В этом выпуске мы продолжаем начатый в прошлом выпуске рассказ о культурных достижениях арабов, их науке, кухне, обычаях, традициях.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели. В эфире 142-й выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами его постоянный ведущий Домнин.

И Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Итак, в этом выпуске мы продолжим тему, начатую в прошлом.

И о чем вы, Домнин, говорили в прошлом выпуске?

Мы говорили об арабском Востоке, о том, как темна арабская ночь, как в пустынях стояли города с минаретами и всяком таком. Сегодня мы эту тему продолжаем, развиваем и углубляем.

Прежде всего мне бы хотелось исправить маленькое упущение, которое было, наверное, допущено в прошлый раз. Я тогда был в жару и лихорадке. После выпуска отлеживался в мокрых полотенцах, потому что меня это совершенно обессилило, и забыл вам рассказать, с чего, собственно, всё началось для сарацинского Востока.

В предшествующую, доисламскую эпоху территории будущего халифата были подчинены кто кому? Частью это был зороастрийский тогда ещё Иран, Сасанидский, последняя персидская династия до исламской эпохи. Частью это была Восточная Римская империя. Ей, например, подчинялась Сирия, Египет, в лучшие времена там даже Северная Африка, та, где сейчас Тунис, где была до недавних времён Ливия. В Испании тогда командовали вестготы. Ну а там, где сейчас Марокко, или, как это расширительно называют, Магриб, Западная Северная Африка, там существовали разные берберские государства.

А кто такие берберы вообще? Что за государства эти?

Они сидели себе в своей Аравии и занимались кто чем. Кто-то кочевал в пустыне, кто-то жил в городах. Городов у них тогда уже было несколько. Та же самая Мекка, например. Но города служили в основном центрами чего? Во-первых, это площадки для обмена ресурсами. А во-вторых, это религиозные центры. В той же Мекке, например, стояло много разных храмов.

Как ты думаешь, какие религии исповедовали тогдашние арабы до Мухаммада?

А какие религии, думаешь?

Какие есть, такие и исповедовали. Во-первых, там уже давным-давно был иудаизм.

Ого.

Как это ни странно, но очень многие арабские племена исповедовали иудаизм. Потому что, я уже объяснял, это очень близкородственные народы, очень близкие языки. Очень заметно, например, по именам. Вот, к примеру, знаменитый халиф Гарун ар-Рашид, с которого списан мудрый халиф практически во всех арабских сказках «Тысячи и одной ночи». Имя Гарун, как вы думаете, какой имеет аналог в еврейском?

Шарон какой-нибудь?

Аарон.

Аарон?

Да. Так что ар-Рашид — это Аарон, и так далее. Там очень много разных имён. Совершенно очевидно, что Давид — это Дауд, Соломон — это Сулейман и так далее и тому подобное. Если бы не появление множества арабских религиозных имён, они бы так и пользовались старыми семитохамитскими именами.

То есть, Домнин, давай для понимания: все эти люди, которые арабы, — это вообще народ или это группа родственных народов? Или это что-то другое?

Во-первых, надо понимать, что есть разница между арабами этническими и арабоязычными людьми.

Так.

Потому что, скажем, живущие в Северной Африке берберы — они не арабы. Берберы есть берберы. Вот на того же самого покойного Каддафи посмотрите. У него совершенно очевидно несколько не такая физиономия, как у живущих на Аравийском полуострове персонажей. Посмотрите на среднего марокканца, допустим, на тунисца какого-нибудь — тоже увидите, что они несколько не так выглядят. То есть это просто люди арабоязычные. Этнические арабы — это вот из района Аравийского полуострова.

Что интересно, сами арабы почему-то его называют словом «остров» — аль-Джазира. Джазира — это просто остров, а не полуостров. Почему-то у них вот так принято, не знаю почему. Хотя, если, допустим, Крым можно технически считать за остров — там перешеек-то крохотный, и тот по политическим причинам сейчас перерезан. Или, допустим, какой-нибудь Иберийский полуостров тоже имеет довольно узкий перешеек в районе Пиренеев. Но вот Аравия, она же довольно плотно соединена с материком. Почему они называют её островом — непонятно.

Плюс ко всему есть ещё и такая ценность культуры, как Левант, где тоже этническое влияние разных там сирийцев, ассирийцев и не только очень серьёзно заметно.

То есть получается, что вот эти самые этнические арабы поначалу исповедовали вообще иудаизм?

Не только. У них было своё язычество. Они поклонялись там разным духам, которые потом все переквалифицировались, разумеется, в джиннов, шайтанов и бог знает кого ещё. Много было христиан — тоже занесло поветрие из Византийской империи ещё с тех пор, как Единый Рим контролировал Сирию. А были и зороастрийцы.

При этом, кстати, зороастрийцы довольно долго оставались там. И даже до сих пор зороастрийцев вывести не удалось. Они до сих пор живут в некоторых районах Ирана, хотя им там стараются усложнить жизнь. И живут в Индии, в пограничной зоне тоже. Очень колоритные у них некоторые обычаи.

И, кроме того, совершенно очевидно, что на современную арабскую культуру зороастрийцы повлияли здорово, поскольку многое было заимствовано у персов, а персидская культура была как раз зороастрийской. Вот, например, было такое восстание Баба.

Баба?

Баб, да. Баб — это значит дверь или врата. То есть в Персии появился какой-то персонаж, который заявил, что он аль-Баб, то есть врата для прихода Махди. Махди — это Машиах, мессия. То есть среди арабов тоже распространён миф о приходе мессии. Вот этот самый Махди должен был прийти, а этот аль-Баб был его предтечей. Через некоторое время персонажу надоело орать: «Я врата, я ключ», и он заявил, что он уже не Баб, а он, собственно, Махди и есть. Переквалифицировался в Махди.

Так вот, в его этой секте большое значение придавалось пылающим в разных местах кострам. Зороастрийцы — огнепоклонники. Они считают, что огонь — это благая стихия. Вот это такое проявление.

Ты знаешь, например, как зороастрийцы хоронят своих мёртвых?

Сжигают?

Нет, потому что сжигать нельзя. Огонь — это чистая стихия, нельзя осквернять нечистой плотью. Хоронить тоже нельзя. Земля — это тоже чистая стихия, нельзя осквернять.

Мумифицируют?

Нет. В реку кинуть тоже нельзя, потому что вода — это чистая стихия.

Короче, обходя такое неудобство, они уносили тела в каменистые всякие горы и оставляли там, чтобы их объели птицы. А потом остаются чистые кости — вот их уже можно закопать.

Прекрасная религия.

Чтобы как-то это модернизировать, они стали строить специальные погребальные башни, где на открытой крыше размещались тела. Прилетали птицы, их объедали, а потом они через три дня где-то забирали кости. До сих пор в Индии так делают. В Иране с этой традицией пришлось попрощаться, потому что в стране всё-таки теократия исламская, и от таких ярких проявлений религиозной самобытности не приветствуются. Поэтому для них было придумано компромиссное разрешение: они их закатывают в бетон, чтобы они таким образом никого не могли осквернять.

Короче говоря, религиозное многообразие было большое. Та же самая Мекка была домом для множества храмов и для кучи всяких идолов. Там было капище в центре, и там в том числе стояла Кааба, то есть квадратный куб с метеоритом.

Потом среди арабов выделилась своя национальная религия. С одной стороны, теперь считается для них своей, самобытной, но тогда она скорее проповедовала такую глобальную религию, некий глобальный порядок, всеобщее равенство перед законом и так далее. Проповедь Мухаммада была такой остро-социальной, потому что, понимаете, вот, например, он проповедовал, что налог на граждан может быть только один. Это так называемый закят. Это чисто социальный налог, который тратится на поддержку малоимущих слоёв общества. Он проповедовал, что надо запретить ростовщичество. А тогда очень многие в городах позадолжали кланам ростовщиков, купцов, которые давали деньги в рост. Процент был, разумеется, очень большой: 10%, 20%. Это очень много. Поэтому проповедь нашла свою аудиторию.

У Мухаммада сложилась небольшая армия, с которой он пошёл на Мекку. Там его пытались убить, поэтому он решил сбежать в Медину. Медина тогда называлась Ясриб, а потом её переименовали. Словом, слово «медина» обозначает город. Поэтому её полное название — «город чего-то», я сейчас не вспомню, чего именно, но принято её называть просто Мединой. Хотя это звучит по-арабски несколько странно.

Так что Мухаммад установил свои порядки, выкинул все идолы из Каабы, камень оставил и даже оставил на ней отпечаток своей ладони, если правду говорят. Потому что я там не бывал и не видал, туда никого, кроме мусульман, не пускают. Так что это мне лично неизвестно, я только читал про это.

Ну а потом начался процесс объединительных войн на полуострове. Постепенно он весь оказался под властью мусульман. Дальше они двинулись на византийские и персидские земли. Разгромили Сасанидский Иран и присоединили его к территории халифата. Дальше отобрали у византийцев Сирию, Египет, прокатились катком по Северной Африке, подчинив там местные берберские племена и обратив их в свою веру, добрались до Северной Африки, переправились через Гибралтар.

Знаешь, почему Гибралтар так называется?

Почему?

Это искажение от арабского Джабаль ат-Тарик. Джабаль — это гора, вообще любая. А Тарик звали мужика этого, полководца арабского, который руководил походом. Хотя вообще само слово «Тарик» обозначает некий путь, поход, философское искание некое, философскую школу в некотором роде. Например, чтобы сказать, что кто-то в пути, скоро будет, говорят: «Гоа фи-т-тарик». То же самое говорят, например, о детях, которые ещё в утробе, но скоро родятся. Допустим, говоря, что там дочь скоро родится, так и говорят: «Она в пути».

Он переправился через пролив и в короткое время разгромил вестготские государства, в чём ему, кстати, помогли местные евреи, которые были угнетены. Поэтому евреи на территории Аль-Андалус, так называлась мусульманская Испания, играли очень важную, привилегированную роль.

То есть они были не гражданами второго сорта, как у католиков?

Да, они были действительно такими ценными помощниками. Потому что, понимаете, вот эти бедуины поначалу были очень малокультурными людьми. Никакой цивилизации они не знали толком. И когда они приехали в Персию, в Ливан, в Каир, в Испанию, на бывшие римские территории, они были немало поражены тем, какие там высоты цивилизации были достигнуты.

Достижения народного хозяйства.

Да. Но они стали довольно быстро учиться, привлекать из числа покорённых образованных специалистов. Сами оценили то, что всякие там трактаты и книги — это вещь полезная. И халифат в первое время довольно здорово развивал технический прогресс у себя.

То есть вот тот период, это где-то VII, VIII, IX века, потому что дальше, с X-го, начинается распад, — это такая пора прогресса, развития. Чего только не развивалось. Алхимия, например. Почему называется алхимия? Это артикль «аль», арабский именно. И сама наука пришла…

Да, это поначалу была во многом мистика. Они занимались кто чем. Например, Гебер, который считается в Европе основателем, — его звали Абу Муса Джабир ибн Хайян. Он был одним из первых алхимиков. Что характерно, он был перс, а не араб. Он был тем, кто разработал практически весь базовый набор современных химических и тогдашних алхимических действий: перегонку, возгонку, создание разного вида растворов, насыщенных, пересыщенных или как они там называются, я уже не очень хорошо помню химию, кристаллизацию, то есть выпаривание раствора с получением кристаллов соли или чего у него там было растворено. Он занимался, например, проблемой зарождения жизни, создавал каких-то гомункулов. Даже до этого доходил. Писал книги.

Алхимики тогда же изобрели такую ценную вещь, как спирт. Их слово. Само слово «алкоголь», опять же, арабское — аль-кухль. Спирт производили для разных целей. Во-первых, для того, чтобы делать из него всякие алхимические препараты. Во-вторых, какой-то умник нашёл способ делать духи на его основе. Потому что до этого все попытки приятно пахнуть заключались в натирании благовониями. В чём минус? В том, что поначалу ты будешь вонять так, как будто ты ночевал в церкви рядом с курительницей, а потом это всё быстро выветрится. А вот если смешать благовоние со спиртовым раствором и им себя намазать, то тогда спирт будет постепенно испаряться, и пахнуть ты будешь долго и умеренно. Чего, собственно, и старались добиться. Я думаю, всем понятно, что в жарких странах вопрос дезодорантов — это очень важная вещь.

Ну и да, разумеется, для питья. Несмотря на религиозный запрет, запретить можно много чего, но ожидать, что куча стран, на которые к тому времени развалился халифат, будет вся поголовно придерживаться трезвости, довольно наивно. Просто потому, что алкогольные напитки были и до этого. В Египте и в Сирии с Ливаном, например, всяким пивом очень долго упарывались. Египтяне вообще были известны как…

Пивососы.

Да. Большие любители пива. Всякие историки, Геродот и прочие, про них писали.

Кстати говоря, про историков всяких, Геродота и прочих других людей с греческими именами. Многие произведения греческие, например Евклида, Архимеда, Птолемея, известны благодаря арабам.

Да, потому что они как раз берегли, переписали, перевели на свой язык, распространяли в школах. Кстати говоря, школы тоже были практически как настоящие. Можно, например, почитать про детство того же Авиценны, Хусейна ибн Сины, знаменитого врача. Он тоже ходил в школу, там с ними занимался преподаватель. Поначалу они занимались тем, что штудировали Коран и рассказывали его наизусть. И через некоторое время этот Хусейн приходит и говорит: «А я выучил всю суру наизусть». Сура — это как глава. Он говорит: «А ну-ка прочти». Рассказал одну суру, другую суру, третью суру. В общем, из школы его тут же выгнали и сказали, что он, походу, всё уже изучил. Пусть идёт в какое-нибудь другое место. И поэтому ибн Сина пошёл изучать алхимию, медицину, философию и доучился до знаменитого врача. Его трактаты попадали в Европу и там производили просто страшнейший фурор.

А гигиена была вообще очень важна, потому что сам Мухаммад был с этой точки зрения исключительно щепетильным человеком. Он считал, что себя необходимо поддерживать в сугубой чистоте. Но, опять же, для жаркого климата это естественно. Человек нечистоплотный там очень быстро будет выглядеть как чухан, а потом просто заболеет и помрёт от чего-нибудь. Поэтому на индустрию гигиены тоже обращали большое внимание. И ещё в 600-х годах наладили производство практически современного мыла. Современного в смысле многообразия форм. Это были и вот эти куски квадратные, какие мы любим, со всякими добавками. Например, с розовым маслом, или с оливковым маслом, или с кунжутом, или там ещё с чем-нибудь, с добавлением жмыха от фиников. Было и жидкое мыло, которое во всяких заведениях сейчас есть. Это тоже арабское изобретение.

Ну и, разумеется, поскольку бритьё и стрижка считались очень важными, например волосы предписывалось носить где-то чуть ниже ушей, то есть надо было их периодически подстригать. Бороду нужно было тоже поддерживать в определённой форме. При этом подмышки нужно было брить обязательно.

О, дикость, да?

Да, страшное дело по тогдашним временам. Поэтому были и всякие виды мыла для бритья, которые помазком наносятся, и потом всё это забривается. Поскольку и бороды, и усы — это такая вещь. Кто носил длинную бороду, тот знает, что она очень быстро пачкается.

Да, начинает вонять, и за ней должен быть собственный уход.

Вообще да, за бородой нужно ухаживать особенно, потому что, если этого не делать, она будет действительно пачкаться, кожа начнёт страдать под ней, раздражаться. И это дело такое, достаточно серьёзное.

Поэтому в арабских странах довольно быстро наладили производство всяких шампуней, масел, которыми бороду надо промазывать, всяких средств, чтобы в ней не заводились насекомые, и так далее.

В ту же сторону развивалась кулинария. Поскольку территория халифата была большой и разных кулинарных традиций на ней скопилось множество. Например, тот же Мухаммад очень любил тарид. Это такое блюдо. Представьте себе нечто типа лаваша, только толстого, на котором кладутся куски отварного мяса. Сам хлеб при этом пропитывается бульоном с отварными овощами, например с морковью и ещё разным. В современных условиях ещё часто кладут картошку, варёную в мундире. Вот с этого хлеба надо мясо есть, и с тех мест, где ты уже всё съел, хлеб тоже отламывается, и его тоже съедают, пропитанным бульоном. Блюдо, как видите, очень сытное, как раз для долгих переходов.

Потом много разных блюд, которые жарятся на вертелах. Причём на вертелах разных. Вообще, Ауралиен, с чего жарить на вертеле? Почему бы не жарить, например, на масле? С маслом на Ближнем Востоке всегда был порядок.

С чего?

Проблема следующая. Чтобы что-то пожарить на противне или сковороде с маслом, нужно много топлива. Должен быть достаточно сильный огонь. Чтобы пожарить мясо на вертеле, огонь можно сделать от хвороста и кизяка. То есть настоящих дров не надо.

В условиях пустыни…

Да, это вполне понятное желание. Тем более что сковорода сама по себе тоже требует нагревания. Это прогревание до температуры, на которой на ней что-то будет жариться.

Вообще да, логично.

Так что из экономии. Поэтому все кочевники имеют так или иначе блюда, жарящиеся на вертеле. Все эти шаурмы — они оттуда. Кстати, слово «шаурма», да, оно тоже ближневосточное, арабское и еврейское. Современные израильтяне говорят «шварма».

Шварма?

Да.

Термин «кебаб» скорее ближе к тюркскому, но он пришёл позднее. Дело в том, что арабский халифат, продержавшись где-то до VIII–IX века, стал рассыпаться. Прежде всего потому, что в нём сменилась династия. Поначалу правящей династией были Омейяды. Но они из-за экономических причин были свергнуты. Дело в том, что из-за того, что налогами облагались в основном не мусульмане, я уже сказал, что с мусульман берут только, должны брать только, социальный налог, закят, в ислам массово перешли жители Леванта, Египта, Сирии, Персии. И налогов стало мало. Поэтому подняли разные косвенные налоги, в том числе с торговли. Началось недовольство, начался бунт персидских землевладельцев. И под эту дудку Омейядов всех перебили, кроме одного, который убежал в Испанию и там основал новый халифат Омейядов, Кордовский.

А в ближневосточном регионе на их место сели Аббасиды, потомки дяди Мухаммада Аббаса, так называемый дом Аббаса. Поначалу столицей халифата был город Димашк, Дамаск, столица современной Сирии. Например, в Дамаске и сейчас, сейчас там стало побезопаснее, благодаря помощи ВКС РФ бандиты разбегаются, можно съездить в Дамаск и посетить большую мечеть Омейядов.

Она не разрушена?

Нет, она в совершенно полном порядке. Очень впечатляющее здание. В него пускают всех, кроме как по пятницам, потому что по пятницам идёт служба. А так можно ходить всем, кому угодно. Мечеть славна сразу целым множеством особенностей и реликвий, которые там есть. Во-первых, там есть сокровищница. А в сокровищнице лежит ни много ни мало как голова Иоанна Крестителя. Её якобы нашли, когда строили мечеть на месте церкви. Там раньше была византийская церковь Иоанна Крестителя. Её выкупили во времена Омейядов, снесли, построили новое здание. И вот, когда закладывали фундамент, нашли и голову.

Это достаточно нередкое явление для христиан, когда мощи святых, и не только, закладываются в основание, куда-нибудь в фундамент, под дверями. По-моему, в дверных проёмах любили почему-то этих товарищей.

Под порогами, да.

Под порогами, да, располагать. Так что ничего удивительного в этом нет.

Да, голова, голова, нашли голову, молодцы.

Ещё есть интересное, я даже не знаю, как это считать: поверье, не поверье, легенда, не легенда. Юго-восточный минарет мечети — это минарет Исы, то есть Иисуса Христа. И считается, что именно в том углу, когда будет конец света, будет второе пришествие Христа. И из-за этого там каждый день местный имам ходит и кладёт новый ковёр из химчистки.

Чтобы не гоже на старом ковре.

Да. Чтобы, если вдруг сегодня будет конец света, то чтобы было не стыдно.

Ну да, логично. Перед Христом.

Внутри, конечно, потрясающее зрелище. Много народу: кто сидит читает, кто сидит беседует, дети на животах по мраморному полу катаются. В общем, это такое место сбора публики.

Да.

Никакого строгого порядка там нет, никакие бабки не шипят, как в некоторых храмах бывает. Так что очень интересное место. Если будете в Дамаске, обязательно побывайте.

Так вот, из Дамаска, который был средоточием омейядских лоялистов, Аббасиды решили переехать в какое-нибудь другое место. Как вариант, можно было отправиться в Басру. Это современный Ирак, приморский город, важный порт в ту эпоху. Синдбад там регулярно в легендах тусовался, покупал корабли для того, чтобы отправиться в новое путешествие. Но и Басра тоже не устраивала Аббасидов. Они решили взять и построить новый город в Междуречье, на орошаемой земле, на берегу реки Тигр. И так они построили Багдад. Поначалу город стоял на одном берегу, потом он как-то перешагнул на другой. Там был дворец халифов, рядом казармы их гвардии. В гвардию нанимали гулямов. Ну как нанимали — покупали. Гулямы — это рабы. То есть гвардия была из рабов.

Что интересно…

Как-то никакого противоречия здесь нет?

Противоречие началось позднее, когда уже где-то с IX–X веков эта тюркская гвардия стала бунтовать и свергать халифов. Ну как свергать? Свергать старого, сажать нового и требовать с него всяких подарков. Вот эта проблема оставалась таковой чуть ли не до XIX века, просто потому, что у османских халифов, которые потом заняли позицию главы суннитского мира, у них была такая же головная боль под названием янычары. Иначе это поначалу было нечто вроде наших стрельцов, такая полурегулярная армия, которая где-то до XVIII века была очень эффективной. Потом она, во-первых, стала малоэффективной как армия, а во-вторых, стала очень много хотеть: требовать себе всяких привилегий и послаблений, бунтовать, свергать султанов, сажать новых султанов и так, пока их не разогнали. Так что это для исламских правителей всегда была такая неприятность — вся эта гвардия сомнительной лояльности.

Таким образом, где-то уже к XII веку багдадские халифы были скорее, знаешь, как кто? Как папа римский. То есть да, они имели серьёзный духовный авторитет, с ними нельзя было просто так не считаться. Например, незадолго до гибели своего государства под ударом монголов Хорезмшах Мухаммад ходил войной на Багдад, чтобы заставить халифа признать его право на гегемонию в персидском регионе. Поход закончился неудачно, но дальше уже всем стало не до этого, потому что пришли монголы и Багдад тоже снесли до основания. А тогда он был скорее таким папой римским. Реально всем правили персидские, как тот же самый Хорезмшах Мухаммад, и тюркские правители, как глава Румского султаната сельджукского, из которого потом вылупится Османская империя. Багдад был в основном на положении такой чисто религиозной столицы.

По истории мы идём. Давай немножко про географию поговорим. Я так понимаю, что товарищи арабы были славны ещё и своими географическими открытиями и путешествиями. Потому что они бывали и в Индии, и в Индонезию даже попадали, и в Китай, и в Россию заглядывали.

Верно, было такое. Дело в том, что арабы действительно были славны как купцы, и вообще на них лежал почётный цивилизационный долг трансфера разных технических достижений. Многие изобретения Востока, типа зеркал, многие медицинские открытия — это открытия китайские или индийские. Многие открытия в области металлургии — тоже индийские. И арабский Ближний Восток выполнял роль перевалочного звена.

Достаточно посмотреть, например, на образ Синдбада-морехода. Прежде всего, совершенно очевидно, что на легенды о нём сильно повлияло эллинистическое наследие, то есть наследие времён эпохи Александра Македонского, а именно произведение Гомера про Одиссею. Потому что Синдбад многие приключения пережил абсолютно такие же, как Одиссей. Например, как-то раз он плыл на корабле вместе с капитаном Бузургом и попал на некий остров, где они спрятались в пещере. В пещеру приходит великан, который пригнал своих овец, завалил камнем вход, посмотрел, кто из членов экспедиции пожирнее, а именно капитан Бузург, зажарил его и съел. Пока он лежал, Синдбад решил, что надо что-то делать, взял два шампура, на которых из капитана сделали шашлык-башлык, и вместе со своими товарищами этими двумя шампурами выколол великану глаза. Вы поняли, это та же самая история, что и с циклопом Полифемом, которому Одиссей тоже выбил глаз и убежал. Преемственность заметна, скажем прямо.

Более того, вот это странное имя Синдбад вообще-то не очень характерно, по крайней мере для арабов точно. Оно звучит не по-арабски.

Не по-арабски.

А я вам объясню почему. Дело в том, что прообразом Синдбада был несколько неожиданный персонаж, а именно китайский адмирал Чжэн Хэ.

Да ладно?

Да. Было буддийское прозвище «три драгоценности» — Саньбао. И вот он, да, производил плавания в дальние моря, доплывал и до Индии, и до арабов, и произвёл очень большое впечатление на современников. Потом, правда, плавания Чжэн Хэ натолкнулись на противодействие партии жуликов и воров, сидевших при китайском дворе и опасавшихся, что на возросшем авторитете он их оставит не у дел. И окажется, что им все скажут: вот тут человек плавает, а вы что, лоботрясы? А вы только сидите тут и галдите при дворе, больше ничего не делаете. Так что было тут же признано, что всё это не нужно, дорогостояще и излишне. Нужно только сидеть дома и ждать, пока припрутся очередные варвары и тебе на голову сядут.

Но на памятник Чжэн Хэ можно полюбоваться в современном Китае. Он очень на Ленина похож на этих памятниках. Я уж не знаю почему.

Мне в последнее время стали говорить, что я похож на Ленина. Особенно когда стригусь покороче. С бородой. Лысина, борода — вылитый Ленин.

Вылитый Ильич. Не хватает броневичка.

Не хватает броневичка.

Вообще об арабских сказках, всяких феерических легендах про птицу Рух и прочих джиннов и пери мы с вами расскажем в следующем выпуске. И сегодня хотелось бы поговорить про некоторые более реалистичные аспекты тогдашних легенд. Вот, например, если у нас восточная сказка и там есть некий город типа Багдада или Аграбы, то там обязательно будет визирь. Визирь будет, как вариант, если это такой более классический вариант, добрый, мудрый, будет разоблачать этих злодеев, копающих под установившийся правопорядок и политический режим. А если это такой более новый, европеизированный вариант, то визирь обязательно злой. Причём звать его обязательно будет Джафар. Даже спрашивать глупо — обязательно Джафар. И он будет всячески интриговать и вредить, будет пытаться сместить султана, или кто там ещё правит, сесть на его место. И с ним будет бороться какой-нибудь принц Персии, а в узилище будет сидеть персидская принцесса, которую надо спасти.

Прежде всего, Ауралиен, кто такой визирь? Что это за странная должность?

Визирь — это советник, наверное, какой-нибудь. Нет?

Буквально да. Потому что само слово «вазир» обозначает помощник, поддержка, опора. В целом слово обозначает того, кто разделяет ношу.

Нет.

То есть имеется в виду правление.

Да, правление, груз ответственности. То, что показано в сказках, — это так называемый великий визирь. То есть премьер-министр, глава правительства. Потому что вообще вазиров очень много. Например, в современном арабском государстве «вазиру дифа» — это министр обороны, к примеру. Само правительство называется «визара». Премьер-министра зовут «раис уль-вузара», то есть глава советников, глава помощников.

Если ты вспомнишь, во второй книжке Фрэнка Герберта по «Дюне», «Мессия Дюны», там упоминалось такое министерство пропаганды в государстве Муад’Диба. Кстати, Муад’Диб — это тоже арабское слово, обозначающее буквально «воспитанный», «учёный», «изощрённый» в некотором роде. В общем, Фрэнк Герберт его не из пальца высосал.

Нет, Фрэнк Герберт практически ничего не высасывал из пальца. У него там всё так или иначе опирается на… Вот, к примеру, клич фрименов: «Я, я, яу». «Я» — это «о». То есть, когда мы говорим, допустим, «я садыки», то есть «о, друг мой».

А вот и пиво.

Типа того, да. Или, например, открываешь Новый Завет, и там говорится, что Христос говорил: «Отойди от меня, сатана». «Идхаб я шайтан». То есть «я» — это просто как бы возглас «о». А «яум» обозначает «сегодня». Вообще это означает день, но «аль-яум» — это как бы вот этот день, то есть сегодня. И, судя по всему, вот это «я-яум» — это гербертовское искажение от реально существующего выражения «аль-яум». То есть как бы неужели сегодня, то есть не прошло и года, наконец-то.

Да, в кои-то веки.

Да, в кои-то веки, не чаяли дождаться. Или, например, там у них был какой-то боевой клич: «Не яхи чоу хада», но это совершенно явно «йахья шухада», то есть слава павшим героям. «Шухада» — это множественное число от слова «шахид». И я вас очень прошу, когда вы какую-нибудь там Майдан аш-Шухада увидите на карте, там, в Каире, не надо переводить как «площадь шахидов». Это площадь героев. И его отношение к ваххабитским психопатам, взрывающимся на базарах, — это не имя. Я вас уверяю. Арабоотносящиеся люди, иностранцы, они очень болезненно реагируют на шутки про пояса смертников и всякие другие придумки.

Кстати, сами вы, предположим, христианин. И внезапно вокруг вас начинают шутить про то, что не хотите ли вы поговорить о Боге, не хотите ли вы переписать свою квартиру на нашу секту, не хотите ли вы запретить переливать себе кровь. Вы будете воспринимать этих шутников как идиотов. Потому что где вы и где всякие свидетели Иеговы и прочие психи? Там же, где обыкновенные мусульмане и какие-то психи из ваххабитской Саудовской Аравии, где в 60-е годы отменили рабство, и многие этого, кстати, до сих пор и не поняли.

Не в курсе, многие не в курсе.

Они просто не понимают, что…

А как это рабство? Это же слуги, поэтому мы у них отобрали паспорта и лупим их палками.

Да-да-да.

А что с ними ещё делать?

У них же был скандал грандиозный, когда там выяснилось, что на строительстве то ли олимпийских объектов…

В Катаре, на строительстве объектов для чемпионата по футболу, оказалось, что используется труд местных таджиков без паспортов.

Да, на самом деле индусов, по-моему.

Я имею в виду завезённых гастарбайтеров.

Да, то есть завезённых гастарбайтеров. При этом я не понимаю, почему возмущаются на сейчас, учитывая, что хоть Катар, хоть Бахрейн, хоть Саудовская Аравия — они все живут на… Кстати, ОАЭ тоже, но там всё-таки более цивилизованные режимы, поэтому такое безобразие творится меньше. Они живут на завезённых вот этих полурабах, которые без паспортов там у них сидят и регулярно подвергаются очень плохому обращению. На этом построена экономика страны. Почему об этом вспоминают только когда какой-то там футбольный чемпионат, я не знаю. Футбольный чемпионат нельзя строить с применением рабов, а вообще рабов можно? Или что? Надо, мне кажется, как-то это…

Кстати говоря, в арабских странах рабовладение было очень распространено. Несмотря на то, что сам ислам не разрешает держать рабов, это всё обходилось следующим образом. Ездили либо покупать, либо захватывать рабов в Восточную Африку. Негр по-арабски — это зиндж. И вот этих зинджей они везли в регион Междуречья, и там они работали на вот этих орошаемых плантациях Тигра и Евфрата и выращивали там всякие финики, рис, крупу, хлеб.

И было восстание зинджей, и очень кровопролитное. Там зинджи просто вырезали всех, кто не негр. После чего, кстати, они учредили там своё правление и стали набегать на окрестности для того, чтобы захватывать рабов и тоже быть рабовладельцами. Очень интересный круговорот.

В целом арабы поэтому к неграм традиционно относятся как к диким чуркам. И когда из Америки в 60-е годы стали приезжать всякие психопаты из числа американских негров, входящих в разные там «Нации ислама» и имеющих очень куцые представления об исламе, стали ездить на Ближний Восток и рассказывать там, что, оказывается, негры — это избранный народ, а белые были выведены каким-то злым колдуном Якубом, там на них смотрели в стиле: что это за злой мамбец такой приехал на нашу голову?

Так вот, возвращаясь, что я хотел сказать-то? Там было такое министерство пропаганды в «Дюне» под названием «квизарат». Или «квизара тафвид». Это «визара тафвид», совершенно очевидно.

То есть министерство…

Я забыл, что такое «тафвид», поэтому не могу вообще сказать, что за масдар второй породы. Масдар — это такое глагольное существительное.

Чисто для…

За словарём сейчас мне лезть лень, он тяжеленный.

Тафвид. Что-то не видно такого слова.

В общем, друзья, вы видите, как Домнин учил арабский.

Пассивность или, наоборот, навязывание чего-то. Или, допустим, возвратность действия на себя. И один корень может иметь кучу разных значений, не пересекающихся. Потом в это вклиниваются всякие неправильные глаголы, которые тоже несут совершенно отдельные правила. Короче, это такая головоломная фишка.

Плюс, например, звук «ха». У них нет как такового звука «ха». У них есть, например, просто ха, есть ха хриплое, есть га, как у украинцев, и есть ещё га, такая как бы хрипло-украинская, условно напоминающая г.

Да, например, Гарун ар-Рашид — он именно через такое «га». Гарун ар-Рашид.

Окей.

Так, вот я нашёл корень. Делегация, отправлять делега… В общем, надо посмотреть в словаре будет, что это может значить, что это за «визара тафвид» такая.

А вот, кстати, Татуин.

Так.

Татуин — тоже арабское слово. Более того, действительно есть такое место в Северной Африке. Татуин. Корень глагола… Надо посмотреть, что значит. Это означает какой-то, с которым что-то сделали, или, возможно, что-то делающее. Надо посмотреть, что значит глагол.

Кстати говоря, про звук «т». У них есть буква та, такая более мягкая, а есть буква та, более толстая. Я подозреваю, что Татуин — он именно через такую более толстую.

Это уж не говоря о существовании таких букв, как айн, например. Никакого аналога в других языках нет. И, например, имя Али или Алия, оно начинается не с буквы «а», а именно с этой айн.

А в чём, как бы, суть?

Она такая, как бы, гортанная. Айн. Я, кстати, чисто случайно обнаружил, когда тренировался её произносить, что таким образом можно стимулировать диафрагму и вызвать чувство голода. Очень полезное свойство, если вас тащит организованный обед, а жрать вам вообще неохота.

Прекрасно.

Кстати о жратве. Что у нас потребляли? Сложилась же целая высокая кухня халифата.

Основой для арабской кухни, что тогда, что сейчас, являются крупы, хлеб, обычно в виде лепёшек и лаваша, некоторые овощи и фрукты. В разных местах разные. Например, у них есть такая пословица, как «ехать в Басру со своими финиками». Как ты думаешь, какой примерно аналог есть в России?

В Тулу со своим самоваром?

Абсолютно верно, да. Именно так. Басра была центром выращивания и торговли финиками, и вообще регион Ирака со своим Междуречьем — это финиковая такая земля.

Ты когда-нибудь видел финиковую пальму?

Финиковую пальму? Если только на картинке.

На острове Кипр финиковых пальм дофига, и можно пойти собирать финики при желании. Я даже, по-моему, пару фиников принёс с собой, засушил и хранил где-то дома. Выглядит как высокая пальма, у неё там такой куст на вершине, и на нём растут покрытые сначала зелёные, потом желтеющие и темнеющие плотной кожей финики. Потом они опадают. Правда, когда они опадают, они уже такие подгнившие. Их уже есть, наверное, не так хорошо.

Но это очень ценный плод. Потому что, во-первых, он очень калорийный, он сладкий. Понятно, что тогдашние финики были несколько менее сладкими, чем сейчас.

Селекция.

Но тем не менее. Из косточек можно было давить всякое масло ароматическое и так далее. В целом с маслобойнями был полный порядок, потому что выращивались оливки. Оливка по-арабски будет «зейтун». И, если вы посмотрите, «Зейтун» является очень распространённым топонимом и распространённой фамилией, и именем, кстати, тоже. Что нам показывает важность оливок и маслин в арабской культуре.

Это кунжут. Помнишь сказку про Али-Бабу и сорок разбойников?

Да.

Что Али-Баба говорил, чтобы войти в секретную пещеру?

Сезам, откройся.

Сезам, он же симсим, — это кунжут.

Да?

Да. Поэтому, если тебе нужно купить в нерусскоязычном магазине кунжутное масло, я кунжутное масло регулярно покупаю для своей кулинарии, — сесам. Сесам и сид. Кунжутное масло очень хорошо годится, если оно нерафинированное, в салаты и для приправы всяких овощных блюд, типа закуски из баклажанов. А если оно рафинированное, на нём прекрасно готовятся блюда из риса, из мяса и лапши.

Помнишь, я вас потчевал жареной лапшой?

Да, Домнин всё это не с потолка берёт. Я так подозреваю, что он это и готовит.

Да. Правда, в последнее время я готовлю только по выходным. В будние дни питаюсь очень умеренно. Но зато я здорово похудел. Сейчас выходил на улицу, обнаружил, что с меня штаны сползают.

Да. Да, здоровое питание и всё такое.

Правда, ещё вдалбливать каждый вечер со штангой тоже помогает.

А кроме кунжута есть ещё и мак. Но сейчас, конечно, с маком придётся подвязать ввиду массовой борьбы с героином, тем более на Ближнем Востоке.

Не везде с ним борются. В некоторых странах его культивируют, как мы знаем. Например, в том же Афганистане. Там полный порядок с ним.

Не будем о грустном. Там его культивируют не для того, чтобы делать мак. А раньше, во-первых, маковое масло было распространённым, а во-вторых, мак часто использовался в кулинарии как очень важный элемент и десертов, и сладких блюд. Не обязательно именно булочки. Его в массе своей тоже часто обжаривали, и получалось всякое.

А кроме того, устраивались целые плантации, орошаемые, для всяких пряностей. Выращивали мяту, кинзу. Из кинзы собирается кориандр в зёрнах. Вот у меня сейчас мешок с пахучим кориандром лежит, из Крыма привёз, там по работе прихватил. Выращивали базилик с эстрагоном. Были целые фруктовые сады, где выращивали, помимо фиников, гранаты, виноград. Из винограда, кстати, и гнали вино, несмотря на все запреты. Самые разные апельсины и мандарины.

Вот эти, например, как называют апельсин во многих европейских языках? Его называют «портокал».

Портокал. То есть португальский, да?

Это потому, что как раз в Аль-Андалусе, в эмирате Беджа, его и культивировали.

Это мандарин или апельсин?

И апельсин, и мандарин, смотри что за язык. У болгар, например, портокал — это апельсин. По-арабски буртукаль — тоже, кстати, апельсин.

Вообще с мандарином, извини, что перебиваю, интересная история. Потому что я так понимаю, что в разных странах его называют совершенно по-разному. Официальная английская версия, которой меня когда-то учили, по-моему, tangerine была. Типа танжерский.

А я…

Вот типичный пример. Танжер — это что? Танжер — это город знаменитый в Магрибе. Марокканский, по-моему.

Окей.

И в шведском он, по-моему, называется что-то созвучное мандарину, как и в русском. И какие-то ещё даже есть варианты этого мандарина. В общем, мандарин называют как кому захочется. Какой-то вообще загадочный для меня фрукт. Его как-то все европейцы норовят назвать по-особенному. И вот видишь, арабопроизводные имена тоже у него, оказывается, есть.

И не одно.

Да, и не одно. Потом завозили самые разные пряности из-за границы. Это была корица, перец чёрный тогда ещё. Красный перец — растение американское, поэтому приходилось идти без него. И такие важные вещи, как шафран и куркума. Куркума пришла из Индии и вообще, как и многие индийские фишки, оказала большое влияние на ближневосточную кулинарию.

Например, я как-то раз общался с одним индусом, и я готовил там плов в тот день. Я ему стал рассказывать, что я готовлю, и он говорит: «А у нас тоже есть, называется пулав. Такое же, только мы не кладём мяса. А так, говорит, ровно то же самое, что ты описал. И даже куркуму ты добавляешь. Мы тоже так обязательно делаем».

Так что в культуру Востока попало такое замечательное блюдо, как плов. Пару слов о плове. В ближневосточной традиции про него огромное количество легенд. Причём, несмотря на то что они по своей сути совершенно явно бредовые, например будто бы плов присоветовал есть никто иной, как сам ибн Сина, якобы для того, чтобы брать с собой в походы для него продукты и на месте уже варить. Но я уверен, что ибн Сина, несмотря на все свои достижения, всё-таки плов не изобретал. Или похожая легенда, например, про то, как Тамерлану присоветовали этот рецепт. Тамерлан вообще жил уже в довольно позднюю эпоху, XIV век, если мне не изменяет память. И до него плов был прекрасно известен.

Да ели вовсю.

Да. Тем не менее целые прямо записывались трактаты: что надо взять большой чугунный котёл, он должен быть таким старым, чтобы жир от прежней пищи сочился снаружи и загорался от сполохов попадающего на него огня; в этот котёл надо положить мясо не старых, но и не очень молодых барашков, отборного риса, разбухающего от гордости, что будет съеден смелыми воинами, молодую морковь, краснеющую от радости, и острый лук, жалящий подобно мечу высокочтимого эмира. Всё это надо варить на костре до тех пор, пока запах приготовленного блюда не достигнет Аллаха, а за это вообще можно по башке получить, богословы, и повар не свалится в изнеможении, потому что попробует божественное кушанье.

Сразу вам скажу, что при таком рецепте у вас получится шавля. Это тоже, конечно, блюдо, но оно более примитивно, без обид к любителям, чем плов. Это гораздо более простая технология. Плов варится по-другому.

Не совсем несколько.

Как-нибудь об этом отдельно поговорим.

Да, я пару слов про куркуму вставлю, раз уж я её упомянул. Куркума является среди современных поклонников здорового образа жизни очень, скажем так, интересным и перспективным с их точки зрения продуктом. Назовём это так. Дело в том, что куркума — это природный антибиотик. Его не случайно в Индостане едят.

Да, разумеется, чтобы не загнуться.

Да. И проводились исследования. Если мне не изменяет память, было показано, что куркума способствует уменьшению вероятности заработать себе болезнь Альцгеймера, то есть вот это старческое слабоумие. И вообще полезна всяческими другими способами. То есть куркуму и куркумин, который в ней содержится, по-моему так называется это вещество, вообще рекомендуют к употреблению. То есть куркуму в свои блюда, которые вы готовите дома, вполне себе ведущие проповедники здорового образа жизни сейчас рекомендуют добавлять. Это в тренде.

Прекрасно. У нас куркумы до дьявола, стоит она недорого. Добавляй во что хочешь.

Да, кроме того, она иммунитет ваш поддерживает.

Повышает. Ну и прекрасно, да.

Но не одними только сытными блюдами. На Востоке, наверное, лет на 300 опередили европейцев в таком деле, как кондитерская. Но тут, к счастью, это географические причины, поскольку сахарный тростник как раз в регионе есть. Там же давние традиции пчеловодства и использования мёда. Ну и, разумеется, огромное количество фруктов. Чего только там не делали. Научились, например, вываривать и загущать фруктовые соки.

В повидло, что ли, в какое-то?

Не обязательно в повидло. В шербет, например. При том, что, кстати, наше повидло тоже совершенно очевидно восточное влияние получило. Делать, например, из сахарного тростника карамель, вываривая сахарный сироп. Вообще сам по себе сахарный сироп перерабатываю в глазурь в современных условиях. Для этого делается что? Берём кастрюлю с водой, бухаем туда сахару, после чего вывариваем, пока он не загустеет. После этого можно сделать из глазури, например, если туда какой-нибудь краситель, хоть ту же самую куркуму, можно сделать из неё какие-нибудь фигурки, медведей, домики. Или раскатать её в блины, покрыть сверху корж — получится тортик.

Из фруктов там делали всякие марципаны, делали прохладительные напитки из вываренных и подслащённых, после чего охлаждённых фруктовых соков, получая шербеты, например. Плов по-ирански, по-турецки, по-азербайджански как раз употребляется с кисловатым шербетом, в отличие от среднеазиатского варианта.

Я так понимаю, туда и изюм добавляют, и вообще он такой…

Да, там вообще такой довольно своеобразный плов. Я всё-таки предпочитаю среднеазиатский вариант.

Несладкий.

Да, несладкий, такой более сложный и брутальный. Всё-таки иранский и турецкий вариант более архаичен, на мой вкус.

Потом многие блюда, кстати, проникли в современные испанскую, португальскую, латиноамериканские культуры. Есть, например, в Испании такое блюдо, как орчата. Орчата не в смысле маленькие орки, а это такой вкусный напиток с добавлением молотого ореха.

А он из чего вообще делается?

Орехи мелются, и делают такой вот вкусный напиток густой.

Только из орехов?

Нет, там что-то ещё есть. Я не смотрел рецепт, честно говоря, не знаю, что уж там ещё.

Всё это, разумеется, требовало широкой торговой сети. Торговля велась как с помощью верблюдов, так и кораблями.

Чем хорош верблюд? Как-то раз мы упоминали верблюжью кавалерию. Давайте вкратце вспомним, почему именно верблюд. Во-первых, верблюд способен питаться чёрт знает чем. Известная верблюжья колючка, например. Заставить лошадей её есть и после этого ещё и ходить довольно трудно. Верблюд может долго не есть и не пить вовсе ничего. Для этого у него запасы жира в горбах, благодаря чему он может долго ходить. Кроме того, верблюд очень грузоподъёмен. То есть средний верблюд может переносить двух человек в такой башенке и с оружием — это боевой вариант. Соответственно, прикиньте, сколько на него можно грузить груза, если учитывать, что далеко не каждый верблюд будет нести на себе седока.

Ещё. Кроме того, верблюд съедобен. У верблюда есть шерсть, из которой можно делать всякие куртки и полотна для шатров. И, наконец, верблюдицу можно доить. Несмотря на то, что верблюд в смысле доения, конечно, до коровы никогда не дойдёт, так же, как и лошадь, например, но в крайнем случае почему не разнообразить своё меню сыром и творогом. Поэтому для бедуинов верблюд — это целое сокровище и богатство.

Кроме того, были такие караванные маршруты, где без верблюдов делать нечего вообще. Например, чтобы отправиться в Судан за всякими ценными вещами, без верблюдов никак, потому что там между оазисами у вас слишком большое расстояние, чтобы можно было пройти это на конях. А на верблюдах — ничего, можно пройти.

Есть такая легенда про некий город, который подвергался нападениям бедуинов из пустыни. И чтобы с этим справиться, некий учёный предложил построить высокую башню. Его все стали ругать и говорить, что тогда не только с города будет видно окружающее, но и из пустыни будет хорошо видно, где именно город. Но он всё равно её построил, и, о чудо, нападения прекратились. И объяснялось это следующим образом. Бедуины, видя башню, думали, что до города недалеко, оставляли верблюдов, пересаживались на коней и скакали к нему. После чего обнаруживали с удивлением, что оттуда ещё ехать и ехать, воды нет, еды нет. И все они так там и погибали.

Я, признаться, думал, что в этой истории предложили закопать оазис какой-нибудь.

Зарыть обратно.

Это не так просто. Для этого придётся его зарывать ежегодно. Потому что оазис же не на ровном месте берётся. Это целый подземный водоём, который выходит на поверхность. Потом вот у того же Лавкрафта упоминался некий город в Аравийской пустыне, который весь провалился под землю, будучи то ли покаранным богом, то ли ещё почему-то. Но реальные раскопки показывают, что жители брали воду из какой-то подземной карстовой области, и когда они взяли слишком много, карст просто провалился, и весь город вместе с ним тоже. Так что с засыпанием оазисов это дело такое, сложное.

Кстати, что касается коней. У арабов и с конями тоже был полный порядок.

Да, и, по-моему, до сих пор у них полный порядок.

Да, и до сих пор полный порядок. Арабские кони ценились и в Европе, и в Индии, и в Китае, и в степях, и в России, кстати, тоже. Арабский аргамак, который, с одной стороны, красивый, с другой — выносливый, с третьей — достаточно рослый и сильный, чтобы выдерживать на себе тяжелооружённого всадника, считался очень хорошим. Правда, такого коня кормить тоже придётся соответствующим образом. В Багдаде в конюшнях коней кормили финиками и сушёной рыбой. То есть просто так отправить его куда-то там пастись и ожидать, что на этом вырастут арабские кони, нельзя. Так не получается ничего.

Ну вот. В следующем выпуске мы с вами поговорим про что? Во-первых, про мечи и магию, то есть про то, чем вооружались сарацинские воины, как воевали, какие были мечи, какие шлемы, щиты.

Какая магия?

Да, про магию, кстати, тоже, характерную на Востоке, поговорим. Будем говорить про джиннов, про девов, про пери, про всяких симургов и прочий местный ближневосточный бестиарий. Про птицу Рух, про то, исполняют ли джинны желания или нет, про то, чем джинн отличается от эфрита. Ну и ещё про какие вещи, которые в распространённых легендах не встречаются, и тем не менее всё равно очень интересны.

А на сегодня всё. Будем закругляться. Я напоминаю, что в эфире был 142-й выпуск подкаста «Хобби Токс», и с вами были его постоянные ведущие Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Всего хорошего, друзья. Пока.

Пока!