В этом выпуске мы обсуждаем дуэли и все, что с ними связано.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Доброго времени суток, дорогие слушатели! В эфире четвертый выпуск подкаста «Хобби Токс». И с вами его постоянный набор ведущих: Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин. Давненько не было нас в эфире. На самом деле, по-моему, не так уж и давненько.

Да нет, две недели.

Две недели как раз прошло, и вот мы снова с вами. Сегодня тема наша обширна и простирается, наверное, на несколько веков вглубь. Начинает, наверное, свое начало где-нибудь в 10-м веке, да, Домнин?

Да, раньше, наверное. В веках 8-м, 7-м. Но мы сегодня копнем еще поглубже. Что касается самой темы, то мы вызываем сегодня на дуэль общественную безграмотность и темноту, поскольку предметом являются, собственно, дуэли.

Дуэли — мы сразу должны оговорить, какие именно. Дуэль — это не японский какой-нибудь бой, не бой, я не знаю, в Средней Азии где-нибудь. Хотя и там, и там действительно вопросы чести решали личным поединком. Мы поговорим главным образом про европейские дуэли и их источник.

Это бой в строго оговоренных условиях, насколько возможно равных, для разрешения некоторого личного оскорбления, или спора, или конфликта, будь то имущественный, или идеологический какой-нибудь, или любовный — неважно. Формального повода, в принципе, не нужно.

Под такое определение, в принципе, подходит много чего. Мы можем припомнить и всяких там мушкетеров, бившихся с гвардейцами кардинала.

Да, кстати, наверное, это будет самый наглядный пример. С ним, я подозреваю, большинство публики знакомо. И дуэли себе представляют именно по вот этим всяким произведениям Дюма, а также по отечественным и не очень художественным фильмам, снятым по мотивам этих произведений.

Вот насколько они правдивы?

Они не совсем правдивы в том, как выглядит бой, в том, как выглядит оружие, в том, как выглядит обстановка. Мы сейчас скажем…

Обо всем по порядку.

Да. Итак, ты сказал, что дуэль устраивается по определенным правилам.

Да.

Может быть, имеет смысл поговорить об этом в разрезе того, как вот эти правила сформировались, исходя из того вообще, откуда сами дуэли появились?

Дуэли появились сразу из нескольких источников. Я так думаю, что одним из самых проработанных источников были турниры. Мы имеем в виду, разумеется, не уимблдонские турниры, а турниры рыцарские.

С чего вообще появились рыцарские турниры? Какую они выполняли функцию — социальную, а также практическую?

Я так подозреваю, они позволяли показать свою доблесть определенным гражданам, которые ездили на лошадях, в доспехах, носили железные шмотки. А поскольку резать друг друга христиане права не имели, они могли показать свою доблесть, не выезжая в дружественные арабские страны, только вот таким образом. Я это так понимаю.

Да, действительно. Кроме того, это решало проблему с поддержанием боеготовности, а также решало проблему низкого качества и количества развлечений в средневековой Европе.

Да, собственно, какие в средневековой Европе были развлечения? Их не так было много. Казнь, казнь ведьмы, утопление ведьмы, наверное.

Казнь еретика.

Казнь еретика, собственно, развлечения. Грабеж соседей. В общем, довольно некультурные какие-то занятия.

Да. Был еще, правда, бродячий цирк, наверное.

Да, были, но их тоже… Кстати, еще одним подвидом было сожжение бродячего цирка, поскольку все это считалось от сатаны многими людьми.

Дело в том, что в Европе к тому времени была, в общем-то, традиция массовых увеселительных мероприятий. В Римской империи чернь, жившая в Риме и ничего не делавшая, требовала хлеба и зрелищ.

Зрелища были, с одной стороны, спортивные. Те же самые Олимпиады прожили вплоть до императора Феодосия. Это уже был самый конец Римской империи.

То есть где-то 3 век, наверное?

Да, да, что-то вот это. Он их запретил, потому что был каким-то очень ревностным христианином. Кроме того, были гладиаторские бои. Гладиаторские бои — это именно зрелище, поскольку все, я думаю, представляете, как выглядели гладиаторы. Одеты они были самым идиотским образом для того, чтобы покрасивее помереть. Кроме того, их учили самому малоэффективному, но очень художественному фехтованию, так чтобы они работали как можно дольше, как можно красочнее.

Потом это все запретили. Вместо этого в моду вошли конные всякие состязания. Во-первых, гонки колесниц по всякому Circus Maximus. А во-вторых, разные театрализованно-командные игры, так называемые гиппикогимназии. Поскольку рыцари кое-что там помнили об этом, например, в 9 веке было в Вормсе проведено что-то вроде такого же шоу. Ну а потом это все перешло на широкие рыцарские массы.

Говорят, что кодекс турниров свел некий барон Жефруа де Прейли, которого, кстати говоря, на турнирах и убили. Но на самом деле это скорее такой собирательный образ. Он просто их выпустил как книгу, как единый текст, а сами правила собирались понемногу.

Обычно говорят, что началась традиция турниров в более или менее развитом виде с 11 века. Этим забавлялись разные немецкие и франкские рыцари. Причем, кстати, очень легко отслеживать все эти турниры по некрологам, потому что там немедленно начали убивать и калечить своих членов.

Насколько часто рыцари гибли на турнирах?

Постоянно. Дело все в чем. Турнир выглядел первоначально как просто конная свалка двух команд рыцарей во главе с капитанами. То есть использовалось совершенно боевое оружие, обычные доспехи. Призов не было, поскольку вместо денежной компенсации рыцари либо брали поверженных и не убитых, к счастью, соперников в плен и с них драли выкуп. Если выкупа из них не было, были какие-то однощитные рыцари, то, как правило, их просто раздевали, и таким образом разоряли, между прочим.

То есть выглядело это как такая небольшая война. Просто по правилам.

Любили это все главным образом французы. В Англии турниры, кстати, называли французскими затеями. Как-то так. При этом, кстати, в самой Англии они не так уж и модны были и довольно быстро уступили свое место, так сказать, в практической подготовке воинов состязаниям лучников, которые ввел в моду еще король… Я уже забыл, как именно. Потому и знаем, что Англия славилась главным образом не кавалерией рыцарской, а своими йоменами-лучниками.

А когда же они начали… Когда произошел переход от этой командной свалки непосредственно к битве один на один при помощи копья какого-нибудь? Как показывают в художественных фильмах: рыцари вокруг барьера друг напротив друга стоят, потом начинают ехать, и один другого из седла должен выбивать этим копьем.

Это все сложилось уже в эпоху развитого Средневековья, чуть не сказал развитого социализма. Это был развитый феодализм. Это где-то было уже к концу 12 века, когда было сочтено, что постоянные кровавые побоища не отвечают интересам рыцарства. Уже не было так важно прямо поддерживать конную боеготовность.

Между прочим, Генрих Птицелов, немецкий император, в конце 10 века турнир использовал для того, чтобы бороться с мадьярами, которые как раз тогда приехали к нему на границу и осели, сформировав Венгрию. Он у них выторговал 10 лет перемирия, и за это время чуть ли не ежегодно проводил турниры, а иногда и по два, чтобы натаскать своих вассалов.

Были уже к тому моменту и такие спортсмены. Например, был такой профессиональный турнирный боец Уильям Маршалл. Он исключительно за счет этих турниров и жил. Ни разу не потерпел поражения, зато раздел очень многих.

Стали к тому моменту вводить всякие ограничения. Например, стали ставить вот этот барьер между рыцарями, чтобы избежать столкновения коней. Стали самих коней учить устойчивой иноходи, чтобы они не прыжками, как это положено, а вот таким шагом: раз-раз-раз.

Не галопом, а рысью, видимо, да?

Да. Именно иноходь — это когда, если я не ошибаюсь, двигаются одновременно только левые ноги или правые ноги, так чтобы он ровнее ехал и не подпрыгивал. Суть понятна. Конь в этом состоянии более устойчив.

Кроме того, было введено самое разное снаряжение. Это были, во-первых, утяжеленные доспехи. Как раз тогда, к концу 12 века, повсеместно распространились пластинчатые доспехи в том или ином виде, закрытые шлемы.

Кроме того, копья делали из сосны. Помнишь, у тебя был деревянный молот?

Да, был такой.

Потому что он был из сосны, он недолго прожил.

Недолго прожил, да, абсолютно верно. Сосна — это дерево очень недолговечное, скажем так, слоистое. Поэтому любое изделие из сосны, если им куда-то молотить либо кого-то тыкать с большим усилием, оно просто-напросто будет расслаиваться на отдельные части.

Вот как раз для этого делались такие копья. Плюс на них еще вдоль были такие желоба, чтобы они еще легче ломались. Вместо острия стали ставить что-то типа такой коронки из нескольких штырьков, чтобы распределять массу. Таким образом убить было труднее, а выбить из седла проще.

Это, тем не менее, все-таки не мешало людям умирать от такого рода оружия. Самым ярким примером является король Генрих II французский. Осколок турнирного копья, которое ему угодило в глаз, и он, собственно, умер из-за этого.

То есть действующий король скончался из-за того, что его на турнире ткнули копьем в глаз.

Совершенно верно. Его случайно убил Монгомери, капитан шотландских стрелков, на турнире в 1559 году. И этот самый турнир стал последним. Формально — вот из-за того, что короля убили.

Это при том, что уже это был конец 16 века, латы были сверхтяжелыми. К тому моменту в турнирных латах шевелиться можно было только так, слегка правой рукой направляя копье, благодаря вот такому утяжелению.

Между прочим, именно эти латы, которые весили килограммов по 40, дожили во множестве до наших дней, потому что это все-таки спортивный инвентарь. Его и хранили проще, и ломали меньше, и ржавел он в походах не так сильно. Они дожили во множестве до наших дней, поэтому сейчас многие считают, что вот все доспехи, включая и практические, были вот такие. Нет, это все-таки инвентарь.

Ну и вот эта смерть стала поворотным моментом, когда турниры ушли. В принципе, от них уже толку было ноль, потому что конец 16 века — это уже эпоха господства баталий пикинеров. На них в конном строю не попрешь в лоб. И проводили их исключительно по старой памяти и по традиции.

Плюс, наверное, в это время начало появляться все-таки огнестрельное оружие.

Огнестрельное оружие начало появляться еще раньше, в 14 веке. Во время действий Жанны д’Арк уже вовсю палили пушки. Так что это все уже тоже пришло. Пережитки были в феодализме.

Да, это все были пережитки. Что, кстати, интересно, про этого самого Генриха — про него якобы катрен знаменитый Нострадамуса: «Глаз в шлеме золотом, как в тюрьме или в клетке, он выбит, падучи уставший звездой. В турнире лев старый был менее крепкий, чем хитрый отчаянный лев молодой».

Но мы сразу скажем, что мы к этому Нострадамусу относимся со здоровым недоверием, поскольку все эти его катрены написаны настолько путаным, непонятным языком, что обозначать они могут что угодно. Можно практически к любой ситуации применить практически любой катрен. Все эти катрены выглядят примерно как: «И если в четверг прольются дождички и на горах засвистят ракообразные, то тогда увидят православные, что началось морковкино заговенье».

Кстати, у меня не хуже Нострадамуса получается.

Я предлагаю начать себе записывать эти свои изречения, потом книгу выпустишь, будет продаваться неплохо. Лет через 300, может быть, будут изучать тебя как феномен.

Да, по крайней мере, мы потроллим потомков.

Да.

В общем, на этом турниры закончились. Еще одни корни у дуэлей идут откуда? Из судебного поединка. Я предлагаю с этого продолжить.

Всеобщая децентрализация, а на бывших римских землях сидели варварские королевства, которые руководствовались обычным правом. У них там все было просто и без затей. Кодекс бургундов, например, еще с 6 века упорядочивает, как именно должны такие поединки вести.

В чем вообще суть вот этого судебного поединка? Что это такое?

Суть в том, что это частный случай Божьего суда. То есть это не единственный способ судопроизводства для варваров. Например, еще был такой интересный момент, как, например, сование обвиняемым руки в кипяток. Если сильно обожжется — значит, виноват. Если не сильно — значит, небо не допустило, значит, не виноват.

Да, это из той же серии, что там ведьму кидают в реку и смотрят, поплывет она или не поплывет. Если уцелела — значит, она была не ведьма. Утонула — очень жаль, ведьма была.

В общем, кроме того, проводили еще и бой. То есть обвинитель часто должен был биться с обвиняемым. Если обвинитель или обвиняемый был не в состоянии биться, допустимо было выставить бойца.

Ну да, вместо себя кого-нибудь отправить сражаться. Поединщика. Причем в разных, так сказать, на разных территориях правила были разные, но, тем не менее, во многих местах такое было возможно. То есть можно было профессионального какого-нибудь товарища отправить, который бы за тебя бился.

Понятно, что к справедливому судопроизводству и решению споров это имеет отношение весьма сомнительное, потому что понятно почему. Если есть какие-то люди, которые профессионально тренируются и занимаются вот такого рода деятельностью, понятно, что те, за кого они будут выступать, с большей вероятностью окажутся в споре в своем праве.

Вот поэтому было со временем решено от этого отказываться. Несмотря на всякие такие проблемы, дожила эта практика вплоть до, например, времен Ивана Грозного. Можно открыть художественную книжку «Князь Серебряный». Там вот такое место есть, где должны были биться Афанасий Вяземский и дружинник Морозова. И оба биться не смогли, вместо себя выставляли поединщиков. По итогам поединка проигравший Афанасий лишился головы и других выступающих частей тела.

И, наконец, третий источник преддуэльных порядков — это хольмганг. Как нетрудно догадаться из названия, пришел он к нам от скандинавов.

А что значит название, кстати? Хольмганг?

Это значит «пройтись на остров», «сплавать на остров».

А, точно, правильно.

Вроде как считается, что поначалу все это делалось на островке маленьком, которых не счесть у берегов Скандинавии и вообще в Балтийском и Северном морях, чтобы никто не мог слинять.

Да, но здесь имеется в виду, что зачастую в хольмганге участвовало по нескольку человек с каждой стороны. То есть это был не парный поединок, а групповой. И бои проводились на каком-то заранее выбранном месте. Чаще всего это было вокруг брошенной на землю шкуры животного. Причем предполагается, что в более ранние времена животное, собственно, приносилось перед этим в жертву непосредственно. То есть там какой-то, не знаю, медведь, наверное, или еще что-нибудь в таком духе.

Кроме того, законы шведов требовали, чтобы бой проводился на перекрестке трех дорог зачастую. И само, как ты сказал, название вот этого хольмганга происходит от более ранней традиции, свидетельство которой в явном виде не сохранилось, но, видимо, так же это было принято.

Понятно, Скандинавия, множество всяких фьордов, маленьких островочков. И, судя по всему, как предполагают некоторые исследователи этого вопроса, изначально вот эта самая группа, две группы вот этих товарищей, высаживались на каком-то маленьком островке, чтобы никто не убежал оттуда, и решали вопрос.

Да, и решали вопрос, так сказать, до последнего, кто стоит на ногах. До последней группы, стоящей на ногах.

При этом особых поводов было не нужно. Не нужно было и социального равенства. То есть можно было вызывать хоть короля, теоретически. Кроме того, от хольмганга нельзя было отказаться вообще. То есть закон запрещал. Поводом могло стать личное оскорбление, неприязнь, попытка отобрать имущество или жену какую-нибудь. И часто викинги-берсерки таким образом обогащались. Мы про это уже, кстати, упоминали как-то раз в одном из прошлых выпусков, где мы викингов поминали в связи с их контактами с индейцами.

Я вот здесь хотел отметить следующее. Мы сейчас говорим про викингов, а до этого говорили про судебный поединок, в том числе немцев. Так вот, у немцев, в отличие от викингов, был четкий перечень того, за что предполагалось использовать судебный поединок. То есть если у викингов можно было косо посмотреть на кого-нибудь, сказать, что ты какая-нибудь беззубая дубина — пойдем биться, то у германцев для того, чтобы устроить этот самый судебный поединок, нужно было совершить определенного рода преступление: либо убийство, измену, ересь, изнасилование, дезертирство, похищение человека и ложную клятву.

Соответственно…

Уголовщина.

Уголовщина, да. Никаких личных дел.

Да, да, да. То есть разница вот она налицо.

Итак, таким образом получается, что к началу Возрождения, то есть это уже век 15–16, получается следующее. Во-первых, турниры отмирают. Во-вторых, в некоторых частях Европы их и вовсе никогда не любили. Например, в той же Италии. Поскольку в Италии земельная аристократия никогда не имела такого влияния, как та же самая купеческая, всякие Медичи и прочие. Поэтому там турниры особо и не любили. Власть купцов и все такое.

При этом решать вопросы, споры и личные конфликты приходится. Особенно потому, что купцы и купеческие фамилии имеют склонность конкурировать. Конкуренция длится поколениями, и конфликты тоже. Ну и, кроме того, сами итальянцы по своему складу характера более горячие ребята.

А последующие папские указы, которые были непосредственно после вот этого, который запрещал хоронить самих дуэлянтов, касались и выживших в дуэли, и касались секундантов, и, более того, касались свидетелей дуэли. То есть если ты был свидетелем дуэли, тебя запрещено было хоронить по-христиански, что бы это ни значило.

Да, по-христиански — значит с отпеванием, на кладбище и прочее.

К 15 веку начали появляться итальянские дуэльные кодексы. Мы подобрались, наконец, к тому, о чем идет речь. И эти кодексы уже оговаривают вполне конкретное оружие — как главное, так и вспомогательное. Это шпага.

Скажи-ка нам, Ауралиен, шпага — это что?

Шпага — это такой достаточно узкий, длинный, по сути, меч.

Да. Шпага — слово, в общем, означает просто меч. Мы можем вспомнить германский меч еще времен Римской империи, который назывался spatha. Мы можем вспомнить двуручный рыцарский меч, называемый эспадон. Это все от одного корня.

Шпага — это оружие рубящее и колющее. Почему мечи эволюционировали в том числе и в шпагу? Что вынудило их сделаться более узкими, иметь такую развитую ажурную гарду и очень внушительное острие?

Отживание доспехов. Не было необходимости рубить большой кусок металла, который на теле болтался в виде пластинчатого доспеха.

Да. При этом, кстати, что интересно, если посмотреть на учебники фехтования позднего Средневековья, когда как раз есть полные доспехи, становится интересным один факт. Часто меч предполагалось использовать для ближнего боя как своего рода копьецо. То есть вот совсем в такой сшибке лицом к лицу можно было левой рукой схватиться где-то за верх лезвия своего меча, поскольку латная перчатка, и направить таким образом острие в щель для зрения или в какое-нибудь сочленение доспехов, в подмышку противнику, как бильярдный кий такой. Это было одним из предтеч возникновения шпажной техники боя.

Но ей и рубят тоже. У нее очень убедительная рубящая кромка. Нужно это для того, чтобы бороться с противником, у которого есть древковое оружие, чтобы перерубить его попросту. Кроме того, шпага, несмотря на то, что она узкая, все равно достаточно тяжелая.

Были и кавалерийские шпаги, которые потом мутировали в саблю, кавалерийскую же. То есть обрели заточку с одной стороны, гарду с одной же стороны и небольшой изгиб для того, чтобы наносить рубящий, режущий удар на скаку.

Гарда. Почему она стала такой ажурной, как такая чашка из арматуры? Вопрос, конечно, не праздный.

Я подозреваю, что потому, что сам бой, собственно говоря, стал более маневренным, и приходилось, видимо, защищать руку, которая без латной перчатки теперь была, от ударов противника. То есть в момент нанесения удара противником по мечу нужно было сделать так, чтобы тебе там пальцы не отрезало, условно.

Кроме того, со шпагой часто использовался второй коротенький клинок. Внимание, миф. Мы все помним Дриззта До’Урдена с его парными саблями. В ближайшее время выйдет очередная сага про ассасина-пирата, в которой он почему-то бьется тоже двумя саблями. Видели миллион всяких там рыцарей-джедаев с двумя мечами и прочим.

Так вот, никто никогда два длинных клинка в обеих руках не держит, поскольку это разбалансирует и не дает ровно никаких преимуществ. Один клинок будет мешать другому. Если и держать два клинка, то это должны быть либо два коротких, либо один длинный и один короткий для левой руки. Что, собственно, и использовалось.

Да. Был даже специальный такой кинжал — дага, который предназначался для использования в паре со шпагой, предназначенный в первую очередь для ударов колющих, а также имеющий гарду характерного вида с такими длинными усами, со сложными всякими крючьями.

Для чего вообще нужен этот второй клинок?

Второй клинок… Я так подозреваю, что он нужен для того, чтобы как-то парировать удары.

Чтобы парировать удары. Почему не щит?

Поначалу действительно использовался щит кулачного типа, он же баклер. Проблема в том, что щит, во-первых, достаточно тяжелый, а во-вторых, кроме защитной функции никакой другой выполнять не может. Можно, конечно, ударить щитом, но, боюсь, эффект этот будет не очень большой.

Ну и, кроме того, тут еще зависит от того, с кем ты бьешься, потому что определенные виды холодного оружия против щита очень могут быть эффективны. Как, например, тот же самый…

Молот.

Молот не молот, а я-то хотел сказать про вот этот, знаешь, который с волнистым лезвием.

Фламберг.

Да, фламберг. Волнистый.

О нем мы чуть позже тоже скажем. А гарда у кинжала для левой руки была очень сложной. Она предназначалась для того, чтобы поймать в нее, в ее завитушки и усы, лезвие вражеской шпаги, вырвать ее, отвести в сторону или даже сломать, если повезет.

Была даже такая интересная техника, как бой с плащом. Вероятно, это для тех, кого застали врасплох без кинжала, чтобы парировать им удары.

Вот, начинают появляться учебники. Учебники, в которых приемы систематизируются и делятся на этапы, так называемые темпы. Всякие двухтемповые, трехтемповые приемы. Понемногу количество темпов начинает доходить уже до пяти. Учебники начинают прямо как шахматные стратегии описывать бой. То есть там продумывается тактика на несколько десятков ходов вперед. И получается, что побеждать начинает не самый сильный, высокий и быстрый, а скорее самые тренированные.

Да, самые искусные и ловкие. Почему, кстати, большой рост так важен при фехтовании на подобном оружии?

Видимо, руки длиннее.

Да, у высоких людей руки всегда длиннее. За исключением, не знаю, каких-нибудь больных, родившихся с недоразвитием верхних конечностей, но, боюсь, что такие на дуэли не ходили. Это настоящие шпагисты.

А что мы видим обычно в кино про тех же мушкетеров? Как выглядит шпажный бой? Во-первых, что там за оружие на самом деле вместо шпаги?

Я все-таки подозреваю, что там рапира.

Да, там рапира. То есть очень легонький такой граненый, либо трех-, либо четырех-, либо иногда круглого сечения клинок, который не имеет никакого лезвия, только острие, и предназначен исключительно для колющих ударов.

Да, тут, дорогие друзья, я сделаю небольшое лирическое отступление и поведаю вам страшную тайну. Домнин у нас определенное время занимался фехтованием.

Да.

Поэтому он прекрасно может рассказать, чем отличается рапира от шпаги.

Строго говоря, современные… В общем-то, то, на чем фехтуют современные фехтовальщики, на самом деле, как бы это ни называлось — шпага, рапира или сабля, — они все фехтуют на разновидностях настоящей рапиры. Поскольку у шпаги, например, на которой катался я, у нее трехгранный клинок. Рапира отличается тем, что она сама меньше, и у нее гарда не такая глубокая. А удары разрешаются только в определенные места, а не в любое место.

Например, со шпагой некоторые хитрецы любят с неопытным противником делать так: они делают низкий выпад и бьют его в ботинок, который обычно человек не защищает. И тут надо, правда, быть ловким, чтобы не попасть в пол вместо ботинка.

Вот. Рапира действительно была. Но, во-первых, рапира появилась позже. Сильно позже. Во-вторых, рапира — это не оружие военного. А, напомним, капитан Шарль д’Артаньян был военный. Это не оружие пирата или вообще военного моряка.

Почему вообще, кстати, весь этот бред про шпаги, которые рапиры, пролез в пиратскую всякую художественную литературу и кино? Дело в том, что экранизировавший роман Сабатини про капитана Блада, насколько я помню, или какой-то другой пиратский роман… Граждане, бог знает, когда это все было, на самом деле, по-моему, еще в начале 20 века, в первой половине.

Так вот, тамошний актер до этого играл в фильмах про Зорро. И там ему очень хорошо удавались шпажные поединки, которые тоже не шпажные. И он решил, раз уж умеет, притащить их же в новый фильм. С этого и понеслось. Бесконечные шпаги у пиратов и всяких капитанов Смоллетов, которые абсолютно не нужны. На корабле, который качается, где тесно, совершенно неудобен длинный клинок, совершенно не нужно никого колоть. И гораздо разумнее пользоваться коротким и широким тесаком, который позже вышел на пенсию, потерял гарду и стал называться мачете.

Так вот, кроме того, серьезные претензии есть к технике фехтования. Всякие д’Артаньяны в исполнении Боярского обычно при фехтовании стараются как можно звонче лупить по шпаге противника. Но делается это для того, чтобы зрители могли восхищаться и глядеть, как там оно, как стучат клинки, сверкает сталь и прочее.

На самом деле вот так размахивать шпагой, как будто кочергой, могли только какие-нибудь совсем неопытные, неумеющие, необученные бойцы, а не профессионалы. Шпага времен Шарля д’Артаньяна, служившего в книжке Людовику XIII, предполагала достаточно сдержанные действия, с четкими приемами. Минимум хождения, прыжков, скачков. Никто там никого не бил сапогами, не прыгал по столам, не качался на люстрах. В общем, всего, чего обычно мы видим в кино, никто этого не делал.

Исключения могли составлять разве что проходившие обучение где-нибудь в Италии, где считалось, что… Итальянцы же темпераментные. Считалось, что можно и бегать, и прыгать, и в клинч своеобразный входить.

Но действительно шпага со временем начинает превращаться в рапиру. Почему это происходит?

Понятно, что это происходит из-за того, что это становится оружием дворянства. Публика ходит вместе с ним, а таскать себе на поясе тяжелую шпагу — это, в общем-то, никакой необходимости нет, когда можно таскать рапиру. Да и, собственно, увечий от нее гораздо меньше тяжелых, чем от шпаги. Шпага — это все-таки в том числе еще и рубящее оружие.

Да, да. Рапира — это оружие придворного хлыща. То есть нужно оно главным образом для церемониального применения в тех же дуэлях, а также в некоторых случаях и для официальных мероприятий. В Испании без рапиры хотя бы дворянин не имел права, скажем, свидетельствовать в суде, потому что его слово не считалось. Что это за дворянин, который без рапиры?

Со временем получилась из шпаги такая вот дихотомия. С одной стороны, у придворных и гражданских стали легкие клинки-рапиры, а у военных в основном полусабли или цельные сабли, которые имели одностороннюю заточку, изогнутый клинок и одностороннюю же гарду.

Скажи, а почему вот так стало получаться, что в Средневековье, например, мечи были с двусторонней заточкой, гарда была, соответственно, с двух сторон, а сабли вот так стали?

Сабли стали все-таки оружием больше кавалерийским, а кавалерийское оружие не требует двусторонней заточки. Оно, собственно, нужно для того, чтобы рубить. Рубить можно и одной стороной.

Верно, но рыцари, например, с мечами тоже должны были рубить, и в конном строю бывало тоже. Но тут с ними играло дурную шутку плохое качество тогдашнего металла. В походе одна сторона могла иззубриться, затупиться, выщербиться, и поэтому нужно было переходить на вторую.

Да, плюс еще здесь нюанс какой: все-таки человек в тяжелом вооружении, имеющий латную какую-то перчатку, может себе позволить в случае чего этой перчаткой, скажем, придерживать сам клинок и безнаказанно для своей руки наносить какие-то удары, придерживая, собственно, оружие, в том числе за клинок. А сабля все-таки появилась уже в те времена, когда латная перчатка в основном не применялась. Применялись обычные какие-нибудь кожаные перчатки. В этом случае тоже можно было.

Не совсем так. Дело в том, что она на Востоке-то появилась гораздо раньше. На Востоке никто лат не носил. Это слишком тяжело и жарко.

Да.

Но в целом да. То есть можно было, в принципе, рукой без какой-то специальной защиты тоже ее как-то немножко усиливать, придерживать. Парировать удары проще таким вот образом, когда там что-нибудь куда-нибудь тебе норовят долбануть. Ты можешь рукой придержать, собственно говоря, эту саблю в том месте, где тебе угодно, не отрубив себе там половину руки.

Но двуручные мечи с двусторонней заточкой не сразу сдали свои позиции. Их вершиной развития стал фламберг. Фламберг — буквально пламенеющий меч, который имел волнообразную заточку.

Следует сказать, что это было крайне дорогое и сложное в производстве оружие. Многие фламберги, которые дожили до наших дней, на самом деле истинными фламбергами не являются. Они не откованы волнистыми, а просто это обычный клинок, и он так опилен, чтобы получалась волна. Разумеется, качества настоящего фламберга в прорубании защиты он не имеет.

А почему, собственно, появились эти самые фламберги? Зачем нужно было применять вот такую волнистую поверхность у меча?

Волнистая поверхность у меча, благодаря принципам физики, хорошо разрубает все. В том числе разрубает доспех панцирной профессиональной пехоты. Двуручными мечами вооружались противопикинерские воины. Их задачей было прорубиться сквозь лес пик, а потом сквозь самих пикинеров, которые все были наряжены в ландскнехтский латный доспех и имели короткие мечи для ближнего боя.

Да, действительно. Представьте себе на минутку, если кто-то вдруг не понял, о чем говорит Домнин, почему, собственно, это оружие было так страшно. Страшно оно было по очень простой причине. Вот волнистая поверхность приводит к тому, что, когда вы бьете таким мечом по доспеху, сила удара концентрируется не по всей поверхности режущей кромки равномерно, а концентрируется на выступающих вниз вот этих волн у этого меча. За счет этого, в общем-то, сила удара… То есть если, условно говоря, человек один и тот же будет бить обычным мечом, ровным, и фламбергом, при одинаковой силе удара у человека урон от удара фламбергом будет гораздо больше, и он, скорее всего, действительно рассечет практически любой носильный доспех.

И, более того, за счет вот этой волнистой режущей поверхности он будет оставлять страшные раны, которые практически не заживали. Удары фламберга… То есть если вас проткнули фламбергом, вы могли, в общем-то, стопроцентно накрываться простыней и ползти в сторону ближайшего погоста по одной простой причине. Во время рассечения вот этим мечом мягких тканей эти ткани… То есть он рассекал ткань не ровным разрезом, а еще и рваным. И при этом, при средневековом уровне развития медицины, это практически стопроцентно вам гарантировало получение гангрены, условно говоря, которая в итоге… То есть сепсис.

Это если вы кровью не стечете.

Да, если вы кровью не истечете при этом, если вас там не зарубят, то вы по-любому получите заражение крови и в конечном итоге умрете от последствий этого удара. Поэтому фламберг — это очень страшное было оружие.

И, если я верно помню, его папским очередным эдиктом запретили наравне с арбалетами. Но это уже не помогло, поскольку тогда прошли религиозные войны, и у папы вдруг появилась пол-Европы, которая ему совершенно не подчинялась. А другая половина Европы говорила: как бы им можно, а нам получается нельзя? А мы за вас бьемся, а вы нам запрещаете. Вы лучше, ребята, помалкивайте.

Да, это что-то нелогично.

В общем, где-то к 19 веку дуэли на холодном оружии начинают вымирать, оставшись только у немецких студентов, а также у некоторых знатных граждан, которые в этих немецких университетах также учились.

Да, плюс армейские офицеры любили баловаться.

Потому что у них всегда под руками это оружие, а вот у штатских к 19 веку всякие сабли и шпаги стали пропадать, они им стали уже ни к чему. То есть дуэли именно на холодном оружии стали выходить из моды.

Кроме того, злую шутку с ними сыграли расплодившиеся учебники, учителя, всякие курсы по бою на шпагах и рапирах. И получаться стало так, что на дуэлях могут нормально биться только те, кто специально обучен или военный. А, скажем, гражданский человек, типа какого-нибудь Пушкина, оказывается в заведомо проигрышном положении.

И как раз в это время получает широкое распространение дуэль на пистолетах. Заодно прогресс огнестрельного оружия стал таким, что появились кремневые замки.

Да, и пистолет можно было все-таки носить в одной руке.

В одной, да, а не двумя руками держать. И не втроем тащить его. До этого замок был фитильным и поэтому крайне неудобным для использования в пистолете, а замки колесцовые были страшно дорогими, трудными в изготовлении и ненадежными. Ненадежными в смысле, что они засорялись быстро. Мы про это уже упоминали.

А вот кремневый замок, привнесенный турками где-то в конце 17 века, сразу же завоевал популярность. Причем популярность такую, что его тут же стали запрещать везде к использованию в войсках по той причине, что он иногда давал осечки, в отличие от фитильного замка. И получалось, что залп полка, вооруженного такими мушкетами, будет где-то на четверть жиже. Потребовалось очень серьезно его доработать, сильно утяжелить и усложнить. Так называемый батарейный замок появился, чтобы в регулярной армии стали вооружаться именно им. Но это слегка другая тема.

Мы поговорим про пистолеты. Случайно застрелить может кто угодно, даже не умеющий, если у него есть хотя бы указательный палец. Если он не умеет заряжать, за него зарядит секундант. Если он плохо видящий какой-нибудь или у него тремор рук, то никто не запрещает стреляться с 10 шагов. С такого расстояния не попасть уже, наверное, будет трудновато.

Да, давай, собственно, немножко расскажем вообще о том, как проходили вот эти пистолетные дуэли. То есть какой порядок организации?

Как правило, посылался вызов. Вызов иногда бросался лично, а иногда с ним приезжал секундант. Секундант, который ранее был чем-то средним между свидетелем и дополнительным участником. Мы можем вспомнить сериал про графиню де Монсоро. Там, помнишь, в конце дуэль такая массовая? Вот это знаменитая дуэль миньонов. Там как раз приведенные секунданты все поголовно приняли участие. И почти всех там убили.

Получалась такая вот между ними мертвая зона. После чего они вставали на оговоренную дистанцию и начинали сходиться. Сходились они к барьерам. Каждому позволялся один выстрел. Если стрелял один, другой оставался на ногах и в состоянии стрелять, то этот второй мог его потребовать к барьеру и вплотную его застрелить. Поэтому многие хладнокровные убийцы действовали именно так. Старались установить дистанцию побольше, после чего начинали со зверским выражением лица прицеливаться, ухмыляться, хохотать и заставлять, в общем, всячески своего неопытного противника с перепугу выстрелить и не попасть. После чего говорили: «Ну все, к барьеру», — и убивали его в упор.

Несмотря на вот такие проблемы, разница с дуэлью на шпагах разительна. Мы можем представить, что против умелого сабельного бойца человек, ни разу в жизни державший саблю в руках, ничего не сможет сделать. Он не только не сможет его поразить, он не сможет даже парировать его удары. А вот пуля, она как бы дура и летит абы куда.

Да, мне что-то вспомнилась расхожая фраза, что Бог сделал людей, а полковник Кольт сделал их равными.

Тем не менее, револьверы применялись для дуэлей уже значительно позже, а типичные дуэльные пистолеты обычно были с точки зрения технического прогресса устаревшими лет на 30, а то и 40. Тем не менее, это было очень хорошее, качественное, дорогое оружие. И его хранили в идеальных условиях.

Я думаю, все видели в кино и в рекламе этого дурацкого шоколада, помнишь, лет 10 назад было, в таких коробках, где как раз парные пистолеты были.

Как обычно нумеровали: первый и второй. Выбирать пистолет должен был обычно не тот, кому они принадлежали. Хозяину доставался второй пистолет. Интересной подробностью их конструкции был так называемый шнеллер.

Шнеллер — это такой механизм, насколько я понимаю, который повышает чувствительность спуска.

Да, кстати, чисто на всякий случай. Курок — это вот то, что сверху, и то, что бьет по пуле или по пороховому…

Не по пуле, а по капсюлю в патроне. Или, в случае с древним кремневым оружием, по затравочному пороху, высекая искру там или, в общем, производя выстрел. А то, на что нажимают, — это спуск или спусковой крючок. Нажимать на курок не надо, он для этого не предназначен совершенно.

Так вот, шнеллер позволял выстрелить вернее. То есть буквально вот так нажать — и все, выстрелил. Не надо слишком долго жать. Разрешать их взводить или запрещать — это был вопрос к секундантам. Если противники обычные люди, то лучше их разрешить, эти шнеллеры. Тогда вероятнее, что они случайно нажмут, случайно выстрелят и никого не убьют. А вот если один из них какой-нибудь уже опытный бретер, лучше их запретить, чтобы было больше шансов у его неопытного приятеля.

Кодекс пистолетной дуэли был очень сложным и обширным, но любой дворянин времен того же Пушкина, неважно, богатый, бедный, столичный, военный, штатский, сельский, какой угодно, его знал замечательно.

Дуэли часто кончались смертью, но часто кончались и ничем. Бывало так, что приехавшие, услышав слова секундантов «Не угодно ли примириться?», говорили: «Угодно, давайте примиримся». Это чаще даже происходило, чем реальная перестрелка. Потому что дуэль обычно начиналась не с какого-нибудь там спора наедине, а обычно со случайной ссоры на публике, когда вот эта самая публика давила на участников ссоры и вынуждала их все это вынести на улицу.

Были, разумеется, и еще более упрощенные варианты. Например, так называемая американская дуэль. Фактически заключалась она в кидании жребия, после которого вытянувший не то стрелялся сам. Это гораздо более жестокий вариант, потому что застрелиться не насмерть довольно трудно, стреляя в висок. И употреблялся он либо в случае смертельной вражды, при которой, однако, хотя бы хотели смерти соперника, но ни один не умел нормально стрелять и потому считал, что с высокой вероятностью дело кончится ничем, либо когда дуэль была строжайше запрещена местными законами, и потому дело старались решить так, чтобы никто не поехал на каторгу.

Так это все дожило до вполне современных времен, пережило в том числе и Гражданскую войну в России. Мы можем вспомнить следующие относительно современные случаи. Не будем про Пушкина и Лермонтова, про это все и так знаем.

Был вот такой случай с Черубиной де Габриак, такой поэтессой, которая писала якобы стихи в журнал. На самом деле ее не было. Это была поэтесса Елизавета Дмитриева, которой помогал Максимилиан Волошин, другой поэт. Серебряный век, если кто не разбирается в поэтах.

Черубина была не псевдонимом, а литературной маской. Под псевдонимом писатели обычно… У многих писателей были псевдонимы, причем даже несколько, у того же Чехова. Но писали они под всеми псевдонимами одно и то же. А литературная маска — это отдельный стиль. Другая знаменитая литературная маска, мы с тобой читали эти произведения, — это Козьма Прутков.

Да, там, по-моему, аж трое было человек.

Да, Толстой, Жемчужников и еще там кто-то. Так вот, Черубина настолько покорила своей поэзией Николая Гумилева в том числе, что, когда выяснилось, что это просто виртуал, Николай Гумилев обозлился и решил вызвать Волошина на дуэль. Так как саму Елизавету на дуэль ему было нельзя вызывать, ибо она женщина, а вот Волошина, помогавшего ей, можно.

Дуэль ничем не кончилась, потому что Гумилев никуда не попал. Волошин воспользовался своим правом стрелявшего вторым и выстрелил в воздух.

Бились на дуэлях и женщины. Можем вспомнить Екатерину II. Она, правда, еще в молодости, когда не была царицей, а была просто принцессой Августой Фредерикой Ангальт-Цербстской, подралась на шпагах со своей троюродной сестрой. Кроме того, часто, когда уже была царицей, разрешала женские дуэли и была там секундантом. Ее подруга Екатерина Дашкова дралась с какой-то английской графиней по фамилии Фокс. И, в общем, было достаточно много таких известных дуэлей, где всякие графини и герцогини бились, но они обычно кончались чем-нибудь типа шрама на щеке, или отрубленного уха, или еще чего-нибудь.

Дрались по разным причинам: по идейным, по любовным, просто от дурного характера тоже бывало.

Итак, в Америке тоже любили постреляться. Причем речь идет не про грязных ковбоев, которые в вестернах стрелялись на улицах под гитарные переборы Эннио Морриконе. Это были вполне себе респектабельные граждане на официальных высоких постах.

Например, как-то раз вице-президент страны Аарон Берр поругался с Александром Гамильтоном, основателем… Тогда еще это были федералисты. И застрелил этого Гамильтона. Авраам Линкольн тоже стрелялся, но его остановили, у него ничего не вышло. Правда, все равно погиб он от пули. Не на дуэли, конечно, но все равно.

Президент Эндрю Джексон по кличке Острый Нож, такую кличку ему дали индейцы за его антииндейскую политику, стрелялся 13 раз, правда, убил только одного человека. Почему-то у него были какие-то проблемы с его женой. Видимо, что-то типа как у Пушкина с Дантесом было. Вот он стрелялся в основном из-за нее.

Англичане тоже отличились. Например, был премьер-министр такой, Уильям Питт-младший, сражался. Что-то там разругался с кем-то из своих политических оппонентов. Следующий за ним премьер-министр Каннинг тоже стрелялся. Вместе стрелялся он с одним из своих коллег, с министром обороны.

Наполеон III стрелялся с сыном Наполеона же, Шарлем Леоном. Он, правда, был незаконным. Но довести дело до конца им не удалось, поскольку дело происходило в Британии. Обоих их изловили и посадили на Боу-стрит в обезьянник.

Ну да.

Ну и, наконец, мы уже упоминали все равно эту дуэль миньонов. Поговорим о ней. В «Графине де Монсоро» это все описано, но Дюма-старший был такой, очень вольно обращающийся с историческими фактами. Например, тот же д’Артаньян у него почему-то из времен Людовика XIV переехал во времена Людовика XIII. И почему-то был врагом кардинала Ришелье, когда на самом деле он был доверенным лицом кардинала Мазарини. В общем, перепутано там очень многое. Хотя основные моменты сохранены: и национальность его, и некоторые секретные операции типа всяких подвесок королевы. Это все из реальности.

Так вот, дуэль миньонов велась между Генрихом III, королем Франции, и Генрихом Гизом. Генрих III, кстати, сынок, насколько я помню, того Генриха II, которого убило на турнире. Это была такая война благородных домов. На стороне Генриха III выступали его миньоны. Миньон означает «милый» буквально. И говорили, что якобы это потому, что они там предавались разным нехорошим делам с королем.

Миньонами были Келюс, Можирон и некий Ливаро д’Арк. На стороне герцога Гиза выступали Бальзак д’Антраг, Шомбер и Рибейрак. У Дюма все перепутано: Шомбер почему-то отдан королю, Ливаро, наоборот, герцогу, герцог Гиз перепутан с герцогом Анжуйским. Почему — неизвестно. Вероятно, были какие-то политические причины.

Мы можем вспомнить, как Шекспир сочинял про Макбета свою пьесу.

А что там у него не так?

Начнем с того, что Макбет никаким злодеем никогда не был, никаких друга Банко у него не было и не убивал он их. Это просто нужно было воцарившемуся тогда Джеймсу VI, шотландскому королю, который стал Яковом Стюартом, придумать славную родословную. И решено было это сделать, полив помоями Макбета. И король Дункан не погибал от рук коварного Макбета и его жены, а сам помер. В общем, тут были политические причины.

Что за причины были у этого самого Дюма — фиг знает. Ну, видимо, тоже какие-то.

А может, ему просто показалось, что из художественной выразительности как-то лучше. У него и с основным сюжетом романа про эту графиню де Монсоро тоже все перепутано. Тот же граф де Монсоро показан каким-то старым хрычом, который вынудил фактически на себе жениться эту самую героиню. А на самом деле ничего похожего не было, он был вполне ее возраста.

Так вот, формальным поводом для дуэли стала любовная интрига Бальзака д’Антрага и Келюса. Они, оказывается, пользовали одну и ту же благородную даму. Каким образом, кстати, это все сочетается со слухами об их фиванских играх с королем, не знаю. Вероятно, были какие-нибудь бисексуалы.

Оба они пришли на дуэль с секундантами, но оказалось, что секунданты пришли не мириться, а биться друг с другом. Кончилась дуэль плохо. Можирон и Шомбер были убиты на месте, Рибейрак помер на другой день, Келюс через месяц скончался. Но это было, в общем-то, регулярной такой практикой, поскольку редко противник бывал прямо убит наповал. Чаще он, не знаю, истекал кровью, потом, полежав там часок на земле без сознания и затащив грязь в рану, потом еще врач пропишет какой-нибудь целебный метод типа кровопускания или заливания в рану кипящего масла — и все, привет.

С кипящим маслом это была общая практика. Тогда все огнестрельные раны, в том числе и дуэльные, врачевали именно так. Считалось, что это позволяет избавиться от ядовитой пороховой сажи. Но избавиться это позволяло главным образом от бренного существования на земле. Кончилось все это только во времена гугенотских войн во Франции, когда опытным путем было обнаружено, что ничего это не помогает.

Но единственный, кто выжил, — это Ливаро д’Арк. Но он был изуродован, и с королем что-то у него там дальше не сложилось. Вскоре его все равно убили какие-то там другие товарищи. Помнишь, в сериале, кстати, в конце этого Ливаро кормит с ложки сам король?

Честно говоря, не помню.

Я почему-то помню. Но не знаю, кто там кого кормил с ложки, и это ему не помогло.

Дуэли на настоящий момент сошли на нет. Мы считаем это хорошо или плохо?

Конечно, хорошо.

Конечно, это хорошо. Я, помню, еще в школе читал учебники по граждановедению о том, что многие люди у нас не хотят идти в суд и судиться за клевету с какими-нибудь своими недругами, за оскорбление. Им легче было бы взять в руки дуэльную шпагу или пистолет. Но вы меня извините: человек, который не в состоянии написать заявление в суд, никакой шпаги и пистолет тем более не сможет взять. Если же он слабак, так он слабак во всем. Мы считаем действительно, что все эти дуэли — это излишнее совершенно занятие. Несмотря на то, что, разумеется, во время какой-нибудь пьяной драки проучить особо наглого можно, но вот эти вот стрельбы учебные нам кажутся совершенно излишними.

Почему учебные стрельбы? У меня вот был, например, учитель в школе, который рассказывал, как он в юности своей, насмотревшись фильмов про гардемаринов и будучи до глубины души оскорбленным каким-то своим то ли одноклассником, то ли каким-то приятелем, изволил биться с ним на рапирах.

И как?

До первой крови они бились.

Кто-то кого-то царапнул даже?

Да, да, кто-то кого-то царапнул. И они на этом посчитали себя удовлетворенными. И, в общем-то, на этом драка остановилась.

В общем, чуть не зарубил своего приятеля.

Но я могу вспомнить другой случай, более современный, когда два прапорщика воинской части из хулиганских соображений решили устроить что-то типа шуточной дуэли. Надели по самому тяжелому бронежилету и стали стреляться с 20 метров из пистолетов Макарова.

Я думал, из автомата Калашникова.

Нет, нет. Но, в общем, один не попал, а другой попал. И бронежилет действительно выдержал, потому что он был рассчитан на бронебойные пули из автомата Калашникова. Тем более пистолетную пулю-то он остановил легко.

Никто там не погиб?

Видишь ли, в чем дело? Пулю-то он остановил, но кинетическую энергию-то он не остановил.

И что?

А ему просто с одной стороны смяло ребра, размозжило легкое, и он помер.

А-а-а.

Что всегда бывает с глупыми.

А как вы хотели, конечно. Они еще поди шагов с 20, наверное, стрелялись.

Да-да, с этого как раз расстояния.

Лучше в упор сразу.

Да, да. Бронежилет не предназначен для такого использования. Он предназначен для того, чтобы ловить пули на излете, осколки и прочее. А в упор, конечно, он хотя и остановит, но отобьет все кишки.

Да, кроме того, надо понимать, что дуэльные пистолеты конца 19 века или середины, они все-таки по убойной силе немножко отличались от пистолетов и современного огнестрельного оружия.

С цельнометаллическими оболочками.

Да, конечно.

Вот так. В принципе, про дуэли мы все сказали. И я думаю, что следующий выпуск мы, раз уж мы сегодня упомянули вообще медицинские аспекты тогдашних ранений, попробуем сделать про развитие медицины, науки и образования в Средние века. Там есть много замечательнейших предметов. Мы разгромим в пух и прах схоластику, средневековые представления об анатомии, а также безграмотные методы мышления.

То есть медицинский подкаст будет, да?

В том числе и про медицину, и про образование, и про науку. Это все же было воедино сведено.

Это да. Всякими Аристотелями и прочим.

Я думаю, что надо начинать читать про Леонардо, друга нашего.

Да, да, друг наш Леонардо. Я думаю, что мы большую часть времени будем его упоминать. Не только его, конечно.

Да. А на сегодня, пожалуй, все.

Да, на этом мы будем закругляться. У меня заключительные слова традиционного характера, которые я почему-то в последние несколько выпусков, видимо, не говорил.

Товарищи, у нас тут назревает очередная технологическая революция. Мы собираемся в целях записи подкаста обновлять софт, которым мы это делаем. Соответственно, нам нужно насобирать определенную сумму денег в районе 20 баксов. Поэтому милости просим: если вы хотите нам помочь в этом нелегком деле, вы можете нам помочь. Куда присылать деньги, мы сообщим отдельно.

В принципе, слушатели Russian World of Warcraft Radio, они в курсе должны находиться того, куда мы обычно все это дело собираем, потому что реквизиты наши никак не поменялись. Но я думаю, что мы отдельно продублируем, куда засылать. Если кто-то вдруг хочет нам помочь, мы будем очень признательны этим людям.

А на сегодня будем действительно заканчивать. Я напоминаю, что вы слушали четвертый выпуск подкаста «Хобби Токс». И с вами был постоянный набор ведущих Домнин и Ауралиен.

Спасибо, всего хорошего, друзья. Пока.

Пока!