В этом выпуске мы рассказываем о некоторых наиболее известных специальных операциях: освобождении Муссолини, похищении Эйхмана, штурме дворца Амина и некоторых других.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели. В эфире 154-й выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами его постоянные ведущие: Домнин.

И Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Итак, от тем всякой чертовщины мы переходим к не менее интересным темам, но более реальным. О чем мы, Домнин, поговорим сегодня?

Мы уже говорили про теорию и практику современной разведки, но решили это немножко углубить сегодня. Поговорим мы о спецоперациях новейших времен, начиная со Второй мировой и более современных.

Вообще, у всяких специальных действий разных подразделений, типа «Дельты», «Альфы» и других странных названий, вокруг них наверчено огромное количество информационного шума. Частью это, видимо, сами они и распространяют, чтобы затруднить сбор данных о себе. Частью это результаты вранья всяких там фантазеров. И поэтому, даже если заняться чтением литературы на соответствующую тему, велик риск начитаться резунов.

Дело в том, что есть у нас такой Резун, беглый советский шпион, который ныне, по-моему, в Лондоне сидит до сих пор. И он понаписал книжонок не только про то, как тиран Сталин хотел на автострадных танках на всех напасть, и Гитлер был буквально вынужден напасть на Советский Союз. Оборонялся, можно сказать.

Да, 25 миллионов человек. Это всё было из-за автострадных танков.

Меня, кстати, поражало, почему он взял себе такой странный псевдоним — Виктор Суворов. Почему он Виктор Суворов, а не, допустим, Вассисуалий Кутузов? Тоже звучит, мне кажется, так же идиотски.

А ещё он написал книжки про то, как он, оказывается, служил в спецназе ГРУ и носил там прыжковые ботинки, у которых рельеф подошвы был обратный. То есть как будто каблук спереди, а носок сзади.

Это знаешь для чего?

Чтобы сбивать со следа?

Да, чтобы все думали, что следы в обратную сторону, и удивлялись: но как же так, почему он здесь исчезает, а не что — замахали руками и взлетели? Читателям, которые на это купились, никто просто не говорил, что определить, в каком направлении идут следы, можно без всякого рельефа. Достаточно посмотреть, с какой стороны они больше придавлены, потому что там носок. И какой там рельеф ни делай на этих вымышленных ботинках, никакую серьёзную группу преследователей сбить с толку не удастся.

Впрочем, о чём говорить, если сами ветераны СПН говорят, что у этого Резуна задница шире плеч. Ну какой из него спецназовец может быть? Он был обычный…

Может, наел, думаю.

Я не знаю. Может, наел, но что-то я сомневаюсь в этом. Он такой кукурузный довольно персонаж.

Чепухи всякой понаписано. В современной жизни к этому добавляются бесконечные твиттерные и фейсбучные разоблачения. Сейчас они, правда, попритихли. Но в прошлом году, например, от бесконечных донесений психически больных про то, что был пойман очередной разведывательно-диверсионный полк бурятских солдат СПН, ГРУ, ГШ, МО, РФ, ЦСКА, МВД и других таких же бессмысленных аббревиатур. Сейчас они все куда-то подевались, не знаю. То ли всех уже убили, диверсантов из конно-парашютных полков, то ли, может, просто затишье какое-то настало.

Мы сегодня постараемся вам рассказать о реальных операциях, о подробностях, которые, может быть, помогут вам понять, как оно всё работает.

Начнём мы, пожалуй, с такого интересного комментария. Дело в том, что нападение Гитлера на страны Западной Европы, помимо военно-стратегического, имело ещё один естественно-научный аспект. Дело в том, что, когда гитлеровцы захватили Бельгию, они попутно заняли 1200 тонн урана.

1200 тонн урана — это много на 40-й год?

Я думаю, что это очень много. Это половина всего мирового запаса.

А откуда в Бельгии было столько урана?

А в Бельгии нет никакого урана.

Они у исконных?

Да, конечно. В Центральной Африке полный порядок с ураном. Вот они его там накопали. То есть не они, а негры с отрубленными руками накопали. И они всё у себя там заботливо складировали.

Потом немцев понесло в Норвегию. И в Норвегии они тоже себя повели очень характерно. Вместо того чтобы погулять по романтическим фьордам или посплавляться по горным рекам, поесть норвежской селёдки прямо из бочки, они вместо этого почему-то понеслись не куда-нибудь, а вовсе даже к заводу по изготовлению тяжёлой воды на плато Хардангервидда. Поправь меня, если я неправильно произношу.

Ну, как-то так, да.

Да. И там был завод «Норск Гидро», где производили тяжёлую воду. У тебя, Ауралиен, есть сейчас тяжёлая вода?

Тяжёлая вода? Может быть, несколько атомов в моём стаканчике с водой имеется тяжёлой воды. Очень может быть. Не очень много.

У меня тоже есть несколько молекул тяжёлой воды.

Да-да, молекул.

У меня есть минералка. В состав практически любой минералки пара молекул, наверное, входит.

В состав любой воды входит, да.

Ну да. А почему, Ауралиен, её называют именно тяжёлой, а не какой-нибудь другой?

Тяжёлой её называют потому, что либо один из атомов водорода, либо оба заменяются на более тяжёлый изотоп — на дейтерий. Обычный водород — это протий, в нём всего один протон. У него поэтому атомная масса очень маленькая, всего единичка. А у дейтерия, помимо протона, есть ещё нейтрон. Ну и получается, что молекулы тяжёлой воды из-за того, что там либо один, либо два вдвое более тяжёлых атома, вот её так и называют.

И всё бы ничего, но тяжёлая эта вода, она на самом деле представляет большой научный интерес и практический интерес для построения заводов по обогащению этого самого урана, насколько я понимаю.

Да, действительно. Сейчас, правда, реакторов на тяжёлой воде почти нет. Сейчас применяют обычную воду, а замедлителем выступают графитовые стержни. Дело просто в том, что у немцев произошла ошибка в их теоретической ядерной физике. Их профессор Вальтер Боте до войны проводил опыты, которыми должны были подтвердить, что графит можно использовать как замедлитель. Но почему-то у него ничего не вышло. Сейчас считается, что это потому, что графит ему попался какой-то плохой, нечистый, видимо. И тогда было сделано ошибочное предположение, что графит не годится и придётся использовать тяжёлую воду. А вот как раз тяжёлую воду и производили на «Норск Гидро».

Почему именно в Норвегии, а не, допустим, где-нибудь в Дании?

А почему?

Дело в том, что для производства тяжёлой воды нужно, во-первых, очень много обыкновенной воды. Например, на тонну нужно 40 тысяч тонн. А во-вторых, это производство очень энергоёмкое. А Норвегия славится гидроэлектростанциями, хорошо развитыми уже на тот момент. Так что там было в полном порядке всё и с водой, и с электричеством.

Ну это да.

Поэтому там это производство было расположено. Британская разведка, прознав про все эти события, сделала логичный вывод, что немцы пытаются создать атомную бомбу, и решила, раз уж саму Норвегию не удалось отстоять, провести операцию по точечной ликвидации этого производства.

Как эту операцию было решено назвать, Ауралиен?

Эту операцию решили назвать «Незнакомец», или Freshman в оригинале. И она состояла из двух фаз.

Фаза первая, да. Но, к счастью, чёрных там не было.

Да-да-да. Подставлять их.

Да, поэтому фаза первая заключалась в заброске четырёх диверсантов, которые должны были… граждан Норвегии, которые, естественно, говорили на норвежском. Я так понимаю, это были, вообще говоря, норвежские военные, которые убежали в Британию. Они должны были установить, скажем так, контакт с работниками этого самого завода и выяснить детали, которые на месте необходимы для того, чтобы эту операцию провернуть. И в ходе второго этапа должны были прибыть непосредственно силы, которые должны были завод этот уничтожать. Подкрепление им доставить, взрывчатку и всякое такое.

А что, если четыре человека?

Да, эти немцы, в смысле норвежцы, там не просто так взялись. Дело в том, что поначалу в Норвегию был заброшен диверсант по имени Одд Стархейм. Этот Стархейм должен был найти некоего Эйнара Скиннарланна. Это был инженер, который был хорошо знаком с тем заводом «Норск Гидро». И, кроме того, хорошо знал горы. И ещё, что было важно, он ненавидел господина Квислинга, который был марионеточным норвежским правителем на тот момент, посаженным немцами.

В общем, после погони, интриг и перестрелок Стархейму удалось где-то заплутать в Осло и найти Скиннарланна. Скиннарланна было решено вывезти в Британию. Для этого он завербовал несколько норвежцев, раздобыл им огнестрел, и они сели на местный каботажный пароход. Пароход совсем маленький. У нас на Москве плавают теплоходы, возят туристов туда-сюда, они больше, чем этот пароходик. И всё равно они не предназначены для путешествий по морям и океанам. Так что плыть в какую-то Британию на таком судне было, мягко говоря, рискованно, по Северному морю. Тем не менее, они захватили этот пароход и приказали команде везти их в Шотландию. Доплыли они, высадились, там их быстренько натренировали и после этого уже забросили обратно в Норвегию.

Сам инженер соврал, что был болен, потому что их там только три недели не было. Они решили, что он действительно застудился, захворал и лежал больной. Это была их роковая ошибка.

Так вот, доставить им подкрепление должна была операция Freshman. Но удалось ли это им?

К сожалению, не удалось. Потому что, я так понимаю, что они летели… В эту операцию должно было входить 34 человека. Они были подготовлены как сапёры. А давай вообще-то начнём, Домнин, с того, почему бы союзной авиации не разбомбить было всё к ядрене фене? Почему они решились на наземную операцию, а не на авиаудар? Знаешь?

Не знаешь?

Нет. А почему?

Дело в том, что в ходе производства нужен был жидкий аммиак. И на заводе была его чёртова туча, этого аммиака. Огромные были ёмкости. И если бы авиабомба попала в эту ёмкость, то, я так понимаю, рвануло бы так, что всё близлежащее население пострадало бы, видимо, от токсичного воздействия этого раскинутого аммиака. И поэтому, собственно, они решили, что давайте мы наземную операцию совершим: куда надо заложим, взорвём и, так сказать, заодно, может быть, уничтожим запасы, если удастся.

Кстати, я так понимаю, что запасы они не уничтожили, потому что, видимо, запасы где-то отдельно…

Запасы потом уничтожить удалось. Это финальный был уже аккорд.

Ага, окей. Но по порядку.

В общем, операция Freshman не удалась в силу плохой погоды. Один из самолётов, который тянул планеры… Вот, кстати, Ауралиен, почему именно на планерах высадились, а не на парашютах? Те четыре норвежца из первой группы, они на парашютах, например. А эти почему-то на планерах. Почему?

Я не знаю. Может быть, 3–4 парашюта было сложнее прятать? Или заметнее было бы?

Смотри, дело в чём. Во-первых, парашюты-то были ещё не такие хорошие, как сейчас. Конечно, лучше уже, чем то, что было до войны. Потому что до войны, например, десантник мог нести с собой пистолет. А карабины, гранаты и всё остальное надо было скидывать отдельно, на другом парашюте, который в ходе приземления обычно улетал куда-то к чёрту на рога, его ещё там надо было ходить и искать. О каких-нибудь там молниеносных высадках с перестрелками нельзя было даже думать. А эта группа несла с собой большое количество взрывчатки. Опять же, всё это надо было тоже с собой держать. Из планера это всё можно было спокойно вынести. Кроме того, погода была, как я уже сказал, очень плохая. Так что в условиях нулевой видимости и сильного ветра парашюты бы, скорее всего, улетели кто куда. И потом, скорее всего, им собраться бы и не удалось. Тем более в незнакомой местности. Вот и решили планеры отправить.

Планеры не долетели. Один самолёт попал в обледенение, затребовал разрешение вернуться, развернулся и полетел обратно. Но пока он разворачивался, обледенелый трос, тащивший за ним планер, оборвался. И планер полетел дальше.

Он даже не то что полетел дальше, он упал в море.

Да. В общем, плохо там всё получилось. Другой самолёт не вернулся, но он ошибся и в условиях нулевой видимости врезался в гору. Сам самолёт погиб, планер тоже упал, но там кое-кто выжил. Их очень быстро схватили немцы. Там много было раненых, так что особого сопротивления они оказать никак не могли.

Раненых немедленно доставили в госпиталь, где им всем кололи кубик воздуха в вену.

Нет-нет-нет. По другой информации, их расстреляли.

Здоровых расстреляли, а вот раненых как раз умертвили медицинским способом.

Понятно. Гуманная немецкая медицина, она такая гуманная.

Через некоторое время приехали гестаповцы, которые были готовы рвать на себе волосы из-за этого идиотского приказа Гитлера о том, что всех диверсантов, парашютистов и так далее надо немедленно хватать и расстреливать как террористов. Прекрасный план. Из-за этого идиотского приказа, который, не знаю, для подростка бы какого-то, может быть, сошёл, для взрослого человека с военным опытом он был редкостно глупым. Потому что теперь гестаповцам предлагалось спрашивать у мёртвых о том, для чего вдруг прилетели туда британцы, для чего у них столько взрывчатки и чего они хотели добиться.

Я так понимаю, что они ещё не супердолетели до места?

Нет, они довольно далеко высадились. Было не очень понятно, что конкретно является их целью. Если бы они у самого этого завода где-нибудь приземлились, наверное, немцы бы сообразили. Кроме того, не надо полагать, что в Германии в её структурах все поголовно знали, что это за «Норск Гидро», что там делается и для чего это нужно. Всё-таки секретность работает не в ту сторону.

Короче говоря, пришлось обходиться теми силами, какие есть. При этом четверо норвежцев к тому времени уже успели совершенно оголодать. Они сидели в каком-то там лыжном домике в горах, питались тем, что удалось добыть охотой. И периодически этот самый Скиннарланн, с которого всё начиналось, подкидывал им продукты через свою резинку. Получались всякие казусы. Например, в домик решили отправиться две какие-то влюблённые парочки, чтобы провести там пикничок. Пикничок у них не удался, потому что на подходе к домику на них внезапно выбегают какие-то отощалые, почерневшие от мороза и голода мужики с автоматами. Хорошо, что они их ещё с перепугу не убили, так что им пришлось запереть их в этом доме и не выпускать никуда.

И всё это было в ноябре 1942 года.

Да-да, то есть вы можете понять, что на юге Норвегии в это время не очень приятная погодка в горах. Скажем прямо, это не самый север Норвегии. Это далеко не север Норвегии. На самом деле это практически юг Норвегии.

Да, я, видимо, что-то из описания решил, что раз холодно, значит север.

Да.

Подкрепление к ним всё-таки дошло. Ему пришлось 10 дней тащиться по горам, и оно тоже выглядело, прямо скажем, не очень красиво. Но медлить было нельзя, потому что их норвежский агент доносил, что с завода уже начинают отгружать тяжёлую воду в Германию, и скоро взрывать его будет бесполезно.

В общем, они переоделись в английскую форму. Это как раз было для того, чтобы в случае, если всех заметут, немцы не прессовали местное население. Сразу было ясно, что это специально заброшенные британские диверсанты. Чтобы их нельзя было взять в плен, они раздали друг другу ампулы с цианистым калием.

Ты уже про вторую группу рассказываешь, да?

Она уже пришла к тому времени.

Да-да-да. Надо сказать, что вторую группу собирали уже в достаточной спешке. И когда стало понятно, что первая группа полностью провалилась. И всё это происходило уже в феврале следующего года, 43-го. То есть у них несколько месяцев заняло подготовиться к этой самой операции. Я так понимаю, что вторая группа в составе, я так понимаю, шести человек, как раз прыгала с парашютами.

Да, вот они прыгали с парашютами. Им потом надо было тащиться 45 километров по горам. При этом каждый нёс себе примерно по 30 килограммов груза.

Да, им пришлось бросать еду, патроны и тащиться с самым минимумом. Главное — взрывчатки нести. Ну и план у них был следующий. Они должны были всё это дело взорвать, потом часть группы должна была отступить в Швецию, а остальные должны были куда-то к этому самому плато двигаться. Я так понимаю, что их должны были то ли забрать оттуда, то ли они должны были как-то там раствориться в местном населении.

Им надо было для начала посмотреть, что получилось из взрыва. А потом уже что-то…

Сейчас до этого дойдём.

В общем, добраться до собственного завода можно было тремя путями. Путь первый: с одной стороны была отвесная стена скал. Спускаться по ней было сочтено безумием. Вариант номер два: с другой стороны ущелье, по которому течёт снизу ледяная река, через которую длинный мост. Можно, конечно, пойти по мосту, но немцы почему-то понаставили на нём прожекторов и пулемётов. Так что все хождения по нему закончились бы очень быстро.

Они решили спуститься в ущелье, пойти по реке вброд, по холодной, потому что зимой обмелело почему-то. Не знаю почему, обычно мелеет летом.

Оно мелеет и летом, и зимой, потому что зимой не так много осадков. У них там самые наводнения бывают весной, я так понимаю, когда снег сходит.

Когда снег сходит. Там вообще всё смывает. Я, кстати, когда был, уже был после вот этого промежутка времени. Я был весной, в марте, по-моему. И там уже все вот эти горные потоки прошли. И там, знаешь, такие прям русла здоровенные, камни вывороченные, намытые. А внизу такой маленький ручеёк. Красота.

Да-да-да. В общем, это забавно выглядит. Они в феврале всё это делали. Да, они добрались, через реку перешли и пролезли через маленький кабельный тоннель. Тоннель, как вы понимаете, очень узкий, поэтому там пришлось ползти ползком, а взрывчатку прицепить себе на ногу и волочить её за собой.

В общем, до туда они добрались, вылезли в подвал, увидели, что там охранник. Но охранник оказался не немцем, а норвежцем. Так что, когда он очнулся и увидел, что вокруг него какие-то мужики с автоматами, он им сказал: «Вы ничего не видели, и я ничего не видел», — и ушёл оттуда. И очень правильно сделал, потому что англичане заложили взрывчатку, подожгли запал, выползли обратно, видимо, через тоннель и убежали. Услышали такой глухой звук, который, кстати, не очень был похож на взрыв, который они ожидали, но оказалось, что всё нормально прошло.

В общем, норвежцы действительно остались в окрестностях завода, чтобы затаиться и посмотреть, что будет дальше. Британцы встали на лыжи и почесали в сторону шведской границы, и прошли 400 километров в итоге по горам.

Они, в общем, когда дошли, выяснилось, что всё прошло хорошо. Установка высокой концентрации уничтожена. Немцы рвут и мечут. Пытались брать заложников среди местного населения и требовать, чтобы они выдали саботажников. Но всё-таки это были не недочеловеки, а без пяти минут арийцы же, норвежцы. Так что было решено заложников всё-таки отпустить.

Но при этом груз тяжёлой воды, какой там остался, полторы тысячи тонн, они всё-таки повезли в Германию по морю. Поскольку было сочтено, что еле живой завод уже почти ничего не даёт, так что можно это всё заканчивать и везти то, что есть, к себе. Там уже можно попробовать сделать реактор.

Паром, который должен был перевозить этот груз, 20 февраля был инфильтрован тремя агентами британской спецслужбы, которые заложили там мины. Паром вышел на середину озера Тиннсьё, мины сработали, и вода отправилась под обычную воду на глубину 400 метров. Так что с планами по атомным бомбардировкам Лондона, Москвы и Вашингтона Гитлеру пришлось попрощаться. А вскоре и вообще с любыми другими планами, какие у него были в земной жизни.

Но тем не менее, хотя Гитлер совершил самоубийство, Борман, кстати, тоже, как выяснилось, пытался вырваться из Берлина, решил, что ничего не выходит, раскусил ампулу с цианистым калием и помер. Некоторые, кто был схвачен, типа, например, Гиммлера. Его поймали, хотя он пытался прикинуться беженцем по фамилии Хитцингер. Но патруль обратил внимание, что у Хитцингера какие-то подозрительно новые, незамызганные, немятые документы. А люди с новыми документами посреди 1945 года, когда эти документы выдавать-то было некому теоретически, вызывали подозрения. Так что Хитцингер был быстро опознан как Гиммлер. Его пытались допрашивать, но он зажал зубы, и очень быстро стало ясно, что это не из упрямства, а чтобы раскусить ампулу. И помер.

Кстати, раз уже заговорили про ампулы. До сих пор жив этот странный миф, что все современные шпионы тоже все с ампулами и должны самоубиться, если их разоблачили. Объясняем: это редкость. Такое делалось только в одном случае — если никакого завтра не наблюдалось. А если завтра наблюдается у страны, то ясно, что этого шпиона можно будет обменять. Сегодня наш завалился, завтра шпион противника будет схвачен — обменяем. Раскусывать ампулы можно приказать только если ясно, что, если Гитлер победит, уже никого ни с кем обменивать не будут. Потому что генеральный план «Ост», новый мировой порядок и так далее. Так что сейчас никаких ампул по старой шляпе не ищите. Никто ничего подобного не делает. Ну, посидел ты несколько лет — выйдешь. Никуда не денешься.

Так вот, хотя многие немцы из руководства СС и НСДАП были схвачены, повешены, посажены и так далее, многим всё же удалось убежать. Мы уже упоминали, что бежали они, например, в страны Латинской Америки. И не только. Некоторые, кстати, вообще никуда не бежали. Мы одного такого упомянем дальше. Но бежали в основном в Аргентину, где тогда правил генерал Хуан Перон. Он симпатизировал нацистам и всяким прочим фашистам. И очень неохотно они кого-либо выдавали. Они, по-моему, вообще никого не выдавали.

Никого они не выдавали, да, совершенно. Они там всех их принимали, и там была у них целая колония нацистская. В числе прочих туда бежал и Адольф Эйхман.

Чем был знаменит Эйхман? Этот прекрасный, в кавычках, человек занимался тем, что руководил… По-моему, ему было поручено разработать окончательное решение еврейского вопроса и заниматься, так сказать, практической реализацией. Под окончательным решением еврейского вопроса имелось в виду полное уничтожение евреев в Европе.

Да-да. Всех, кого найдём, всех убьём.

Эйхман был такой, знаете, интересный персонаж в том смысле, что он никакой ненависти к евреям, по большому счёту, не испытывал. Это его любовница, по-моему, их страшно ненавидела. А вот сам он как-то к этому относился: ну, поручили. Ему поручили разработать наиболее экономически эффективный способ. Он стал испытывать: что будет, если их всех растворять в серной кислоте? Неудобно, дорого, долго, хвосты остаются. Не годится способ. Может быть, их просто расстреливать и в яму закапывать? Тоже не годится, потому что много места займёт. И патронов тоже. Они хоть и казённые, но всё-таки денег стоят.

Было решено, что логичнее всех их душить массово в газовых камерах, останки сжигать. То из останков, что имеет ценность, считай, золотые зубы, можно утилизировать. Из кожи, например, можно ботинки шить всякие, абажуры делать. В общем, пеплом можно удобрять поля. Вот он и разработал. Само собой, к 45-му году за такие разработки можно было очень здорово пострадать. На виселицу, например, попасть.

Да, Эйхман быстро собрал манатки и убежал. Убежал один, не взяв с собой семью. Его там пытались ловить в засаду на квартире его любовницы.

Это ещё в Германии.

Да, это ещё в Германии. Но он туда не пошёл, вместо этого как-то сумел слинять. Причём, я так понимаю, он ещё лет пять, до 50-го года, где-то по Германии, так сказать, шкерился. И, в общем, его не могли найти. Искали пожарные, милиция.

Милиция, да, объявляли за него награду. Он действительно пять лет сидел где-то в Европе. При этом он, например, стравил свою татуировку с номером эсэсовским, чтобы его было не опознать. А в 50-м году он убежал в Аргентину. Там получил документы на имя Рикардо Клемента и устроился клерком на мерседесовский завод. Где немцев было пруд пруди, потому что он сам весь немецкий. И вот ещё из Германии убежало много таких других.

Немецкий специалист, хороший конторщик.

Да-да-да. Там через три года к нему присоединилась его супруга. Причём он за ней, судя по всему, возвращался под своим уже новым именем в Германию. Она как бы подала на развод в связи с тем, что муж пропал без вести, и вышла за него замуж вторично. Вот это сразу навело «Моссад», к тому времени уже существовавший, на подозрение. Потому что странный какой-то немец приехал из Аргентины в Германию, чтобы жениться на предполагаемой вдове Эйхмана, и уехал с ней в Аргентину. Это какая-то странная благотворительность, честно говоря. Для чего ехать искать жену на другой конец света, если можно в Аргентине такую же найти?

Так что за этим Рикардо Клементом стали следить. Он, разумеется, предполагал такое, так что стал путать следы. Его опять нашли в 59-м году, причём на сей раз, похоже, что его звали Фихман. И дом, в котором он жил, принадлежал какой-то Веронике Катарине Либль де Фихман. При том что она была Фихман, а не Эйхман, имя было ровно такое же, как у эйхмановской жены.

Да-да-да. Ну и объяснить это очень просто, потому что F и E — это практически одна и та же буква. То есть там надо было просто потереть одну палочку снизу, и получится ровно. Вы знаете, мне когда паспорт выдавали, опечатку сделали глупую такую, не разобрали. Я Фихман, я не Эйхман. Никакой. Не знаю никакого Эйхмана.

Израиль уверился, что действительно это он, и у них было несколько вариантов. Вариант первый: направить официальную ноту правительству Аргентины и лично Хуану Перону о том, что вот у вас тут живёт какой-то Эйхман, он нацист, он преступник.

Да, на это реакция была бы ровно одна. Из Аргентины бы пришёл ответ, что да что вы, сам Эйхман, неужто, как это вот мы проглядели? Знаете, мы его тут пытались арестовать, но он, знаете, как прыгнет в окошко, да как побежит, да мы за ним гнались-гнались и не догнали. Скрылся он. Но ничего, мы его найдём. И никакого Эйхмана бы евреям не видать никогда, он бы переехал в какую-нибудь другую страну.

Так что было решено попробовать провести нелегальную операцию силами «Моссада» и лично его руководителя Иссера Хареля. Была создана специальная туристическая компания где-то там, то ли в Париже, то ли ещё где-то в Европе. Эта туристическая компания начала направлять разных туристов в Аргентину, конкретно в Буэнос-Айрес. Причём прибывали они все поодиночке, в разное время.

Да, поодиночке, разумеется. И никак нельзя было понять, что…

С разными предлогами, да. Кто-то ехал, например, как представитель турфирмы. Кто-то просто как турист. Кто-то ещё как-то.

Было решено захватить Эйхмана и вывезти его в Израиль. Вывезти можно было двумя способами. Первый: можно его погрузить на корабль и поплыть по морю. Но, во-первых, это долго, это два месяца. Во-вторых, в плавании на кораблях, знаете, пока корабль плывёт, может много чего случиться. Какой-нибудь неопознанный корабль может что-нибудь перехватить, или ещё что-нибудь случится неприятное. Где-нибудь там немцы из Антарктиды с подводной базы приплывут. Так что было решено повезти его всё-таки на самолёте. На самолёте можно было управиться гораздо быстрее, всего за сутки.

Проблема в том, что между Израилем и Аргентиной тогда ещё не было регулярного авиасообщения. А тут произошёл подарок судьбы. В Буэнос-Айресе как раз праздновали 150-летие независимости страны, и туда было решено отправить израильскую делегацию, чтобы, так сказать, отметить вместе с аргентинским народом этот великий праздник. А она летела на самолёте компании El Al. Вы её, я думаю, все знаете, она в новостях постоянно мелькает, потому что её самолёты то и дело захватывают всякие палестинцы и прочее. В общем, на этом самолёте было решено его вывести. Пришлось, кстати, руководство авиакомпании тоже посвятить в суть дела, но никто не возражал.

За Эйхманом установили наблюдение. Они разработали там целую систему прикрытия. Во-первых, они никогда не ездили на одной и той же машине два дня подряд, чтобы нельзя было это заметить. Для этого они арендовали там целый ряд автомобилей, умышленно разных цветов и моделей, старых, новых, всяких, чтобы меньше бросаться в глаза. Арендовали несколько домов, где поселились под разными предлогами. Несколько заведений общепита тоже наметили, в которых можно проводить встречи, чтобы не вызывать подозрений.

И в один прекрасный день Эйхман приехал домой на автобусе. На улице Гарибальди, где он жил, уже стояли две машины. У одной, похоже, что-то сломалось, потому что водитель копался в движке, другая тоже никак не заводилась и стояла в нескольких метрах спереди от неё. Ещё какой-то мужик сидел и читал газету, и ещё один мужик шёл как ни в чём не бывало по улице. Но стоило Эйхману пройти к своему дому, как все они тут же накинулись на него, схватили его за руки, за ноги, надели ему мешок на голову, сунули в машину и уехали. Связали его, заткнули кляпом, накрыли одеялом и глаза ему закрыли чёрными очками.

И на их счастье никто их не видел. Потому что было уже поздно. Эйхман приехал уже позже, чем его ждали. Они два автобуса пропустили. Перед тем как он приехал, они уже думали, что их раскрыли и надо уносить ноги, пока аргентинские карабинеры, или кто там у них, за ними не пришли.

Поначалу они должны были установить, точно ли это Эйхман, или, может, это кто-нибудь другой. Стали искать его татуировку СС, но он её свёл, как мы уже вам сообщили. Поискали на нём шрамы, тоже ничего не нашли. Стали его допрашивать. Спросили его номер СС — и Эйхман его назвал. А также номер своего партбилета. Так что это был явно Эйхман.

Девять дней они его там держали, пристёгнутым к койке наручниками и в тёмных очках. При этом обязательно кто-то должен был за ним наблюдать всё время.

Да, не спуская с него глаз. Во-первых, чтобы он, видимо, не попытался покончить с собой каким-то образом. Или не убежал. А во-вторых, чтобы его кто-нибудь не прикончил. Потому что, как они сообщают, Эйхман вообще был настолько ненавидимой персоной в Израиле, что в принципе неудивительно. Потому что в Израиле практически у каждого кто-то либо погиб, либо знакомые, либо родственники. Группу умышленно составляли из людей, у которых либо они сами успели посидеть хорошенько, либо кто-то из их родственников сидел или погиб.

Да. Я так понимаю, что у них там даже чуть женщина, которая занималась готовкой, его не отравила.

Не отравила. И Эйхман, кстати, это тоже подозревал и постоянно требовал, чтобы кто-то пробовал еду до него. Но, в общем, как-то, видимо, у него профессиональная деформация личности эсэсовская осталась, поэтому он даже под конец своего пребывания там с ними втянулся в эту тему и стал себя скорее ощущать участником. Давал им всякие ценные советы, типа: на мне тоже должен быть пиджак, потому что если на вас пиджаки…

Да, а то что же это такое — у меня нет пиджака.

Да. В общем, они его приводили в такой вид, чтобы он был похож на пьяного, и подготовили легенду о том, что вот этот человек, пилот израильской авиакомпании, попал в ДТП, теперь немножко выздоровел и может, если за ним присматривает врач, лететь домой.

Получив это заключение и документы, они переклеили там фотографию на эйхмановскую, его нарядили в форму лётчика и, накачав его наркотиками, повезли в аэропорт. Там они сели в аэропортовом кафе за разные столики и координировали свои действия прямо из кафе, чтобы не вызывать подозрения, что какие-то мужики стоят, шепчутся. Под личиной этого самого побившегося в ДТП пилота они погрузили его на самолёт и полетели.

Рассказывают, что якобы уже когда они взлетали, на лётное поле рвались какие-то мужики с военной выправкой. И вроде как это были даже немцы, которые его в это время искали. Но самолёт уже было не остановить, он взлетал.

Что интересно, в Буэнос-Айресе началась настоящая паника среди нацистов, которые там сидели. Они уже не могли спокойно спать. Им всё чудились подкрадывающиеся к ним евреи и отблески адского пламени на их пейсах.

Тот самый доктор Менгеле, который прославился печально в Освенциме своими зверскими экспериментами. Причём если у японцев из отряда Исии, про которых я уже рассказывал, там были какие-то, по крайней мере, научные цели, и что-то они действительно открыли, чем мы до сих пор пользуемся в повседневной жизни, то у Менгеле вообще никаких не было научных оправданий. Он так, от фонаря, какие-то эксперименты проводил. Он бежал, спрятался в Уругвае. Евреи потом говорили, что знали о нём и думали, может, его тоже заодно схватить, чтобы два раза не летать. Но решили, что это слишком усложнит операцию, и без того сложную, и оставили его в покое. Так что ему удалось потом помереть, утонув в воде.

Но успехом завершались операции такого типа не только у антифашистов, но и у фашистов. Давай расскажем про операцию «Дуб».

Да, была такая операция. Я не очень хорошо помню историю развития итальянского государства во время Второй мировой войны, но, я так понимаю, там в определённый момент времени, когда высадились союзники и стали теснить фашистов, в конечном итоге сам Бенито попал на бабки и присел куда-то посидеть.

Да, его действительно объявили виноватым во всём, что это его политика втравила страну в войну. И его было королевским указом решено отстранить от власти и посадить под арест. Держали его где могли: и на корабле, и на островах, и ещё где-то. И в конце концов его загнали в горы, в горный отель, в труднодоступном районе.

Место было выбрано специально так, чтобы туда можно было подняться только по канатной дороге. Мы в Австрии были в горах, мы там неоднократно катались на таких. Подняться по этой канатной дороге незамеченным и с большой толпой народу нельзя, разумеется, поэтому считалось, что там до него никто не доберётся.

Но за дело взялся знаменитый Отто Скорцени, который руководил секретным подразделением диверсантов для СС. И он спланировал дерзкую, но прошедшую практически как по маслу операцию под названием «Дуб». Не знаю, почему так назвали. Может, ему хотелось получить рыцарский крест с дубовыми листьями.

Может, за это, да. Или ещё почему-то.

В общем, было решено действовать через воздушный десант. Опять же на планерах, потому что там такая была маленькая площадка, что рассчитывать, что парашютистов не раскидает и они все сядут на неё, было нельзя. Они взяли 12 грузовых планеров, в каждый посадили частью диверсантов Скорцени, а частью воздушных десантников из армейских частей. Ещё взяли с собой итальянского генерала Солети, который должен был приказать итальянцам не стрелять своей моральной властью.

Всё пошло не очень хорошо сначала, потому что при взлёте был потерян штурманский планер, который должен был следить за местностью и ориентироваться на ней. Он попал, когда взлетал, в воронку от бомбы, от недавней бомбардировки аэродрома, и поломался. Так что Скорцени достал ножик, ножиком прорезал дыры в днище планера и стал сам наблюдать за местностью через них. Такой он был находчивый.

Они совершили не очень мягкую посадку на плато, побежали на этот отель, совершенно застали врасплох итальянцев, которые даже не стали сопротивляться.

Вот так сюрприз. А когда итальянцы в последний раз кому-то сопротивлялись сильно? Мне кажется, они как французы примерно воюют.

Справедливо, да. Они в основном сопротивляются попыткам заставить их соблюдать порядок. Отдать их винище, сыр и всё такое.

В общем, Муссолини решили, что глупо из-за этого Муссолини стреляться, так что они ничего не делали. И даже там налили Скорцени винца.

Муссолини было решено вывозить на маленьком самолёте. Правда, они чуть там не разбились, потому что Скорцени зачем-то настоял, что он тоже полетит. А самолёт-то маленький, двухместный. Так что они там еле-еле оторвались. И помогло только то, что они взлетали с обрыва. И вот, видимо, это им помогло взлететь и не убиться.

Так что Муссолини был доставлен к дорогому другу Гитлеру, обнялся с ним, облобызался и был назначен руководителем марионеточной Итальянской социальной республики. Это северная, промышленно развитая часть Италии была, которая контролировалась ещё вот этими вот…

Да, немцы уже успели её оккупировать, поэтому он там командовал, пока его наконец не поймали партизаны и не повесили его вверх сапогами. Гитлер, кстати, потом страшно боялся, что его тоже повесят вверх сапогами, и поэтому как раз решил застрелиться и отравиться.

А я думал, он решил сапоги не носить.

Нет, без сапогов ему холодно было, потому что всё-таки зима ещё была.

Но на этом мы переходим от континентальной Европы к Америке. У американцев всяких подразделений специального назначения тьма-тьмущая. Чего у них там только нет. И парашютно-десантные дивизии есть армейские, и корпус морской пехоты тоже считается за элиту. Есть и рейнджеры, которые там должны по две недели питаться подножным кормом, как Беар Гриллс. Есть и отряд «Дельта», и кого только нет.

И периодически у американцев появляются всё новые поводы эти отряды попробовать в деле. То, например, они на Гренаду устраивали вторжение, чтобы свергнуть реввоенсовет. И «Дельта» там показала себя прекрасно в ожесточённых боях со свирепыми кубинскими строителями и медсёстрами.

Прекрасно, да.

Но вскоре у них там был ещё замечательный повод. Дело в том, что в Иране, как назло, пришли к власти исламисты во главе с аятоллой Хомейни, свергнув проамериканского шаха и вынудив его бежать в США.

Дальше события развивались, так сказать, с двух сторон. С одной стороны, Хомейни нужно было раскачивать ситуацию дальше, потому что к власти пришёл не совсем он, а какие-то такие более светские персонажи, сформировавшие правительство. Это правительство ему не нравилось, он его хотел спихнуть и учредить свой режим. А с другой стороны, американцы сами дали повод, потому что беглый шах у них получил убежище. Они уведомили Иран о том, что, мол, он проходит курс лечения, старый, больной, как вылечится — может быть, к вам прилетит. Но вылечится он не скоро.

И вот радикальная молодёжь из числа студентов и сторонников Хомейни захватила американское посольство и взяла в заложники изрядное количество американских граждан, которые там находились. Не только тех, кто был в посольстве, но и вообще там разных.

Американцы действовали со своей стороны тоже достаточно жёстко: заморозили все иранские счета в американских банках, несмотря на то, что как раз тогда была дорогая нефть и её не хватало, объявили нефтяное эмбарго, разорвали вообще всякие дипломатические отношения, выгнали всех иранских дипломатов и консулов из США.

Всё это было нужно президенту Картеру, чтобы, так сказать, скрасить положение в стране. Там и экономический был кризис из-за энергетического, и страна тяжело переживала неудачу в Вьетнамской войне. Им надо было срочно кого-нибудь победить. И поэтому Картер дал согласие на проведение операции «Орлиный коготь». Говорят, что поначалу её именовали «Горшок риса», но потом решили, что как-то глупо звучит. И опять же рис вызывает ассоциации с Вьетнамом. Так что переименовали её в «Орлиный коготь». Ну потому что США — там орёл, когти, всё такое. Патриотизм.

План получился невероятно длинный и запутанный. Во-первых, должны были прилететь шесть военно-транспортных самолётов «Геркулес», вроде тех, на которых евреи спасали своих из Энтеббе, от Амина. На трёх должны были ехать бойцы из «Дельты», а в трёх других должен был ехать керосин. Для чего керосин? Для того чтобы заправлять восемь вертолётов морских.

Вертолёты летели с авианосца «Нимиц» и должны были приземлиться на заброшенном аэродроме.

Что это был за аэродром?

Старый британский аэродром ещё времён Второй мировой войны. Американцы про него хорошо знали. И туда ещё до этого заблаговременно высадили цэрэушников. Цэрэушники должны были обследовать этот самый аэродром, установить там всякие световые маячки, чтобы было видно. Это всё ночью должно было производиться, чтобы было незаметно. И они должны были на шести грузовиках «Мерседес» повезти солдат в Тегеран.

В Тегеране они должны были высадиться и с двух сторон напасть на посольство, перестрелять тех, кто охранял заложников, вызвать по радио вертолёты. Вертолёты должны были прилететь на рядом расположенный футбольный стадион. А чтобы иранцы не попытались помешать, туда должны были быть переброшены два ганшипа. Знаешь, что такое ганшип?

Что это?

Такой самолёт так называемой огневой поддержки. Представьте себе: это такой здоровый самолёт, у которого есть бортовое вооружение, как у старинных кораблей. У него должна быть одна гаубица, одна, по-моему, 40-мм пушка и ещё две 20-мм шестиствольные пушки «Вулкан». Он должен летать такими кругами и поливать огнём бегающих по земле противников.

Прекрасный план.

Ауралиен, хороший это план или не очень?

Да, это замечательный план. У него есть самое главное для успеха любой операции — это сложная, многоступенчатая, запутанная структура с кучей разноподчинённых подразделений, в нём участвующих. Такие сложные планы никогда не работают вообще. Я уж не говорю о том, что даже хорошо, что он с самого начала накрылся медным тазом. Потому что, если бы он удался, по крайней мере до этапа подъезда к Тегерану и освобождения заложников, то дальше было бы… я не знаю. Представьте себе, что, допустим, в Москве в 80-м году внезапно на шести ЗИЛах приезжают американцы, начинают освобождать заложников из посольства, а после чего через стадион спорткомплекса «Олимпийский» хотят улететь на вертолётах, а сверху над Москвой летают два ганшипа и поливают огнём. Это, мягко говоря, бредовая идея, потому что далеко бы они никуда не улетели.

Этот план, видимо, был рассчитан на то, что иранцы растеряются и ничего не будут делать.

Тут надо всё-таки понимать, что разница небольшая между Москвой и Ираном существует.

Ну да. Но, понимаешь, опять же, между Тегераном и какой-нибудь Момбасой есть разница. Всё-таки Иран — это достаточно серьёзная страна, и не папуасы же там живут, правильно? И ожидать, что они будут сидеть и глядеть, пока тут над ними летают на вертолётах и самолётах, и ничего не делать при этом, очень-очень наивно, откровенно говоря. Получилась бы бойня. Даже если бы им удалось улететь, то масштаб разрушений и погромов в Тегеране был бы такой, что это был бы повод для самой настоящей войны. И там, я не знаю, для того, чтобы Хомейни свергли какие-нибудь там военные и объявили, что переходят на просоветскую ориентацию. В общем, авантюра абсолютная была. И даже для американцев хорошо, что оно кончилось так бесславно.

Да, чем оно кончилось, Ауралиен?

Ох, кончилось оно печально. Я так понимаю, что из восьми вертолётов, которые должны были туда прибыть, добрались до места только шесть. Один из них, по-моему, вообще упал куда-то в море. Ещё один заблудился в песчаной буре и полетел назад. А понимаете, в чём дело? Это были самолёты… в смысле вертолёты морской авиации. Почему они были вообще взяты? Что-то странная идея — отправить в пустыню морской вертолёт.

Потому что они очень грузоподъёмные были, и они решили, что так будет лучше. Меньше вертолётов, больше грузоподъёмности, и такое.

Да, дальше больше. Дело в том, что экипажи вертолётов были всё те же самые, морские. Всё, что они умели, — это днём летать и тралить в поисках морских мин. Ожидать, что эти же самые люди смогут ночью полететь куда-то к чёрту на рога, в пустыню, которую не видали в глаза никогда, и там успешно на временном аэродроме кого-то эвакуировать, — это было наивно, прямо скажем.

Также они просчитались с оживлённостью шоссе, которое проходило рядом с этим аэродромом. Оно оказалось гораздо более оживлённым, чем они думали.

Да, а аэродром не заброшенным. Там ездили машины. В общем, спецназовцы…

Кончилось всё тем, что спецназовцы блокировали междугородный автобус, который ехал с пассажирами.

40 человек.

Проезжающий мимо бензовоз взорвали.

Да, открыли огонь из гранатомётов и убили одного из человек, которые сидели в кабине.

Да, водитель успел выскочить. Я так понимаю, увидел, что к нему летит ракета, на попутке скрылся. Дальше, при дозаправке одного из вертолётов, он почему-то врезался в самолёт-заправщик, и возник пожар. Погибли люди, которые управляли и самолётом-заправщиком, и вертолётом. И после этого уже, собственно, решено было всё бросить.

При этом там вообще началась паника. Потому что, смотрите, с одной стороны горит бензовоз, с другой стороны два самолёта вдруг что-то загорелись, взорвались. Почему-то американцы решили, что это на них уже нападают иранцы, и начали палить во все стороны, чтобы этих иранцев, видимо, победить. Вертолётчики решили, что хватит с них таких операций, бросили вертолёты и побежали пешком. Вертолёты были брошены вместе с секретными картами вылетов, с шифровальными таблицами, со всяким оборудованием, с деньгами. А командующие офицеры, там два полковника было, ничего не могли поделать с запаниковавшими людьми. Приказали всё бросать, садиться на самолёт и улетать.

При этом они даже не позаботились, раз уж у них было тяжёлое оружие, гранатомёты, расстрелять из них хотя бы брошенные вертолёты, которые успешно достались иранцам.

Да, и долго на них ещё трудились. Так что представьте себе эту картину со стороны иранцев: ни с того ни с сего где-то на заброшенном британском аэродроме вдруг возникают какие-то вертолёты, какие-то самолёты, тормозят какие-то пассажирские автобусы, взрывают бензовозы…

И улетают.

И улетают. Ничего не сделав вообще.

Да, с такими планами даже врагов не надо.

Так я так понимаю, что там операции-то было даже не одна, а целых две с этим посольством связанные. Потому что шесть человек успели убежать.

А, да, мы же забыли сказать про операцию «Арго».

Да-да-да. Шесть человек успели, поняв, что дело пахнет керосином, спрятаться в канадском посольстве, которое штурмовать иранцы не решились. Что сделали американцы? Американцы, чтобы замазать вот эту проблему свою, сняли художественный фильм с Беном Аффлеком, назвав его так вот — «Операция “Арго”», — и раздув там целую шпионскую драму, как геройские цэрэушники поехали в Тегеран и вытащили шесть человек, бросив при этом на полтора года всех остальных сидеть в посольстве.

И, в общем, это сделано, чтобы замазать эту неудачу маленькой-маленькой удачей. А про неудачу лучше не вспоминать. Это типичная для американцев тактика. Они, когда где-то налажают, потом снимают кино про какую-нибудь местного уровня удачу.

Вот как с… как его звать… с Перл-Харбором, например. Действительно, там было такое, что два лётчика сумели добраться до самолётов, потому что они были не там, где все, — они ездили бухать. Они после этого с похмелья пошли купаться. И вот, поскольку купались они рядом с лётным полем, они успели до него добежать, как только началась японская атака, взлететь и на двоих сбить пять самолётов. Вот в кино вокруг этого раздуто целое, не знаю, уничтожение «Звезды смерти».

Да-да-да. Ты знаешь, у меня есть смутное подозрение, что в кино они не пять самолётов сбивают, а гораздо больше.

Да, там на вид они сбивают чуть ли не весь императорский воздушный флот. Вот это такая у них тактика.

Потом, значит, в Могадишо. Кратко расскажем, потому что ничего интересного на самом деле в этой операции нет, но, опять же, как они здорово всё это подают. Дело в том, что Могадишо — это столица какой страны?

Сомали.

Сомали — это вообще не страна давно уже. Там когда-то давно правил злой диктатор Мохаммед Сиад Барре, которого поначалу поддерживал СССР. Но потом Мохаммед Сиад от большого ума стал воевать с Эфиопией, которую тоже поддерживал СССР. И СССР решил, что поддерживать сразу и тех, и тех глупо, и надо поддерживать кого-то из них, кто лучше. Лучше была Эфиопия, так что Мохаммед Сиад Барре получил по сусалам. От этого он подвинулся башкой и стал совсем уже неадекватным. Против него начались вооружённые восстания, кончилось тем, что его свергли. И в стране было решено учредить временного президента.

Но все остальные группировки сказали: это что ещё вы назначаете президентов, никого не спросив? Назначили ещё какого-то, вернее, сам себя назначил генерал Айдид, что он теперь будет главным. И началась бесконечная заворушка.

Как и везде в Африке, все эти названия типа «фронт чего-то там освобождения», какой-то «сомалийский национальный альянс» — эти названия ничего не значат. Значат они ровно одно: что все они образованы конкретными кланами. Кланами причём не как это у нас, экономическими группировками, а кланами именно родственными. Они друг с другом постоянно стреляются и бьются за ресурсы. Страна как таковая людей с клановым сознанием не интересует, поэтому они и не пытаются воссоздавать её, а пытаются только разворовывать гуманитарную помощь, которую присылает ООН.

К несчастью, это практически повсеместно в Африке происходит, кроме крайнего севера и крайнего юга. А так это вообще повсеместно. Сейчас это ещё более или менее хоть в какие-то цивилизованные рамки начинает влезать. Потому что то, что там творилось в 60-е, 70-е, 80-е годы, это вообще страшно представить себе.

Ну так что же в Могадишо происходило?

Было решено, чтобы прекратить это, захватить Мохаммеда Айдида. Потому что он ссорился постоянно с ооновскими миротворцами, устраивал на них всякие нападения. Миротворцы, правда, тогда тоже здорово отметились: продавали оружие там и много чего делали тоже.

В общем, американцы решили туда отправить рейнджеров и дельтовцев, чтобы захватить этого Айдида. Но они очень плохо спланировали все свои мероприятия. Потому что поначалу они, например, захватили кого-то, а оказалось, что это ооновцы. Просто негры. Они решили, что раз негры, то надо хватать. Негры с автоматами — берём их. Это, значит, всё у нас.

В общем, они попытались окружить что-то типа района, где сидели эти самые айдидовцы. Но очень быстро началась неразбериха, собралась толпа, из этой толпы полетели сперва камни, потом оттуда стали стрелять, потом уже подъехали на джипах сами, так сказать, представители вооружённых сил этого Айдида. Пытались американцы забрать своих на вертолётах, но вертолёт был подбит из гранатомёта, надо было его как-то спасать. Автоколонна, которая пыталась туда прорваться, тоже была блокирована. Потому что ехала очень неосторожно. Так как она ехала, ездить нельзя. Потому что поражение из гранатомёта или наездом на мину головной машины, после чего точно так же поражается хвостовая и немедленно блокирует всех, — и все там становятся покойниками. Ехать надо шахматным порядком. Тогда есть какие-то шансы.

Кстати говоря, «Падение чёрного ястреба» не про это ли снято?

Да именно про это и снято. «Падение…» тоже там изображает какие-то немыслимые геройские подвиги и превозмогание всяческого.

Да, после этого сделали ещё одну из игр линейки Delta Force, по-моему, про Могадишо, где как раз американцы всех побеждают. Прекрасно.

Так что, в общем, очередной неудачный пример операции вышел.

Слушай, я не смотрел, оказывается, там два вертолёта-то сбили.

Даже два вертолёта, да. Второй, видимо, забыл. Второй тоже сбили.

После этого у американцев надолго пропало желание заниматься спецоперациями. И вот пока Буш-младший не пришёл и не начал со всеми воевать на свете, по сути, вернуть американцев к реальному интервенционизму смогло только известное событие 11 сентября 2001 года. А так они все 90-е, в общем, старались действовать ограниченно и сваливать всё на своих европейских союзников, в частности Югославию.

Ну и чтобы завершить наш сегодняшний выпуск, мы расскажем ещё про операцию «Шторм-333».

Что это за «Шторм-333»?

Это штурм дворца Амина, также широко известный в узких кругах. Я плоховато знаю всю эту историю. Началось всё с чего? С того, что жил да был в Афганистане Хафизулла Амин. Хафизулла Амин поначалу был вроде как ориентированным на СССР членом Народно-демократической партии Афганистана, пришедшим к власти после свержения сперва шаха, а потом какого-то там военного режима. Но он стал что-то слишком из-за своих амбиций выходить из-под контроля, принялся расправляться с другими высокопоставленными членами НДПА, в частности с господином Тараки, который ездил в Москву и вообще считался нашим человеком в Афганистане.

Потом появились всякие сигналы про то, что Амин начинает с ЦРУ там какие-то вести переговоры непонятно о чём. Из-за его непродуманных действий против военного руководства Народно-демократической республики Афганистан начались повальные военные мятежи в армии, дезертирство, моральный дух упал. А так как в стране и без того, благодаря действиям ЦРУ, завелись Усама бен Ладен и его другие бородатые друзья, дело клонилось к тому, что страна просто рухнет. Амин доиграется до её полной дезинтеграции, мы получим очаг нестабильности.

В общем, было решено, что Амин неадекватен и надо от него избавляться. Поскольку просто так предложить ему сложить полномочия и уехать на дачу было нельзя, была разработана вот эта самая операция «Шторм-333», в которой участвовали как спецназовцы ГРУ, так и кэгэбэшные спецназовцы. Кроме того, был привлечён к делу так называемый мусбат — мусульманский батальон. Там были сформированы специальные батальоны из уроженцев среднеазиатских республик, которых использовали по-разному. В частности, их переодевали в типичную душманскую одежду, и они всякие засады организовывали.

Единственной неприятностью было то, что в основном душманы были пуштунами. А наши, как известно, таджики и узбеки. В Афганистане таджиков и узбеков пуштуны ненавидят по разным причинам. По тем же самым, по которым в Африке все ненавидят, — потому что я твой дом труба шатал, а я твою сестру в кино водил. Этого достаточно, чтобы страшно ненавидеть соседа.

В общем, Амин вечером 27 декабря сел кушать и почувствовал себя плохо. Плохо он себя почувствовал не потому, что еда попалась недоброкачественная, а потому что главный повар дворца был агентом КГБ. И там были другие агенты, которые какой-то, видимо, наркотик туда подмешали. Во дворце началась неразбериха, вызвали для Амина потерявшего сознание врачей. Причём советских врачей. Вообще Амин как-то неадекватно оценивал настроение советского руководства к себе.

Дальше президентский дворец и вообще Кабул остались без связи. Потому что автомашина с советскими номерами, в которой сидели диверсанты, ехала по улице и встала над люком, под которым был как раз центральный распределительный узел связи, где кабели сходились. Она вот этим люком взяла и сломалась. Пока там разбирали, почему она сломалась и как её свести, оказалось, что в люк опущена мина. И через пять минут узел взорвался. Так что связь во дворце закончилась вообще.

Штурм начался сразу после этого. Дворец обстреляли из зенитных самоходных установок «Шилка». Знаешь, как «Шилка» выглядит?

«Шилка»? Ну да, представляю себе. Четыре ствола скорострельных стреляют.

Дворец обстреляли, чтобы, видимо, его подавить. По батальонам охраны открыли подавляющий огонь из гранатомётов типа «Пламя», чтобы они не могли выбежать из казармы и помешать. Тем временем кэгэбэшный спецназ ворвался во дворец на БТРах. Один, правда, удалось подбить охране президента. Бдительные оказались ребята.

Да-да-да.

Амин в это время уже пришёл в себя благодаря действиям, видимо, советских врачей и, видимо, решив, что против него восстали какие-то мятежники в его армии, требовал связаться с советскими представителями, что они помогут. А ему сказали, что не помогут, потому что это они и есть. А он впал, так сказать, в припадок и орал: «Этого не может быть, врёте!»

Одновременно захватили все ключевые посты в Кабуле: и Генеральный штаб, и Министерство внутренних дел, телеграф, телефон, здание МВД.

Да-да-да, Министерство внутренних дел как раз.

В эту же ночь из Баграма прилетел новый просоветский президент Бабрак Кармаль. По радио он выступил и сказал, что в результате поднявшейся волны всенародного праведного гнева банда Амина была суровым народным судом приговорена к расстрелу и казнена. Советский Союз оказал необходимую помощь трудовому народу. И всем спасибо, все свободны.

Операция прошла очень гладко. Потеряли там, по-моему, человек 15 всего. Правда, командир операции тоже был убит, много было раненых, но в целом всё прошло быстро. Амин устранён, его дети тоже.

Я так понимаю, что в результате того, что афганцы его защищали всё-таки более или менее нормально, их там перебили немалое количество — 200 человек.

Две сотни действительно погибли. Так что в стране сменилось руководство на лояльное. Но, правда, дальше всё равно пошло по нарастающей, потому что справиться с душманами в итоге мы так и не сумели. Но операция хороша. Сама по себе удалась успешно.

Ну, на этом, пожалуй, всё. Мы рады бы рассказать о чём-нибудь более современном, но это, к сожалению, ещё не рассекречено.

Да, будем закругляться. Я напоминаю, что вы слушали 154-й выпуск подкаста «Хобби Токс», а с вами были его постоянные ведущие Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Всего хорошего, друзья. Пока.