкая, шаталась, трещал под ней стул, и воевать ей было совершенно противопоказано. Но там завёлся горячий восточный мужчина, который решил устроить священную войну против неверных и устроил провокацию, обстреляв там какой-то российский флот, или что там такое было.
Да-да-да. Перед тем, как это сделать, туда убежали два немецких корабля. Дело в том, что у немцев в Средиземном море было два крейсера.
«Гебен» и «Бреслау», да?
Да, именно так. И они с началом войны… У них была задача, противодействовать флоту союзников в Средиземном море. Но поскольку флот союзников в Средиземном море был в несколько раз крупнее, чем вся эта немецкая эскадра из двух кораблей… Даже у австрийцев, кстати, был флот. И именно из-за этого в Венгрии вплоть до конца Второй мировой командовал какой-то адмирал Хорти. При том, что Венгрия никакой морской державой вроде как не является. Вот он остался именно с тех еще австрийских времен.
Да-да-да. Ну и вот, британский флот, так сказать, сковывал вот этот австрийский флот и итальянский, на случай если итальянцы захотят полезть в эту заваруху. И «Гебен» с «Бреслау» благополучно, так сказать, не без приключений, в конечном итоге оказались в Турции.
В Черном море в итоге, да?
Они сперва приплыли в Турцию, сказали: так, всё, товарищи, мы тут, короче, всё решили без вас. Вы вступаете в войну на нашей стороне, плывём в Средиземное море, обстреливаем русских и начинаем.
И среди историков некоторых ходит такая точка зрения, что если бы «Гебен» и «Бреслау» туда не приплыли, может быть, Османская империя бы никуда и не полезла. Нам не пришлось бы открывать Кавказский фронт, может быть, там вообще всё сложилось бы по-другому, а у армян, может быть, сейчас было бы большое хорошее государство. Потому что, если кто-то вдруг не в курсе, этнические армяне проживали на территории Османской империи в больших количествах.
От полутора до двух миллионов. В районе озера Ван, там такое есть озеро. Гора Арарат.
Где коты ещё плавающие.
Да-да-да, гора Арарат. Я вот недавно рассматривал карту — она, оказывается, на территории Турции. Я, кстати, до этого не знал этого. На территории современной Турции. И там, в общем-то, три года успешно велись достаточно боевые действия, пока стараниями большевиков не разложилась армия, и фронт оттуда не пропал вообще. То есть все разбежались по домам, глядя на антивоенную пропаганду. И турки благополучно после вот этих трёх лет унизительных поражений как бы прогнали русских и в том числе армян, загнали в горы какие-то непонятные. И, сказав, что армяне во всём виноваты, стали их геноцидить.
Да-да-да. Там они железную дорогу отправляли их строить. В общем, да, там очень-очень приятная история.
До сих пор, да.
В общем, оказалось, что винтовки у нас доставляются японские. Вот смех — от недавних противников. Причём доставляются у чёрта на куличках. Их ещё доставить надо, оттуда как-то довезти. Когда их доставили, оказалось, что они внезапно не трёхлинейные, а совсем другие. Какие-то у них должны быть особые кавайные боеприпасы. И оказалось, что они не стреляют без этого, патронов нет. Пришлось всё это тоже исправлять.
Например, такая проблема открылась, когда крепость Ковно стали готовить срочно к обороне. Потому что оказалось, что, во-первых, многие не вооружены вовсе ничем, а другие вооружены этими самыми японскими винтовками без патронов и даже без штыков. Так что там, я не знаю, тут даже заветы Суворова нельзя вспомнить, что, мол, прикладом бей, штыком коли, пуля дура, штык молодец. И даже были такие предложения вспомнить не опыт Суворова, а сразу Ивана Грозного, и вооружить тех, у кого ничего нет из оружия, топорами на длинных древках. После этого еще надеть только осталось красные кафтаны, отпустить бороды, и было бы стрелецкое войско.
Это точно. Совершенное.
Так что крепость Ковно была сдана. Причем, понимаете, как сдана? В ней сперва после двух дней боев этот самый комендант, который всё проглядел, сказал, что продолжайте оборону, и убежал. Как только оказалось, что он убежал, личный состав понял, что в дураках оставаться не хочет, и убежал его искать, видимо, чтобы его повесить на суку. Так что немцы вошли в Ковно и даже сперва думали, что, может, какая-то засада, это какой-то хитрый план. Очень осторожно проверяли, может, там заминировано всё и сейчас взлетит на воздух. Да, такие вот были проблемы.
Но не у нас одних. Французы, например, поехали на битву при Марне на такси.
Да, но у них проблема была следующего характера. Поскольку французы вообще планировали совершенно по-другому войну вести с Германией в случае её возникновения, у них транспортная инфраструктура была не предназначена для отражения вторжения со стороны Бельгии. Поэтому, когда немцы стремительно стали мощно наступать бешеными количествами публики с ружьями и всяким таким, у французов стала большая проблема, как вообще доставлять людей на фронт. Потому что дороги плохие, поезда плохие, где-то их нет. И вот в том числе возили на такси.
Да, пришлось прокатиться.
Англичане, замыслив уже упомянутую Дарданелльскую операцию, хотели тоже воевать по привычке, видимо, с какими-нибудь туземцами. Как они с Занзибаром за полчаса повоевали. Оказалось, что на свете существуют морские мины, на которых тут же подорвалось много что. И подойти к берегу невозможно, и поддерживать артиллерийским огнем флота высадившихся тоже. Но британцы всё равно долбились-долбились, пока наконец не плюнули и не эвакуировались.
Попутно оказалось, что они куда-то потеряли Норфолкский полк. Очевидцы сообщали, что полк вошел в какой-то туман, а обратно не то что не вышел, а даже трупов не нашли. До сих пор куча конспирологических теорий, что их похитили пришельцы, что они провалились сквозь время, попали в другое измерение, телепортировались на Тибет, и чего только еще не придумали. На самом деле самой реалистичной версией является то, что турки их всех просто перерезали, а трупы перетащили куда-то зачем-то. Есть даже сообщения каких-то там крестьян, которые вроде как у себя на полях нашли кучу трупов в чужой форме. Видимо, это просто их перерезали ятаганами или еще чем-то.
Дарданелльская операция вообще преследовала целью обеспечить поставками Россию военными. Потому что вы уже слышали, какие были проблемы с этими японскими винтовками и вообще всем таким. Воевать было нечем особо. И планировал это, кстати, первый лорд Адмиралтейства, некто Черчилль.
Да, какой-то.
Уинстон Черчилль, назовём его так.
Или даже можно назвать его Уинстон Че.
Да, Уинстон Че. Тоже вариант. И это было одним из поворотных моментов в использовании британского флота. Потому что, как оказалось, самые современные британские корабли, построенные 10 лет назад, полностью бесполезны морально и вообще полная шляпа. И с тех пор флот, в общем-то, особо старался не участвовать в крупных сражениях. Может быть, кроме вот этой вот Ютландской.
Да, где все объявили себя победителями.
Да-да-да. Ой, это вообще феерическая история. Давай расскажем. Там история была следующая. Дело в том, что Ютландская эта операция, она произошла, по-моему, уже то ли в 15-м, то ли в 16-м году. То есть через некоторое время после начала войны. И у немцев флот был примерно в два раза, если не в три, меньше, чем у англичан. И англичане контролировали Северное море, контролировали Средиземное море, в котором «Гебен» только и «Бреслау» были, в общем-то, больше не отличились практически никак за всю войну.
И немцам нужно было… У немцев ещё были подлодки, которые…
Про них мы в следующий раз расскажем.
Да-да-да. Которые, собственно, какие-то операции вели, а флот надводный, в общем-то, крупномасштабных операций никаких не вёл и сидел на базе. А это для морали всегда плохо, когда у вас корабли имеются. Они вроде как современные, мощные и сидят на базе, и вообще ничего не делают. При всём при том, что у них там достаточно серьёзная была подготовка. У них специальные учения устраивали, когда, знаешь, вот такая стоит качающаяся платформа, и вы должны делать стрельбы. То есть не на самом корабле, а на тренажёре, по сути. Они отрабатывали стрельбы. И у них там прям… Немцы очень серьёзно подходят ко всему, как обычно.
И в конечном итоге адмирал Шеер…
Да, адмирал он был.
Да, по-моему, он был адмирал какой-то. Не помню, какой конкретно. Вот этот Шеер решил, так сказать: давайте мы тут немножко попробуем британцев разбить на море. Там была целая история, как они это всё организовали, дезинформацию какую-то слили британцам. В общем, в конечном итоге британский Хоум-флит, так называемый, то есть домашний флот, как они его называют, — это флот, который должен оборонять Британию непосредственно, Великобританию на подступах, — он вышел в Северное море практически в полном составе и встретился с немецкой эскадрой, которая численно была гораздо меньше.
И немецкая эскадра вообще состояла из двух отдельных частей, которые объединились и потом с этим флотом бились. И у них там целая история. Больше половины суток шло сражение. Его делят на несколько фаз: бег на север, бег на юг.
Да, они их преследовали. Причём англичане решили, что сейчас мы их надерём, и даже пока было преследование, отдали команду всем идти поесть пока, чтобы потом не отвлекаться. Очень забавно.
А как вообще выглядит морской бой времён Первой мировой войны? У них есть линкоры, и у той, и у другой стороны это здоровые тяжёлые корабли с крупным вооружением, там 300-мм, 350-мм пушки. И они с расстояния примерно до 8 миль могли стрелять друг в друга. И вот они, значит, идут, выстраиваются в линию, эти все линкоры. Ближе-дальше выстраиваются всякие корабли охранения, эсминцы небольшие, крейсеры, которые торпеды умеют пускать. И вот они вот так вот плывут параллельным курсом.
И перестреливаются.
И перестреливаются, да. То есть стреляют друг в друга, выполняют боевые развороты. Немцы, кстати, впервые в истории выполнили три боевых разворота. То есть меняли курс непосредственно под огнем противника, уходя из-под огня, обратно, значит, наступая. В общем, очень у них получился забавный бой.
Ничего такого сверхъестественного там не произошло. Немцы потопили несколько линкоров англичан. Англичане повредили серьезно несколько немецких линкоров. При этом в самую гущу боя каким-то образом заплыл норвежский парусник и еле-еле унес ноги. Как их там не убили всех, я не знаю.
В общем, там они бились… Дело в том, что сражение началось примерно в 3 часа дня, продолжалось ночью, в условиях плохой видимости, тумана. И ничего не было видно, никто не понимал, где кто находится, где, значит, немецкая эскадра, где английская эскадра. И с разных кораблей поступала разная информация, противоречивая зачастую. Британцы не могли понять, где находятся немецкие линкоры, немцы не могли понять, где находятся британцы. А потом немцам в итоге удалось перехватить… Я не помню, как они это получили. Они получили коды шифрования, коды, которые используются для передачи информации при помощи сигнальных огней. И они там два, по-моему, эсминца опознали себя как дружественные британцам, подошли к британскому кораблю и потопили его в конечном итоге. Просто расстреляли его в упор, потому что там был туман, ничего не было видно.
В конечном итоге что получилось? Все объявили о своей победе, потопили парочку кораблей друг у друга. Как оказалось, немцы стреляли точнее, что, в принципе, неудивительно, а британцы лучше пускали торпеды. При всём при том, что попаданий там было из главного калибра порядка 5% у немцев и 3% у англичан. То есть, представляете себе, плывут вот эти здоровенные металлические посудины на расстоянии нескольких километров, стреляют друг в друга при помощи здоровенных вот этих пушек и при этом не попадают.
Перелёт, недолёт, попал.
Да-да-да. Теоретически.
Теоретически.
Это вот так стреляли британцы. Они стреляли именно вот так, как ты описал. То есть они сперва стреляли дальше, потом ближе, а потом при помощи определённых таблиц они как бы…
Делали поправку.
Поправку, да, уменьшали шаг в два раза и в конечном итоге пристреливались таким образом. Им нужно было сделать больше выстрелов. Немцы стреляли немножко по-другому. У них, во-первых, дальномеры были лучше. То есть такая вот оптическая хрень, которая примерно позволяет понять… Потому что никаких радаров не было, ничего еще не было. Они всё оптическим образом определяли. И у них была тактика такая: они пристреливались в одну сторону. То есть они не с перелётом, а с недолётом. Они, по-моему, пристреливались с недолётом и инкрементально шли. То есть они начинали стрелять непосредственно по вражескому кораблю быстрее.
Ну и, кстати, это, может быть, действительно им помогло.
Помогло, да. Но в итоге оказалось, что немцы всё-таки заперты у себя. И хотя нанесли более серьёзные потери противнику, но не добились своей цели. Поэтому все объявили, что сами победили.
Да-да-да. Ну и до конца войны немецкий флот так и сидел у себя на базе. А после войны, кстати, Хохзеефлот уплыл на север и постарался как можно больше судов затопить, чтобы не доставалось британцам.
Но это флот флотом, а основная битва шла на суше. Давайте поговорим о том, как выглядел типичный солдат той поры. Значит, на суше у нас у всех сторон были пехотные, у нас они назывались стрелковыми. Почему-то мы, видимо, от стрельцов всё никак не отойдём. У нас были стрелки, сейчас мотострелки, а у западных — пехота. Ну и плюс кавалерия.
Кавалерия, сразу скажем, себя никак не показала, потому что всякие там гвардейские кавалергарды быстро поубивались в первые полгода войны. Какую-то пользу кавалерия приносила для того, чтобы, а — вести дальнюю разведку, б — чтобы быстро затыкать дыры на разваливавшемся участке фронта. Потому что да, они могли просто доскакать быстрее, а использовали фактически драгунскую чисто тактику. То есть никаких там с шашкой и на танк. Спешились, отдали коней коноводам, залегли и начинаем перестреливаться.
Достаточно легко можно заметить, что если у британцев в начале войны у них процент кавалерии из стран, кроме России, был наивысшим — 7%, то в конце войны, в 18-м году, у них уже был только 1% кавалерии во всей армии. Здорово её подсократили.
Да-да-да. У британцев вообще была довольно специфическая армия. Они использовали в этой войне свой экспедиционный корпус, так называемый, и он был очень компактный, он был очень боеспособный. Это была, наверное, самая боеспособная часть армии союзников Антанты. И они, конечно, понесли серьёзные потери. И дальше у них уже просто набирали… Британцы набирали всех подряд. Кого могли, кого не могли.
В том числе и из колоний подтащили.
Да, АНЗАК.
Да, и не только.
В общем, типичный пехотинец той поры был вооружён винтовкой с продольно-скользящим затвором. Магазинной. Небольшой совет: если вы хотите подарить кому-нибудь винтовку, то сделайте её своими руками, потому что магазинные винтовки, они какие-то бездушные. Это шутка. На самом деле магазинная винтовка называется так не потому, что продается в магазине, а потому что не является однозарядной. Это ранние берданки. У них выстрелил — вставляй новый патрон. А там был магазин на 5, например, патронов. Вставлялись туда патроны обоймой.
Внимание: обойма — это не то же самое, что магазин. Это такая скобочка, которая удерживает несколько патронов рядком, чтобы их туда можно было не запихивать по одному, а так — раз, вставил и начал стрелять. После каждого выстрела, понятно, надо передергивать затвор. Был тогда, конечно, уже разработан и рычажный затвор, и даже помповый, но они не годились для мощных винтовок той поры. Просто потому, что тот же, например, рычажный использовался на Диком Западе с такими винтовками с патроном, взаимозаменяемым, кстати, с мощными револьверами. Просто потому, что более мощный винтовочный патрон, тот же самый трёхлинейный, он его приводил в негодность быстро. А продольно-скользящий затвор — нет. Он был более устойчивым.
Предполагалось, что пехота будет перемещаться стрелковыми цепями, вести меткий огонь на большом расстоянии. Винтовки сильно били далеко, и меткое попадание из них выводило из строя. Могло оторвать руку практически или ногу, если в кость попадало. Ранение в корпус тоже гарантированно выводило из строя и часто приводило к смерти. А в случае если они пойдут в ближний бой, где стрелять и передергивать неудобно, они ринутся в штыки. Так что штыки для всех тогдашних винтовок были ого-го.
Например, у австрийцев был такой манлихер с солидным тесаком. А французы, наверное, у них самые были длинные штыки относительно длины самого оружия. Наши тоже не отставали. Штыки к тому времени выпускались в двух основных форм-факторах. Первый — это трёхгранный штык, чисто колющий. Такой вот, как у нашей винтовки Мосина. Плюс такого штыка в том, что он дешёвый, технологичный, очень хорошо колет. А минус его в чём?
Рубить нельзя.
Да, он не годится больше ни для чего, кроме как колоть. И даже если его отсоединить, им трудно пользоваться рукой. То есть он чисто ценность имеет как дополнение к винтовке. А вот многие другие страны применяли так называемый штык-нож. Тогда назывался, правда, штык-тесак, потому что был длинный. Это сейчас они короткие ножи. Штык-нож, конечно, не так хорошо колол, был дороже, тяжелее, но зато он был пригоден как универсальный инструмент. Штыки могли приспосабливать, например, для перерезания проволоки. Делали такую выемку, типа как стропорезы современные на рейдовых десантниках. Или вместе с ножнами такой штык мог использоваться как кусачки. Они так соединялись — и чик-чик. Во Второй мировой войне, кстати, тоже использовались.
Применялась, например, пильная заточка с одной стороны. Правда, показал он себя не очень хорошо. Потому что, с одной стороны, то, что не разрежешь хорошим ножом, плохой пилой пилить тоже малоосмысленно. С другой — попадать с таким штыком в плен было не очень приятно. Таких пленных… Их брали в плен просто очень ненадолго. У того же самого Ремарка можно почитать, как они отнимали у новобранцев такие штыки, выдавали им гладкие.
Да. Если тебя поймают с таким штуком…
То тебя им обычно и замочат.
Да.
Максимально изобретательным способом.
Да.
Очень быстро оказалось, что длинные винтовки, которые были приняты на вооружение практически у всех, плохо годятся для окопного боя. Никаких перестреливаний в чистом поле, как оказалось, на этой войне нет, а есть сидение в траншее и стрельба в противника, до которого можно и камнем докинуть. Так что практически во всех странах стали принимать на вооружение карабины, разнообразные кавалерийские модификации. У нас, например, наиболее распространенная была драгунская винтовка Мосина. Укороченная, но со штыком. Была ещё казачья, которая совсем короткая, без штыка, и так называемый карабин Мосина. Полноразмерные винтовки стали уходить из массового потребления.
Да, но вот карабин Мосина, для понимания, он примерно метровой был длины.
Да. И остальные были как бы… То есть примерно как современные автоматы.
Да. Кстати, об автоматах. Сразу стали выдвигаться попытки сделать самозарядную винтовку. Эти попытки даже увенчались успехом, но, увы и ах, самозарядная винтовка была и дороже, и сложнее в производстве, и, самое главное, была довольно капризной. В условиях тогдашней войны сидение в окопах грязных на неё влияло негативно. Так что не самозарядные винтовки оставались мейнстримом.
Приходилось идти на всякие ухищрения, чтобы в ближнем бою не пропасть. Американцы, например, стали вводить в войска свои помповые дробовики — «Винчестер» модели 1897 года. За эффективность этот «Винчестер» быстро прозвали окопной метлой. Потому что да, он позволял быстро зачистить. Немцы завопили, что это ужасное оружие и надо его срочно запретить. Но это вообще типичная тактика для стран, у которых чего-то нет: тут же начинают орать, что это надо запретить. Как только это появляется у них, сразу все рассказы про запреты заканчиваются.
Увы и ах, это только американцы своей дикозападной идеологией такое раздобыли. А все остальные стали массово стараться использовать пистолеты для ближнего боя. К тому времени было огромное количество разных моделей, разработанных за последние полвека. У нас, например, в стране был популярен, и до сих пор изредка можно его видеть, знаменитый револьвер системы Нагана. Револьвер очень интересный. Например, это был, наверное, единственный револьвер той поры, да и сейчас тоже, которому можно присобачить глушитель. Дело в том, что у него такая гильза, закрывающая пулю, чтобы газы не вырывались из промежутка между барабаном и, собственно, стволом. Он очень точный, но, к сожалению, не очень-то мощный. Для такого калибра считается, что он очень слабый. Современный бронежилет, например, он не пробивает вообще никакой.
Кроме того, на упрощенном солдатском варианте не было системы двойного действия. То есть после каждого выстрела нужно было взводить курок вручную.
Да, как в старинных вестернах это показывается. Зато дешёвый и довольно массовый. А вот центральные державы, то есть Германия, Австро-Венгрия и Турция, они использовали не револьверы, а самозарядные пистолеты. В основном немецкого производства.
Да, немцы развернули производство пистолетов вот только так. Это и знаменитый товарищ Маузер, который на самом деле такая, знаете, в смысле конструкции, переходная ступень между револьвером и пистолетом. Потому что у него магазин находится спереди, как у револьвера, по сути. А вот потом появились магазины, уходящие в рукоять. Это знаменитый «Люгер Парабеллум». Это пистолет «Штейер» 1912 года, практически современный по виду. Ну и, разумеется, из Америки удалось раздобыть некоторое количество творений Мозеса нашего Браунинга.
Таки да?
Да, образца 1903 года. Мозес, конечно, сделал оружие на века. Форм-фактор до сих пор используется, равно как и вот этот вот калибр 9 мм.
Пистолет — это, конечно, хорошо, потому что несколько выстрелов — это всегда приятно. Держать его можно одной рукой, второй там что-нибудь другое держать. Выхватить, опять же, легко. Но всё-таки 6 патронов, или сколько там могло быть, 7 патронов, 8 патронов — это грустно. Грустно в том числе потому, что одно попадание из пистолета тогдашнего не могло гарантированно свалить с ног. Вот эта идея, что пистолет должен иметь серьёзное останавливающее действие, например Макаров, которого один раз попадёшь, и больше уже, в принципе, можно ничего не делать, — она тогда еще не распространилась. Выходило, что двух противников ты успеешь нашпиговать, дальше надо будет перезаряжаться. Револьвер перезаряжается долго. Пистолет тогдашний — надо носить с собой запасные магазины, чтобы вставлять в рукоять вместо этого. Это всё неудобно.
Так что вспомнили о появившейся ещё ранее идее кавалерийского пистолета-карабина. Выглядит следующим образом. Берётся какой-нибудь подходящий пистолет. Часто это была модификация с более длинным стволом. К нему присоединяется магазин барабанный. Внимание: барабанный магазин — такой, как у пистолета-пулемета Шпагина, например, или у Томпсона. Не надо называть этот магазин дисковым. Дисковое — совсем другое. Это такое, как у пулемета Дегтярева пехотного. Разница в том, что, упрощенно говоря, в барабанном магазине патроны смотрят пулей вперед по направлению ствола.
Да, в дисковом они смотрят в сторону центра.
Да-да. Короче говоря, вот такой вот вставлялся в рукоять магазин с длинной шейкой. А кобура, делавшаяся из дерева, выполняла роль приклада. Тоже пришпандоривалась сзади к рукояти. Получался вот такой вот гибрид какой-то. Можно из этого пистолета так пиф-паф-пиф, держа его в двух руках, то есть довольно точно. И патронов в магазине целых 32. В теории это должно было заменить кавалерии сразу и саблю, и карабин, а вот в пехоте — чтобы врываться на позиции противника и всех расстреливать, стреляя от бедра.
Минус был в том, что это и дорого, и тяжело, и неудобно, да и, честно говоря, кучность такого страдает. Всё-таки пистолет — это и есть пистолет. Так что от этой идеи отказались. Это было такое, знаете, наследие времён вестернов, когда многие оружейные компании предлагали такой длинноствольный револьвер, у которого можно было ещё приклад пришпандорить и даже оптический прицел. И из такого стрелять как будто из винтовки, но при этом быстро поворачивая барабан.
Поэтому пришлось полагаться на холодное оружие. Холодного оружия в ту эпоху развели столько, что не удивишься. Много там было самодельных вариантов. Например, в дело пошли практически средневековые по своему виду палицы. Делались они там… Часть была по принципу годендага бельгийского сделана, некоторые — по принципу кистеня, то есть рукоять, к ней приделывается пружина, на пружине гирька. Некоторые выглядели как просто дубинка, вытесанная из дерева, которую обили железом, насажали гвоздей. Некоторые были более технологично сделаны.
В ход пошли разные шанцевые инструменты. Поскольку окапываться должен был при нужде всякий солдат, была разработана вот эта вот малая пехотная лопатка, которую разные идиоты называют саперной. Это называется малая пехотная лопатка. Если ей наточить лезвие, то можно очень здорово раскроить череп ударом. Туда же пошли всякие топорики, какие-то заступы. У наших артиллеристов были кинжалы-бебуты. Поскольку артиллеристам полагалась шашка зачем-то, эту шашку решили заменить на бебут для того, чтобы новое скорострельное орудие не мешало заряжать один снаряд за другим. В общем, бебут — это такой вот кривой кинжал с Кавказа. На Кавказе есть кинжал кама. Он прямой, похож на короткий меч. Я его вживую, кстати, видел. Полез его доставать из ножен и порезал руку, потому что он не бутафорский был.
Да вы там, в Топорске.
Нет, настоящий, из Дагестана. В Дагестане, кстати, до сих пор такие хорошие ножи делают. Я всё собираюсь купить взамен того испанского ножа, который я подарил.
Ну вот, применялись самодельные всякие ножи. Например, у французов был такой «окопный гвоздь». Выглядел он как стилет, перекованный, по ходу, точно из какого-то костыля железнодорожного, с такой, знаете, гардой, чтобы из руки не выскальзывать. Поглядев на эту самодеятельность, в ход пошли и промышленно изготовленные ножи и стилеты. К ним присоединялась часто гарда, а потом какой-то гений решил: если у нас есть гарда, почему нам её не превратить в кастет? Появился так называемый траншейный нож-кастет с довольно внушительным лезвием и при этом латунными костяшками с шипами, которым можно было проломить череп, не шутя.
Кроме того, из разных колоний понаехали нацмены, как британские, так и французские, которые привезли с собой самые разные традиционные виды оружия. Например, из Индии приехали гуркхи, привезли знаменитый кукри. Страшная вещь, на самом деле. Даже был эпизод, где какие-то там гуркхи, устав сидеть по окопам, решили, что мы сидим, у нас же есть кукри, и побежали с ними в атаку, и даже там…
Тоже резали немцев.
Да, рубили. Из Африки приехали негры с мачете и показали класс. После этого, кстати, мачете стало очень популярным и в США, и вообще среди туристов всяких.
То есть это африканское оружие?
Почему? Изначально это всякое оружие. Это оружие латиноамериканское. Там, видимо, в мачете пошли старые абордажные сабли. Это и юго-восточноазиатское оружие. Например, если открыть сказки народов Вьетнама, мои любимые, то там регулярно упоминается у тех, кто жил подсечным огневым земледелием, так называемый большой нож. Вот это обычный мачете, которым как раз хорошо валить всякие бамбуковые заросли, пальмы там разные и бананы. И его они использовали.
Знаешь, что мне интересно показалось во всей этой истории с оружием, с холодным? Вот образцы оружия, которые использовались немцами, они в итоге потом стали стандартными чуть ли не для всех.
Немецкая практичность.
Да-да-да. Во-первых, лопатка. Во-вторых, штык-нож. И это потом перекочевало ко всем. То есть у немцев это увидишь у первых, кто использовал именно такой формы, такого вида.
Они стали законодателями мод.
Да. Вот, да, такая кипела жестокая битва. Доходило до того, что некоторые солдаты, идя в атаку, вообще не брали с собой винтовку, а брали только какую-нибудь лопатку или топорик и гранаты.
Да. Кстати, о них, о родимых, о гранатах. Вообще-то их тогда называли ручная бомба, потому что гранатой именовали разрывной снаряд для артиллерии. Но со временем всё это перешло на ручную. Значит, первыми были, разумеется, немцы, как и везде. Они ещё до войны начали производить Kugelhandgranate 13. Kugelhandgranate выглядела как деревянная палка, к которой была приделана вот эта вот цилиндрическая граната. Такой немецкий стереотип гранаты на деревянной ручке. Её отправили в войска, но, как оказалось, никого не научили ей пользоваться. Оказалось, что немцы, в смысле командиры, плохо понимают, как использовать гранаты вообще. То есть для чего они нужны. Предполагалось, что это какое-то осадное оружие, как в средние века гренадёры применяли гранаты, закидывая всякие укрепления. И наоборот, сидя в крепости, швыряли их из окон.
У деревянной ручки, кроме того, был такой минус в том, что да, её легче далеко кинуть. Другой вопрос, что её легче схватить и откинуть обратно. Чисто психологически, кроме того, момент: одно дело хватать за вот этот шипящий корпус, в котором горит запал, — это страшно. А за деревянную ручку вроде как не страшно. Так что сейчас мы таких гранат не видим.
Зато в дело пошли знаменитые лимонки. Это французская граната F1. Когда мы представляем гранату, мы имеем в виду именно вот этот форм-фактор, а часто даже, собственно, лимонку себе и представляем. Корпус лимоновидного образца, скоба, кольцо — всё, к чему мы привыкли. Вот эти гранаты пошли в дело. Для них были разработаны разные ухищрения. Например, чтобы их кинуть подальше, применялись пращи, как ни странно. Или большие рогатки.
Да, большие рогатки тоже сделали. Потому что, понимаете, из пращи неудобно в том смысле, что если она вывалится вам под ноги, то уже всё, каюк. А из рогатки я как раз выдернул чеку — она и полетела. Немцы разработали даже целую пружинную катапульту, чтобы пулять этими гранатами.
Была также изобретена такая вещь, как ружейная мортирка. Например, она в разных выступала форм-факторах. Например, это могла быть специальная насадка на ствол винтовки, в которую вставлялась обычная граната, приспособленная к этому. Заряжалась винтовка холостым патроном, после чего выстреливаешь, граната вышибается из ствола и летит к противнику. Были разработаны также специальные винтовочные гранаты с этим длинным хвостиком, которые только для выстрела из винтовочного дула и годились.
Практичные немцы разработали еще такую вот универсальную гранату, которая годилась и как винтовочная, и как наступательная, а также как оборонительная. Для этого на неё надевался специальный внешний такой металлический корпус-рубашка, чтобы было больше осколков.
Да, между прочим, одна из тех гранат до сих пор состоит на вооружении НАТО. Это вот эта вот британская граната Миллса образца 1915 года. Сейчас её как-то по-другому называют.
Да, граната вроде как номер 36М, но на самом деле это вот всё та же самая бомба Миллса Mark 36. Ей уже 100 лет с лишним, очень почтенный боеприпас.
Попробовали разработать также газовые гранаты, но оказалось, что они хотя и работают, но для плотного облака газа нужно очень много гранат. И лучше всё-таки газом воевать с помощью артиллерии и баллонов.
И, разумеется, пулемёты. Пулемёт — это был, наверное, краеугольный камень тогдашней окопной войны, поскольку всё остальное строилось исключительно от него. Значит, тогдашний пулемёт — это пулемёт станковый и зачастую пулемёт с водяным охлаждением ствола. Всем известный «Максим», например, — это, наверное, икона тогдашнего пулемётостроения.
Почему он так называется, кстати, «Максим»? Я так понимаю, один из изобретателей был?
Его изобретатель Хайрем Максим. Тот самый, который, собственно, пулемёты современного образца и изобрёл. Собственно, правильное ударение как раз «Максима». Но у нас его русифицировали, поэтому получился какой-то Максим.
Пулемёты тогда питались ленточно практически все. Были разные странные конструкции. Например, у французов пулемёт Гочкиса, или как он там назывался, вместо ленты питался какой-то жёсткой полоской. Она как лента, только не свисает, а вот именно так жёстко висит параллельно земле. Зачем это и почему — непонятно.
Первоначально пулеметы устанавливались на чисто артиллерийский лафет. Но потом оказалось, что такой пулемёт легче всего вычислить и подавить. Кроме того, трудно перемещать с места на место. Так что классический станок Соколова, который у нас применялся, — это маленькие такие колёсики, стальной щиток, и можно им пользоваться из лежачего состояния или стоя в окопе. Весит вся эта хрень 44 кг.
Да, а если крупный броневой лист поставить и ещё кое-что, то доходило вплоть до 70 кг. Так что даже нести его нужно было уже целых два человека. Нужна была пулемётная команда, которая будет оперативно подавать ленту и заниматься другими проблемами. Потому что водяное охлаждение, оно как работает? Если воды нет, то всё.
Да, то есть у ствола есть кожух, у которого сверху крышечка, как у бензобака. Туда надо налить воды. Вода будет кипеть, ствол, соответственно, охлаждаться. Пока есть вода, перегрева не будет. Стрелять можно до бесконечности. Минус в том, что вода всё-таки выкипает, а есть она далеко не везде. И могло получиться так, что она выкипела, но взять неоткуда.
Но вот можно применить, во-первых, солдатскую смекалку, во-вторых, познание физики. Всем известно, что солёная вода кипит при более высокой температуре. А также если зимой, то замерзает при более низкой. Понял, к чему я?
Ну да.
Мочу использовать.
Мочу просто, да. Использовали. Вся пулемётная команда наливала мочи туда, и можно было дальше стрелять. Конечно, у способа есть минус. Потому что всё-таки солёная вода, она коррозивная. Но тут уж ничего не поделаешь. На безрыбье и моча сойдёт.
Придётся, да.
Были, конечно, пулемёты воздушного охлаждения. Наверное, самым знаменитым из них является ручной пулемёт Льюиса. Мы его видели в каком фильме?
В каком?
«Белое солнце пустыни».
А, ну да.
Помнишь, который Верещагин давал? Правда, тут всё-таки небольшое жульничество. Это не пулемет Льюиса, это замаскированный под него Дегтярёв пехотный, у которого надели вот этот вот фальш-кожух сверху. Пулемёт Льюиса всем запомнился за счёт того, что у него почему-то очень толстый ствол. Это не ствол, это именно кожух, который должен был давать ему воздушное охлаждение. Он немножко сужается к дулу, и предполагалось, что при каждом выстреле пороховые газы будут через это сужение проходить, будет падать давление, и холодный воздух снаружи будет протягиваться вдоль ствола. Правда, оказалось, что на практике это не даёт абсолютно ничего. То есть совсем. И поэтому более поздние версии пулемёта Льюиса, которые, например, в авиации применялись, уже обходились без этого странного кожуха.
Кроме того, вместо ленточного боепитания применялся дисковый магазин. Вот как раз поэтому дисковый пулемёт Дегтярёва и годился для того, чтобы убедительно изобразить Льюиса. Диск — это, конечно, не так много патронов, как целая лента, но зато с ним можно бегать.
Да, и он не столько весит.
Да, и он не столько весит, соответственно. Потом всяких проблем типа заедания ленты, перекоса патрона тоже почти нет. Так что Льюис использовался для стремительных наступлений, а также для защиты гарема Абдуллы от набегающих басмачей. Основное его боевое применение.
Да.
Пулемёты к тому времени стали делать всё менее заметными. Например, вот этот бронещиток, без которого трудно представить «Максим», отсутствовал у большинства других пулемётов типа «Кольта», того же Гочкиса и других пулемётов. Потому что к тому времени стало ясно, что наибольшей защитой для пулемета является его малозаметность. А этим щитком закрываться глупо. Только выдаешь себя зря для артиллерии.
Но артиллерия того периода всё-таки не могла гарантированно подавить все пулемётные точки при наступлении. Поскольку они обычно хорошо укрывались, маскировались, убирались в подкоп. Особенно немцы, кстати, в этом отличились. У них укрепрайоны были прям вообще солидные.
Да, по тем временам. Они же, кстати, изобрели очень хороший станковый пулемёт Maschinengewehr 08. Он без всяких щитков, хотя с водяным охлаждением и на такой очень технологичной треноге. Был сравнительно лёгким. Потому что весил совсем не 72 килограмма, а 64 всего-то. Кстати, поэтому в том числе от водяного охлаждения все отказались. Потому что добавляет веса. И сама вода, и кожух этот.
Короче говоря, подавить пулемёт из крупной артиллерии часто не выходило. Приходилось импровизировать. На место вот этих вот катапульт для гранат и прочего пришли миномёты. Строго говоря, миномёты впервые пошли в ход во время Японской войны. Применялись они каким-то капитаном Гобято, или Гобято, я уж не знаю, как его правильно произнести. И назывались они тогда, вообще говоря, бомбомёт. Потому что стреляли они какими-то морскими боеприпасами, я так понимаю. Кстати, реактивные бомбомёты на кораблях используются до сих пор.
В Первой мировой как раз появилось слово «миномёт». Видимо, просто перевод с немецкого Minenwerfer, или как он там назывался. Наибольшего успеха достигли, наверное, англичане со своим минометом системы Стокса. Дело в том, что миномёт имел сразу много преимуществ по сравнению с обычной артиллерией. Он очень дешёвый, он очень простой, он не требует обычных артиллеристов. Всё, что нужно делать расчёту: взять мину, опустить её в канал ствола. Она сама съедет вниз под действием гравитации по гладким стенкам. Внизу её ждёт стержень, на который она наколется, и бабах. То есть можно стрелять просто чуть ли не очередями. Сунул — бабах, сунул — бабах, никаких гильз не надо вытаскивать.
А чтобы гладкий ствол не давал слишком большого разброса, мины стали оперять. Они стабилизировались таким образом в полёте сами по себе, без нарезов. Никаких сложных станков для производства было не нужно. Люфты достаточно большие, так что производили их везде, где только можно, если есть механические мастерские. Правда, когда их стали усовершенствовать, оказалось, что очень трудно такую гениальную конструкцию чем-то улучшить. iPad к ним можно только приделать.
Как у нас некоторые делают на Ближнем Востоке или где там они.
Да-да-да, есть такое.
Миномёт был хорош уже и тем, что у него очень большой по сравнению с артиллерией коэффициент так называемого ствольного могущества. То есть, проще говоря, он относительно своего размера имеет очень крупный калибр. Чтобы, например, стрелять такими же снарядами 81 мм, как миномёт Стокса, нужна была огромная гаубица, которую ни вдвоём нельзя перемещать, ни обычным солдатам давать. И стреляет она не так быстро. В общем, миномёт прочно занял своё место.
А за ним и огнемёт. Вот сейчас мы то, что называем огнемётами, по сути, выглядит как гранатомёт. Стреляет реактивным снарядом, который просто производит вспышку огня. Может снаряжаться боеприпасом как термобарическим, так и, например, термитным, который прожигает всё, включая бетон. А как выглядел первомиравойновский огнемёт? Ранец со всем этим горючим делом и такой вот распылитель, по сути.
Да, похоже, знаете, как сельскохозяйственных вредителей всяких опрыскивают. Вот такой же приблизительно.
Огнеметы первыми пустили в ход немцы, чем тут же вызвали ответный вой, что это ужасное оружие и надо его запретить. Например, на отечественных пропагандистских плакатах под огнемётом было написано: «Против закона божьего и человеческого. Аппарат для выбрасывания горящей жидкости, употребляемой германскими войсками». Но, разумеется, все эти запреты никого не заинтересовали, так что огнеметы стали использовать и все остальные, у кого были для этого технические возможности.
Тогдашний огнемёт, конечно, был вещью не очень надежной. На первой модели, например, не предусматривалось автоматическое прекращение горения в случае ранения или гибели носителя. Так что он был очень опасен для своих тоже. Попадание пули в бак с горючим вызывало огненный фонтан на ножках. Часто они бывали такими тяжёлыми, что приходилось ещё второго какого-то солдата отправлять, чтобы он их нёс, а первый только стрелял. Но всё это искупалось тем, что огнемёт производил, во-первых, колоссальное моральное действие на противника. Личный состав просто разбегался в ужасе, как только подползал огнемёт.
Во-вторых, огнемёт был одним из немногих видов оружия, которые хорошо работали против появившихся тогда же танков и броневиков. Ну и, наконец, против укреплений, которых французы успели понастроить, а позднее немцы, огнемёт тоже работал на ура. Лучше, чем гранаты и всё остальное, что было.
Таким образом, война и шла. Сперва массированная артиллерийская подготовка, которая должна была совершенно оглушить противника, разрушить его укрепления, сделать там лунный ландшафт и подавить как можно больше пулемётных точек. После этого пехота бросается в прорыв, и если повезло, то отвоёвывает метров 50. Если повезло, она добирается до окопов. А, собственно, огневая подготовка, вот этот артобстрел, который происходит перед этим, он во многом предназначен ещё и для того, чтобы колючую проволоку, которая натянута в больших количествах, поломать. Поэтому каждую ночь выходили специально обученные товарищи, если, конечно, не было интенсивного обстрела, и эту колючую проволоку натягивали заново, чтобы никто не пролез.
Ну и да, дальше, если пехота успевает добежать до окопов, она начинает там в рукопашную биться с противником. Или если мощная артподготовка, то окопы могут вообще быть просто сметены, никаких окопов там вовсе и нет. Есть только какие-то ямы, сравнительно похожие на окопы.
Да. Ну так вот, для ближнего боя к концу войны было введено и новое принципиальное оружие, которое должно было объединить, во-первых, переносимость пистолета, а во-вторых, скорострельность пулемёта. Это, как нетрудно догадаться, пистолет-пулемёт. И первыми в этом деле были, разумеется, немцы, которые изобрели так называемый Maschinenpistole 18.
Значит, Maschinenpistole, кстати, был разработан Шмайсером. Вот как раз, вам будут говорить «пистолет-пулемёт Шмайсера» — это вот этот вот старинный пистолет-пулемёт Первой мировой войны. Не надо им называть вот этот пистолет-пулемёт MP-38/40, который был во Второй мировой войне и с которым всё время изображают немца в кино. Хотя на самом деле у них им были вооружены только офицеры, а вовсе не все поголовно.
Так вот, как выглядела эта самая Maschinenpistole? Он фактически похож был на коротенький карабин, у которого сбоку к стволу с радиатором воздушного охлаждения подсоединялся барабан или коробчатый магазин. И тот, и другой имели шейку, за которую предполагалось этот самый пистолет-пулемёт удерживать второй рукой. Ввиду того, что очень плохо все это понимали, как использовать, к пистолетам-пулемётам часто крепился такой маленький, несолидненький штык. Зачем-то. Видимо, если патроны там кончатся.
Заколоться, чтобы…
Да, или еще там для чего. Пистолет-пулемёт себя показал очень хорошо. Но, к сожалению, к тому моменту уже был 18-й год, так что там можно было вводить хоть пистолет-пулемёт, хоть турболазерную батарею — Германии уже помочь ничего не могло. После войны им вообще запретили такое оружие производить и разрабатывать. Нечего тут.
Да.
Немцы, конечно, это всё старались всячески обойти и производили его как оружие полицейское. Кстати говоря, полковник Томпсон свою пишущую машинку чикагскую именно для Первой мировой войны производил. Правда, пока он с ней возился и доводил её до ума, оказалось, что война уже вся успела закончиться. И вооружать ей пришлось несколько другой контингент, ведущий свои войны персональные.
Посмотрев на чудо немецкой техники, за успехами сумрачного гения погнались и итальянцы. «Беретта» произвела свой вариант пистолета-пулемета, тоже выглядевший как коротенький такой карабинчик, у которого был коробчатый магазин. По каким-то непонятным лично мне причинам коробчатый магазин у него крепился сверху, причем вертикально. Чего они пытались таким образом добиться, я не знаю.
Как целиться-то, если сверху эта штука мешает?
Видимо, не надо целиться, просто стреляешь в сторону противника. Полагалось, что ты от бедра будешь так всех поливать огнём просто.
Да.
Почему, я не знаю, как и когда догадались, что магазин для такого оружия нужен именно внизу. Почему-то вот сбоку какие-то крепления. Англичане во Второй мировой войне тоже сделали какой-то непонятный пистолет-пулемёт с креплением сбоку, немцы во Второй мировой войне разработали автомат для десантников тоже почему-то с магазином сбоку. Что это за странная идея — сбоку что-то пришпандоривать, я не знаю. Хорошо, что у Томпсона хватило мозгов сделать магазин снизу и дополнительную ручку спереди.
Много чего можно прочитать про так называемый автомат Фёдорова, который многие считают прообразом автомата Калашникова.
Да, и вообще за первый автомат. Это не вполне корректно. Дело в том, что автомат Фёдорова является так называемой автоматической винтовкой. Потому что стрелял он винтовочным патроном. Калибром немножко меньше, конечно, чем у трёхлинейки.
6,5 мм.
Да. Автоматическая винтовка — это не автомат. Потому что автоматы современные стреляют промежуточным боеприпасом. И первым автоматом является всё-таки немецкий StG 44. Из совершенно другой войны.
Автоматические винтовки пытались как раз в Первой мировой войне изготовить многие. Правда, большинство не успело. Тот же самый Мозес наш Браунинг к 18 году разработал свою автоматическую винтовку Браунинга, она же просто BAR, которая предполагалась к тому, чтобы стрелять из винтовки очередями. Но это, ребята, нереально, слишком мощный патрон. Привело к тому, что эту винтовку использовали как лёгкий пулемёт, ставив её на сошки. И то только потому, что во Второй мировой войне у американцев ничего лучше не нашлось, вот и пришлось использовать то, что было. Так что это направление было признано тупиком.
Кое-какое количество автоматов Фёдорова всё-таки успело послужить в войне, уже, правда, Гражданской, и в Красной армии тоже он состоял на вооружении. Но всё-таки был списан, и сфокусироваться решили на пистолетах-пулемётах.
Много пролито слёз о том, что Николай II был против использования автомата Фёдорова в войсках, что для него не хватит патронов. Но, ребята, у нас винтовок-то не хватало. Для автомата Фёдорова патронов тем более не хватило бы. К тому же патрон-то на него же был особый, какой-то двух с половиной линейный. Так что, хотя к концу войны их и стали производить, но ничего в итоге так и не успели и не сделали.
Вот такое вот было странное и плохо сбалансированное оружие в ту эпоху. Пользовались кто чем, импровизировали, много было самодельного, а многое, кстати, из серийного тоже выглядело как-то странно. Вот, например, британцы какой-то тоже тесак-кастет решили сделать. Но вот выглядел он не знаешь как что.
Как что?
В гонконгских боевиках такой стереотипный злодей огромного роста. Он злобно хохочет и вот такую штуку примерно держит в руках. Для солдата, мне кажется, довольно странно выглядящая фигня какая-то. Тем не менее, применялась чуть ли там не серийно.
Ну, а главную скрипку в завершении войны сыграли всё-таки более тяжёлые виды вооружения, о которых мы вам расскажем в следующий раз. Поговорим о броневиках и танках, о самолётах, немножко о дирижаблях, а также о подводных лодках и химическом оружии той поры. А на сегодня всё.
Да, будем закругляться. Я напоминаю, что вы слушали 165 выпуск подкаста «Хобби Токс», а с вами были его постоянные ведущие Домнин и Ауралиен.
Спасибо, Домнин. Всего хорошего, друзья. Пока.
Пока!