В этом выпуске мы продолжаем начатый в прошлом выпуске подкаста рассказ об играх серии BioShock - BioShock Infinite.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели. В эфире 39-й выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами постоянный набор его ведущих: Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин. В прошлый раз мы коснулись таких интересных, не знаю, как это: за одну игру считать, за две, таких интересных игр, как BioShock и BioShock 2. О чем мы, Домнин, сегодня будем говорить?

Мы будем говорить о прямом продолжении, хотя по сути это скорее приквел, к серии игр BioShock под названием BioShock Infinite. Infinite обозначает буквально «бесконечный», «бесчисленный», «множественный», «неисчислимый». Помнишь, в World of Warcraft там была такая Infinite Dragonflight?

Да, черные драконы, которые пытались изменить ход времени.

Infinite — это очень хорошее название для игры, что станет ясно. Мы говорим сразу, что этот выпуск состоит из сплошных спойлеров, бесконечных. Прошлый тоже был большим толстым спойлером, но Домнин оправдывал то, что игра вышла в 2007 году, и все, кто хотел, наверняка уже поиграли.

Да. Вот я сразу тебе хочу сходу задать такой вопрос. Насколько я понимаю, я в BioShock Infinite тоже не играл, равно как и в предыдущие BioShock. Насколько мы… Я понимаю, что есть вот BioShock Infinite, есть к нему еще какие-то апдейты, да, вот эти вот.

Есть два аддона, да.

Два аддона. Мы чего коснемся?

Мы коснемся, собственно, Infinite, потому что аддоны вышли буквально… Вот я вчера только прошел второй, он вышел, по-моему, позавчера или позапозавчера. На этой неделе он вышел. Мы не будем их касаться, тем более что ничего прямо такого кардинального они не добавляют. Они там некоторые моменты освещают с другой стороны, но суть остается прежней.

Понятно, понятно. Говорить мы будем об основной сюжетной линии. Итак, если вы не играли, при этом обладаете исключительно цепкой памятью, вроде моей, и не любите, когда спойлерят и портят удовольствие, вы можете послушать первую где-то четверть нашего подкаста, то есть это где-то будет минут 15–20. Дальше мы рекомендуем вам сесть за игру, она стоит сейчас недорого сама по себе, в том же Steam там скидки на нее. Купите, пройдите, подумайте, и тогда уже послушайте, чтобы пережить еще раз и, может быть, понять что-то, чего вы недопоняли при прохождении. Может быть, на что-то не обратили внимания.

Все? Все, кто хотел, заткнули ватой уши и спрятали голову под подушку? А лучше выбежали из комнаты? Ну ладно, начинаем.

Итак, события BioShock Infinite происходят в более ранний исторический период, в самом начале XX века. Место действия похожее. Это тоже город, изолированный от другого мира и живущий по своим, непохожим на обычные, законам и порядкам, в котором присутствуют необычные высоты техники и науки, до которых современный мир еще не добрался, а до многих не добрались и мы с вами в наше время. Это мир, в который попадает протагонист, попадает фактически против своей воли. И он должен пройти там через огонь, воду и медные трубы. Причем, кстати, в буквальном смысле.

Город называется Колумбия. А нашего героя зовут Букер Дэвитт. Букер Дэвитт родился в 1874 году. В 16 лет ушел в армию и был членом 7-го кавалерийского полка американской армии, печально знаменитого тем, что принимал участие в резне на Вундед-Ни. Вундед-Ни назывался лагерь переселяемых индейцев, к которым послали войска для того, чтобы поторопить их убираться дальше в свои резервации, насколько я помню.

Между патрулем и индейцами начался конфликт, словесная перепалка. Кто-то выстрелил, неизвестно кто и куда. Поднялась паника, все стали палить во все стороны, и насчитали несколько десятков трупов. Погиб в том числе вождь Большая Нога, пытавшийся увести людей от опасности.

После этой резни Букер решил покинуть армию по некоторым причинам. Дело в том, что он после битвы снимал скальпы с павших индейцев. Несмотря на то, что он хотел таким образом подчеркнуть свою воинскую доблесть, его войсковые товарищи решили, что манера снимать скальпы характерна скорее для индейцев, то есть для грязных чурок. И с тех пор Букер считался чем-то вроде метиса или, по крайней мере, духовно близкого к индейцам, а значит, недостойного общения с благородными белыми господами. Так что Букеру пришлось подавать в отставку и попытаться найти новое призвание.

Сначала он решил было примкнуть к известной секте заново рожденных. Это довольно популярная, в том числе и сейчас, организация в США, которая помогает людям, совершившим то, чего они стыдятся или боятся в прошлом, найти себя заново путем повторного крещения. Или первого, если это некрещеные люди, что для Америки, кстати, нехарактерно.

То есть я правильно понимаю, что эта организация реально существует и действует?

Конечно, конечно. Таких очень много в США. Born again Christians это называется.

Так вот, процедура пошла как-то не так. Букер в последний момент передумал и сбежал оттуда, не приняв второе крещение. Вместо этого записавшись в национальное детективное агентство Аллана Пинкертона. Кто такой был Пинкертон, Ауралиен?

Пинкертон — это, я так понимаю, был знаменитый сыщик.

Да, это был знаменитый сыщик, шотландский мигрант. Он, вообще-то говоря, по профессии был бондарь, то есть бочки делал, бочар. Но в Чикаго, в котором он поселился, производство бочек было не настолько выгодным, как ловля преступников, поскольку полиция тогда была совершенно рудиментарной и получала абсолютно нищенскую оплату. Пинкертон за умеренные деньги решал проблемы.

Во время войны агентство Пинкертона, имеется в виду Гражданская война в США, фактически взяло на себя функции президентской охраны и разведки. Пинкертон рассылал своих агентов за линию фронта и сам тоже принимал участие в секретных операциях. Как-то раз Пинкертону, например, пришлось бежать из парикмахерской с намыленной физиономией. Его там брили. А пока его брили, он услышал болтовню каких-то южан, которые обсуждали секретные новости. И он дождался, пока они выйдут, вскочил с кресла и прямо так, с полотенцем и намыленной физиономией, побежал за ними.

Однако после войны и убийства Линкольна Пинкертоны потеряли всякие контакты с правительством и занимались в основном тем, что разгоняли рабочие демонстрации и охраняли штрейкбрехеров, то есть людей, которых нанимали во время локаутов. Что такое локаут?

Локаут? Не знаю, что такое локаут.

Вот бывает забастовка, когда рабочие говорят: мы не будем работать, пока вы не повысите зарплату или не выдадите нам рукавицы и каски. А в ответ на первые забастовки, как раз тогда происходившие в XIX веке, обычно предприниматели просто объявляли локаут. Они говорили: ну и прекрасно, пошли все вон, вы здесь больше не работаете, я просто наберу новых, и все. Кого-нибудь поумнее, чем вы.

Понятно.

Отваживали рабочих от заводов, чтобы штрейкбрехеры, буквально ломающие забастовки, могли спокойно трудиться. Кроме того, разгоняли всякие демонстрации, манифестации, требования земли крестьянам и фабрик рабочим. Этим и занимался Букер в бытность свою там, после чего он вынужден был покинуть и это место работы.

Дело в том, что стыд за совершенные им на Вундед-Ни действия, а также усугубленный его работой на Пинкертона, — все это привело его к попыткам забыться в алкоголе и азартных играх. Разумеется, ничего хорошего из такой политики никогда не выходит. Это мы, кстати, говорим в том числе и от своего лица. Поэтому Букер опустился на самое дно, сильно проигрался. Его работа в качестве частного детектива в собственном агентстве не приносила почти никаких денег, в частности потому, что алкоголики никому не нужны. И поэтому Букер с радостью ухватился за представившуюся ему возможность разом избавиться от всех долгов: отправиться в некий город и привезти оттуда девочку, чтобы расплатиться со своими долгами.

Что за девочку? Ему выдали фотографию. Девушке лет, наверное, 17–18, в синеньком платьице, брюнетка, носит достаточно обычную прическу для того времени, с хвостиком. На вопрос, какой город, Букер ответа не получил. И вот он обнаружил себя на лодке, плывущей к маяку на побережье океана.

В лодке сидело двое человек. Мужчина греб, а женщина помогала править. Они вели какой-то странный и непонятный для Букера спор на какую-то околонаучную тему. При этом спорили не очень занятно: они постоянно заканчивали друг за друга фразы. Подвезя Букера к пристани и высадив его, они сказали, чтобы он шел в маяк и разбирался там сам.

Не понимая, какая связь между маяком и попаданием в город, Букер, тем не менее, вошел в здание, поднялся на самый верх и обнаружил, что вместо типичного для маяков фонаря там расположена небольшая головоломка из трех символов. Решив головоломку, Букер обнаружил, что маяк вдруг замерцал красным, стал подавать странные звуковые сигналы, причем очень громкие, а потом дно под тем местом, где, по идее, должен быть фонарь, раскрылось, и из него выехало креслице, напоминающее, знаете, такие, которые были в старых парикмахерских, с поручнями. Еще на таких сейчас чистильщики сапог усаживают клиентов. У меня вот в километре от дома есть как раз один чистильщик сапог. У него такое кресло примерно.

Букер решил, что была не была, сел в кресло и тут же обнаружил, что его руки и ноги захватило зажимами. Приятный женский голос заявил, чтобы он не дергался, ибо это для его собственной безопасности. После этого на Букера сверху наехал какой-то колпак с иллюминатором. Он почувствовал толчок и понял, что летит.

Кабина, в которой он вдруг оказался, вылетела вверх вертикально из маяка. Летела до облаков, поднялась над облаками. И тогда Букер увидел этот самый город, Колумбию. Город буквально парил над облаками, слегка покачиваясь. Вокруг него то и дело сновали какие-то дирижабли. Здания стояли как блоками, так и индивидуально, поддерживаемые снизу какими-то странными пропеллерами, которые вращались слишком лениво, чтобы можно было допустить, будто они создают воздушную подушку для города. Тем не менее, город не падал.

Падать начал сам Букер. Ракета, в которой он сидел, выпустила парашют, и Букер приземлился на площадку в странном городке. Город, в котором он оказался, выглядел очень солнечным, светлым, построенным с большим вкусом. По архитектуре он напоминал смесь ампира с классицизмом. То есть очень много таких монументальных зданий, высоких, с колоннами, с балконами, с крупными галереями и верандами, которые их опоясывают. Город был, без шуток, красивый.

Место, в котором Букер оказался, напоминало что-то вроде кладбища, или церкви, или сада какого-то, или всего вместе взятого. Побродив по галереям и посмотрев на очень красивые фрески и витражи, изображающие каких-то святых, судя по всему, Букер добрался до места, напоминающего церковь, только с полом, залитым водой, и подошел к группе людей, которым он сказал, что нужно попасть в город. Люди, возглавляемые священником, заявили, что нет ничего проще, но для этого Букер должен пройти крещение. И пришлось ему окунуться в воду с головой, таким образом крестившись и заслужив право прохода в город.

Отступление. Этот момент привел в неведомую ярость одного из покупателей игры, который заявил, что такой момент оскорбляет его религиозные чувства, и он требует вернуть ему деньги. Причем он это все объяснял тем, что изображение крещения оскорбляет его как христианина. Мне кажется, что как христианину ему надо было в первую очередь оскорбляться тем, что это шутер, и там за время игры убивают что-то около батальона по военным меркам, по численности. Также занимаются пытками, резней, этническими чистками и всяким таким. Мне кажется, что надо было бы этим возмущаться, а не тем, что персонажа макают в воду с головой.

Между прочим, вот этот случай, мне кажется, служит прекрасной иллюстрацией к той сатире, которую BioShock Infinite проповедует своим сюжетом. Скоро поймете, почему я считаю, что вот этот покупатель прекрасно вписался бы в колумбийское общество.

Итак, Букер оказывается в саду, засаженном розовыми кустами, в котором его встречают три статуи. Каждая статуя протягивает какой-то предмет выходящему из ворот человеку. Одна протягивает меч, другая — ключ, а третья — свиток.

В статуях Букер внезапно узнал никого иного, как Джорджа Вашингтона, первого президента США, Бенджамина Франклина, посла Соединенных Штатов и большого вообще ума человека, — почитайте его записки, прекрасно описано, в любую эпоху подходит как руководство к действию, — и, наконец, Томаса Джефферсона, тоже видного государственного деятеля США. Эти три лица были своего рода идолами Колумбии, которым тут все поклонялись и которым старались подражать.

Букер пошел дальше и вдруг получил записку, в которой ему предлагалось следовать к ангелу, а также опасаться определенного числового номера. Букер стал замечать, что по городу развешано очень много интересных плакатов, которые позволяют судить о местной политике и идеологии. Например, практически везде были развешаны очень занятные изображения, где Джордж Вашингтон стоял, держа в одной руке колокол, а в другой — каменные скрижали с десятью заповедями. Находился он под сенью ангела, носящего такое платье с американскими звездами. И на него со всех сторон набегали отрицательные, судя по композиции, персонажи: индус в тюрбане, североамериканский индеец, пьяный ирландец со своей голодающей семьей, китаянка, толстый усатый мексиканец в сомбреро, носатый, с длинными пейсами и острыми когтями, еврей, индеец с трубкой мира, очкастый носатый китаец с косой, южноамериканский индеец с дурацкой шляпкой. Все это было подкреплено огромным лозунгом: «Наш священный долг — остерегаться иностранных орд».

Кроме того, периодически попадались какие-то странные изображения, предостерегающие от некоего ложного пастыря. Ложный пастырь изображался как темный мужик в шляпе, у которого на кисти одной из рук пылающие буквы АД. Букер инстинктивно посмотрел на свою собственную левую ладонь и увидел с тыльной стороны как раз такую татуировку или клеймо.

Кроме того, Букеру периодически попадались такие автоматы, в которых можно было посмотреть занятные диафильмы. Диафильмы рассказывали историю Колумбии. Судя по тому, что в них демонстрировалось, город был основан неким пророком Захарией Комстоком. Основал город, руководствуясь откровением, в котором ему явился некий ангел Колумбия и сообщил ему, что он должен построить летающий город, новый Эдем, в котором будут жить праведники, свободные от соблазнов Содома под ними. Содомом под нами в городе называли весь мир, который не Колумбия.

Судя по тому, как представлялась история в этих диафильмах, американское правительство поначалу поддерживало создание этого города. И более того, оно предполагало, что эта Колумбия, тем более летающая, хотя правительство так и не поняло, каким образом город может летать, станет этакой витриной американского образа жизни, американской культуры, американской цивилизации. А то, что она летающая, делало ее абсолютно бесценным орудием пропаганды. Ведь, согласитесь, чтобы человек приехал, скажем, в Москву и посмотрел на Кремль, на Большой театр, на Старый Арбат, проникся, впечатлился, ему нужно иметь желание, деньги и возможность куда-то ехать. А Колумбия прилетает сама. Она отправилась практически сразу в турне по всему миру, где пропагандировала американские ценности и призывала всех хороших людей иммигрировать в Америку.

Так оно длилось вплоть до печально известного восстания боксеров. Дело в том, что Китай к рубежу веков подошел в крайне паршивом состоянии. Страна была страшно отсталой, безграмотной, голодной, нищей, не имеющей никаких современных вооруженных сил в массовом понимании этого слова, раздираемой на части феодальными противоречиями при бездарности правящей династии. Кроме того, китайское руководство состояло не из китайцев, а, собственно, из маньчжуров, которых интересовало исключительно благоденствие собственной маньчжурской династии, а сам Китай мог катиться ко всем чертям, если так ему было угодно.

Вторжение иностранцев, опиумные войны, унижение Китая неравноправными договорами, потеря территорий, навязывание иностранных обычаев — все они привели к Боксерскому восстанию, также известному как восстание ихэтуаней. Ихэтуань означает что-то вроде «духовный кулак» и является сокращением от полного названия организации «Кулаки мира и справедливости». Там их было просто несколько с похожими названиями, которые более или менее копировали друг друга.

Эти самые боксеры так назывались потому, что считали занятия традиционными боевыми искусствами исключительно важным тем, что принесет им победу над иностранными варварами. Между прочим, вот эта самая идея легла в основу бесконечных кунг-фу-боевиков, которые мы сейчас будем лицезреть.

Как бы то ни было, Боксерское восстание заключалось в повальных убийствах связанных с иностранцами китайцев, убийствах маньчжуров, чиновников, военных, не способных защитить страну, самих иностранцев. Иностранный квартал в Пекине был взят в осаду и с трудом держался, и то исключительно благодаря пулеметам и стенам. Одним словом, положение его было печальным. И тогда иностранные державы решили произвести интервенцию, чтобы подавить это восстание и не допустить прихода в Китае к власти национально ориентированного правительства. В этой карательной экспедиции участвовала в том числе и Колумбия.

В ответ на захват в заложники американских граждан Колумбия опустилась над Китаем и подвергла город страшному опустошению с помощью бомбежки и обстрела. Это произвело страшное впечатление не только на китайцев, но также и на власти в Вашингтоне, поскольку они вдруг поняли, что их витрина американского образа жизни, построенная для всемирной выставки, оказалась на самом деле оружием, находящимся в руках неизвестно кого.

Американское правительство в ультимативной форме потребовало посадить Колумбию на землю и начать всестороннее расследование того, может ли она вообще существовать. В ответ на это пророк Комсток объявил, что Колумбия выходит из-под юрисдикции и состава Соединенных Штатов Америки, после чего Колумбия бесследно исчезла в облаках. И с тех пор о ней ничего не было слышно.

Букер обнаружил, что на дворе сейчас 1912 год, то есть с момента исчезновения Колумбии прошло 11 лет. И порядки в городе, скажем так, оказались сильно отличающимися от того, что он привык видеть в Америке. Да, тогдашние США тоже, конечно, не были цитаделью демократии, которой они вечно притворяются. Но, например, в Колумбии оказался государственно узаконенный Ку-клукс-клан. Вернее, его местная разновидность, называвшаяся Братский орден воронов.

Братский орден выглядел практически как Ку-клукс-клан, только вместо белых балахонов носил черные балахоны. В качестве символа использовал ворона. А в их штаб-квартире все стены были увешаны разными картинками, направленными на пересмотр результатов Гражданской войны. Например, самый большой витраж выглядел как сидящий в ложе театра Форда Авраам Линкольн с черной физиономией, горящими глазами и рогами на голове, и его сзади стреляет из пистолета благородный Джон Уилкс Бут, стоящий в столбе света и чуть ли не с нимбом на голове. Одним словом, оказалось, что Линкольна в городе ненавидят, считают, что он предал белую расу и Америку. А сам пророк Комсток проповедует то, что негры были не освобождены, а, наоборот, спущены с цепи и погрузились в пучины пьянства, преступности и порока.

Кроме того, в городе вообще, как оказалось, не любят не только негров, но и любые другие меньшинства. В частности, под пресс попадали также и ирландцы. Это, впрочем, было довольно типично и для США того времени, поскольку, если вы посмотрите на политические карикатуры той эпохи в американских газетах, посвященные ирландцам, то увидите одну и ту же картину: дикие обезьяноподобные чурки в зеленых пиджаках с ножами и дубинами пытаются понаехать в Америку и учинять там погромы, резню и гангстерские войны. Помнишь фильм «Банды Нью-Йорка», Ауралиен?

Да, что-то такое припоминаю.

Там основой сюжета был конфликт между двумя группировками: ирландской и сочувствующими им, и так называемыми коренными. То есть, попросту говоря, теми, кто понаехал в страну за 50 лет до этого. Считали, что ирландцы — это чужеземцы, пытающиеся прибрать к рукам их землю и страну. И вот в такой же форме это проповедовалось в Колумбии.

Тем не менее, негров и ирландцев в городе было предостаточно, потому что их завозили из Содома внизу, то есть из обычной Америки, на кабальных условиях, чтобы они работали на колумбийскую индустрию.

Как бы то ни было, Букер вскоре обнаружил, что вдалеке виднеется фигура ангела, огромная даже по меркам целого города. Ангел плавал на отдельной платформе, напоминающей, кстати говоря, остров, на котором стоит статуя Свободы. И сама статуя тоже, очевидно, является отсылкой к ней. И Букер решил двигаться в ту сторону.

По дороге ему пришлось принять участие в лотерее, призом в которой почему-то оказалось право бросить первый камень в так называемых мезальянсеров. Мезальянсерами оказались ирландский мужик и его негритянская жена, посмевшие пожениться вопреки строгому закону о несмешении рас. В суматохе, поднявшейся после того, как татуировку Букера заметили устроители лотереи, парочке удалось сбежать. А вот сам Букер попал в переплет. Ему удалось вырваться от полицейских, завладеть оружием и оторваться от преследования, после чего он решил побыстрее добраться до статуи, достать оттуда эту самую девушку и делать ноги, пока цел.

До статуи он добрался без приключений и обнаружил, что, вопреки своим ожиданиям, ее никто не охраняет. Никакой там полиции, стражи, солдат — ничего нет. Ни единого часового. В самой статуе оказался такой, как бы, музей — не музей, научный институт — не институт. Одним словом, там все было устроено как комфортабельная тюрьма для этой самой девушки, чтобы за ней можно было наблюдать. Хранились там всякие артефакты, типа локона ее волос или пробы крови, анализов тканей. А кроме того, стояли какие-то непонятные агрегаты явно электрического свойства, напоминавшие здоровенные банки, вроде тех, которые ставят простуженным, подключенные к электрогенераторам.

Девушка оказалась как раз такой, как на картинке, и поначалу к Букеру она никакого дружелюбия не проявила. Более того, начала швырять в него книгами и даже сумела сшибить с ног одной особо толстой. Тем не менее, ему все-таки удалось ее убедить в том, что он не враг ей и что он поможет ей бежать. Девушка не очень понимала, куда ей бежать и зачем ей бежать. Однако Букер, наблюдая за ней, обнаружил, что каким-то образом перед девушкой открываются что-то вроде порталов, которые ведут в совершенно другие места, в частности напоминающие Париж, судя по Эйфелевой башне.

Букер ухватился за эту идею и сказал, что они могут двинуть в Париж, если Элизабет, так звали девушку, хочет.

Но все, как всегда, не так просто. Едва они пытаются бежать, как на них нападает некий Соловей — гигантское механическое существо, вроде, знаете, грифона какого-то или горгульи с орлиной головой, которое умеет летать, при этом явно имеет механическое устройство и является машиной. А также реагирует на Элизабет примерно так же, как Большие папочки на Маленьких сестричек.

Им удается оторваться от преследующего Соловья и попасть в жилую часть города. Там Букер встречает старого приятеля, сослуживца по кавалерийскому полку, тоже участника резни на Вундед-Ни, который тоже участвовал в создании Колумбии, однако разочаровался в городе и устроил нечто вроде военного клуба, члены которого желают умереть славной смертью.

Я думал, ты скажешь страшной смертью.

Ну, страшной тоже.

Букеру и Элизабет удается захватить дирижабль, на котором Букер пытается бежать в сторону Нью-Йорка. Однако Элизабет замечает, что координаты, которые он ввел, вовсе не относятся к Парижу, и двигаются они не туда. Поэтому она бьет его по голове разводным ключом и убегает.

Дирижабль тем временем захватывают странные люди в красных повязках. Себя они называют группировкой «Глас народа», борющейся против режима Комстока и господства его политической партии, так называемых Основателей. Во главе «Гласа народа» стоит негритянка Дейзи Фицрой. Дейзи работала на самого Комстока в качестве чего-то вроде полурабыни, негритянской горничной, которая разыскивается за убийство своей хозяйки, госпожи Комсток. Комсток является вдовцом. По официальной версии, негритянка убила свою хозяйку и бежала, прихватив ее драгоценности. Сама Дейзи утверждает, что никого не убивала, а жену Комстока убил сам Комсток в ходе какой-то ссоры, которую она слышала краем уха и так и не поняла, что это.

В попытках отыскать сбежавшую Элизабет Букер соглашается помочь «Гласу народа» раздобыть оружие у одного китайского мастера. Найдя Элизабет, он с ней более или менее мирится и говорит, что так или иначе бежать им все равно придется, а значит, нужно помочь «Гласу народа».

Добравшись до мастерской китайца, выясняется, что все его оборудование было конфисковано властями, и ничем он помочь не может. И тогда Элизабет выдвигает идею: она откроет портал в параллельный мир в надежде, что там, исходя из теории квантового бессмертия, этот китаец будет вполне в состоянии им помочь.

Переход из одной реальности в другую заканчивается плохо. Они оказываются в реальности, где «Глас народа» получил свое оружие и начал кровавое восстание против Комстока. А по всем углам развешаны плакаты, на которых изображен машущий рукой Букер. И написано: «Дэвитт, мученик революции».

Букер обнаруживает, что, оказывается, в этой реальности он примкнул к «Гласу народа», был убит в попытке помочь им и стал этаким символом сопротивления, чья смерть разожгла восстание.

Попытка войти в контакт с «Гласом народа» и Дейзи Фицрой лично кончается плачевно. Фицрой заявляет, что, во-первых, ее Букер мертв, это она знает точно. Следовательно, этот Букер либо самозванец, либо призрак. Во-вторых, ее Букер — это красивая легенда, которая разжигает сердца ненавистью к Основателям и призывает их на революцию. А живой Букер все усложняет. Поэтому она отдает приказ расстреливать на месте любого, кто похож на Букера или утверждает, что он Букер.

В борьбе с боевиками «Гласа народа» Букер и Элизабет добираются до самой Дейзи, которая удерживает в заложниках главного промышленного магната города по кличке Финк, а также его сына. С Финком Дейзи расправляется, считая его виновным, кстати, вполне справедливо, в бедственном положении рабочих города, а сына его тоже решает убить, несмотря на попытки Букера отговорить ее.

Тем временем Элизабет пролезает, пользуясь тем, что у нее субтильное телосложение, по вентиляционной шахте в тыл к Дейзи и убивает ее портновскими ножницами, ударив сзади в сердце. Таким образом спасает маленького Финка. Потрясенная тем, что ей пришлось совершить убийство, Элизабет берет эти самые ножницы, которыми убила Дейзи, и обрезает себе хвостик, приобретя новую прическу под каре в знак того, что она стала взрослой.

После того, как они выбираются с территории, подконтрольной повстанцам, и захватывают снова дирижабль, объявляется Соловей и нападает на воздушное судно, разбивая его об одну из платформ города.

К этому времени Букер начинает понимать, что те двое, мужчина и женщина, которые отвезли его на лодке к маяку, — это непростые люди, поскольку несколько раз в его путешествиях по городу ему попадались двое человек, мужчина и женщина, очень похожие, практически как двойняшки, одетые тоже в похожие цвета, с одинаково невозмутимым выражением лиц и постоянно договаривающие друг за друга фразы. Эти двое то предлагали ему бросить монетку и зачем-то подсчитывали, сколько раз выпала решка и сколько раз орел, то предлагали Элизабет в подарок брошку: с птичкой нарисованной или с клеткой.

Элизабет выбирает одну и очень довольна своим приобретением. После этого они встречают этих близнецов снова. Близнецы представляются как брат и сестра Лютес, квантовые физики. Они заявляют, что, не избавившись от Соловья, Букеру и Элизабет не удастся бежать из города. А поэтому им нужен инструмент, который его контролирует, — специальная флейта. Флейта, разумеется, хранится во дворце самого пророка Захарии Комстока.

С Комстоком Букеру уже несколько раз приходилось встречаться в крайне неприятных обстоятельствах. Например, один из дирижаблей, который Букер пытался угнать, был Комстоком просто взорван со словами: «Господь должен прощать грешников. Но я же не Господь, я просто пророк».

В городе тем временем полыхает крупномасштабное восстание. Боевики «Гласа народа» беспощадно вырезают всех, кто более или менее чисто одет. Публика из среднего и высшего класса в панике собирает чемоданы и пытается отступать под прикрытие солдат. Кроме того, «Глас народа» захватывает промышленные мощности Финка и ставит себе на службу технические новинки, которые доселе служили лишь Основателям. Например, механиков-роботов. Вернее, роботами их называть не очень грамотно, поскольку это все-таки киборги. У механика в центре корпуса через иллюминатор очень хорошо видно, что внутри бьется человеческое сердце. Это же сердце является его единственным по-настоящему уязвимым местом.

Кроме того, повстанцами захвачены также фабрики по производству моторизованных патриотов. Моторизованные патриоты представляют собой фактически ходячие манекены Джорджа Вашингтона, вооруженные пулеметом системы Гатлинга. Так как сами повстанцы ненавидят все, что связано с символикой Основателей, они делают манекены Авраама Линкольна, приделывая им рога и дьявольский хвост, примерно так же, как на пропагандистских картинках Комстока.

Пробившись через пылающий богатый квартал, Букер и Элизабет попадают на кладбище, где пытаются открыть могилу покойной жены отца Комстока. Выясняется, что эта жена не является матерью Элизабет. Кроме того, ему удается найти доказательства того, что жена Комстока была в ярости, когда узнала, что у них вдруг появилась дочь. Она не поверила объяснениям своего мужа о том, что якобы им даровал дитя сам ангел Колумбия, и заявила, что это все просто незаконнорожденный ребенок Комстока от его научной помощницы Розалинд Лютес, той самой из двух физиков Лютесов, которые попадались Букеру и Элизабет на дороге все время.

После того, как отец Комсток потерял всякую надежду заставить свою жену поддерживать легенду, он убил ее, а убийство свалил на Дейзи Фицрой, негритянку, возглавлявшую «Глас народа».

После того, как дорога на дворец Комстока открыта, Букер и Элизабет пытаются пройти по открытому мосту. И, разумеется, там их замечает Соловей. Соловей чуть не убивает Букера. Останавливает его только обещание Элизабет отправиться с ним обратно и не пытаться убежать.

Букер, придя в себя, бежит к дворцу Комстока, чтобы во что бы то ни стало освободить Элизабет. Он не замечает, что, пока бежал, случайно попал в параллельную реальность на много десятилетий вперед. Первой ласточкой становится то, что в июне внезапно идет снег. Это дает Букеру понять, что время сейчас уже другое.

Он заходит во дворец и видит, что, вопреки ожиданиям, он выглядит достаточно темным и заброшенным. Везде какие-то странные надписи, какие-то казарменного вида кровати. Все заброшенное, грязное, напоминает интернаты для неизлечимо больных из фильмов ужасов. Какие-то крематории, надписи в стиле «здесь мы спим», «здесь мы молимся», «здесь мы едим», рассчитанные то ли на слабоумных, то ли на дураков каких-то.

Ему также крайне не нравятся обитатели здания, несмотря на то, что первыми агрессивность они не проявляют. Обитатели выглядят как одетые в какое-то серое тряпье низкорослые люди с надетыми на голову масками Джорджа Вашингтона. Человечки эти ходят, не обращая никакого внимания на окружающий мир, и производят впечатление лоботомированных. Только до тех пор, пока их не поднимет по тревоге еще более странное существо: худенькие, одетые в сюртуки создания, у которых на голову надеты, не снимающиеся, судя по замку, висящему на груди, шлемы, которые делают их абсолютно слепыми, но благодаря большим раструбам по бокам — очень хорошо слышащими. Эти существа, заметив Букера, начинают истошно кричать, собирают всех карликов в масках Джорджа Вашингтона вокруг, а те яростно бросаются на нарушителя с дубинками, палками и всем, что могут схватить под руки.

Попутно Букер находит аудиодневники, которые посвящены тому, как Элизабет здесь жила все эти десятилетия, пока его не было. Становится ясно, что отец Комсток и его ученые пытались применять к ней разные методы влияния, пытались убедить, заставить, сломать ее, чтобы превратить в инструмент для своих планов. Отец Комсток, как выясняется, заявлял, что его дочь станет агнцем, которая объединит Колумбию и отправит ее, чтобы сокрушить горы, построенные человечеством.

Во время одного из своих снов Букер видит, что стоит у себя на балконе в Нью-Йорке, и сверху над городом нависают дирижабли из Колумбии, обрушивая на Нью-Йорк бомбы и ракеты. Из аудиодневников дальше становится ясно, что, потеряв надежду на то, что Элизабет сломается, они изобретают специальное устройство, называемое «ошейник», которым подавляют ее волю и заставляют продолжить дело Комстока.

Элизабет сама оставляет дневники, где чувствуется, что ее вера слабеет. Она помнит, что Букер обещал за ней прийти, но прошло уже столько лет, а он так и не пришел.

На крыше Букер видит, что стоит все там же, в Колумбии, а под ними — горящий Нью-Йорк, на который с летающих кораблей и платформ падают бомбы. Стоящее рядом существо оборачивается и оказывается сильно постаревшей, совсем седой Элизабет, которая говорит, что ничего не могла поделать, и отдает Букеру картинку, на которой изображена птичка или клетка, смотря какая брошка была выбрана для Элизабет в начале игры, и отправляет его обратно в его время, в 1912 год.

Букеру удается прорваться через охрану лабораторий, где к Элизабет прикрепляют какие-то кабели и шланги, чтобы контролировать ее волю. Он освобождает ее, после чего Элизабет открывает портал как раз на местность, в которой бушует ураган. И всех ученых ее отца засасывает потоком воздуха.

Чтобы захватить управляющий Соловьем инструмент, флейту, Букер и Элизабет преследуют Комстока на его личный дирижабль «Рука пророка». Загнав Комстока в угол, Букер с удивлением видит, что тот не проявляет никакой агрессии. А вместо этого говорит, что ошибался, что все он понимал совершенно не так. Он смеется и говорит, что посылал огромные армии, чтобы остановить ложного пастыря, который уведет его агнца, вместо того, чтобы задать очень простой вопрос.

«Элизабет, — говорит он, — спроси своего спутника, почему у тебя на одной из рук не хватает мизинца? Почему ты носишь на обрубке пальца наперсток, чтобы скрыть увечье? Почему у тебя нет мизинца?»

Букер не отвечает ничего, его охватывает внезапная ярость. Он хватает Комстока и несколько раз бьет его головой об фонтанчик для питья, проламывая ему череп. Умирающий Комсток кричит, что отрезанный палец — это причина всего и связь между ними двумя.

После того, как флейта оказывается в руках у Букера и Элизабет, они оказываются на верхней палубе дирижабля и видят, что к «Руке пророка» летит флот «Гласа народа». С помощью подконтрольного им теперь Соловья им удается отбиться от высаживающихся десантников, и Элизабет приходит в голову мысль после того, как она смотрит на картинку с клеткой или птичкой, которую ей послала ее будущая версия. Ее осеняет, и она направляет Соловья на статую, внутри которой все эти годы жила.

Разрушение статуи разрушает машину под названием Сифон, скрытую в ней, которая накладывает ограничения на способность Элизабет открывать порталы. Иначе, разумеется, Элизабет просто открыла бы портал и слиняла куда-нибудь из этой башни, так что ее Комсток никогда бы не нашел. Без Сифона флейта бесполезна.

Соловей снова нападает на них, но Элизабет хватает Букера за руку, взмахивает рукой, и они оказываются в подводном городе Восторг, перед окном, через которое видно толщу воды. С ними же телепортируется и Соловей, но он попадает не внутрь здания, а оказывается за окном. И, подержавшись несколько секунд, его голова лопается от давления воды, и Соловей идет ко дну под успокаивающие слова Элизабет.

Букер засыпает ее вопросами, но Элизабет тащит его за руку. Они проходят в дверь и оказываются посреди моря рядом с маяком. И идут по помосткам, которые ведут куда-то вдаль. Оглядевшись, Букер видит, что вокруг таких маяков огромная куча. Рядом с ними тоже идут помостки, которые буквально как живые появляются из-под воды и ведут кто куда. Более того, по этим помосткам расхаживают фигуры, тоже попарно, мужчина и женщина, выглядящие в точности как Букер и Элизабет.

Элизабет объясняет, что это мультивселенная, то есть множественные миры, в каждом из которых есть свой Букер, своя Элизабет. Именно поэтому она умеет открывать порталы.

Чтобы пояснить это на примере, она открывает дверь очередного маяка, и они оказываются в кабинете Букера. В том самом кабинете, в котором он оказывался всякий раз, когда врагам удавалось его подстрелить, и всякий раз слышал из-за двери крик: «Мистер Дэвитт, у нас был уговор, принесите нам девушку, и ваш долг исчезнет».

Элизабет показывает Букеру на вторую дверь и говорит, что он напрасно считал, что этот уговор был о том, чтобы вывести ее из Колумбии. Букер открывает дверь и видит, что за дверью детская, а в детской кроватке лежит чернявая девочка. Он смотрит на свою ладонь с выжженными инициалами АД и вспоминает, что АД — это Анна Дэвитт, имя его дочери.

Элизабет говорит, чтобы Букер взял Анну на руки и вынес ее за дверь, иначе история не сдвинется. Букер плохо слушающимися руками делает это, и они видят, что оказались в переулке, где брат Розалинд Лютес, Роберт… Разумеется, никакой он ей не брат, он просто ее мужская версия из параллельного мира, которая сумела вычислить свою сестру и объединиться с ней для совместной работы.

Они видят, как Роберт Лютес передает маленькую Анну через портал в стене. Букер подбегает и пытается вырвать Анну у того, кто принимает ее с другой стороны, и видит, что с другой стороны он же, просто обросший бородой. Пытаясь вырвать ребенка, он все-таки ее выпускает, и схлопывающийся портал отрубает Анне Дэвитт мизинец.

Букер оказывается на лужайке, где когда-то должен был принять крещение. И Элизабет говорит, что на сей раз крещение придется принять, а не убегать, как он сделал. Он окунается в воду, после чего спрашивает священника, как его теперь будут звать новым именем. И священник называет имя: Захария Хейл Комсток.

Элизабет, вернее, даже много Элизабет, появляющихся со всех сторон, немножко разных, в разной одежде, с разными прическами, хором говорят Букеру, что это он, Захария Комсток. В одной из параллельных реальностей он не спился, а действительно принял крещение, ударился в религиозный фанатизм, создал летающий город Колумбия и с помощью Роберта и Розалинд Лютес создал технологии, позволяющие держаться в воздухе, и разные другие удивительные машины.

Единственная проблема была в том, что постоянный контакт с технологией Лютесов и излучение, испускаемое их оборудованием, сделали его стерильным, не способным иметь детей. А в пророчествах от ангела Колумбии — неясно, если это пророчество, или это ему просто показалось, или он сам придумал, — говорилось, что Колумбия не выполнит свое предназначение, если на троне не будет сидеть семя пророка. Но то-то и оно, что никакого семени он после себя оставить не мог, бесплодный. И брат и сестра Лютес и подали ему идею купить ребенка у его параллельного «я», такого, который не стал пророком Комстоком, а пропивает свою жизнь и проигрывает в кабаках и казино.

Технически это будет ровно то же самое, поскольку дочь — это будет как бы его, просто из другой реальности. И поэтому Комсток покупает у себя же, но оставшегося Букером и спившегося, дочь Анну Дэвитт. При попытке помешать передаче Анна теряет мизинец. Мизинец, оставшийся в другом мире, делает ее существом между мирами. Именно этим объясняется то, что она, Элизабет, может открывать порталы, ведущие куда угодно во времени и пространстве.

После того, как он потерял дочь, Букер впал в депрессию, выжег себе на руке инициалы АД и продолжал спиваться и заглушать свою потерю азартными играми. Пока в параллельном мире у отца Комстока не разошлись пути с учеными Лютесами. Он решил, что от них пора избавляться, поскольку они выполнили свою работу и становятся опасными для его мифа о пророчестве и ангелах. И поэтому он сломал их машину, рассчитывая, что при следующем использовании она взорвется и брат с сестрой погибнут.

Вместо гибели, однако, они оказались своего рода астральными сущностями, живущими вне времени и пространства. Несмотря на то, что это давало им возможность одновременно существовать во множестве миров, они все-таки хотели вернуть себе нормальную жизнь и потому решили, что Комсток должен быть уничтожен.

Для этого они вступают в контакт с Букером, а также с другими Букерами из параллельных вселенных, потерявшими дочерей, внушают им, что фраза «Мистер Дэвитт, принесите нам девочку, и ваши долги исчезнут» относится к якобы заданию для частного детектива по спасению Элизабет с Колумбии, а вовсе не к ее продаже, случившейся задолго до этого, и отправляют Букера в небесный город.

Так или иначе, говорят Элизабет, окружившие Букера, у Комстока не может быть смерти, поскольку он не является отдельным человеком. Он часть Букера, рождающаяся во время его второго крещения. А поэтому есть только один способ прекратить этот кошмар. И Элизабет коллективно топят Букера в ручье.

Так заканчивается история BioShock Infinite.

Верные приспешники, скажем даже так. Я, например, после этой концовки сидел как топором по голове стукнутый, ничего не понимал и только слушал песенку из титров.

Ну да. Потом где-то дня три ходил как во сне, был под впечатлением от игры. Я считаю, что это одна из самых мощных историй, которые я когда-либо видел не только в играх, но и в фильмах. Такого разрушения реальности добиться в фильме трудно, просто потому, что в игре ты как бы сам играешь, от своего лица все делаешь. И, кроме того, отличная игра актеров, прекрасный дизайн. Колумбию забыть, один раз увидев, невозможно. Яркий контраст между солнечным, веселым, богатым городом и его темной изнанкой. Совершенно блестяще прописанные диалоги. Отсылки к противоречиям так называемой американской мечты.

Вот это, я считаю, вообще гениально было сделано. И Кен Левин молодец, что вообще эту тему поднял, потому что в самой Америке она такая полузапретная. Представить, что добрый американец может ненавидеть Линкольна и считать, что рабство — это очень хорошо, согласись, трудно. Это безумие.

Да, но вот это безумие пугающе реалистично получилось у Левина. И вот из-за этого закрываешь глаза на объективные недостатки игры. На то, что игровая механика получилась сильно урезанной и даже, я бы сказал, куцей по сравнению с предыдущими двумя играми. И на снос отправили модификации оружия. Самого оружия стало там буквально четыре вида, если не считать разновидности, в которых, допустим, чуть меньше скорострельность, но больше мощность. Исчезла большая часть телепатических способностей, вместо них есть какие-то силы, выполняющие ту же сущность, но их и меньше, и работают они не так здорово. Исчез инвентарь, потому что раньше надо было с собой носить всякие аптечки и местный вариант маны. А тут единственная надежда — это либо на то, что валяется под ногами, либо на то, что Элизабет периодически открывает порталы и подкидывает то патронов, то здоровье, то маны, то еще чего-нибудь.

Кстати, Элизабет — это, наверное, один из самых впечатляющих вспомогательных женских персонажей, которые я видел в играх. Дает сто очков вперед госпоже Аликс Вэнс, к которой ты, помнится, испытывал весьма положительные эмоции.

Ну да.

Не путается под ногами, не убивается, не несет чепуху, как это свойственно сопровождающим NPC, не застревает в дверях, не отстает, не бежит поперек паровоза, не ловит пули. Делает все правильно и помогает. Вот такая картина.

Я надеюсь, что те из вас, кто еще не играл, ничего не поняли из того, что я рассказываю, потому что это надо, во-первых, самому переиграть, а во-вторых, еще желательно самому обдумать и поразмыслить над тем, что видел, и видел ли. Так что надеюсь, к тому времени, как вы сядете играть, у вас уже все это забудется, и путешествие в Колумбию станет для вас как в первый раз.

А тем, кому Колумбии и Восторга мало, те могут поиграться в целых два коротких дополнения для BioShock Infinite, называющиеся Burial at Sea, то есть «Погребение в море». Они сделаны в стилистике такого нуара и проливают свет на некоторые важные события в первых двух частях.