В этом выпуске Домнин делится впечатлениями от поездки во Францию и Швейцарию.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Всем привет! С вами «Хобби Токс», мини-выпуск Домнина. И сегодня мы поговорим о моем походе к морю франков.

Как и во времена Чингисхана, меня интересовали на Западе деньги, железные котлы и умелые мастера. Только деньги, разумеется, не в виде награбленного золота и серебра, а в виде кредитов швейцарских банков. Котлы меня интересовали паровые, а умельцы, разумеется, инженеры, проектировщики и техники.

Поход мой продолжался 5 дней. За это время я успел посетить и немного изучить город Лион, а также провести около суток в городе Цюрих, что в Швейцарии.

Готовиться к экспедиции я начал заранее. Разумеется, первым делом я подал документы на визу и получил ее. Забронировал себе также авиаперелет. К сожалению, прямых рейсов между Москвой и Лионом нет, поэтому добираться пришлось через Париж. Был еще вариант через Амстердам, например.

Из Лиона в Цюрих я не очень хотел лететь самолетом, это очень дорого. Вместо этого я взял билеты на поезд. Поезд идет намного медленнее, чем самолет. Ехать недалеко, можно смотреть в окно. И, как я подумал, достаточно удобно.

Что касается проживания, то поначалу я был неприятно удивлен ценами в лионских гостиницах, а также тем, что там практически не было никаких мест. По крайней мере, в сколь-нибудь приемлемых гостиницах. Связано это было с тем, что я летел как раз на, во-первых, очень большую выставку, куда в Лион слетелись со всего мира специалисты и предприниматели. А во-вторых, у них как раз в эти выходные, пока я записываю, проходит в Лионе какой-то там местный праздник, в результате которого тоже сбегаются толпы.

Я было огорчился, но мой босс подсказал решение. Есть множество сервисов, которые занимаются так называемым флэтшерингом. В частности, есть такой сайт, как Airbnb. Airbnb — это значит Bed and Breakfast. Там можно практически в любом городе мира найти себе ночлег на произвольный срок. И цена там, разумеется, многократно ниже, чем в гостиницах. То есть за 40 евро вполне реально поселиться в нормальной квартире в том же самом Лионе.

Так я и сделал, потому что я все-таки ехал не с представительской целью в прямом смысле. То есть мне не обязательно было для статуса заселяться в местный «Шератон», раскатывать на лимузине и ходить в белых перчатках. Мое дело было техническое. Поэтому я забронировал комнату в квартире у одного француза. И, кроме того, комнату на ночь в Цюрихе. Потому что я планировал там переночевать, а на следующий день уезжать на поезде обратно в Лион и на самолет садиться.

Все было утрясено и согласовано. С французским консульством и визой никаких проблем не было. Несмотря на то, что у меня загранпаспорт был абсолютно новый и предоставить паспорт, который бы доказывал, что я куда-либо в своей жизни ездил, я не мог. Но визу дали мгновенно. Видимо, помогло то, что я предоставил им выписку с банковского счета, где лежало полторы сотни тысяч денег.

И вот в назначенный день я был уже в аэропорту, заранее зачекинился, сдал багаж и отправился на посадку. Самолет предоставляла компания Air France. Таким образом, в основном говорили на борту по-французски, и, наверное, половина пассажиров была французами, летевшими домой из Москвы. Было, впрочем, и много российских граждан.

Передо мной, например, сидела пара, которая немедленно облилась кока-колой, которую раздавали. Несмотря на то, что баночки, которые теперь дают в самолетах, размером, наверное, с кулак, не больше, шума от них было столько, будто они облились как минимум из ведра с кока-колой. И так до конца рейса и не замолкали.

Впрочем, я уже успел перед отлетом начитаться про то, как наши с вами начинают бухать еще перед отлетом и буянят в самолете, но ничего подобного со мной не происходило. Видимо, потому что я летел не в Таиланд, не в Турцию, не в Египет, а все-таки в Париж, где такой уровень веселья могут и не понять.

Долетели без проблем. Единственное, что как-то странно кормят теперь на борту: давали салат из овощей, макарон, что странно, и ветчины, все это холодное, разумеется, плавленый сырок, булочку и что-то вроде пирожного. А вместо горячего блюда давали какую-то странную слойку с каким-то то ли мясом, то ли птицей, черт его знает с чем. Лежит в фольге и поэтому сохраняет горячую температуру.

Еще на французских авиалиниях прекрасно, я смотрю, наливают вино, раздают такие специальные бутылочки с красным или белым, и можно пару стаканчиков накатить. Я накатывать не хотел, потому что у меня и так был впереди длинный день, я от алкоголя все время начинаю хотеть спать, и я решил, что лучше воздерживаться от употребления совсем.

Долетев до Парижа, я оказался в аэропорту Шарль-де-Голль. Аэропорт огроменный, это видно еще с воздуха, потому что мы, пока заходили на посадку, я вижу, что он все тянется и тянется, и тянется, и тянется, а мы еще даже не снижаемся толком. Когда сели, оказалось, что там действительно огромные терминалы.

Выглядит это все довольно футуристично, то есть там такие стеклянные купола на ажурных стальных конструкциях из труб. И довольно удобно, потому что, во-первых, есть розетки на рядах кресел, а во-вторых, есть специальные такие белые столбики, напоминающие, знаете, что в супермаркетах камеры хранения, только в один вертикальный столбец.

Тем не менее хранить там ничего не надо, а ячейки служат для того, чтобы заряжать там телефоны и другие агрегаты. Работает так. Подходишь, открываешь ключиком свободную ячейку, если она вообще есть. Бывает так, что и нет. И там видишь внутри три проводка по стандартам: один для четвертого айфона, другой для пятого айфона, третий, по-моему, micro USB. Я через него заряжал свой хендсфри. Суешь туда и подключаешь свой девайс, закрываешь на ключ, ключ в карман, сам идешь гулять. Через некоторое время можешь вернуться и забрать. Заряжает не быстро, потому что все-таки лить тонны электричества на зарядку чьих-то там устройств никто не хочет, но заряжает. В походе реально может спасти. Кроме того, избавляет от необходимости сидеть как пришитый и бояться, что сопрут.

В аэропорту кормили не очень хорошо. Вот с этим я столкнулся вообще во Франции: с тем, что там нормально поесть трудно. Все какие-то странные кофейни, где продают два вида пончиков и один вид бутербродов. Как таким образом можно жить, я не очень понимаю. У нас же в привокзальном буфете выбор гораздо богаче. Но что есть, то есть.

Среди других пассажиров, ожидавших перевозки, оказалось довольно много вьетнамцев. Со мной летела там целая делегация. Я не знаю, может быть, они тоже летели на ту же самую выставку, куда и я, потому что они тоже отправились со мной в Лион.

Дождавшись самолета, я погрузился и двинулся уже по полной темноте, потому что было там, по-моему, 6 вечера, темнело, на юг страны, в приальпийские заливные луга реки Роны. Или какие там луга, я уж не знаю. Выглядит она довольно узкой, так что не уверен, что разливается летом. Как бы то ни было, в полете почему-то предлагали какие-то кошерные печеньки. Я уж не знаю почему. Кошерные — много евреев летает? Печеньками я подкрепился, высадился в абсолютно пустом аэропорту Лиона.

Аэропорт, кстати, назван в честь Сент-Экзюпери. Как-то странно, мне кажется, называть аэродромы в честь людей, разбившихся на самолете. Ну да ладно, как уж назвали, так и назвали.

Я удивился, что меня никто не встречает, потому что в Париже, например, мне пришлось проходить паспортный контроль, мне там что-то поставили, какой-то штамп в паспорте рядом с визой. А в Лионе я мог, не знаю, высадиться в компании вооруженных до зубов наемников, никто бы даже ухом не повел. Вообще абсолютно пустое здание.

Вышел в темноту, вдохнул чистый воздух. В Лионе довольно приятно дышится, если от города отойти. И стал думать, как бы мне добраться до адреса. Вызвал такси через столбик. Тут же подлетел таксист. Я ему назвал адрес, попробовал что-то там еще ему пояснить, но он немедленно заявил, что по-английски не понимает. Это вообще во Франции такая проблема, наверное, как в России такая же. Тоже очень много совершенно не понимающих по-английски. Хорошо, что я чего-то там по-французски кумекаю. Более или менее.

Ехали мы недолго. Минут, наверное, 20–25. Тем не менее, когда я посмотрел на счетчик, то там оказалось почему-то 60 евро. И еще 2 евро полагалось в чеке за обслуживание. А во Франции никаких чаевых никому давать не надо, потому что чаевые с вас берут. Это очень интересный подход, который мне, избалованному российскими условиями, кажется странным. Пришлось выкладывать 60 евро. И, я не знаю, мне кажется, господину Бессону должно быть стыдно идеализировать подобный грабеж и снимать свои комедии про такси во Франции. Позорище.

Как бы то ни было, до вожделенного дома я добрался. В Лионе большая часть домов — это где-то в 3–4 этажа квартирные дома, в которых можно найти маленькую трешку или чуть более просторную двушку. Моя квартира была как раз трешкой.

Владелец, вернее не владелец, а сам съемщик, который незаконно ее сдавал, все время меня предупреждал, что если придет лендлорд, то обязательно ему сказать, что я просто друг и забежал на 5 минут. Так вот, мой хозяин имел свободную комнату, потому что его девушка работает в Париже. В Лионе она для себя почему-то не могла найти работы, работает в Париже, а переехать туда совсем мой хозяин не хотел. Потому что в Париже жить очень дорого и неудобно, с его точки зрения. Таким образом, он тут заодно на отсутствие подружки зарабатывает в смысле сдачи в субаренду квартиры, которую он как бы сам снимает.

Он попутно сказал, что мне повезло, что приехал я до выходных, потому что уже упоминавшийся мной национальный праздник взвинчивает цены в том числе и на эти квартирки. Поэтому будьте аккуратны, смотрите на местный календарь красных дней.

Квартирка обыкновенная, такая: вроде гостиной комнаты с диваном, телевизором, Xbox и балконом, кухня. На кухне я сразу понял, что подружка очень любит готовить. Я сказал, что она итальянка этническая, потому что у плиты были всякие оливковые масла, какие-то там бутылки с уксусом, вина, те, которые применяются в кулинарии, а не которые пьют. И всякие специи там стояли батареями целыми.

Хозяин сам был такой поджарый полуараб, занимался баскетболом, питался все какими-то супами с брокколи и настойчиво советовал мне есть их тоже, если я хочу похудеть. Жил он в одной комнате, а я сам тусовался в другой. К моим услугам был Wi‑Fi и почти все. Плюс, разумеется, ванная комната.

В первую ночь я понял, что во Франции газу нет, нефти нет, поэтому в домах холодно. Отопление не включают. Там был какой-то радиатор, работавший, я так понимаю, от электричества. Но он был плотно отключен от сети. Как его включить, я не знал. Видимо, хозяин специально его вырубил до наступления таких морозов, от которых даже шуба в доме не спасет. Тогда, может быть, его и включат. Хорошо, хоть в использовании воды я не был ограничен. А то я слышал, в некоторых странах и за это могут выставить счет.

На следующее утро я проснулся в 10. Больших дел у меня не было. Я должен был только освоиться, посетить выставку, а также забрать свои билеты на поезд. Дело в том, что я по незнанию перепутал адрес, на котором живу, и мне их не смогли доставить прямо на квартиру, а доставили только до лионского бюро DHL. Я им позвонил и сказал, чтобы они никуда не везли, пока я еще что-нибудь не напутал, а я просто сам приду и заберу. И будет гораздо проще и удобнее для всех.

Вылез на улицу, хозяин к этому времени уже ускакал на работу, огляделся, посмотрел по карте. Оказалось, что выставка где-то километрах в шести на восток. Причем если идти по той улице, на которой я живу, можно прямо, не сворачивая никуда, по прямой туда и попасть. Выставка находилась уже за пределами Лиона, где-то к северу от маленького аэропорта. Не того, в котором я высадился, а для частных самолетов.

Я решил, что общественный транспорт, к сожалению, имеет привычку ехать по какому-то известному одному ему маршруту, а вовсе не туда, куда угодно мне. Таксисты же здесь отличаются повадками людоедов из дельты Амазонии, и поэтому я решил, что гораздо проще и надежнее будет воспользоваться моими ногами, которые идут туда, куда мне надо. Заодно и посмотрю город.

Я и зашагал себе вдоль улицы, по дороге подумывая, где бы тут позавтракать. Сразу говорю, что в Лионе я обретался в новом городе. Старый город находится на западном берегу реки, и там действительно очень красивые дома, всякие там старинные дворцы, замки. Я, например, видел какой-то замечательный собор на вершине холма рядом с местной вышкой для, не знаю, радио- и телесвязи какой-нибудь. Напоминает размноженную почкованием Эйфелеву башню, на самом деле. Только такую маленькую. Лазить на нее, к сожалению, нельзя.

Так вот, я обретался в новом городе, где, собственно, живут люди и где происходит бытовая жизнь. Я все-таки хотел посмотреть на то, как люди на самом деле живут, а не на то, как там для туристов все устроено. И пришел я к следующим выводам.

В городе я заметил, по-моему, один супермаркет в нашем понимании. И супермаркет был далеко не самый большой. Еще в городе я обнаружил один ТРЦ, находящийся рядом с вокзалом. Тоже такой более или менее как у нас, с нормальными магазинами. В остальном практически вся сфера обслуживания в Лионе выглядит как так называемый малый бизнес. Малый бизнес там понимают буквально.

То есть идешь по улице, и вдруг я вижу надпись «Буланжери». Я сперва подумал, что, может быть, это то место, где как раз генерал Буланже замышлял свой военный переворот. Но потом я вспомнил, что, во‑первых, Буланже в итоге никакого переворота замыслить так и не сумел и как лох отправился в отставку, а во‑вторых, что слово «буланжери» значит что-то вроде «булочная» по-французски. Я поглядел туда, увидел, что это такая маленькая коморка, там продаются на выбор два багета и один круассан, и пошел дальше.

Примерно вот так выглядит большая часть торговых заведений в Лионе. То есть это крошечная коморка, в которой стоит за прилавком владелец и продает два вида колбасы и один вид ветчины. Впрочем, я видел и побольше немножко заведений. Например, я видел мясницкую — «бушери» было как-то написано. И там продавались такие, знаете, стереотипные петухи с неощипанными головами, с гребешками, какие-то там кролики с выпученными глазами. В общем, был определенный выбор.

Заведения общепита — это тоже вот такая крошечная коморка. Там тебе либо шаурмы нарежут, либо какое-нибудь тако сделают, либо что-то такое, типа багета с ветчиной. Я зашел в такое вот, купил у красивой продавщицы багет с креветками и какими-то овощами и пошел дальше, закусывая на ходу. По дороге же купил в автомате бутылку колы и бутылку воды, чтобы чего-то попить.

Шел я, шел. По дороге обнаружил сидящую на углу девицу в платке, имеющую какой-то цыганско-арабский вид. Девица сидела и просила милостыню со стаканчиком для кофе. Потом я несколько раз видел подобных же девиц, которые тоже ходили, например, на светофоре, подходили к машинам и чего-то просили.

Это меня немного удивило, потому что, например, в Москве нищих тоже порядочно, но они все время что-нибудь такое придумывают. У них какие-то есть объяснения, почему именно им нужно дать денег. У них то какие-то страшные болезни у самих, волочат ноги, корчат рожи, дрыгают плечами, изображают страшно больных, то у них у детей там рак, грыжи, надо срочно собрать деньги на операцию в Исландии по удалению этого самого рака, грыжи, и показывают фотографию несчастного детяти, то ездят в инвалидной коляске, надев камуфляжный комбинезон для рыбалки, продающийся в магазине «Охотник и рыболов», и начинают рассказывать о том, как они сражались на Бородинском поле против татаро-монгольского ЕГЭ.

А эти ничего подобного не говорят. Эти просто по факту существования требуют денег, что меня немного позабавило. Кроме того, в течение дня я встретил еще двух нищих белых мужиков вида, знаете, алкогольно-маргинального, но очень бодрого, веселого и вежливого. Эти говорят «бонжур» и желают приятного дня, и просят на похмелиться. Я одному даже что-то там дал, какие-то копейки, завалявшиеся в кармане, которые я не успел убрать в кошелек. Второму не дал ничего, потому что я разговаривал по телефону. По телефону я разговариваю по делу и не люблю, когда меня отвлекают. Даже такой важной вещью, как опохмелка.

Я добрался наконец до окраины города. По дороге лицезрел школу, из которой как раз шли счастливые детишки. Половину детишек вели завернутые в паранджи тетки арабского вида. Кроме того, в стране достаточно много негров. Но негры эти несколько не те, которые изображаются в американском кино. Выглядят они весьма культурно, местами даже франтовато. Работают на всяких ответственных должностях. Например, в аэропорту их очень много в службе безопасности, среди всяких там контролеров. Физиономии довольно приличные. Видно, что люди работают и, в общем, стараются как-то влиться в общество. Это похвально, скажем так.

Как бы то ни было, я добрел до выставочного центра. Центр здоровенный, отведен под эту выставку целиком, поэтому можете себе представить масштаб предприятия. Там все время проводились какие-то мероприятия. Например, я видел людей, расхаживающих с альпенштоками. Это такие палки, на которые надо опираться при восхождении на гору. У них для этого железный носик внизу есть.

У меня, правда, есть уже альпеншток. Мне его подарили еще, когда я был маленький, в Австрии. И когда я ехал, помню, домой, в аэропорту, в автобусе, который отвозил людей от самолета, какая-то бабушка, сидевшая передо мной, увидела, что я стою с этой тростью, и говорит мне: «Садись, сыночек, у тебя же ножка болит». Мне стоило немалых трудов убедить ее, что палка у меня так, для красоты, это сувенир, и нога у меня в полном порядке.

Где раздавали там эти палки, я так и не понял, не искал, потому что зачем мне еще вторая нужна. Да и не хотелось потом с ней таскаться в аэропорту, сдавать ее куда-то в багаж, там ее потеряют, сломают или еще что-нибудь будет. И я еще и подумывал, что, может, их раздают не так просто, а за деньги. Подумывал я это потому, что во Франции за деньги, наверное, практически все. Там, чтобы сдать пальто в гардероб, и то нужно заплатить 2 евро. А если сдаешь, скажем, пальто и шляпу, то изволь платить 3 евро. И все исключительно на коммерческой и капиталистической основе.

Цены вообще, я вам скажу, ого-го. Потому что на обратном пути с этой выставки я искал, где бы поесть. Не хотелось мне идти шаурмой питаться, это я и в Москве могу сделать. Я зашел в приличного вида бар, практически как большой лондонский паб. Сел там, жду бармена. Бармен подбегает, говорит, чего изволите. Я говорю, меню есть? Он говорит, нет, меню нет. Я могу вам сэндвич сделать. Я говорю, какой сэндвич? Ну, с ветчиной. Могу корнишонов маринованных положить, багет там, все такое. Я говорю, ладно, давай сэндвич, давай пиво, что-нибудь давай, есть хочу.

Принес он мне наконец этот сэндвич. Спросил, вкусно ли. Я сказал, что, в общем, да, прилино. И заплатить за пол-литра пива и кусок колбасы в булке пришлось тоже 10 евро. То есть, я думаю, можно составить представление о ценах.

Следом я отправился с этой выставки на трамвае, выверяя путь по компасу, до штаба DHL. Высадился примерно в том районе и пошел на требуемую улицу. По дороге, например, обратил внимание, что, наверное, в стране какие-то правила дорожного движения, отличающиеся от наших. Потому что когда пешеходы перебегают на красный свет, это ладно, это я привык. Но когда машины едут на зеленый свет для пешеходов, мне это странно. Может, у них просто такой порядок, что если нет пешехода, то не обязательно стоять, а можно ехать. Потому что в Москве, например, никто не едет на зеленый пешеходный свет. Я уже сколько лет такого не видел. Культура все-таки распространяется.

Увидел по дороге ограбленную машину с высаженным стеклом и вынутым всем, что было внутри. При этом никого из прохожих это совершенно не удивляло, видимо, там это в порядке вещей. Увидел толпу молодежи, стоящую перед каким-то невзрачного вида зданием, на стенах которого были нарисованы слова неопределенного вида. Я спросил у ребят, что такое, они говорят, что здесь у нас колледж. Хорошо, если хочешь.

По дороге видел также две церкви. Одну какую-то новодельную с непонятными крестами, а другую более древнюю, напоминающую про все эти католические храмы средневековой Франции.

В DHL мне довольно быстро нашли то, что я хотел, и я пошел гулять по городу. Прогулка меня интересовала в том числе и в смысле шопинга, потому что мне нужна была, во-первых, свежая рубашка. Я, как подобает взрослому человеку, умудрился уехать не только без сменной рубашки, но даже не взяв сменных маек. И нуждался в обновках.

Пошел искать магазины одежды. Ехать на вокзал к уже известному мне ТРЦ я не хотел, потому что далеко и город не посмотришь толком. Я хотел зайти в какой-нибудь магазин, не знаю, на центральных улицах. Оказалось, что в городе торгуют в основном либо денимом, либо одеждой в стиле «спортивный костюм и кожаная куртка». Но это все у меня и так уже было свое. Я с собой взял прикид не только с галстуком, шляпой и пальто, но и такой, чтобы изображать русскую мафию в полном соответствии со стереотипами. Жаль, еще не взял футболку с Путиным, было бы совсем круто.

Либо, как вариант, магазины были, которые продают всевозможные вьетнамские шмотки, африканские шмотки, арабские шмотки, какие угодно шмотки, но только не нормальные костюмы, рубашки и галстуки. С трудом набрел, уже практически плюнув и повернув в сторону дома, на маленькую лавчонку, где какие-то три бабки продавали костюмы, пиджаки и пальто. И сказал, что нуждаюсь в белой рубашке.

Бабка-владелец опытным взглядом окинула мою могучую шею и дала на выбор два варианта. Один не понравился, потому что там воротник был подшитый цветастой в клеточку материей, а вот другой взял. Замечательная рубашка. Бабка тут же мне сказала, чтобы я ее никогда не гладил. Ее можно только очень теплым таким утюгом разглаживать, иначе безвозвратно ее испортишь. Делать было нечего, и я сказал, что беру.

Мне выкатили счет в 90 евро. Для справки: на 90 евро можно в Москве купить не самый дрянной костюм, то есть пиджак и штаны. Не самый замечательный, конечно, но и не полную дрянь. Это так тоже, для того чтобы вы представляли уровень цен.

Но зато бабки угостили меня леденцом, положили второй леденец в пакет и спросили, не англичанин ли я. Я сказал, что русский, и тогда вторая из бабок повернулась и почти без акцента сказала: «Хорошо, спасибо, до свидания». Я поклонился и пошел по своим делам.

Пробовал также сторговать пару туфель или кроссовок, но постоянно оказывалось, что нет моего размера, все распродали. А жаль, потому что обувь в Лионе продают сравнительно недорого, там за 30 евро можно купить очень неплохие туфли. Или кроссовки. Досадно, что не удалось ничего приобрести. Почему-то вот с обувью у них нормально, а с одеждой как-то странно.

Шел я, шел, уже начало темнеть, и вдруг я вижу матрешку. Я решил, что это такое странное: матрешка вдруг в Лионе. В Париже я бы еще понял, но в Лионе. Подхожу. Оказывается, магазин держат какие-то русские мужики. Продают там все: «Очаковское» пиво, гречку, воблу, семечки, тыквенные семечки тоже, шапки-ушанки, докторскую колбасу, бич-пакеты, всякие роллтоны и тому подобное. А также для ценителей есть целая полка с покетбуками про спецназ ГРУ, про любовь и все такое. В общем, полный набор.

Я от чувств чуть ли не прослезился, купил сразу баклагу «Очаковского» пива, два бич-пакета, семечек, колбасы, воблы. Поговорил немножко с владельцем о текущем моменте. Он меня все спрашивал, не гнутся ли русские люди под санкциями, не продали ли отчизну за американские доллары. Я уверил его в том, что на санкции всем плевать, и нас после 90-х годов уже всякими девальвациями и падениями курса рубля не испугаешь.

Домой побрел опять же пешком, глядя на ночной город. Утром в Лионе не было практически никого на улицах, и я вообще решил, что какой-то зомби-апокалипсис случился, пока я спал. Но вечером нет, ничего, повыползли, начали ходить.

Стереотипные французы попадались. То есть такие, да, характерные смуглокожие, с такими носами, с рано седеющими волосами мужики. Почти все с такой элегантной небритостью. Также встречались более пожилые мужчины, у которых были усы, переходящие в бакенбарды, на манер Франца Иосифа. У нас в Москве я таких не видел ни разу, а там попадаются не повсеместно, но периодически я их вижу.

В целом одеты довольно просто и со вкусом. Многие ходят в трениках Adidas и кожаных куртках, и ничего, никто их не дразнит. Другие, наоборот, одеты в какие-то такие с претензией на модность джинсы, куртки. Я несколько раз видел и абсолютно дикие наряды. Например, какой-то гражданин шел в ярко-голубых сапогах, ярко-розовом комбинезоне и с выкрашенными в платиново-блондиновый цвет волосами. Так что я даже когда закрыл глаза и отвернулся, у меня все равно перед лицом полыхал голубо-розовый факел с платиновым верхом.

Видел также и какой-то, не знаю, конечный этап развития хипстеров. Представьте себе очень худого гражданина с длинными тонкими ножками. На них одеты обтягивающие штанишки, огроменные кеды, которые подчеркивают, что ноги как спички. Сверху надета огромная дутая куртка какого-то ярко-красного цвета, в которую при желании можно двоих таких, как я, нарядить. На физиономии тоже обязательно с небритостью надеты такие очки. При этом, если вы думаете, что огромные солнечные очки, которые несколько лет назад носили модницы в Москве, — это большие, то вот у этого гражданина очки были не темные, а обычные, с диоптриями, и при этом такого размера, что, право, если метнуть эти очки в толпу людей, то человек пять, наверное, уложит наповал. И на голове шапка типа вязаный колпак. Выглядел потешно, конечно.

Но в остальном все одеты нормально, никаких там деградантов типа из «Голодных игр» я не видел. Обычные люди. Еще довольно приветливые. Все постоянно друг другу машут, здороваются, вступают в разговоры на ровном месте. К тебе тоже там постоянно будут обращаться с вопросами. Никто там не сидит как сыч в углах. Это хорошо. Приятный такой народ.

На следующий день мне нужно было попасть на выставку рано утром. Поэтому пришлось все-таки воспользоваться услугами грабительских такси. Я съездил на завод, который мне был нужен. Посмотрел. После чего меня партнеры повезли в нормальный ресторан. Я уж было решил, что они тут все повымерли и были вытеснены сплошными забегаловками с шаурмой. Но нет. Ресторан был хороший.

Поели там мясо с кровью. Выпили вина. Пьют эти французы очень много. Потому что я, например, столько за обедом не могу пить, а после этого еще куда-то работать идти. Я и отказывался там, и не пил. Тем не менее, все равно в голове потом шумело. Впрочем, вина были хорошие.

Один из моих товарищей, бывший французский подводник, такой, знаете, стереотипный французский моряк с такой физиономией, как будто вечно готовый к чему-то такому трудному и опасному, оказался тонким ценителем. И мне его друзья сообщили, что если вино ему не по нраву, он прямо бутылкой швыряет в стену. И такой уж у него обычай заведен. Я не знаю, наверное, врали, потому что что это за манера — швыряться в стены бутылками. Такого, наверное, даже во Франции быть не может.

Как бы то ни было, меня свезли на вокзал. Там я с билетами своими нашел правильный поезд. Правда, не сразу. Я чуть не сел не в ту сторону, не уехал в Париж, куда мне было пока не надо. Но контролер меня направил, я догадался спросить. На том же перроне стоял, там перрон очень длинный, на том же перроне стоял второй поезд, на который мне было надо. Я забежал, сел и стал думать, как бы так еще понять, что я еду куда надо.

Потому что ходить и спрашивать: «А это поезд на Мюлуз?» — будет глупо, потому что Мюлуз — это промежуточная остановка. И мало ли, может кто-то не знает. Бортпроводников там никаких в этом TGV нет. Поэтому я решил отслеживать путь по карте.

Попутно пришли контролеры и заявили мне, что я сижу не в своем классе и не в своем вагоне. Мне абсолютно было все равно, в каком я классе, потому что меня волновало попадание на тот поезд. У меня в голове постоянно вертелась та смешная поэма про человека рассеянного с улицы Бассейной. Помните: прибежал он на перрон, сел в отцепленный вагон, взял узлы и чемоданы, рассовал их под диваны. И оказаться в его положении мне совершенно не хотелось, уехав не туда, а куда не надо.

Нашел свой вагон, там оказалось действительно потеснее. Кроме того, рядом с самым моим местом сидела какая-то тетка, и она была не очень рада меня видеть, потому что я ей мешал. И она через некоторое время куда-то отсела.

Потом опять пришли контролеры, на меня уже не посмотрели. А следом за ними были какие-то два парня, которых я принял за обычных пассажиров. Оказалось, что это такие погранцы, потому что они прицепились к некой девице и проверяли у нее очень долго паспорт. Я решил, что сейчас у меня тоже будут проверять паспорт, но на меня тоже не поглядели и пошли дальше. Я удивился. Потом я подумал: может, это такие какие-то вежливые гопники в стиле «А загранпаспорт есть? А если найду?» Но оказалось, что это действительно такие погранцы. На обратном пути я столкнулся с их коллегами.

Цюрих оказался городом совершенно не таким, как Лион. Это все-таки столица фактическая, самый крупный город. Огромные орды народу, какие-то новогодние празднования, все украшено, везде какой-то базар, все чего-то продают.

Интересной чертой рождественских базаров в Швейцарии является то, что там постоянно готовят какую-то национальную еду. Еда эта страшно воняет на весь базар, но, видимо, никого не смущает то, что товары могут просто пропахнуть этим запахом. Все продолжают продавать, не знаю, видимо, принюхались и не чувствуют.

Было 9 вечера, мой хозяин, какой-то итальянский парнишка, прислал мне СМС, говорящее, что если он не будет дома, то ключ под ковриком. Я поэтому решил, что раз меня там не очень ждут, то пойду погляжу, погуляю, поем.

Прошелся по улицам, сам не заметил, как я примерно по направлению к дому забрел в какой-то темный совершенно район, где все уже было закрыто, никто не ходил. Но пошел на шум голосов и набрел на кабачок под названием «Маленькая Италия». Сел там, потребовал пива и какой-нибудь колбасы или еще что-нибудь поесть. Принесли очень пряные итальянские какие-то сардельки или колбаски, я уж не знаю, сваренные с острыми зелеными перцами. Я стал попивать пиво и поглядывать на окружающих.

Окружающие орали, галдели и хохотали так, как будто я был не в Швейцарии, а, я не знаю, где-нибудь в Италии как минимум. Оказалось, правда, что это не так празднуют день рождения, потому что вскоре начали напевать песенку, принесли пирожок и стали хлопать. Я тоже со всеми поорал песенку, похлопал, умилился тому, как поздравляют именинницу, доел свою сосиску, попросил вызвать такси и уехал на адрес.

Итальянцы оказались тремя какими-то пареньками, видимо, тоже снимавшими квартирку в четырехэтажном домике с палисадом. Мне дали комнату. По убранству комнаты, откровенно говоря, можно было решить, что я живу у каких-то непальцев, поскольку там везде висели цитаты из Далай-ламы, какие-то странные камни, украшения. И спать мне нужно было на тюфяке, лежавшем на циновке. Правда, тюфяк оказался отличным, толстым и мягким. Одеяло позволяло завернуться с головой, так что ночь я провел отлично.

Итальянец еще, судя по найденному ценнику и складу мыла, варит сам мыло и продает его своим постояльцам. Куском мыла я помылся в ванной, и оказалось действительно очень хорошее мыло. Но покупать с собой я не стал, потому что оно какое-то было очень мягкое. Я боялся, что оно мне что-нибудь испачкает в вещах. Дома, если что, найду что-нибудь такое похожее и подешевле.

Утром я попрощался с итальянцем, меня стала уже забирать тоска по родине. И поэтому я ночью сидел и смотрел через YouTube старый советский мультик про остров сокровищ. Тот самый, такой авангардистский, с постоянно прерывающими музыкальными клипами. Очень любил его в детстве, и он мне помогал справиться с тоской по родине.

И поехал на такси на встречу. В такси я обнаружил, что как-то я плохо вижу, и вспомнил, что очки-то я забыл в Лионе, а линзы тоже там оставил. Они у меня только на один день. Пришлось останавливаться в какой-то оптике. Оказалось, что там, правда, линзы есть очень хорошие. Купил их. И сейчас я вот сижу как раз в этих замечательных швейцарских линзах.

Пообщался с нужными людьми. Они меня сводили опять же в ресторанчик. Оказалось, что в Швейцарии подают венский шницель, который я очень люблю с детства. Поел его. Сразу нахлынули воспоминания.

Отправился на вторую встречу, поглядел город. Попутно там все какие-то башни часовые, обсерватории, какие-то там старые стены, что-то похожее на останки древней крепости. Интересный город. Покатался на поезде и решил посмотреть на новогодний базар.

На базаре мне налили из самовара чаю. Я спросил, знают ли они, что это такое. Они сказали: не знаем, какой-то бойлер кипятит и ладно. Обнаружил там несколько прилавков, где продавали всякие матрешки и гжель, хохлому. Я опять же спросил, что это. Они сказали: ну это вроде оттуда, из России. Не уверен, что это прямо из России они везут, может, на месте делает диаспора. Но показалось довольно забавно. Я смотрю, мы такими темпами вытесним из массовой культуры американцев. По крайней мере, в Швейцарии так точно.

Прогулялся по старому городу. Напоминает наш с вами Старый Арбат в Москве, только, во-первых, неровный, и там постоянно куда-то то в гору надо лезть, то наоборот. И с деревянными такими ставнями.

Между прочим, в Лионе я обнаружил, что очень популярны штормовые жалюзи, то есть такие плотные, которые снаружи окна закрываются наглухо. Видимо, то ли против буйства стихий, то ли против буйства кидающих камнями иммигрантов, то ли еще для чего, непонятно.

Зашел, кстати, в местный «Макдоналдс», чисто так посмотреть, чего там продают и чем он отличается. Оказалось, что швейцарский «Макдоналдс» дает все комплектами. И не так, как у нас тут в Москве, где берешь что хочешь. Там, если брать что хочешь, получится очень дорого, а комплектом более или менее дешевле.

Wi‑Fi за границей оказался тоже довольно плохенький. Местами он есть, там, допустим, на вокзалах, на всяких. Но там обязательно нужно регистрироваться, вбивать имя, фамилию, электронную почту, еще чего-то. Те, кто недоволен тем, что теперь в метро в Москве надо нажимать кнопку «Войти» в Wi‑Fi, вот побывайте на Западе и посмотрите, как там здорово.

Тем не менее Цюрих мне очень понравился. Такой город, видно, с достоинством. С одной стороны, держит традиции, с другой стороны, очень большой и современный.

Сел обратно на поезд, уехал в Лион. По дороге довольно долго ждал на полустанке пересадки, кушал пончики и пил кофе.

Переночевав в Лионе, отправился на вокзал, где я взял поезд до аэропорта. Это оказалось гораздо дешевле, чем пользоваться грабительским такси, кстати, и быстрее, как мне показалось: доехали минут за 15.

В лионском аэропорту добрался до Парижа, там практически сразу сел на рейс до Москвы и улетел в тех же условиях, что и прилетал.

В Шереметьево, пока я ехал на такси от Белорусского вокзала, я решил, что не буду брать такси от самого Шереметьево, чтобы не попасть в какую-нибудь перманентную пробку там рядом. Доезжал до вокзала на аэроэкспрессе. Аэроэкспресс, кстати, удобная вещь. Единственное, что 400 рублей, мне кажется, они ломят. Доехал я все равно дешевле, чем если бы ехал чисто на такси, но не знаю. Мне кажется, 400 рублей в один конец — это дороговато.

Кроме того, меня постоянно раздражало то, что там по ящику, висящему в вагоне, на стенках тоже развешано, бесконечная пропаганда очередного форекс-лохотрона. Помните, некоторое время назад в метро не было никакого спасения от этих постеров: то спасибо кризису за новую работу, то какой-то толстый мужик с бородой, который что-то там прячет в пиджак и говорит: «Не говорите жене, куда я просаживаю деньги», или нет, он там как-то по-другому сказал. Но смысл в любом случае тот же самый.

Или что еще лучше: бородатый дядя в очках по имени Вениамин Сафин, хотя, по-моему, он все-таки Сафин, по внешности видно, который обещал научить зарабатывать на колебаниях курса валют. А также совершенно феерическое утверждение: в таком-то году Джордж Сорос заработал 100 миллионов долларов на падении британского фунта стерлингов. Надо еще только приписать, что 100 миллионов Джонов Смитов остались без штанов, чтобы Джордж Сорос мог что-то там заработать на падении фунта стерлингов.

Пока я ехал по Москве, я не успевал восторгаться всему, что вижу. И даже омерзительный памятник Петру Великому на Москве-реке Церетели показался очень милым и эстетичным. Я все ехал и говорил: ах, какие у нас просторные улицы, как много магазинов, какой у них большой ассортимент, какие чудесные рестораны на любой вкус, какой у нас удобный общественный транспорт в Москве и как вообще все замечательно. Так я за неделю успел соскучиться по родному городу, что страшно сказать.

Весь следующий день я, наверное, спал до обеда, восстанавливая силы. Недавно взвесился и понял, что я похудел за эту неделю ощутимо. Видимо, если я еще пару месяцев вот так вот пробегаю, как белка в колесе, по заграницам, метаясь между Францией и Швейцарией, я возвращу себе юношескую стройность в полном объеме. Рекомендую всем, кто желает похудеть, устройтесь на такую же работу.

Вот такой вот интересный поход. Думаю, что в ближайшие месяцы придется его повторить, потому что работа не ждет.

Ну а на этом все. До новых встреч.