Скелеты, зомби, вампиры, призраки, личи всех сортов и пошибов и многе другие вымышленные твари стали темой этого выпуска подкаста.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели! В эфире 21-й выпуск подкаста «Хобби Токс». С вами постоянный набор его ведущих в лице Домнина и Ауралиена.

Спасибо, Домнин. Итак, мы, к сожалению, прервались по независимым от нас обстоятельствам с нашим циклом по фэнтезийным существам, и сегодня мы его продолжим. Точнее, мы сегодня займемся противоестествознанием, если так можно выразиться. Мы будем говорить о разнообразной нежити, популярной в играх, книгах и фильмах на фэнтезийную тематику.

Да, скажи-ка мне, какой самый распространенный вид нежити, который попадается приключенцам в самых разных играх, начиная с Diablo и кончая «Героями Меча и Магии»?

Я думаю, что это будет скелет.

Да, это будет скелет. При этом, собственно, ожившие скелеты, ходящие полчищами, до позднего Средневековья не появлялись в трудах и описаниях. То есть сам по себе скелет считался чем-то страшным и опасным. Как правило, скелет был просто смертью, олицетворением смерти. В этом случае у него обычно была какая-нибудь коса в руках, иногда серп.

Почему именно коса или серп? Почему у него какой-нибудь меч?

Не знаю. Наверное, коса или серп были ближе к народу.

Это тоже верно, но мне кажется, что речь идет об образе мрачного жнеца, который пожинает человеческие жизни.

Потому что он их собирает и относит в место…

В местный амбар.

Да, в местный амбар. В место, уготованное им.

Почему скелеты вообще появились в массовой культуре как образ? Тут мы обязаны такому явлению в позднесредневековом искусстве, как пляска смерти, она же dance macabre. Что такое dance macabre, Ауралиен?

Понятия не имею. Что это?

Это такой сюжет, популярный в духовной и даже светской живописи позднего Средневековья, изображающий такой хоровод, что ли. Хоровод включает в себя самые популярные типажи типичного Средневековья, то есть там и крестьянин, и рыцарь, и дама, и монах, и король, и купец, и разбойник какой-нибудь, еще кто-то, нищий, допустим. Они все пляшут, при этом во главе хоровода стоит скелет.

О, как?

Да, да. И скелет их куда-то ведет. Идея эта должна была наводить на мысли о бренности всего сущего и о том, что перед ликом смерти одинаковы все. А со временем скелеты начинают все сильнее проникать в массовую культуру тогдашнюю. Конечно, по нынешней мерке она не является массовой, но вы поняли, о чем я.

Вот я в группу подвешиваю сейчас картиночку за авторством Питера Брейгеля-старшего. Я, когда был ребенком, очень любил эту картину подолгу разглядывать.

Это наложило на тебя, видимо, отпечаток неизгладимый.

На самом деле, когда мне было где-то года три, я был помешан на скелетах, костях, черепах и смерти. Я очень любил всякую пиратскую атрибутику из-за черепов и костей.

Я думал, ты любил быть панком.

Нет, панком я не любил бы никогда. Панком любил быть один наш жонглирующий приятель. Так вот, я помню, что рисовал карандашом на дверях. Они, к счастью, были деревянными, так что все стиралось легко. Черепа, скелетов и кости. Очень любил всякие анатомические справочники с костями. И всем этим доводил своего отца до предынфарктного состояния. Он это все считал, что не к добру.

Так вот, картина Питера Брейгеля-старшего — «Торжество смерти». Считается, что Питер Брейгель таким образом аллегорически показал эпидемию чумы. Хотя, на самом деле, трудно сказать, так ли это. Это просто одна из версий. Изображено на картине, ты видишь, что армия скелетов, побивающая людей всеми доступными методами. Людей топят в реке, вешают в петле, жгут на костре, отрубают головы, рубят косой.

Стреляют из лука.

Да, да. В общем, Питер Брейгель был явно гражданин с фантазией.

Я так вижу.

Так вот, это один из примеров захлестнувшей позднесредневековую Европу моды на скелетов и кости. От художников все это перешло к пиратам. Пираты очень любили скелеты в самых разных применениях. Самое очевидное — это что?

Веселый Роджер.

У многих пиратов скелет на флаге был целым. Остальные от него оставляли, скажем, только череп, пару костей.

Наиболее характерные части.

Да. Но просто проще было рисовать, я подозреваю, и быстрее, чем возиться с художественными изображениями настоящего скелета. Кроме того, в анатомии тогда все разбирались плохо ввиду запретов на вскрытие тел. И поэтому скелеты, ты можешь увидеть, у Питера Брейгеля не совсем такие, как должны быть.

Не совсем достоверные.

Так вот, тем не менее, скелет с той поры становится постоянным спутником готической или какой-нибудь еще мрачной субкультуры. Особенно популярно все это стало после того, как в Европе отгремела Тридцатилетняя война. Война эта велась с доселе невиданной жестокостью. Невиданной не потому, что в Средние века все были благородными и милосердными, а просто потому, что сил и средств не хватало на настоящее зверство. Максимум, что удавалось, — это разорить город, сжечь там несколько деревень, повесить еретиков каких-нибудь. А в Тридцатилетней войне опустошались целые области. Повально вырезались все попавшиеся, друг друга убивали без всяких задних мыслей, никого не брали в плен и так далее. Поэтому смерть стала непрерывным спутником тогдашнего мировоззрения.

Милейшие времена.

Да. А в фэнтези и в играх скелеты обычно имеют довольно незавидную роль. Что они там обычно делают?

Они обычно выполняют роль пушечного мяса, бегают в больших количествах и мрут толпами.

Да, при этом у них нет никакой индивидуальности никогда. Я с трудом могу припомнить хоть какое-нибудь произведение, неважно в какой сфере или жанре, в котором бы скелет был какой-нибудь говорящий, со собственным именем.

Да, кроме того чувака из «Баек из склепа».

Да, да. Вот чувак из «Баек из склепа», Морте из Planescape. Он был даже слишком говорливый. Потом был Мюррей из серии про «Обезьяний остров». Там был такой сварливый череп, с которым можно было пообщаться на разные темы. А в остальном скелеты ничего не говорят, а просто тупо идут и пытаются неуклюже размахнуться мечом или топором и убить героя. Как правило, ими повелевает какой-нибудь некромант или, как вариант, над ними довлеет некое проклятие.

Как обычно борются со скелетами?

Со скелетами? Давай порассуждаем. Стрелять в них из лука, наверное, бессмысленно.

Бессмысленно. Из-за этого во многих играх у скелетов есть серьезная устойчивость против стрелкового и даже иногда колющего оружия. Как, примерно, вспомним Warlords Battlecry.

Я так полагаю, что их нужно просто-напросто каким-то образом расчленить, чтобы они не могли собраться назад. При этом напрашиваются достаточно длинные и в меру тяжелые, увесистые виды оружия.

Угу. Какое главное у скелета, по-моему, главное уязвимое место? Он очень легкий. Я подозреваю, что манера навешивать на скелета всякие древние проржавелые доспехи диктуется не стремлением защитить несуществующие внутренние органы, а стремлением сделать его хотя бы сколь-нибудь устойчивым. Потому что иначе его, по идее, даже хороший удар палкой должен сшибать с ног. Скелет, впрочем, бьет обычно ощутимо. Непонятно, правда, за счет чего. Как он вообще ходит — удивительно.

Как-то ходит. Не принципиально.

В общем, скелеты иногда бывают улучшены. Например, иногда попадаются скелеты-лучники или иногда даже какие-то скелеты-маги. Вот это я уже вообще не понимаю. Мне кажется, это кто-то что-то путает с личами, о которых потом поговорим.

В стратегиях скелеты обычно используются либо как заградительные препятствия для противника. Например, в Warhammer, насколько я помню, по крайней мере в некоторых правилах, там была такая с ними проблема. Сами по себе они ничего не делают, очень слабые, но их нельзя разгромить. Их можно только всех до единого убить. То есть, проще говоря, сцепившись со скелетами, отряд очень долго будет с ними возиться. А в это время какой-нибудь более неприятный нежитский отряд зайдет к ним где-нибудь в тыл. Смысл скелетов там в основном в этом.

Кроме того, мы с тобой по нашим былым сражениям в Magic: The Gathering можем припомнить вот этих милых ребят. Drudge Skeletons. У нас, правда, был другой художник, но карта та же самая. Это типичное олицетворение принципа пушечного мяса. Это очень слабый боец черного цвета, который, однако, стоит дешево и при этом почти неубиваем. За очень дешевую сходную цену он очень легко воскресает сразу после гибели. При том, что тактическая ценность его весьма велика, потому что он может блокировать кого угодно, и тут реальная бесполезность его проявляется только в случае существ trample.

Да, то есть пробивающего удара.

Да. В остальном он…

Ну и если это летающие существа, к сожалению. Летать скелет пока не научился.

Это скелет.

Давай теперь поговорим про более, что ли, мясную нежить.

Более мясная нежить в лице зомби.

Да, зомби и упырей. Зомби — это же слово вошло в обиход не так давно, да? Потому что это африканское слово.

Африканское слово?

Ну да. Давай-ка немножко вот про это дело все. Зомби — это недавняя такая придумка, поскольку nzambi на одном из коренных африканских языков, которыми так или иначе говорит коренное население примерно половины Африки, — это что-то типа высшей силы, какой-то магии или даже божества. Например, страна Замбия называется так не случайно, как раз в честь этого и названа.

Почему так пошло дело? Потому что именно в Африке самые глубокие корни религии вуду и, в частности, у самой идеи подконтрольного мертвеца. Теоретически все должно выглядеть так. Злой колдун, зовется злой колдун бокор, каким-то образом захватывает контроль над душой жертвы и эту самую душу прячет в какой-нибудь сосуд. После чего человек умирает, а когда его похоронят, колдун раскапывает могилу, отливает немножко из бутылки души, чтобы вернуть часть функций телу, и таким образом получает послушного и сильного физически слугу. Слуга этот, впрочем, туп и прямолинеен.

Есть у него и другая разновидность, более сильная. Это так называемый ю-ю, или зомби-ю-ю. Ю-ю получается, если душу из бутыли вложить в некий фетиш. Тут прослеживается связь с филактериями личей, но про личей мы потом поговорим. Фетиш обычно… Ну как говорят африканские фетиши? Голова обезьяны, прикрепленная к бамбуковому каркасу, на который натянута кожа с зада бегемота или что-нибудь в этом духе. Вот такой фетиш является центром жизни ю-ю. Если фетиш не уничтожить, ю-ю никак убить нельзя. Кроме того, сам ю-ю довольно умен для зомби. Умеет, скажем, некоторые магические трюки, распространяет болезни. И вообще он более осмысленно выполняет приказы, а не просто тупо прет напролом.

Ю-ю — это чисто мифическая вещь. А вот зомби считаются основанными на вполне реальной технологии. Разумеется, никакой души и колдовства нет и не было. А есть просто разнообразные яды животного происхождения, добываемые из рыб и из разных лягушек и ящериц.

Это жаба ага, или агу так называют?

Да, какая-то. Так вот, этот яд при правильной дозировке наносит непоправимый ущерб головному мозгу и погружает человека в кому. Безграмотные негры и родственники хоронят его. Дело в том, что на жаре слишком долго оставлять тело в надежде: а вдруг он просто спит — это не лучшая мысль. Потому что через три часа у вас в доме вонять будет не знаю как. И после похорон колдун спешно раскапывает могилу, пока он там не задохнулся. В коме все равно нужно дышать немножко. Дает ему нечто вроде нашатырного спирта, чтобы он проснулся, и получается такой вот лоботомированный слуга. Долго он, к сожалению, не живет. Понятно, что яды не добавляют лет жизни. Но, тем не менее, может использоваться, скажем, как работник, хотя и неквалифицированный. Или, например, можно попробовать надрессировать его нападать на других людей с топором. Тоже как вариант.

Естественно, все эти верования и все эти практики распространились из Африки и в страны Карибского бассейна. В частности, жители острова Гаити имеют привычку именно для того, чтобы защититься от потенциальной такой вот ситуации, либо заливать могилы своих родственников бетоном, чтобы их невозможно было раскопать, либо хоронить их на видном месте вдоль какой-нибудь автотрассы или просто в своем саду, чтобы этот самый бокор не мог действовать скрытно. Кроме того, это уже из разряда научной фантастики, в руку трупу иногда вкладывают кинжал, чтобы в случае чего он мог зарезать гнусного бокора. Иногда делают попроще и понадежнее. Просто перед тем, как хоронить, для верности перерезают трупу горло или еще что-нибудь с ним такое делают, чтобы он уж точно умер. Потому что тогда его никакие бокоры не смогут поднять.

Вот это зомби. То есть главная черта зомби — это его подконтрольность. Зомби сам по себе ничего не делает. Чем от него отличается упырь?

Есть еще, раз уж мы про зомби заговорили, давай еще упомянем некоторую трансформацию, которая произошла в образе зомби в последние годы. В последние годы очень много вышло всяких популярных фильмов, где зомби являются продуктом деятельности какого-нибудь злодейского вируса или нашествия инопланетян, как в Half-Life. И там зомби представляют собой не вот таких вот, повелеваемых каким-то злым колдуном существ, а просто такую массу, которая ходит и хочет сожрать ваши мозги. При этом объяснение их существования дается, как правило, естественно-научное. Это может быть, как ты сказал, вирус. Что еще это может быть?

Какой-нибудь паразит.

Паразит. Это может быть какое-нибудь излучение.

Ваши соседи посылают вам атомные лучи в голову.

Да-да-да. Шапочку из фольги срочно надевайте.

Да, это может быть, скажем, какой-нибудь вживленный чип. Или какая-нибудь хитрая психиатрическая техника, которая при щелчке пальцев заставляет человека выполнять команды. Те, кто играл в первую часть BioShock, могут припомнить, что там главный герой — это вот такой вот зомби с промытыми мозгами. Он про себя думает, что он просто потерпел крушение и случайно попал в подводный город Восторг. Но на практике это все в нем было запрограммировано. Он с удивлением узнает, что слова «будь так добр» и «пожалуйста» — это для него физический триггер, делающий его абсолютно послушным.

Я всю игру думал, что это просто такие вежливые тут все. Говорят «пожалуйста», «будь так добр».

Это такой современный зомби. Очень популярная тема. Мы можем сходу перечислить целую кучу фильмов и игр, где это так или иначе фигурирует. Ценителям мы рекомендуем сыграть, скажем, хотя бы в серию Left 4 Dead. Очень интересная вещь. Можно поинтересоваться такими фильмами, как «28 дней спустя» или «28 недель спустя». Ну и можно попробовать классику времен Джорджа Ромеро.

Да, от себя добавлю, что достаточно неплохой и неординарный фильм «Война миров Z», на мой взгляд, по крайней мере. Мне очень понравилось.

Да. Куда мы дальше двигаемся?

Мы дальше двигаемся к упырям.

С одной стороны, упыря и зомби, в принципе, можно и перепутать. И тот, и другой могут быть весьма неаппетитного вида: потухшими, такими подгнившими, с вываливающимися внутренними органами и тому подобное. Но у упыря есть очень важное отличие. Дело в том, что, во-первых, он сам по себе. То есть, хотя его могут создать с помощью внешних причин, но он никому не подконтролен. А во-вторых, зомби часто бывают совершенно автоматичным созданием и никаких признаков действительно живого существа не проявляют. А вот у упыря есть одно важное качество: он ест обязательно. Обязательно. При этом ест он, как правило, нас. Часто он довольствуется падалью. То есть это такой падальщик по большей части.

Что малоприятно, поеденные упырями трупы, если они не сожжены совсем, как правило, превращаются в таких же упырей. Из чего следует то, что в местах массовой гибели людей, скажем, от болезни, от какой-нибудь войны или стихийных бедствий, количество упырей может вспыхивать прямо в геометрической прогрессии. После чего справиться с ними будет крайне непросто. Видимо, из этой же логики исходили авторы многих фильмов про современных зомби, передающих свою сущность через укусы.

Как по-английски обычно называется упырь стандартный?

Ghoul, наверное.

Ghoul, да. Ghoul — это слово, происходящее от арабского al-ghul. Но там гуль — это скорее такой демон, людоед, трупоед, который тоже, конечно, малоприятен, но мертвым не является. Это родня джиннов. А вот в европейскую традицию слово попало как раз для агрессивных мертвецов. Что интересно, славянское слово «упырь» прошло через летописи венгерских монахов и превратилось в слово «вампир».

И ладно как.

Да, от упырей мы к вампирам можем сделать совсем небольшой шаг. Дело в том, что низшие вампиры разного порядка, они, как правило, от упырей отличаются минимально внешне. Они совершенно дикие, ничего не говорят, часто перемещаются на четвереньках, имеют неопрятный вид, неблагообразную наружность, бросаются на все, что шевелится, и выпивают кровь. Отдельные вампиры могут даже и сжирать целиком. Почему так выходит? Потому что, как я уже сказал, это одно и то же слово, просто слегка переделанное в процессе перевода.

Если мы обратимся к народным верованиям о вампирах, то там мы, в принципе, увидим какую картину? Живут ли народные вампиры в замках? Носят ли они плащи с красным подбоем? Нет. Вместо этого они заняты несколько менее гламурным стилем жизни. Живут у себя где-нибудь в могиле или в какой-нибудь пещере, темной и сырой, прячутся от дневного света. А ночью они выходят, в разговоры со встреченными не вступают, а просто нападают и, пользуясь своей нечеловеческой силой, высасывают кровь. Как правило, либо до последней капли, либо до той поры, когда жертва сама станет упырем. Поэтому крестьяне практически все подозрительные смерти, включая нападения диких животных, какие-нибудь болезни, незнакомые крестьянскому миропониманию, и прочие непонятные случаи, списывали на действия упырей. И тут же начинали искать в этом виновных.

И успешно находили.

Да. Что обычно делали с найденным?

С найденным? Я думаю, что его, наверное, колом куда-нибудь тыкали.

Да, его могли пробить осиновым колом. Осиновым обязательно, потому что осина с давних пор считается волшебным деревом. Приписывается даже Иуде Искариоту, что он на ней повесился. Уж если сам Иуда Искариот на ней повесился, то сработает стопроцентно. Но я подозреваю, что корень все-таки в древних околодруидических верованиях, а Иуду потом уже приплели. Поскольку вся эта вера в упырей еще дохристианская, следовательно, и средства борьбы должны быть такие же. Да, могли пробивать колом, могли сжигать, могли попробовать просто голову отрубить.

А вот эта манера с прибиванием вообще характерна для многих поверий, связанных с агрессивной нежитью. Про призраков мы поговорим потом, но вот вам такой момент. Во многих африканских странах считалось, что жертва убийства вернется и будет всем мстить в виде призрака. Чтобы этого не произошло, нужно было пойти на место убийства и, пока кровь убитого еще не засохла на земле, вбить в лужу гвоздь. Таким образом как бы прибив эту кровь к земле.

Да, нечего ей разгуливать и пугать честных людей.

Мясо даже просаливают, чтобы крови там точно не было. Почему это делается? Потому что кровь для примитивного сознания — это олицетворение жизни было всегда. Сейчас эта мысль уже забыта, цивилизация пошла дальше. Но в старые времена казалось удивительным, когда от вроде как маленькой ранки, из которой вытекает кровь, вроде как не очень нужная, живое существо слабеет и умирает. Это было каким-то совершенно непостижимым явлением для древних людей. Поэтому они сочли, что кровь есть жизнь. Или, как вариант, кровь есть душа. Поэтому потреблять чужую душу не стоит. Потреблять нужно лишь бренные останки, а иначе душа будет страшно недовольна.

Кстати говоря, именно поэтому бредовые сказки про то, что евреи, оказывается, пьют кровь христианских младенцев, — это бред. Евреи терпеть не могут никакую кровь, даже свою. Не то чтобы воровать чужих младенцев и из них там что-то добывать. Они в этом смысле крайне брезгливые и пугливые.

Так вот, были и другие способы борьбы с вампирами, которые, кстати, в определенном смысле перекочевали в современные ролевые системы. Во многих традициях считалось, что рядом с могилой предполагаемого вампира надо рассыпать, скажем, зернышки или еще что-нибудь.

Типа вампир их будет собирать.

Да, у вампиров почему-то какой-то навязчивый невроз, связанный с собиранием рассыпанного. Либо, по крайней мере, с пересчитыванием.

Да, что не сильно быстрее.

Между прочим, в известной ролевой системе «Мир Тьмы», где есть вампиры, там у многих вампиров действительно есть разные психические расстройства. И был даже такой клан Малкавиан, который вокруг сумасшествия строил всю свою идентичность.

Да.

Так вот, вампиры со временем начали эволюционировать. Но пока мы до них доберемся, давай-ка подумаем, какие вообще могли быть естественные и реальные причины возникновения веры в вампиров?

Я так понимаю, что, скорее всего, вера в вампиров коренится в том, что дикие животные нападали на домашний скот, утаскивали его, может быть, кусали, потом убегали. И вот таким образом непросвещенные крестьяне начинали считать, что какие-то злые силы пытаются их как-то там немного ущемить.

Да, давайте мыслить дальше по логике. Вот есть такая болезнь, как бешенство, например.

Есть такая болезнь, да.

Характерные черты при бешенстве — это агрессивность, попытки нападать на других и кусать. Причем укусом это состояние передается. Непереносимость яркого света. Невозможность смотреть на свое отражение. Неспособность приближаться к воде. И хотя бы даже на поздних стадиях посмотреть на стакан с водой — начинаются судороги. Поэтому другое название бешенства — водобоязнь. Вот все это подозрительно напоминает классические симптомы вампиризма, такого низшего.

Более того, есть редкое генетическое заболевание, называемое порфирия, которое связано с нарушением пигментного обмена. У этих людей обычно очень бледная кожа, и солнечный свет причиняет им сильнейшую боль. Кроме того, глаза и зубы могут принимать красноватый оттенок.

Что характерно. Например, тамриэльские вампиры выглядят именно так.

Да. Так вот, у низших вампиров в разных странах есть огромное количество мелких разновидностей, предвосхищающих будущего высшего вампира, как он появлялся в готических романах. Поначалу вампирам иногда приписывались всякие превращения. В сову, например.

В волка.

В волка, да. Или в собаку. Я даже читал статью про вампира, который превращался в кошку, в собаку, в жабу. Причем там на картине такая была жаба с двумя клыками очень потешного вида. И, что логично, в крупного такого комара.

О, как!

Да, да. Я лично считаю, что в странах, где есть комары, в вампирах нет никакой нужды. Кровососов и так тьма.

А вот в летучих мышей древние вампиры превращаются? Неужели нет?

Нет, не превращаются. В мышей они принялись превращаться только после того, как были найдены настоящие летучие мыши, которые и правда пьют кровь. Целых два вида существует.

На самом деле вид один. Дело в том, что первый вид — большой вампир, или вампировая летучая мышь, — это плод неразборчивости Карла Линнея. Он услышал звон, но не знал, где он. Нашел летучую мышь в Южной Америке побольше и заявил, что это она, вампир. На самом деле Vampyrum spectrum питается в основном фруктами разнообразными. А вот кровь пьет совсем маленький десмод. Кстати говоря, именно с десмода списаны почти все фэнтезийные кровопийцы. Вот в Magic: The Gathering там была такая дакморская летучая мышь, черное существо. Так вот, она вылитый десмод. То есть широкие уши, заканчивающиеся острыми углами, нос как у поросенка, рот до ушей, глаза по бокам носа, плюс сам по себе такой довольно пухлый и с короткими широкими крыльями.

Практически ты сейчас типичную летучую мышь описал вообще.

Не обязательно. Летучие мыши есть, например, с длинными носами, с круглыми ушами, почти без видимых ушей. Худенькие такие.

Худенькие летучие мыши. Голодные, наверное.

Да. В общем, действительно, десмод питается кровью. У него есть и правда такие зубы, которыми он кожу надрезает и пьет кровь. У него, как у большинства кровососущих существ, есть специальные ферменты в слюне, которые мешают крови сворачиваться. Между прочим, фермент называется дракулин. В честь известно кого. Такой вот интересный вампирчик. Для людей он практически не опасен. Хотя, если вы лежите пьяным где-нибудь ночью, где их живет очень много, можете проснуться в крайне ослабленном состоянии. Скот часто страдает от ночных налетов. Домашние животные, вроде собак, почти не страдают, потому что у них тонкий слух, и они могут различить ультразвуковой шепот кровососов. А вот щенки в индейских деревнях, которые еще не заматерели, иногда погибают. Вот такая вот фишка.

Интересно, можно ли их держать как домашних питомцев?

Наверное, можно, но недолго.

Пугать гостей.

Пугать гостей, да, если только. И держать их в клетке обязательно.

Да.

Таким образом мы переходим к высшим вампирам. Как выглядит стереотипный высший вампир, Ауралиен?

Стереотипный высший вампир выглядит как высокий, стройный, интеллигентного вида аристократ, который очень гламурный такой прямо на вид и обычно старинно одет, скажем так.

Да, обычно такой в черный фрак с обязательно каким-нибудь красным шейным платком. У него такой плащ на плечах длинный. Обязательно черный с красным подбоем. И часто с таким высоким воротником. Цвет волос у вампира почему-то поголовно черный. Видимо, чтобы не контрастировал с прикидом. Обычно такие утонченные манеры. Он очень стар, мудр, образован. Живет в каком-нибудь замке или поместье и оттуда периодически налетает на окрестные деревни.

Чтобы их потерроризировать.

Да, чтобы пить с них кровь. В таком виде образ вампира почти во все сколько-нибудь крупные фэнтезийные вселенные попал. Откуда взялся вообще этот образ? Образ этот был невозбранно описан самим Брэмом Стокером в своей знаменитой книжке «Дракула». Стокер в этом смысле был практически первопроходцем, поскольку до него вампир был значительно менее гламурен. А Стокеру повезло. Дело в том, что он использовал наработки, оставшиеся с предыдущей эпохи, где обычно такую экологическую нишу играл утонченный демон какой-нибудь. Это было популярно в XVIII веке. С XIX века, когда уже Брэм Стокер написал свое, они были сменены вампирами.

С тех пор про Дракулу было поснято огромное количество фильмов. Причем, что интересно, первый фильм назывался «Носферату. Симфония ужаса» и довольно здорово отступал от канона, потому что граф там был не Дракулой, а какой-то там Орлок. И выглядел он гораздо менее симпатично. Походил на сильно похудевшего вампира из «Героев Меча и Магии 3». Такой даже лысый и с длинными ушами почему-то. Не знаю почему. Связано это было все с тем, что права не удалось купить на брэмстокеровскую книгу, а фильм снимать хотелось. Вот поэтому как-то так и вывернулись.

Кто классический противник утонченных вампиров?

Классический противник утонченных вампиров, я так полагаю…

Оборотень?

Да, это как вариант. А если речь идет о человеческом племени?

Ван Хельсинг, имеешь в виду?

Да, это Ван Хельсинг. Стереотипно Ван Хельсинг обязательно носит широкополую шляпу, как правило, сдутую у пуритан из Англии, такой характерный длиннополый кафтан, почему-то кавалерийские ботфорты, не знаю зачем, и вооружен соответствующим запасом осиновых кольев, иногда механизированных с помощью арбалета, всякими серебряными пулями, кинжалами и тому подобными вещами. В том или ином виде образ эксплуатируется всеми подряд, начиная с аниме, одноименного «Хеллсинг», и кончая, например, Dungeons & Dragons. Там, правда, Ван Хельсинга нет. Там есть доктор Ван Рихтен, который, в общем, за исключением несколько более почтенного, чем это принято, возраста, не отличается от Ван Хельсинга. Но можно сказать, что как образ Гэндальфа перекочевал в образ Эльминстера, так же и образ Ван Хельсинга перекочевал на Ван Рихтена. Между прочим, всякие мануалы по темному миру Ravenloft, где вампиров очень много, и не только вампиров, конечно, написаны как бы от лица самого Ван Рихтена. Это для тех, кто хочет оценить глубину образа.

Не всегда высший вампир — это противник главных героев. Часто бывает, что сам главный герой — это вампир, и мы можем вспомнить много чего. Начиная от современных вампиров из Vampire: The Masquerade и кончая разными там Legacy of Kain, где нам нужно играть за седовласого и серокожего вампира. И кончая, например, такими играми, как серия Elder Scrolls, где никто не мешает самому побыть вампиром. С тамошними вампирами ты не общался никогда, Ауралиен?

Ты знаешь, общался обычно на уровне того, что они на меня кидались, а я их убивал. Не более.

Но там можно поинтересоваться вопросом поглубже. Можно, конечно, самому стать вампиром. Во второй игре серии, прославленном Daggerfall, там было сразу несколько вампирских кланов, которые, в зависимости от того, какой именно тебя укусил, давали разные квестовые линейки. При этом, что интересно, ты после этого самого укуса умирал официально, по случаю смерти исключался из всех гильдий как покойный и должен был начинать через две недели где-то новую жизнь. Довольно было забавно.

В Morrowind вампиры почему-то потеряли весь свой смысл, потому что вампирство сразу обрубало почти всю социальную составляющую игры, а квестов давало там, по-моему, штуки три, не больше. Но и само по себе смысла оно никакого не несло. То есть в Morrowind быть вампиром — это занудный, ненужный, неблагодарный труд.

В Oblivion вампиром быть было гораздо более приятно. Дело в том, что там впервые ввели такую вещь, как степень сытости. Очень сытый вампир практически никак внешне не отличался от живого человека. Он, разве что, делался немножко более, так сказать, иссохшим на вид. Но он мог вполне нормально ходить по улицам, с ним все общались, никто его не пугался. Он получал небольшие прибавки к силе и прочему. Но если не питаться некоторое время, вампиризм начинает прогрессировать. У него было несколько стадий. Уже на второй стадии солнце начинает понемногу вредить здоровью, облик принимает все более вампирский вид, а способности вампирские обостряются, плюс и к характеристикам тоже. Ну и так вплоть до последней стадии, когда на героя все бросаются или от героя все бросаются, смотря по личной храбрости.

Да, и вооруженности.

Да, и вооруженности. Солнце его испепеляет буквально за один вздох, а плюсы к характеристикам просто страшные. Но с игромеханической точки зрения понятно, что перед тем, как идти штурмовать огромные подземелья, желательно поголодать денька три где-нибудь в укромном месте рядом со входом, чтобы дойти до нужной степени озверения. А когда всех там в этом подземелье размажешь по стенкам, можно уже поесть и продолжать вести социально оправданную жизнь.

Был также и дружественный вампир, и даже, по-моему, не один, даже два их было или три, если считать жену графа. Граф города Скинград — вампир, правда, очень вежливый, начитанный и серьезный. С ним там можно было плотно пообщаться на разные темы. А второй служил в Темном Братстве. Звали его Винсент Вальтиери. Был он всегда на стадии максимального истощения, но при этом крайне вежлив, доброжелателен, всегда помогал советом, мог, если завоевать его дружбу, помочь самому с превращением в вампира. И, право же, очень жаль, что пришлось его убить в ходе кризиса.

Да, ну да ладно. В Skyrim вампиром тоже можно быть. А еще с ними можно бороться. Там есть несколько квестов, завязанных на борьбу с вампирами. Есть даже целый аддон, который построен на борьбе организации вампиров, желающих убрать солнечный свет навсегда, и некоего таинственного ордена, который с ними борется. Больше ничего интересного сказать по этому поводу нельзя.

Современные вампиры, к сожалению, измельчали. Они населяют собой разнообразную мусорную литературу типа «чур меня, чур, сумерек» и практически вампирами являются только по названию. Я подозреваю, что вот это увлечение вампирами связано с нацеленностью этих книг социальной. То есть она нацелена на граждан, которые почему-то считают за пик развития человека времена своей хрустящей юности. То есть когда мама еще дает деньги, а пиво уже продают. И, видимо, нестареющие вампиры, которые почему-то на четвертом столетии своей жизни считают очень интересным ходить в школу и любить какую-то тупую серую простушку из десятого класса… Я других объяснений не вижу, кроме такой социальной ловушки для читателей.

Надеюсь, дорогие друзья, Домнин сейчас не травмировал ваши чувства и любовь к одноименной литературе, которую уже упоминал.

Если травмировал, то я надеюсь, что травма была несовместимой с жизнью.

Хватит о вампирах на этой оптимистической ноте. Поговорим о чем-нибудь более эфемерном, бестелесном, бесплотном. О привидениях.

Да, о разнообразных привидениях. Как правило, привидение, так называемый ghost, выглядит как?

Это такая типичная полупрозрачная хрень, которая всех пугает. Иногда обладает способностями что-нибудь куда-нибудь воткнуть или где-нибудь что-нибудь кого-нибудь толкнуть, или как-нибудь еще нагадить, напакостить слегка. Но обычно она всего лишь предназначена для того, чтобы ходить, греметь цепями и всех пугать.

Да. То есть это обычно какая-то застрявшая по разным причинам на смертном плане личность, которая никак не может, так сказать, отбросить сансару и уйти куда-нибудь. Это обычно жертвы всяких преступлений, всяких подлостей, гадостей, те, кто сами себе вырыли яму, и, скажем, те, кто просто вел настолько сонный образ жизни, что сам не заметил, как помер. Например, какой-нибудь часовой, который всю жизнь стоял у двери до старости, помер однажды прямо на посту, а на следующий день опять явился с ружьем стоять уже в призрачном виде. Таких граждан иногда можно вывести из этого состояния, как-нибудь дав им понять, что все, уже ты свое отстоял, можешь с чувством выполненного долга двигать отсюда.

Обычно полноценной личностью такое привидение не является. Оно обычно помнит только то, что связано с совершаемым им действием. Например, жертва преступления, которая периодически с воплями бегает по коридору, если ее тормознуть и спросить, что такое, будет толковать про убийцу, кровь и тому подобное. Привидение само по себе обычно малоопасно. От него, конечно, можно набраться седых волос. С ним бывает связан внезапно наступающий холод или сумерки. Но это такие косметические эффекты. Бывает, что, конечно, убитый призрак видит своего убийцу и пытается на него напасть. А может быть, что он просто перепутает. Или, допустим, он просто не знает, кто его убил: человек был в маске или напал сзади. Он может принять за убийцу первого попавшегося посетителя.

Что обычно делают с привидениями, если они беспокоят живых?

Вызывают охотников за привидениями. Это же очевидно.

Да, это можно. На такой характерной машинке. Кстати, зачем у их машины сверху какие-то мигающие крутящиеся штуки?

Я вот только хотел сказать, что они с мигалкой ездят.

Да. Мигалка, понятно зачем. Хотя, мне кажется, от них как от сумасшедших все и так будут шарахаться на дороге, сворачивая к обочине. У меня другой вопрос: а как из их ловушки не вылезают привидения?

Не знаю, не знаю. Я даже не понимаю, зачем они в нее залезают вообще, как они туда залезают.

Хотя, конечно, фильм был смешной. Сейчас, говорят, даже третью часть снимают якобы.

А там будет ходить такой здоровый из эфирки человечек?

Не знаю, не знаю. Я думаю, времена просто изменились, и будет ходить, не знаю кто.

Здоровая Годзилла.

Да, или Рональд Макдональд хотя бы здоровый.

Рональд Макдональд тоже можно, да.

Потом бывают более агрессивные призраки. Как правило, не сами по себе взявшиеся, а сотворенные из недавно умершего человека неким колдуном, обычно некромантом. Некромант, как правило, создает фантома, будем его так называть. По-английски это spectre. Фантома с какими-то утилитарными целями, например, для использования как боевой единицы. Всякие призраки из «Героев Меча и Магии» как раз из этой картины. Фантом может быть сторожем каким-нибудь. Он может быть, наоборот, одноразовым. То есть он должен будет настигнуть жертву и самоуничтожиться вместе с ней. То есть это такой, скажем так, технический вид нежити. Чтобы его уничтожить, надо найти некроманта, ударить его чем-нибудь по голове, и фантомы быстро закончатся на этом.

Бывают, впрочем, и привидения, которые остаются в мире живых из-за того, что чего-то очень важного не сделали, не смогли, не захотели, не успели, просто не знали, что это надо было сделать. Иногда бывает так. И они без конца пытаются это что-то закончить, обычно безуспешно. Им нужно чем-то в этом смысле помочь со стороны живых. Мы можем припомнить «Властелин колец». Там таких было пруд пруди, граждан. О ком я говорю, Ауралиен?

Ты сейчас говоришь… Я, честно говоря, потерял нить. Ты уже от привидений хочешь куда-то отодвинуться?

Нет, я говорю об Армии клятвопреступников.

А, да. Которые как раз не сделали того, что им было надо, и в результате застряли намертво в своих склепах.

Надо сказать, что это все в фильме было. В книге, по-моему…

В книге они как бы как скелеты скорее.

Да, они как-то по-другому выглядят в книге. Но смысл примерно такой. В любом случае, я подозреваю, что скелеты же там были вполне осмысленно действующие.

Ну да.

Вероятно, значит, в скелетах был вот такой вот дух. С духом этим обычно можно пообщаться. Если, разумеется, незавершенной целью не было набить миллион фрагов, и он не пытается таким образом исполнить свой обет. Его можно просто спросить, чего он не сделал, и попробовать ему помочь.

Ну да.

Разумеется, если он не сделал чего-то направленного против вас, лучше ничего у него не спрашивать.

Ну и наконец, в том же «Властелине колец» можем полюбоваться на назгулов. Назгул, подозреваю, является частным случаем так называемого wraith. Это шотландское слово. И у них wraith назывался, как правило, какой-нибудь гражданин, обязательно колдун или хоть как-то связанный с магией, который стал чем-то вроде лича, только призраком. При этом, если у сумрака, условимся переводить wraith так, есть какой-нибудь артефакт, обычно это меч или доспех, но вот у этих были кольца, которые, собственно, и дают ему все его способности, но при этом они его постоянно понемножку подтачивают. Они его подтачивают, и со временем такой призрак будет безуметь, деградировать и когда-нибудь исчезать.

Считается, что рыцари смерти — это частный случай сумрака. Как правило, рыцари смерти выглядят как что?

Как обычные рыцари, только не очень презентабельного вида.

Да. Часто бывает так, что они поначалу выглядят как мертвые рыцари, а потом они начинают под доспехами потихоньку истлевать, и под доспехами остается такая чернота.

Это уже на последних стадиях.

Вот такие вот бывают призраки.

А раз уж мы упомянули личей, которые имеют, в общем, родство с сумраками, давай поговорим о личах. Как выглядит лич?

Лич может выглядеть совершенно по-разному, но объединяет всех личей одно. Лич — это некий волшебник, который при помощи своей магии сумел воскресить себя после смерти. Соответственно, выглядит он в соответствующем духе. Мертвым. При этом определяющей чертой лича является наличие филактерии. Филактерия — это что-то, какой-то предмет, который хранит в себе душу лича. И именно вот это и является, так сказать, абсолютным признаком лича. Если есть филактерия, то перед нами он и есть.

Да. А какой пример отечественного производства мы можем, который отлично укладывается в эту историю с личем и филактерией, вспомнить при этом?

Мы можем вспомнить Кощея Бессмертного.

Что у него в филактерии было?

В филактерии у него игла. Которая в яйце.

Игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в сундуке, сундук в стеклянном гробу, гроб на дереве, а деревьев там тьма, и все в гробах.

Чтобы стать личем, живой волшебник должен пройти определенный ритуал. Как правило, это всегда ритуал злобный, коварный, мрачный. Часто связанный с каким-нибудь жертвоприношением и прочими неприятными вещами. То есть стать хорошим личем обычно нельзя. Жертвоприношение, ритуал этот провести абы как нельзя, поэтому это должен быть именно волшебник. Или, как вариант, священник. Разумеется, священник злого бога, а не того, который при начале приготовления уже отрубит им всю божественную силу. Ритуал обязательно заканчивается тем, что маг умирает, через некоторое время воскресает уже в виде лича.

Лич этот выглядит просто как мертвец, иссыхающий со временем, все более разрушающийся от времени. Как правило, остается только скелет. Дальше уже… потом поговорим, что будет дальше.

Что лич умеет? Во-первых, лич — это, разумеется, маг. Причем маг это обычно очень сильный. Потому что, во-первых, нужно быть неплохим магом как минимум, чтобы провести ритуал правильно. А во-вторых, как правило, лич в свободное время, которого у него теперь куча — ему не надо ни есть, ни спать, ни смерти бояться от старости, — занимается своими изысканиями. Личи, как правило, живут где-нибудь там в затворничестве. Никто личей не любит особенно-то, и поэтому они живут где-нибудь вдалеке. Там они занимаются своими колдовскими делами.

Как можно лича убить, Ауралиен?

Я так думаю, что каким-нибудь таким дробящим оружием. Тюкнуть его по голове.

Хорошо. Дня через три лич к тебе придет и тюкнет уже тебя.

Значит, нужно какой-то провести зловещий ритуал, который его изгонит назад в царство смерти.

Ты напрасно собираешься над личем производить ритуал, потому что лич — это просто скорлупа. А уничтожать тебе нужно филактерию, в которой его душа. Филактерия делается не для красоты. То есть лича бессмысленно убивать. Это можно хоть сто раз на дню делать, он все равно будет воскресать. Пока не будет уничтожена филактерия, ничего не получится.

Причем уничтожать ее надо на совесть.

Да, игла в яйце.

Да.

Не обязательно это игла, хотя игла, конечно, очень остроумный выбор. Бывают всякие там кольца, драгоценные камни, шкатулки, иногда оружие, иногда доспехи. И вот у одного нашего приятеля-лича из World of Warcraft был меч. И доспех, соответственно. Но, правда, чуть попозже.

Дело в том, что лич, как я уже сказал, со временем разрушается. От него остается, как правило, какая-то часть. Это может быть, например, череп летающий. С одним таким гражданином можно столкнуться в аддоне к первой части Neverwinter Nights. Это карлик бывший, он был магом, создававшим големов. Големов он создавал потому, что понял, что живые существа слабы и несовершенны.

Да, вот, кстати, про големов мы с тобой ни разу, по-моему, не говорили, а это же богатая тема. Это, по сути, существа, которых один раз можно сделать, и они, пока их не разрушишь, будут существовать и действовать. Обычно в играх и в какого-то рода вселенных, в литературе, в фильмах големы — это такие вот, знаешь, древние какие-нибудь товарищи, которых оставили что-нибудь охранять.

Да. И они такие просыпаются и начинают действовать. Всех там мочат, как обычно, кровь, кишки, водоросли. Тема-то богатая. Надо будет как-нибудь… Вообще надо поговорить о разных фантастических машинах вроде вот этого. Не только о големах. Есть же, например, всякие странные орудия. В общем, много чего есть.

Да, надо будет про это тоже сделать отдельный выпуск.

Ну вот, действительно, лич, кстати, тоже может создавать големов, причем создает он их, как правило, из костей. Из костей крупных животных, типа каких-нибудь слонов или до кого он там еще может добраться. Получается довольно эффектно. Поскольку именно некромантия является для всякого лича, так сказать, профессиональной вотчиной.

Так вот, со временем лич окончательно разрушается и превращается в демилича. Правда, сами демиличи утверждают, что это не разрушение, а, наоборот, как бы усовершенствование. От демилича может остаться череп или реже какая-нибудь другая часть скелета, например скелетная рука. А под конец он уже и этого не имеет, а превращается в свободно перемещающуюся филактерию. Вот, например, Король-лич, Нер’зул, выглядел как просто доспех, сидящий в глыбе со льдом. Ну и меч, лежащий рядом. Он был как раз под вид демилича.

Что интересно, когда Короля-лича наконец сразили, что с ним сделали?

Что с ним сделали?

А вместо убитого Артаса на его место посадили Болвара Фордрагона.

А, да, было такое.

Да. Сделано это было потому, что Король-лич сам по себе убежать не мог, у него ног не было. А нежитью как-то управлять, чтобы она сидела смирно и никуда не лезла, было нужно. Иначе бы она разбрелась и наделала дел.

Какие бывают мысли на тему нахождения филактерий? Иногда бывает так, что лич эту филактерию носит на себе. Так, например, Король-лич из Warcraft поступал. Иногда он, как Кощей Бессмертный, прячет все это где-нибудь далеко. И без помощи со стороны это не найти. А иногда бывает такое вот нелогичное мышление, когда филактерия кладется где-нибудь неподалеку от самого лича. Такой подход практикуется, как правило, в компьютерных играх по очевидной причине.

Где ее искать.

Да, потому что игрок хочет побивать личей, а не тратить неделю на то, чтобы разыскивать не пойми что неизвестно где.

А еще иногда филактерия бывает не одна, а несколько. И лежат они в каких-то неочевидных местах и неочевидных предметах, хорошо спрятаны. И называются они крестражи.

Да. Типичный обладатель крестражей — это лорд Волдеморт. В русском переводе сделавшийся Волан-де-Мортом.

Волан-де-Мортом.

Я вот сейчас подумал: это же, по сути… Можем ли мы Волан-де-Морта назвать личем? Мне кажется, что вполне.

Да, он и есть лич, просто у него как бы несколько филактерий. При этом у него еще очень характерный для лича modus operandi. Дело все вот в чем. У лича есть всегда одна большая слабость. Это очень, скажем так, странное и искаженное представление о действиях живых. На этой почве у личей часто развиваются какие-то странные мании, паранойя и другие проблемы психического характера, которые заставляют его совершать ошибки. Типичный пример — это, например, у Кощея Бессмертного страсть к похищению Василис Премудрых всяких. Хотя, казалось бы, на кой черт они ему нужны, — это очень хороший вопрос. Как бы Кощей умер, а привычки остались, судя по всему.

Да, видимо. Хотя это бессмысленно.

У Волан-де-Морта проблема следующая. Смотри, вместо того, чтобы сделать крестражи из, не знаю, гвоздей, которыми прибита дверь где-нибудь в деревенском сортире, он вместо этого взял разные легендарные артефакты.

Да.

И получается, что надо сделать это было чисто так, для повышения чувства собственного величия. Никакой практической выгоды из этого не извлек, только навел Гарри Поттера на мысль о том, где их найти.

Это отдельная большая тема, почему все злодеи в литературе, и в фильмах, и везде ведут себя как полные идиоты и в результате из-за этого проваливаются. Мы можем как-нибудь сделать такой, по приколу, выпуск: что было бы, если бы мы были, например, темным властелином или Волан-де-Мортом, как бы мы избежали своей нелепой и безумной кончины. У нас бы не было заключенных одного пола, охраняемых стражниками другого пола. У нас все вентиляционные ходы будут шириной примерно сантиметров тридцать, не больше. У нас в шахтах лифтов и вообще в технических помещениях не будет гореть свет зачем-то, облегчая процедуру ползания по ним. Что еще?

Мы не будем убивать гонцов, которые приносят нам плохие вести.

Мы не будем постоянно посылать все более и более сильных слуг против героев. Мы сразу пошлем самых крутых.

Самых компетентных.

Да. И так далее. Мы не будем давать жертвам шанс, даже если этот шанс исчезающе мал.

Да, мы не будем толкать длительные речи перед тем, как прикончить главного героя.

Мы не будем сражаться с ними рядом с обрывом или рядом с какими-нибудь обрушивающимися конструкциями.

Когда они скажут: «Скажи хотя бы, в чем твой злобный план», мы скажем «нет» и пристрелим их.

Нет, мы пристрелим их, а потом скажем «нет».

Вот, ну да ладно. Идею вы поняли.

Да, идею вы поняли. В общем, личи в играх часто ли встречаются вообще?

Вообще я только в такие игры практически и играю.

Да, в общем, личей там как собак нерезаных. Мы можем вспомнить всех подряд, начиная с «Героев Меча и Магии», где личи маршировали батальонами и служили стрелковыми войсками для Некрополя. Мы можем вспомнить, скажем, тот же World of Warcraft, где разных личей, больших и поменьше, весьма немало.

Да, и до всяких более мелких граждан. Мы можем припомнить игры по Dungeons & Dragons, где с личами полный порядок. Личи попадаются, между прочим, и в Oblivion тоже.

Личи были.

Были, да. Были в гробницах айлейдов, с личами можно было плотно пообщаться. Ты просто, видимо, прошел игру, не будучи очень высокого уровня, и там просто не попадались из-за этого. Вместо них там были какие-нибудь скелеты.

В разных других играх бывают такие, знаете, заменители личей. Вот, скажем, в том же Morrowind, чтобы сохранять колорит, там был какой-то непонятный шестирукий мертвец-колдун. В Skyrim роль личей сохраняют драконьи жрецы, которые когда-то там давным-давно служили драконам, а теперь они живут благодаря специальным маскам из железа, которые покрывают их черепа. И вот охраняются они в склепах лежащими там живыми мертвецами-драуграми.

Ну и, наконец, мы можем припомнить напоминающих личей существ из восточной мифологии. Некоторые злобные джинны погибают, если их лампу, в которой они живут, разрушить. Джинн, который просто обязан служить всякому, кому принадлежит лампа, — это тоже сюжетный мотив из той же серии. И так далее.

В общем, не очень понятно, почему именно личи так популярны в играх. При том, что они в ролевых играх часто попадаются трудными противниками, у которых есть все присущие им атрибуты. А вот в стратегиях непонятно, почему это именно лич. В стратегиях, например, филактерии никаких мы не уничтожаем. Ходят они там огромными толпами.

Ты про «Героев» часто говоришь, да?

В частности, да.

В «Героях» вообще намешано будь здоров. Особенно в третьих. Там и всякие какие-то там и орки, и огры. Только инопланетян не хватает.

Да. Мне кажется, там просто пихали всех без разбора.

Без разбора, да. Вполне может быть. Вот и все. Это вся была идея.

Да.

Интересная еще особенность у личей — это манера называть всякие там… Иногда даже себя, иногда просто всякие предметы словами, содержащими двойное «кс». Вот, например, крепость Кел’Тузада как называлась летающая?

Наксрамас.

Да. В Baldur’s Gate II был лич по имени Кангакс. В Neverwinter Nights там был такой, помнишь, драколич?

Да, дракон тоже может быть личем, между прочим. Хотя, откровенно говоря, какой смысл дракону быть личем, я не знаю. Он же не умирает от старости даже в Dungeons & Dragons. Зачем ему это надо — непонятно. Но раз уж захотел — может, не знаю, болел чем-нибудь сильно.

Так вот, там был драколич по имени Викстра, который учредил целый культ имени себя, окружил себя вампирами, которые контролировали какую-то там деревушку в Underdark. Я сразу заподозрил, что там что-то не так, обнаружив, что по деревушке летают, как было написано, необычно большие летучие мыши. Меня это тут же навело на самые мрачные предчувствия.

Что за летучие мыши там летают.

Стало понятно. Так что я, когда стал спускаться в подземелье храма, заранее запасся… Там я сломал несколько ящиков, и от них остались, что вообще не характерно было для ящиков, острые обломки досок. Я решил, что это все неспроста.

И пригодится.

Да, и пригодится. Хорошо, что я их столько взял, потому что мне как раз хватило, чтобы угомонить всю эту викстровскую прислугу.

Упокоить.

Да, упокоить. Сам Викстра, кстати, по тактике боя был типичным личем. У него там было несколько, так сказать, вакантных скелетов дракона. И он, если один разбить, переселялся в другой. Так он делал, пока не найдешь в дальнем углу его филактерию и не сломаешь ее.

Вот так. В принципе, о нежити можно говорить бесконечно. Мы не упомянули, например, такую вещь, как баньши. Почему не упомянули? Потому что баньши — это никакая не нежить, по сути-то. Банши — это bean sidhe, то есть эльфийка. Sidhe — это как бы сид, эльф. И никакая это не нежить. Это просто такая покровительница некоего клана. Она вроде домового, просто женщина и не в самом доме живет. И когда она видит, что кто-то умирает в доме, подопечном ей, она является, чтобы его оплакать. Со временем…

Да, да.

Она действительно плакала сперва. Выйти она стала потом, когда понаехали англосаксы, для которых это все было внове. И они почему-то не так все поняли, решили, что это такой злобный дух, навлекающий смерть. С них и понесло. Поэтому мы баньши сегодня не включаем. Хотя, например, в World of Warcraft банши — это как раз нежить чистой воды.

Могли бы очень долго говорить о разных мелких подвидах упырей и вампиров. Те, кто играл, скажем, в «Ведьмака», могут вспомнить, что там от разных мертвецов, я не знаю, спасения не было. Гули, альгули, цеметавры, гравейры, альпы, бруксы, что-то там еще. Даже я всех не могу упомнить. Но время у нас ограниченное, поэтому на сегодня мы тему нежити закончим. Будем считать закрытой.

Ну что же, дорогие друзья, наверное, действительно будем мы закругляться. Я напоминаю, что это был 21-й наш выпуск, выпуск подкаста «Хобби Токс». И с вами были его постоянные ведущие Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин. До новых встреч, друзья. Пока!